авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Прагмастилистические средства выражения намека в политическом дискурсе (на материале русскоязычной и немецкоязычной прессы)

На правах рукописи

КАЧАЛОВА Наталия Александровна ПРАГМАСТИЛИСТИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА ВЫРАЖЕНИЯ НАМЕКА В ПОЛИТИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ (на материале русскоязычной и немецкоязычной прессы) Специальность 10.02.19 Теория языка

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Саратов – 2013

Работа выполнена на кафедре переводоведения и межкультурной коммуникации ФГБОУ ВПО «Саратовский государственный социально-экономический университет» доктор филологических наук, профессор

Научный консультант:

Клоков Василий Тихонович доктор филологических наук, профессор,

Официальные оппоненты:

профессор кафедры теории, истории языка и прикладной лингвистики ФГБОУ ВПО «Саратовский государственный университет имени Н. Г. Чернышевского» Дементьев Вадим Викторович кандидат филологических наук, доцент, доцент кафедры немецкого и французского языков ФГБОУ ВПО «Саратовская государственная юридическая академия» Коновалова Ольга Анатольевна ФГБОУ ВПО «Волгоградский

Ведущая организация:

государственный социально-педагогический университет»

Защита состоится «14» марта 2013 г. в _ час. на заседании диссерта ционного совета Д 212.243.02 на базе ФГБОУ ВПО «Саратовский государст венный университет им. Н.Г. Чернышевского» (410012, г. Саратов, ул. Астра ханская, 83, XI корпус).

С диссертацией можно ознакомиться в Зональной научной библиотеке ФГБОУ ВПО «Саратовский государственный университет им. Н.Г. Чернышевского».

Автореферат разослан « » _ 2013 г.

Ученый секретарь диссертационного совета Ю.Н. Борисов

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Реферируемая диссертация посвящена изучению феномена намека и спо собов его выражения в политическом дискурсе СМИ.

Актуальность представляемой работы связана с растущим интересом к изучению особенностей политического дискурса со стороны современной лин гвистики. Исследовательская литература которой при этом недостаточно четко освещает присущие данному дискурсу способы передачи скрытого смысла.

Объектом исследования являются различные типы намеков, встречаю щиеся в русскоязычном и немецкоязычном политическом дискурсе СМИ.

Предметом исследования являются стилистические и коммуникативно прагматические средства реализации намеков в политических статьях СМИ.

Цель настоящей работы заключается в комплексном исследовании на ционально-стилистических особенностей, характерных для выражения намека в немецком и русском политическом дискурсе СМИ.

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

1. Определить специфику современного политического дискурса и механизм включения в него намека как одного из способов непрямой коммуникации.

2. Уточнить место намека в пределах непрямой коммуникации.

3. Охарактеризовать намек с позиции теории речевых актов и исследовать его основные особенности.

4. Дать характеристику определенным типам намека в политическом дискурсе СМИ.

5. Выявить различные средства выражения намека в политическом дискурсе СМИ.

6. Разработать классификацию намека в зависимости от его иллокутивных и прагматических целей в политическом дискурсе СМИ.

7. Осуществить комплексный анализ функционирования намека в русском и немецком политическом дискурсе СМИ.

8. Установить стилистические средства, характерные для определенных типов намека в русскоязычном и немецкоязычном политическом дискурсе СМИ.

Материалом для исследования послужили тексты политических статей на русском и немецком языках. Объем фактического материала – 1530 газетных статей, в которых путем сплошной выборки было обнаружено 1142 примера употребления намека (698 в русских статьях, 444 в немецких статьях).

Для решения поставленных задач и достижения основной цели в работе использовались следующие методы исследования: метод сплошной выборки при сборе материала, дискурс-анализ, исследующий структуру дискурса, ком муникативно-прагматический анализ, предполагающий комплексное толкова ние смысла и прагматических функций на основе широкого контекста полити ческого дискурса, контекстуальный анализ определения смысловой структуры намека, интерпретативный метод, элементы сравнительно-сопоставительного и количественного анализа.

Методологической основой исследования, в основном, являются поло жения теории непрямой коммуникации, разработанные в современной отечест венной и зарубежной лингвистике.

Теоретической основой исследования послужили работы ведущих оте чественных и зарубежных ученых в области изучения политического дискурса [Базылев 1998;

Баранов 1990, 1991, 1997;

Герасименко 1998;

Жданова, Ревзина 1992;

Крысин 1989;

Купина, Мингалева 1996;

Левин 1998;

Харламова 2004, 2005, 2006;

Шейгал 2000;

Dieckmann 1981;

Teichmann 1995] и непрямой комму никации [Арутюнова 1999;

Балли 1961;

Бенвенист 1974;

Блох 1973, 1986;

Бо гданов 1989;

Гак 1988;

Дементьев 2004, 2006;

Карасик 1992;

Кобозева 1986, 2003;

Кобозева, Лауфер 1988, 1994;

Падучева 1985;

Поспелова 1988;

Серль 1986;

Формановская 1988;

Хаймс 1975;

Шустова 2003;

Шевченко 198: 54 Grice 1971, 1975, 1981;



Fillmore 1976;

Leech 1983;

Littman, Mey 1991].

Научная новизна работы заключается в следующем:

1. Впервые проведена классификация и анализ типов намека в политиче ском дискурсе СМИ с позиции теории косвенных речевых актов.

2. Исследована специфика использования прагмастилистических приемов выражения определенных типов намека в русском и немецком политических дискурсах СМИ.

Теоретическая значимость исследования заключается в дальнейшей разработке вопросов теории непрямой коммуникации, связанных с выявлением особенностей использования в политическом дискурсе особых приемов выра жения косвенных высказываний.

Практическая ценность диссертационного исследования связана с воз можностью использовать выработанную методику исследования других праг мастилистических средств выражения намека в политическом дискурсе, с воз можностью применить полученные результаты при разработке курсов по праг малингвистике, непрямой коммуникации, стилистике, журналистике, лингво дидактике, а также при разработке учебно-методических пособий для студентов профильных образовательных учреждений.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Намек понимается как общее понятие косвенного выражения вторич ного смысла высказывания, в составе которого, реализуются такие стилистиче ские средства как метафора, аллюзия, эвфемизм, ирония, риторический вопрос, пословицы и поговорки.

2. Намек представляет собой косвенный речевой акт, направленный на достижение следующих задач:

– зашифровать истинный смысл высказывания в косвенный;

– выразить такие интенции, как упрек, совет, предупреждение, угрозу и др;

– кодировать информацию таким образом, чтобы адресат смог, опираясь на свои знания, расшифровать подлинный смысл высказывания.

3. Эксплицитная сторона намека расходится с его имплицитным содер жанием, что, с позиций теории косвенных речевых актов, позволяет классифи цировать намек в зависимости от его иллокутивной и прагматической цели и выделить при этом его следующие типы:

- намек-упрек, - намек-совет, - намек-предупреждение, - намек-угроза.

4. Стилистическое выражение намека в политическом дискурсе носит на циональный характер, обусловленный определенными традициями развития политического дискурса в той или иной лингвокультуре. В силу определенных национальных особенностей отмечается разный характер использования намека в русскоязычном и немецкоязычном политическом дискурсе. Для русского по литического дискурса характерна большая косвенность выражения смысла, чем для немецкого. Немецкий политический дискурс тяготеет к «прямой» передаче истинного смысла.

Апробация исследования. Основные положения и результаты исследо вания нашли отражение в выступлениях на научных конференциях разного уровня: Всероссийской научно-практической конференции «Язык. Политика.

Культура» (Саратов, 5 февраля 2009), Международной заочной научно практической конференции «Культура, язык, коммуникация в профессиональ ном образовании» (Саратов, 17-21 мая 2010), VIII Международной научно практической конференции «Актуальные вопросы языковой динамики и лин гводидактики в когнитивном аспекте» (Чебоксары, 27-28 октября 2011), в ряде докладов и сообщений на заседаниях кафедры переводоведения и межкультур ной коммуникации Саратовского государственного социально-экономического университета (Саратов 2006-2012), в выступлениях на конференциях по итогам НИР на кафедре иностранных языков Саратовского государственного социаль но-экономического университета (Саратов 2006-2012). По теме диссертации имеется 8 публикаций общим объемом 3,25 п.л., из них 2 в изданиях, рекомен дованных ВАК.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, заклю чения, библиографического списка, списка использованных материалов и при ложения, включающего 50 таблиц.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновываются выбор объекта и предмета исследования, формулируются цель и задачи диссертации, раскрываются научная новизна и актуальность, теоретическая и практическая значимость исследования, харак теризуются материал и теоретическая база исследования, формулируются ос новные положения, выносимые на защиту.

В первой главе «Намек как разновидность непрямой коммуникации в политическом дискурсе» определяется специфика современного политического дискурса и механизма включения в него намека как способа непрямого сооб щения, рассматриваются жанровые особенности политической статьи, выявля ется место намека в пределах непрямой коммуникации, дается характеристика намека с позиции теории речевых актов, исследуются его основные особенно сти и выявляются его определенные типы в зависимости от цели высказывания в политическом дискурсе СМИ.

В лингвистической литературе наряду с понятием «политический дис курс» [см.: Шейгал 2000] употребляются дефиниции «агитационно политическая речь» [см.: Чудинов 2001], «язык общественной мысли» [см.: Де нисов 1998], «политическая коммуникация», «любые речевые образования, субъект, адресат или содержание которых относится к сфере политики» [см.:

Шейгал 2000], «русский дискурс в русской политической сфере» [см.: Базы лев 1998: 7], «сумма речевых произведений в определенном паралингвистиче ском контексте – контексте политической деятельности» [см.: Герасименко 2002].

Для конкретного типа дискурса характерны определенные языковые яв ления, принципы их использования и условия их функционирования. Основные особенности политического дискурса заключаются в следующем: информатив ность [см.: Шейгал 2000], смысловая неопределенность с ее прагматическими факторами [см.: Dieckmann 1969;

Bergsdorf 1987], среди которых ключевую по зицию занимают стремление спасти свое лицо, потребность избежать кон фликтной ситуации, стремление избежать ответственности за сказанное;

фан томность [см.: Baudrillard 1981, Качанов 1994];

фидеистичность [см.: Мечков ская 1998, Михальская 1996];

театральность [см.: Шейгал 2000].

Задача политического дискурса заключается в том, «чтобы убедить адре сата, пробудив в нем намерения, дать почву для убеждения и побудить к дейст вию» [см.: Bayley 1985]. Для достижения цели «политик должен оперировать символами» [см.: Rathmayr 1995], созвучными с массовым сознанием, «политик должен уметь затронуть нужную струну в этом сознании;

высказывания долж ны укладываться во «вселенную» мнений и оценок адресатов, «потребителей» политического дискурса» [см.: Демьянков 2002].

Важным каналом распространения политического дискурса являются СМИ, в которых особое место занимает журнальная или газетная статья. Ста тью следует определять как жанр, «предназначенный, прежде всего для анализа актуальных, общественно значимых процессов, ситуаций, явлений и управ ляющих ими закономерностей» [см.: Бекасов 1972].

Современная политическая статья тяготеет к косвенному способу пере дачи действительного положения вещей. «Лингвистические способы выраже ния мнения в политической статье в высшей степени разнообразны, варьиру ясь от прямых эксплицитных до скрытых имплицитных. Они включают в себя широкий диапазон языковых средств, как, например, использование различ ных стилистических приемов: сравнений, метафор, анафор, аллюзий, намеков и тому подобное» [см.: Добросклонская 2005].

Нельзя не заметить, что в современной газетной публицистике произошел переход от того, «что» говорится, к тому, «как» говорится, это явление обусловле но растущей конкуренцией среди средств массовой информации, изменением по литической картины мира. Наличие такой категории как намек в тексте политиче ской статьи расширяет круг потенциальных читателей, куда входят читатели, спо собные расшифровать выражения в форме намека, и читатели, которым неясен и непонятен смысл закодированного сообщения. Таким образом, намек в политиче ском дискурсе, обогащая и украшая статью, заставляет читателей мыслить актив но и находить правильный смысл высказывания.

Сутью политического дискурса является «вовлечение другого в сферу своих взаимодействий с миром с целью оказать на этого человека ориенти рующее воздействие, то есть в той или иной степени изменить состояние среды, в которой находится «адресат», таким образом, чтобы это изменение вызвало со стороны «адресата» ту или иную поведенческую реакцию» [Кравченко 2003].

Таким образом, адресант обменивается имеющейся у него информацией, при этом главной целью его является воздействие на адресата. В данном случае речь идет о политической коммуникации, поскольку передача и восприятие информации происходят в рамках политического дискурса.

Политическая коммуникация может осуществляться как прямо, так и кос венно. Прямая коммуникация имеет место тогда, когда «в содержательной структуре смысл равен значению, то есть план содержания высказывания, вы ражаемый значениями компонентов высказывания (слов, граммем и так далее), зафиксированных в словаре, совпадает с итоговым коммуникативным смыслом.

Но план содержания высказывания не всегда совпадает с конечным смыслом самого высказывания» [см.: Дементьев 2006], в данном случае речь идет о не прямой коммуникации, в пределах которой происходит функционирование на мека.





Непрямая коммуникация может рассматриваться как инструментальная сторона политического дискурса. Посредством непрямой коммуникации адре сат пытается внушить, убедить в правильности, добиться поддержки общест вом определенных действий власти. Часто только благодаря непрямой комму никации, можно достичь определенной ответной реакции, которую можно ис пользовать в дальнейшем.

По замечанию В.В. Дементьева, непрямая коммуникация охватывает це лый ряд речевых явлений, при использовании и интерпретации которых знание только правил языка представляется недостаточным. Эти явления: имплицит ность, различные стилистические средства, косвенные речевые акты, тропы, иронические высказывания и так далее, с разных позиций рассматривались в ряде научных дисциплин под разными наименованиями. Все эти явления В.В.

Дементьев объединяет в одно – «непрямую коммуникацию» [см.: Дементьев 2006]. Вслед за В.В. Дементьевым намек рассматривается нами как разновид ность непрямой коммуникации, используемой сознательно как прием, целью которого является направить интерпретацию адресата в желаемом для адресан та направлении.

Понятие намека не нашло пока однозначного толкования в современном языкознании. Согласно словарю С.И. Ожегова, «намеком является слово или выражение, в котором не полностью высказанная мысль может быть понята только по догадке» [см.: Ожегов 1983], «слова, а также жест, поступок, предпо лагающие понимание по догадке» [см.: Ожегов, Шведова 1992]. Согласно сло варю синонимов русского языка, намек – «экивок, камешек в чей-либо огород» [см.: Ситникова 2009].

Намек имеет определенный прагматический характер, как средство воз действия на адресата и вынуждение его выявить ассоциации, вытекающие из контекста. Для изучения намека значима та область прагматических исследова ний, предметом изучения которой является выбор языковых средств для опти мального воздействия на адресата и достижения коммуникативной цели в усло виях заданной ситуации общения. На современном этапе развития языка, когда в распоряжении его носителей находится огромный запас языковых средств и опыт их употребления, на первое место выходят вопросы, связанные не столько с тем, как отразить то или иное мыслительное содержание, сколько с тем, как отразить его наилучшим образом, то есть решить коммуникативные задачи в короткие сроки и с максимальным эффектом воздействия на адресата.

С позиции теории речевых актов намек представляет собой речевой акт, поскольку он являет собой высказывание, имеющее конкретную цель – намек нуть адресату, и реализуется посредством различных языковых средств. При этом намек нельзя отнести к прямым речевым актам: используя намек в комму никации, нельзя однозначно выразить его иллокутивную цель, как в случае с прямым речевым актом, который требует эксплицитного выражения истинного коммуникативного намерения говорящего. Именно поэтому намек относится к косвенным речевым актам, выражающим смысл имплицитно.

Косвенный речевой акт-намек «стоит на полдороги от открытых к скры тым речевым актам. На одном полюсе он граничит с открытой подсказкой, на другом – с инсинуацией. Между этими полюсами лежит множество промежу точных случаев самой разнообразной этологии, обусловленных широким спек тром причин и нацеленных на широкий спектр эффектов. Но во всех случаях, от подсказки до инсинуации, намеки сходятся в общей интенции намекающего – подтолкнуть мысль к нужному результату, оставив окончательную формули ровку за слушателем» [см.: Никитин 1997].

Многими лингвистами отмечается, что косвенное высказывание употреб ляется в целях создания социально благоприятного климата. Изучение косвен ного речевого акта намека в рамках политического дискурса СМИ является важной задачей, поскольку намек часто помогает избежать каких-либо спорных и неприятных ситуаций. Посредством намека говорящий реализует ряд страте гий: попытки уйти от ответственности за авторство высказывания (характерно для политического дискурса), направление собеседника к выбору верной ин терпретации (непосвященный в проблему не поймет суть высказывания), жела ние скрыть личную заинтересованность в ситуации.

Для намеков как элементов косвенной коммуникации характерно весьма специфическое отношение между прямым и косвенным смыслом. Более четкое представление может дать следующая общая модель намека:

Думаю, что ты что-то знаешь о Х.

Говорю не напрямую, потому что знаю, что ты знаешь, о чем я хочу ска зать, Говорю так, потому что хочу, чтобы ты сам сделал вывод и понял, что я хочу этим сказать.

Особенностью намека является то, что для понимания его истинного смысла, он должен быть расшифрован. Важную роль в правильной трактовке намека играет контекст высказывания. Именно контекст позволяет декодиро вать смысл высказывания (намека), при этом смысл высказывания зависит от различных целей, которые преследует говорящий.

Анализ материала путем метода сплошной выборки позволил нам выде лить различные типы намека в зависимости от целей говорящего. С позиций теории косвенных речевых актов мы предлагаем рассмотреть следующую клас сификацию намека, учитывая цели высказывания:

1. Намек-упрек 2. Намек-совет 3. Намек-предупреждение 4. Намек-угроза В ходе предпринятого нами исследования были определены закономер ности функционирования каждого типа намека. Имея общую прагматическую цель – воздействовать на адресата, они преследуют разные иллокутивные цели.

Намек-упрек выражает неодобрение, часто дает отрицательную оценку челове ку или событию. Намек-совет выражает своеобразную поддержку, подсказку.

Намек-предупреждение имеет целью предупредить кого-либо, иногда предос теречь от чего-либо. Намек-угроза выражает скрытую агрессию, возможно опасность для кого-либо или чего-либо. Намек, таким образом, представляет собой осуществляемое в рамках контекста высказывание, прагматической це лью которого является сокрытие скрытого смысла, а его иллокутивная задача зависит от намерений говорящего.

Вторая глава «Прагмастилистические характеристики намека в полити ческом дискурсе» посвящена исследованию различных типов выражения наме ка в политическом дискурсе СМИ, закономерностям их использования, выяв лению стилистических средств, характерных для определенных типов намека в русскоязычном и немецкоязычном политическом дискурсе СМИ.

В современном языкознании намек, обычно понимаемый как один из ви дов непрямой коммуникации, рассматривается наряду с такими ее видами как метафора, эвфемизм, косвенные речевые акты, ирония, двусмысленные выска зывания, пословицы, поговорки и так далее. Мы предлагаем такую схему, при которой сам намек понимается как общее понятие косвенного вторичного смыс ла речевого акта, в составе которого реализуются такие стилистические средства как аллюзия, пословично-поговорочные суждения, риторический вопрос, эвфе мизм, метафора, ирония. Анализ конкретного материала проводился нами путем исследования стилистических приемов выражения различных отношений к со бытиям и лицам, о которых с той или иной степенью намека говорится в полити ческих статьях российской и немецкой прессы.

Анализ представленного материала позволил нам выделить следующие способы выражения намека посредством аллюзии:

1. Путем ссылки на известную фразеологическую единицу или упомина ние части фразеологизма вместо всей единицы, 2. Путем ссылки на общеизвестные факты в жизни общества, например, на социальные, исторические, культурные, 3. Путем ссылки на значимый элемент литературного или музыкального произведения.

Количественный подсчет результатов анализа выражений намека в форме аллюзии в русскоязычной и немецкоязычной прессе показал следующее (см.

табл.1):

Таблица Аллюзия как ссылка Аллюзия как ссыл на известную фра- ка на общеизвест- Ссылка на литератур Типы намеков зеологическую еди- ный факт общест- ный источник,(%) ницу,(%) ва,(%) Язык политической Русский Немецкий Русский Немецкий Русский Немецкий статьи язык язык язык язык язык язык Намек-упрек 36,24 66,3 41,28 64,15 55,4 Намек-совет 42,9 0 42,74 35,85 28,53 Намек 14,15 16,8 15,98 0 10,01 предупреждение Намек-угроза 6,71 16,9 0 0 6,06 100 100 100 100 100 Общее кол-во намеков Контекстуальный анализ представленных типов аллюзий позволяет рас смотреть их реализацию в намеке. Первый тип аллюзии достаточно представ лен для выражения намека в качестве ссылки на библейские, мифологические события и личности. В русской части нашего материала этот случай является более распространенным, чем в немецкой:

««Братья-мусульмане» - это «радикалы в овечьей шкуре», которые, де монстрируя свою умеренность, не способствуют интеграции последователей ислама в европейское общество» (НУ) [АиФ1].

«… пора начинать разгребать милицейские конюшни» (НС) [НГ].

«Ведь яйца курицу не лечат и пенсию ей не платят» (НП) [АиФ].

«…Но незваный гость гораздо хуже Хинштейна! (НУг) [НГ].

«Wir brauchen kein politisches Pferd in der Knesset!» (НУ) [SD].

«Falsche Doktoren im Bundestag… Politik und Gomorrha »(НП) [SD].

Следующий тип аллюзии касается разных общеизвестных социальных, исторических, культурных фактов:

«Зато жена у него оказалась очень даже долгорукая!» (НУ) [АиФ].

«…например, сделать «депутат-бокс» …сошлись недовольные избирате ли, подхватили того или иного избранника под белы руки - и в бокс! «Мэр бокс» можно сделать более комфортабельным» (НС) [АиФ].

Здесь и далее используются следующие условные обозначения источников текстовых иллюстраций:

а) печатные издания: Аргументы и Факты – АиФ, Коммерсант – Ъ, Комсомольская Правда – КП, Московский комсомолец – МК, Независимая газета – НГ, Российская газета – РГ, Frankfurter Allgemeine – FA, Sddeutsche Zeitung – SD (2006-2012гг).

б) типы намеков: намек-упрек – НУ, намек-совет – НС, намек-предупреждение – НП, намек-угроза – НУг.

«Seit Ronald Reagans Amtszeit wird das Vermgen der USA systematisch und massiv von unten nach oben umverteilt. Einen "zwanzigjhrigen Krieg" nennen das die US-Politologen Jacob Hacker und Paul Pierson»(НУ) [SD].

Третий тип составили аллюзии на литературные и музыкальные произве дения:

«Быть рабочим хорошо, но бюрократом лучше. Я б в чиновники по шел, пусть меня научат» (НУ) [КП].

«Если ведомство министру возглавлять наскучит, Он бы сам себя уб рал - пусть его научат!» (НС) [АиФ].

«…Получится какой-то агент ноль-ноль-мэр с правом на убийство!» (НП) [АиФ].

«Толстые и пузатые не пройдут!» (НУг) [КП].

«Fraktionschef Gregor Gysi will wegen einer journalistischen Ode an den Mauerbau nicht mehr in der "Jungen Welt" Anzeigen schalten»(НУ) [SD].

Анализ аллюзии в качестве формы выражения намека помог нам выявить, что самую обширную группу намеков, как в русскоязычном, так и в немецкоя зычном политическом дискурсе, представляют намеки-упреки. В русскоязыч ном политическом дискурсе наименьшее распространение получил намек угроза, в немецкоязычном политическом дискурсе – намек-предупреждение и намек-угроза. Аллюзия, как средство выражения намека в русском политиче ском дискурсе получила большее распространение, чем в немецком.

Анализ представленного материала позволил нам выделить следующие спо собы выражения намека посредством пословично-поговорочных суждений:

1. Пословично-поговорочные суждения исследуемого языка, 2. Пословично-поговорочные суждения иностранного происхождения.

Количественный подсчет собранного материала русскоязычной и немец коязычной прессы показал (см. табл. 2):

Таблица Пословично-поговорочные Пословично-поговорочные Типы намеков суждения исследуемого суждения иностранного языка, (%) происхождения, (%) Немецкий Русский Немецкий Язык Русский язык язык язык язык Намек-упрек 10,34 28,4 47,93 33, Намек-совет 41,7 38,88 0 34, Намек 39,64 29,6 52,07 17, предупреждение Намек-угроза 8,32 3,12 0 14, Общее количество 100 100 100 намеков Контекстуальный анализ представленных типов пословично поговорочных суждений позволяет рассмотреть их реализацию в намеке.

В русскоязычном политическом дискурсе СМИ намек-упрек, выражен ный пословично-поговорочными суждениями русского языка не достаточно распространен по сравнению с его другими типами.

«Почему он так делает? В качестве объяснения здесь уместно было бы процитировать поговорку про «расшибание лба»» (НУ) [МК].

«…в настоящий момент у депутатов наиболее популярны те пословицы и поговорки, которые призывают к активным действиям. Вроде той, что «один день весь год кормит» или, например, «как потопаешь, так и полопаешь» (НС) [НГ].

«Der eine erregt den Staub, dem anderen fliegt er ins Auge. So lautet ein chinesisches Sprichwort, das auch in Mnchen gelten drfte...» (НУ) [SD].

«Solange der Donner nicht rollt, bekreuzigt sich der Bauer nicht» (НУ) [SD].

«…nur Bildung fhrt weg vom Reisfeld»(НС) [SD], и др.

В результате анализа пословично-поговорочных суждений в качестве средства выражения намека, мы определили, что наиболее распространенным типом намека в русском политическом дискурсе является намек предупреждение, а наименее распространенным – намек-угроза. В немецком политическом дискурсе наиболее распространенным типом намека является намек-совет, наименее распространенным, как и в русском политическом дис курсе, является намек-угроза. Пословично-поговорочные суждения иностран ного происхождения менее распространены в русскоязычном политическом дискурсе для выражения намека, чем в немецком. Заметим, что в декодирова нии намека в форме пословично-поговорочных суждений основополагающую роль играет контекст, поскольку смысл данных суждений часто трактуется в зависимости от ситуации высказывания Анализ представленного материала позволил нам выделить следующие способы выражения намека посредством риторических вопросов:

1. Личностно-ориентированный риторический вопрос, 2. Неличностно-ориентированный риторический вопрос.

Количественный подсчет собранного материала русскоязычной прессы и немецкоязычной прессы показал следующее (см. табл. 3):

Таблица Личностно- Неличностно ориентированный риториче- ориентированный риториче ский вопрос, (%) ский вопрос, (%) Тип намека Немецкий Немецкий Русский язык Русский язык язык язык Намек-упрек 53,24 45,18 0 56, Намек-совет 9,78 11,92 41,57 Намек-предупреждение 14,35 28,41 41,57 13, Намек-угроза 22,63 14,49 16,86 30, Общее кол-во намеков 100 100 100 Контекстуальный анализ представленных типов риторических вопросов позволяет рассмотреть их реализацию в намеке.

Личностно-ориентированные риторические вопросы получили в русском политическом дискурсе большее распространение, чем в немецком, например:

«Что делали США: требовали не применять насилие к простым вьетнамцам? »(НУ) [АиФ].

«Sind wir eigentlich zu dumm? Haben wir denn gar nichts dazugelernt?» (НУ) [SD].

Намек-совет в немецкоязычной прессе в форме неличностно ориентированного намека не встретился, что говорит о том, что участникам не мецкоязычного политического дискурса для выражения совета косвенным об разом необходимо указание на конкретное лицо.

«Можно ли такому следственному комитету доверять?» (НП) [АиФ].

«А если власть возьмут в свои руки радикалы из партии «Братья мусульмане»? Нужна ли Америке и ее союзнику Израилю повальная исла мизация Ближнего Востока, появление там десятков новых бен ладенов, усиление «Хезболлы» и прочих «хамасов»?» (НУг)[АиФ].

«Президент — министру обороны: «Как с паникерами поступали?»» (НУг) [МК].

«…an wem mssen die Kosten fr den Kampfeinsatz hngenbleiben - und zu welchen Anteilen. Bei den Banken, bei den Staaten?» (НП)[FA], и др.

В результате анализа риторического вопроса в качестве средства выраже ния намека, мы определили, что в русском политическом дискурсе намек упрек, выраженный риторическим вопросом, представлен ярче, чем остальные виды намеков, второе место занимает намек-угроза, третье место принадлежит намеку-предупреждению, меньше всего представлен намек-совет. Таким обра зом, можно сделать следующий вывод: русскоязычный политический дискурс носит более агрессивный характер, поскольку участники политического дис курса, как журналисты, так и политики, стремятся, в первую очередь, выразить упрек или угрозу. Как правило, они стараются косвенно указать на адресата, о чем свидетельствует проанализированный материал. В немецкоязычном поли тическом дискурсе самую обширную группу составил намек-упрек, второе ме сто разделили намек-предупреждение и намек-угроза, последнее место принад лежит намеку-совету.

Нами установлено также, что участники немецкоязычного и русскоязыч ного политического дискурса в большей степени стремятся выразить упрек, нежели совет, предупреждение или угрозу. Однако в немецкоязычной прессе в равной степени представлены намек-угроза и намек-предупреждение. Немец коязычную прессу характеризует меньшая агрессивность. В отличие от рус скоязычного, в немецкоязычном политическом дискурсе намек-упрек в боль шей степени выражен неличностно-ориентированным вопросом. Это свиде тельствует о том, что представители немецкоязычной культуры более осторож но относятся к своим оппонентам, выражая упрек, и стремятся не обидеть адре сата высказывания.

В ходе анализа, было выявлено, что для русского политического дискурса в некоторых случаях характерна агрессия, немецкий политический дискурс этим качеством характеризуется в меньшей степени.

Анализ представленного материала позволяет нам выделить следующие способы выражения намека посредством эвфемизма:

1. Эвфемизмы, направленные на участников политического дискурса:

А) Лица, о которых идет речь в политическом дискурсе;

Б) Лица, находящиеся на руководящих должностях.

2. Эвфемизмы, направленные на страны, международные политические, общественные организации.

3. Эвфемизмы, выражающие деятельность в рамках политического дис курса;

4. Эвфемизмы, выражающие различные ситуации и события в политиче ском дискурсе.

Количественный подсчет собранного материала русскоязычной и немец коязычной прессы показал (см. табл.4):

Таблица Эвфемизм, (%) Страны, общест Участники по- Деятельность в События, ситуации венные и полити литического рамках политиче- в политическом ческие организа дискурса ского дискурса дискурсе Типы ции намеков В русском Немецкий Немецкий Немецкий Немецкий Русский Русский Русский языке язык язык язык язык язык язык язык Общее кол-во 38,43 16,35 7,4 15,09 32,14 41,94 22,03 26, намеков В исследуемом материале нам встретились следующие намеки, направ ленные на участников политического дискурса:

«…наверху просто не хотят вникать в суть проблемы» (НУ) [НГ].

«Общество, которое видит, что его проблемы мало волнуют власть, спо собно поддаться на призывы неких политических подстрекателей. И это очень опасная тенденция, способная привести к более масштабным соци альным разрушениям» (НП) [НГ].

«Медведев не выдержал: “Взять бы кипу бумаг и дать по голове тому, кто инструкции пишет. Это просто сюрреализм. Я дам поручение ввести уп рощенную систему кадрового учета» (НУг) [МК].

«Sollten sie wirklich gute Politiker sein?» (НУ) [SD].

«Ihr aus den USA und Europa fordert von mir, die Macht abzugeben. Aber an wen soll ich sie bergeben? An jene, die einen Putsch versuchen?"» (НУг) [SD].

Меньшее распространение получили эвфемизмы, направленные на стра ны, международные политические и общественные организации.

«Определенные круги этого национально-территориального образо вания возомнили, что пришел их звездный час, что они схватили Бога за боро ду и будут помыкать интересами России» (НУ) [НГ].

«В череде подобных рекомендаций была и рекомендация силовикам «жестко пресекать» любые националистические поползновения. Причем президент отчетливо приказал не искать никаких компромиссов с теми, кто не настроен на диалог. Ни в коем случае с ними не заигрывать, сказал он» (НУг) [НГ].

«Russland wolle „ein System von Vasallenstaaten mit gefgigen Politikern“ in seiner Nachbarschaft errichten, sagt ein langjhriger Berater und heutiger Kritiker Putins, der konom Andrej Illarionow» (НУ) [Welt].

В проанализированном материале широко представлены эвфемизмы, вы ражающие деятельность в рамках политического дискурса.

«Видимо, у них мало своих проблем, вот они и тужатся. А представите ли нашей внесистемной оппозиции бегают туда ябедничать»» (НУ) [АиФ].

«„Wie Sie sehen, stehe ich immer noch hier“, freute sich der georgische Staats chef und erinnerte daran, dass Putin ihn an „einem bestimmten Krperteil“ habe aufhngen wollen. Das htten die USA mit Saddam Hussein schlielich auch ge macht» (НУ) [Welt].

Эвфемизмы, выражающие различные ситуации, события в политическом дискурсе широко представлены как в немецком, так и в русском политическом дискурсе.

«Именно поэтому (я уже неоднократно об этом говорил) то, что про изошло восьмого, было для меня удивительным, потому что я понимал, что тем самым Саакашвили лично растерзал свое Отечество» (НУ) [РГ].

«И пока у власти Саакашвили, подобные «взрывы» со стороны Тбилиси ожидаемы» (НП) [НГ].

«…это может аукнуться новым 11 сентября» (НУг) [НГ].

«Doch solange in beiden Lndern dieselben Akteure an der Macht sind wie bei dem kurzen Krieg im Sommer, ist es kaum denkbar, dass sie Lehren aus der Ver gangenheit ziehen» (НП) [Zeit].

«Israels Auenminister sieht eine rote Linie berschritten» (НУг) [Welt], и др.

Как показало исследование, для русскоязычной прессы намек-угроза в форме эвфемизма, обозначающего страну, политическую или общественную организацию, не типичен. Для немецкоязычной прессы намек-совет в форме эвфемизма, обозначающего первых лиц государства и конкретную страну не характерен. Для намека-угрозы не типична группа, где эвфемизм обращен к первым лицам государства.

В русском политическом дискурсе самым распространенным типом на мека в форме эвфемизма (см. табл. 5) является намек-угроза. Наименее распро страненной группой являются намеки-советы. В немецком политическом дис курсе самым распространенным является эвфемизм, обозначающий деятель ность участников политического дискурса, наименее распространенным – эв фемизм, обозначающий страну или организацию. Наиболее распространенным в немецком политическом дискурсе является намек-предупреждение, последнее место, также как и в русском политическом дискурсе, принадлежит намеку совету. Эвфемизм, направленный в адрес первого лица государства, не распро странен для данных типов намека.

Таблица Эвфемизм, (%) Тип намека Русский язык Немецкий язык Намек-упрек 17,76 34, Намек-совет 16,34 12, Намек-предупреждение 31,71 39, Намек-угроза 34,19 13, Общее количество намеков 100 Анализ представленного материала позволил нам выделить следующие способы выражения намека посредством метафоры:

1. «Антропоморфная метафора»: при исследовании этого разряда анали зируются концепты, относящиеся к исходным понятийным сферам «Анатомия и физиология», «Болезнь», «Секс», «Семья».

2. «Метафора природы»: источниками метафорической экспансии в дан ном случае служат понятийные сферы «Животный мир», «Мир растений».

3. «Социальная метафора»: исследуются концепты, относящиеся к поня тийным сферам «Преступность», «Война», «Театр», «Игра и спорт».

4. «Артефактная метафора»: понятийные сферы «Дом» и «Механизм».

Количественный подсчет собранного материала, касающегося метафоры, в русскоязычной (см. табл.6) и немецкоязычной прессе показал следующее (см.

табл. 7):

Таблица Типы на- Антропоморфная ме- Социальная метафора, Артефактная Природная ме меков тафора, (%) (%) метафора, (%) тафора, (%) Учебные уч Понятийные Шоу, театр Механизм Здоровье реждения Азартная Детство Семья Сферы Дом игра Намек 7,64 27,18 65,94 81,28 90,13 31,58 43,77 28,35 упрек Намек 21,87 9,34 0 6,24 0 31,17 28,5 14,12 совет Намек- пре 40,49 63,48 34,06 6,24 9,87 28,49 27,73 43,61 дупреждение Намек 0 0 0 6,24 0 8,76 0 14,02 угроза Общее 100 100 100 100 100 100 100 100 кол-во Таблица Типы наме- Антропоморфная Социальная метафора, Артефактная Природная мета ков метафора, (%) (%) метафора, (%) фора, (%) Азартная иг Учебные уч Понятийные Шоу, театр Механизм Здоровье реждения Детство Сферы Семья Дом ра Намек-упрек 6,83 25,51 100 63,97 81,2 76,68 22,63 45,12 71, Намек-совет 38,42 8,19 0 12,01 0 0 77,37 21,09 28, Намек- преду 48,38 66,3 0 12,01 18,8 23,32 0 25,75 преждение Намек 6,37 0 0 12,01 0 0 0 8,04 угроза Общее 100 100 100 100 100 100 100 100 кол-во Контекстуальный анализ представленных типов метафор позволяет отме тить их следующую реализацию в намеке.

В исследуемом материале нам встретились намеки, выраженные антро поморфной метафорой.

«В сумасшедшем доме редко бывают изменения. Люди больные, а не лечатся. Нет, эта болезнь неизлечима!» (НУ) [КП].

«Кому понравится, когда к одним регионам Россия относится как за ботливая мать, а к другим как мачеха?» (НУ) [НГ].

«Merkel behandle den Rest Europas wie Stiefkinder - insbesondere die polni schen Nachbarn und Spitzenpolitiker…» (НУ) [SD].

«Erdogan – Israel benimmt sich wie "verzogenes Kind"»(НУ) [Welt].

«Das ganze System ist also krank und das bereits seit dreiig Jahren. Es soll es heilen» (НС) [FA].

Природные метафоры получили широкое распространение в русском и немецком политическом дискурсах.

«…В итоге на предвыборном съезде "Единого леса" лев торжественно объявил о возвращении на царство и пообещал, что отныне будет править, при слушиваясь к мнению "Общеприродного звериного фронта", объединивше го всю живность с окрестных лугов, степей, рек и болот. А еноту он пору чил лично возглавить на выборах в лесную думу список той самой партии хищников и сурков, которую енот в бытность временным царем пытался сде лать более травоядной. Единодушно голосуя за это мудрое предложение, вол ки и медведи плотоядно скалили клыки. Вот такая вот дикая история. А что вы хотели — звери!..» (НУ) [Ъ].

«Волк, переодевшись в овечью шкуру, в конечном итоге сумел обма нуть пастуха» (НУг) [РГ].

«"Besser eine britische Bulldogge als ein Brsseler Pudel", sagte der europa skeptische Parlamentarier und Cameron-Parteifreund Mark Pritchard» (НС) [SD].

Социальные и артефактные метафоры представляют обширную группу в исследуемом нами материале.

«Ну, чисто детский сад, младшая группа! Если бы их здесь за косич ки все время не дергали и в угол не ставили, они бы туда ябедничать не бе гали!» (НУ) [АиФ].

«А вот подкручивать старые разболтавшиеся винты, вставлять но вые детали в американо-российский механизм Макфолу, конечно, придется» (НП) [НГ].

«Sie steht da wie eine Schlerin, die bei der Ausrede fr die schlechten Hausaufgaben ertappt wurde» (НУ) [SD].

«Wenn man eine Tr mit den besten acht Schlssern der Welt hat, aber vor der Tr steht jemand, der jeden reinlsst, dann haben wir ein Problem» (НП) [SD], и др.

В русской прессе в большей степени представлена социальная метафора 47,23%, антропоморфная метафора 28,46%, природная метафора 15,39%, арте фактная метафора 9,01%. В немецкой прессе наибольшее распространение по лучила антропоморфная метафора 32,07%, артефактная метафора 31,5%, соци альная метафора 27,12%, природная метафора 9,31%.

Исследование использования метафор (см. табл.8) в роли средства пере дачи намека, привело нас к выводу, что в русском и немецком политическом дискурсе наибольшее распространение получили намеки-упреки. Как в рус ском, так и в немецком политическом дискурсе наименее распространены на меки-угрозы. При этом в русском политическом дискурсе метафоры представ лены чаще, чем в немецком политическом дискурсе.

Таблица Метафора, (%) Типы намеков Русский язык Немецкий язык Намек-упрек 52,71 43, Намек-совет 14,02 23, Намек-предупреждение 26,92 28, Намек-угроза 6,35 4, Общее количество намеков 100 Анализ представленного материала позволяет нам выделить следующие способы выражения намека посредством иронии:

1. При помощи иронических сравнений.

2. При помощи цитации известных произведений, афоризмов, анекдотов.

3. При помощи ироничных насмешек. Данный тип ироничного намека ис пользуется в качестве завуалированной демонстрации негативной оценки како го-либо лица или какого-либо события.

Количественный подсчет собранного материала русскоязычной и немец коязычной прессы показал (см. табл.4):

Таблица Ирония, (%) Цитирование ли Иронические тературных про Насмешки сравнения изведений, анек дотов Типы намеков Немецкий Немецкий Немецкий Русский Русский Русский язык язык язык язык язык язык Намек-упрек 57,34 88,61 80,7 32,79 43,42 67, Намек-совет 0 11,39 0 0 28,57 Намек-предупреждение 21,59 0 0 67,21 28,01 32, Намек-угроза 21,07 0 19,3 0 0 Иронические сравнения представляют в исследуемом материале обшир ную группу:

«В Бразилии многие девушки не понимают связи между, так сказать, карнавалом и рождением ребенка. Вот так и избиратели... Как голосуют, так они и живут» (НУ) [АиФ].

«Bei manchem Interview von FDP-Chef (Philipp) Rsler denke ich: Das ist eine alte Loriot-Aufnahme. Diese Unbedarftheit und Naivitt - Entschuldigung, wir reden hier vom deutschen Wirtschaftsminister und Vizekanzler» (НУ) [SD].

Ироничные намеки в виде цитирования литературных произведений так же встретились в нашей работе:

«Нарушения прав человека тут ни при чем... Как говорил баснописец Крылов, «ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» (НУ) [АиФ].

«Putin und Medwedjew im Restaurant. Putin zum Kellner: "Ich nehme Steak." Der Kellner: "Und die Beilage?" Putin mit Blick auf Medwedew: "Die nimmt auch Steak"» (НУ) [Welt], и др.

Рассмотрев иронию в качестве средства выражения намека, мы выявили, что в русском политическом дискурсе самую обширную группу представляют намеки-упреки, самую незначительную группу – намеки-советы. В немецком политическом дискурсе среди намеков, выраженных иронией, самую обшир ную группу представляют намеки-упреки, намек-угроза в исследуемом мате риале не встретился. Все это указывает на то, что в немецком политическом дискурсе выражать скрытую угрозу иронией не принято.

Изучив выше перечисленные стилистические приемы в качестве средств выражения намека, было выявлено следующее:

Как в русском, так и в немецком политическом дискурсе самым распро страненным стилистическим приемом для выражения намека является метафо ра. Второе место в русском и немецком языках занимает эвфемизм. Третье ме сто в русском политическом дискурсе принадлежит аллюзии, а в немецком – риторическому вопросу. Далее в русском политическом дискурсе следуют ри торические вопросы, а в немецком пословично-поговорочные суждения. Пятое место в русском и немецком политическом дискурсе занимает ирония. Послед нее место в русском политическом дискурсе принадлежит пословично поговорочным суждениям, а в немецком политическом дискурсе на последнем месте находится аллюзия.

Намек-упрек как в русском, так и в немецком политическом дискурсе в большей степени представлен метафорой. В русском политическом дискурсе распространены природные, социальные и антропоморфные метафоры. Для рус ского национального характера типично сравнение со сказочным животным ми ром. В рамках социальной метафоры мы выделяли доминанты «шоу, театральное представление», «азартная игра», «учебные учреждения». Наличие этого типа метафоры объясняется тем, что в политическом дискурсе современными полити ками часто «разыгрываются целые спектакли», например, перевороты со сменой власти, для того, чтобы убедить общество в какой-либо идее. Азартные игры также широко представлены в намеках-упреках, поскольку, по-нашему мнению, как в немецкой, так и в русской политике проявляются достаточно яркие призна ки азарта. Используя этот тип метафоры для выражения намека-упрека, автор косвенно упрекает в «зависимости» того или иного политика. Наличие антропо морфных метафор в русском политическом дискурсе вызвано, на наш взгляд, тем, что для русской культуры характерны разговоры о здоровье: люди, встре тившись на улице, поздоровавшись, начинают узнавать друг у друга о самочув ствии и рассказывать о своих проблемах со здоровьем. Это одна из особенностей русского национального характера, что совершенно не типично для немецкой культуры.

Намек-упрек в немецком политическом дискурсе тяготеет в большей сте пени к природным, социальным и артефактным метафорам. Намек-упрек, вы раженный природными метафорами, более распространен в немецком полити ческом дискурсе, поскольку для немецкой культуры характерны сравнения с животными, причем немецкая метафоризация здесь не всегда совпадает с рус ской. Среди социальных метафор, выражающих намек-упрек, наибольшее рас пространение получили метафоры с доминантой «семья». Это может объяс няться тем, что немцы, ответственные семьянины, ценят и любят свою семью.

К браку они приходят в довольно солидном, по сравнению с Россией, возрасте.

Говоря об артефактных метафорах, отметим метафоры с доминантой «дом».

Понятие «дом» для немцев имеет важное значение: дом считается универсаль ной моделью для всей германской ментальности, так как всякое существо и вещь принимаются как структура.

Для выражения намека-упрека в русском и немецком политическом дис курсе менее всего представлены пословично-поговорочные суждения. Это го ворит о неприятии в политическом дискурсе поучительного тона, наставлений на путь истинный, постоянных советов, как выйти из сложившейся ситуации или, как поступить в том или ином случае.

Намек-совет в русском и немецком политическом дискурсе представлен в большей степени социальными метафорами. Однако, если для русского поли тического дискурса характерны метафоры с доминантой «азартная игра», то для немецкого – «учебные учреждения». Это может быть связано с тем, что в рус ском политическом дискурсе советуется побороть привычку к азартным играм, «перестать играть с огнем», а немецким политикам, допустившим ошибки, со ветуют исправиться. Также в русском политическом дискурсе для намека совета характерна аллюзия в роли ссылки на известную фразеологическую еди ницу и в качестве ссылки на литературный источник. Это говорит о любви рус ского народа цитировать известные произведения и выражения и привносить в них что-то новое, свое. Эта черта не типична для немецкого политического дискурса. Намек-совет в виде аллюзии и риторического вопроса являются наи менее распространенными стилистическими средствами выражения намека этого типа. В русском политическом дискурсе для выражения намека-совета наименее распространены пословично-поговорочные суждения, риторические вопросы и ирония, что свидетельствует о том, что политики неохотно выража ют совет косвенно при помощи пословично-поговорочных суждений и в боль шинстве случаев используют констатацию какого-либо факта. В русскоязыч ном политическом дискурсе не принято выражать советы при помощи ритори ческого вопроса, в русской культуре дают советы «напрямую», в связи с этим не распространен также намек-совет в виде иронии. Даже при косвенном совете ад ресант старается избегать иронии, что свидетельствует о том, что в данном слу чае целью совета является помощь адресату, а не попытка обидеть его или пошу тить над ним.

В немецком политическом дискурсе не принято выражать намек-совет аллюзией или риторическим вопросом, это говорит о следующем: во-первых, среди представителей немецкой культуры не принято перефразировать литера турные произведения или задавать риторические вопросы, что связано не с от сутствием у представителей немецкой культуры знаний или начитанности, а большая, чем у русских прямолинейность в высказываниях.

Намек-предупреждение в русском политическом дискурсе представлен, главным образом, метафорой и эвфемизмом. Намек-предупреждение часто со провождается антропоморфной метафорой с доминантами «здоровье» и «се мья», что говорит о том, что в русской политике стараются не причинить вреда оппоненту, а доминанта «семья» символизирует попытку защитить кого-либо;

в данном случае политика выступает в роли большой общей семьи. Распростра нена в намеке-совете артефактная метафора с доминантой «дом», где адресат выступает с косвенным предупреждением и пытается спасти свой дом от воз можных неприятностей. Используя эвфемизм для выражения намека предупреждения, представитель русского политического дискурса, возможно, пытается обезопасить себя, «завуалировав» свое предупреждение, чтобы в нужный момент отказаться от своих слов. Меньше всего распространены кос венные предупреждения, носящие ироничный характер. В данном случае адре сант выражает предупреждение и совет адресату с целью сделать определенный вывод, а не с целью «уколоть» его.

В немецком политическом дискурсе намеки-предупреждения в большей степени представлены социальной метафорой с доминантой «семья» и эвфе мизмом, направленным на события и ситуации, освещаемые в политическом дискурсе. Таким образом, адресант предупреждает «политическую семью» о возможной опасности или трудностях и «кодирует» события и ситуации для то го, чтобы усилить эффект предупреждения или «смягчить» его, закодировав определенным образом. Для немецкого политического дискурса наименее ха рактерны намеки-предупреждения в виде иронии, с помощью которых адресант пытается подчеркнуть серьезность своего намерения.

Намек-угроза представлен в русском и немецком политическом дискурсе в большей степени эвфемизмами, что говорит о стремлении адресанта к выра жению косвенной угрозы в адрес политических деятелей или политических партий. Намек-угроза, выраженная эвфемизмом может помочь избежать ответ ственности или опасности, которая угрожает даже самому адресанту. В русском политическом дискурсе намек-угроза, выраженный пословично поговорочными суждениями, представлен в меньшей степени, вероятно, пото му что пословично-поговорочные суждения русского языка редко несут в себе угрозу.

В немецком политическом дискурсе намек-угроза, выраженный иронией, не встретился, что указывает на то, что представители немецкой культуры относятся к ироничной угрозе иначе, чем представители русской культуры, то есть выража ют ее прямо и воспринимают угрозу серьезнее, так как в немецкой культуре адре сант может понести за это серьезную уголовную ответственность.

В ходе анализа языкового материала было установлено, что в русском и немецком политическом дискурсе самым распространенным типом намека яв ляется намек-упрек, что говорит о том, что для современной русскоязычной и немецкоязычной прессы важным является выражение неодобрения каких-либо действий, поступков или событий. Адресант косвенно выказывает свою отри цательную оценку, при этом он вуалирует упрек, давая адресату самому понять, что его действиями недовольны, и что они осуждаются.

Намек-предупреждение в русском и немецком политическом дискурсе занимает второе место, что, по нашему мнению, является особенностью нацио нального немецкого и русского характера. Россия в своем становлении как со временное, независимое и демократическое государство преодолело большой и тяжелый путь после распада СССР, что послужило толчком для создания ново го поведения в политике. Авторы статей пытаются указать друг другу на ошиб ки, предупредить друг друга о новых возможных недочетах. Схожая ситуация просматривается и в современной Германии, являющейся на данный момент самой стабильной и экономически независимой страной Европы, которая в пе риод затяжного европейского кризиса смогла протянуть руку помощи своим соседям. Предупреждая и используя намеки, авторы политических выступле ний довольно аккуратно пытаются обратить внимание общественности на серь езные политические проблемы.

Намек-совет в немецком и русском политическом дискурсе занимает третье место. Он представляет собой побуждение адресата к определенным действиям, к определенному поведению. Иллокутивная сила намека-совета со стоит именно в том, чтобы побудить адресата совершить определенное дейст вие. Адресанты косвенно высказывают рекомендации или указания по реше нию сложных или спорных вопросов, при этом намеки-советы воспринимаются адресатом не так болезненно, как, например, намек-упрек или намек-угроза.

Важно отметить, что у русских особенно принято давать советы, немцы, напро тив, советы другим людям дают не столь охотно. Это может объясняться тем, что для русских характерно стремление высказать свое мнение по любому во просу и непременно дать совет или рекомендацию. В немецком обществе при нята некая анонимность, и считается плохим тоном вмешиваться в дела других людей, советы здесь обычно даются только родственникам и близким друзьям.

Намек-угроза в русском и немецком политическом дискурсе занимает по следнее место, что свидетельствует о лояльности, неагрессивности русского и немецкого политического дискурса. Неагрессивное поведение в немецком по литическом дискурсе, как нам кажется, стало формироваться после Второй ми ровой войны, которую развязала Германия. После окончания войны и до сего дняшнего момента можно говорить о наличии у немцев комплекса вины за во енные преступления.

В ходе исследования мы установили также, что для немецкого политиче ского дискурса косвенность передачи смысла менее характерна, чем для рус ского. Этот факт, безусловно, свидетельствует о том, что для немцев важно из лагать свою мысль более прямо, четко и наглядно, не прибегая к многочислен ным стилистическим приемам, к лишним словам, усложняющим понимание смысла. В этом проявляется та черта немецкого национального характера, ко торую можно назвать экономией средств выражения смысла. Русский полити ческий дискурс, напротив, характеризуется многообразием стилистических средств, «помогающих» выразить тот или иной смысл.

В заключении обобщаются результаты исследования, делаются выводы, намечаются перспективы дальнейшего исследования по представленной теме.

Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях:

1. Качалова, Н. А. Выражение намека посредством аллюзии (на ма териале политических статей) / Н. А. Качалова // Вестник Челябинского государственного педагогического университета. 2011. № 10. С. 256-267.

2. Качалова, Н. А. Намек-упрек в форме иронии (на материале рус скоязычной и немецкоязычной прессы) / Н. А. Качалова // Вестник Чуваш ского государственного педагогического университета им. И.Я Яковлева.

2012. № 2 (74), ч. 2. С. 54-57.

3. Качалова, Н. А. Намек как способ передачи лжи / Н. А. Качалова // Теоретические и методические вопросы обучения иностранным языкам: сб. на уч. ст. Саратов: Изд-во «Научная книга», 2008. С. 81-85.

4. Качалова, Н. А. Проблема изучения политического дискурса в совре менном языкознании / Н. А. Качалова // Язык, политика, культура: материалы Всерос. научно-практич. конф. Саратов: Издат. центр. «Наука», 2009. С. 23-27.

5. Качалова, Н.А. Намек как элемент речевого акта и речевого жанра / Н.

А. Качалова // Известия Саратовского университета. Новая серия. 2009. Т. 9.

Серия Филология. Журналистика, вып.3. С. 40-43.

6. Качалова, Н. А. Политический дискурс СМИ / Н. А. Качалова // Про блемы, поиски, решение: сб. науч. тр. по итогам научно-исследовательской ра боты Саратовского гос. социально-экономич. ун-та в 2009 году. Ч. 1. Саратов:

Изд-во Сарат. гос. соц.-эконом. ун-та, 2010. С. 30-32.

7. Качалова, Н. А. Метафорический способ передачи скрытого смысла в политическом дискурсе / Н. А. Качалова // Культура, язык и коммуникация в профессиональном образовании: материалы междунар. заоч. научно-практич.

конф. «Культура, язык, коммуникация в профессиональном образовании». Са ратов: Изд-во Сарат. гос. соц.-эконом. ун-та, 2010. С. 82-91.

8. Качалова, Н. А. Реализация намека-насмешки в политическом дискурсе СМИ / Н. А. Качалова // Вопросы общего языкознания и теории текста: мате риалы VIII Междунар. научно-практич. конф. «Актуальные вопросы языковой динамики и лингводидактики в когнитивном аспекте». Чебоксары: Изд-во Чу вашск. гос. пед. ун-та, 2011. С. 84-88.

Подписано в печать 04.02.2013 Формат 60 48 1/16.

Бумага офсетная. Гарнитура Times.

Усл. печ. л. 1,5. Тираж 110 экз. Заказ № 19-Т Типография Саратовского государственного университета имени Н.Г. Чернышевского 410012 г. Саратов, ул. Большая Казачья, д. 112а Тел.: (8452) 27-33-

 

Похожие работы:





 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.