авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Динамика группы слов с гиперсемой святой: по данным русской лексикографии

На правах рукописи

Селезнева Светлана Николаевна ДИНАМИКА ГРУППЫ СЛОВ С ГИПЕРСЕМОЙ СВЯТОЙ:

ПО ДАННЫМ РУССКОЙ ЛЕКСИКОГРАФИИ Специальность 10.02.01 — Русский язык

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Абакан – 2013

Работа выполнена на кафедре общего языкознания федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Красноярский государственный педагогический университет им. В.П. Астафьева»

Научный консультант: Васильев Александр Дмитриевич, доктор филологических наук, профессор кафедры общего языкознания Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Красноярский государственный педагогический университет им.

В.П. Астафьева»

Официальные оппоненты: Григорьева Татьяна Михайловна, доктор филологических наук, профессор кафедры русского языка и речевой коммуникации Института филологии и языковой коммуникации Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Сибирский федеральный университет» Михайлов Алексей Валерианович, кандидат филологических наук, доцент, заведующий кафедрой общественных связей Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Сибирский государственный аэрокосмический университет имени академика М.Ф. Решетнева»

Ведущая организация: Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Национальный исследовательский Томский государственный университет»

Защита состоится «09» октября 2013 г., в 13.30 ч., на заседании диссертационного совета Д 212.317.01 по защите докторских и кандидатских диссертаций при ФГБОУ ВПО «Хакасский государственный университет им. Н. Ф. Катанова по адресу: 655017, Республика Хакасия, г. Абакан, пр. Ленина, 92, конференц-зал административного корпуса.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ФГБОУ ВПО «Хакасский государственный университет им. Н. Ф. Катанова» по адресу: 655017, Республика Хакасия, г. Абакан, пр. Ленина, 90.

Автореферат разослан «_» сентября 2013 г.

Учёный секретарь диссертационного совета кандидат филологических наук, доцент Е. С. Грищева

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Диссертационная работа посвящена проблеме семантико-стилистических эволюций группы слов с гиперсемой святой: апостол, благоверный, блаженный, исповедник, мученик, патриарх, подвижник, поклонник, праведник, преподобный, пророк, святитель, угодник. Лексемы объединяются на основании единства следующих признаков:

грамматически — значением лица;

семантически — общим компонентом (гиперсемой), являющимся выражением понятия о сакральном;

синтагматически — устойчивой сочетаемостью с прилагательным святой. Слова данной группы можно считать принадлежащими к ключевым словам русского языка, так как они, являясь обозначениями традиционного национального идеала личности (святой как русский герой), входят в семантическое ядро русской культуры.

Современный период истории России называют веком «крушения кумиров», «экзистенциального вакуума». В результате забвения духовных ценностей, сосредоточенных в Православном вероисповедании, смысловое поле национальной культуры оказалось аксиологически неясным. В состоянии неопределённости, в частности, находится и понятие о национальном идеале личности, в традиционной русской культуре выраженное в образе-символе святого. Этим обстоятельством обусловлена общекультурная сторона актуальности исследования. Лингвистическая её сторона определяется задачей выяснить изменения в содержательной структуре слов с сакральным компонентом на протяжении истории их бытования.

В современной лингвистике отмечается стабильный интерес к изучению лексики с сакральным компонентом семантики. Исследования имеют разноаспектный характер: в когнитивном аспекте концепты «Святые» и «Святость» рассмотрены в трудах Ю. С. Степанова, В. В. Колесова, Е. С. Яковлевой, И. Н. Пономаренко;

в ряде работ изучаются структурные и семантические изменения лексем семантического поля святой (святость) [Королева, 2003;

Смирнова, 2004;

Михайлова, 2004];

в лингвокультурологическом аспекте (в рамках проблемы моделирования «внутреннего человека») выполнено описание семантического пространства «святость» [Смирнова, 2005].

Тема исследования определяет необходимость комплексного подхода к её рассмотрению: анализ динамических процессов в лексической семантике группы слов с сакральным компонентом в связи с изменениями мировоззренческой основы в национальной культуре представляется наиболее плодотворным в рамках единства традиционного системно-структурного и популярного сегодня антропоцентрического подходов.

Актуальность работы обусловлена, с одной стороны, лингвистической задачей выяснить структурные изменения в семантике слов с сакральным компонентом в истории их бытования. Общекультурная её сторона определяется особой значимостью анализируемых слов, являющихся выражением национального идеала личности.

Объект исследования — группа слов с гиперсемой святой (о человеке).

Предмет — динамические процессы в семантической структуре слов, проявляющиеся в разного рода изменениях лексического значения.



Цель работы – выявить изменения, происходящие в семантической структуре слов, и рассмотреть их в связи с мировоззренческими эволюциями в русском общественном сознании.

Поставленная цель определяет конкретные задачи работы:

1) воссоздать панораму смысловых интерпретаций исследуемой группы слов со времени их первых письменных фиксаций и до настоящего времени;

2) проанализировать характер и выявить причины их семантико-стилистических эволюций;

3) обнаружить тенденции в динамике данной группы слов на современном этапе их бытования.

Данная работа выполнена на материале широкого круга лексикографических источников – словарей русского языка различных типов: исторических, толковых, этимологических, диалектных и т.д. В предисловии к своему знаменитому словарю И. И. Срезневский писал: «…из систематических сообщений о всех словах… представится философия народа в хронологическом порядке» [Срезневский, 1958, I, с. V].

В этих словах великого лексикографа находим не только оправдание избранному нами пути использовать лексикографические данные как документированные факты, но и некое санкционирующее одобрение идеи настоящего исследования – рассмотреть семантико стилистическую эволюцию слов с сакральным компонентом как проявление перемен в мировоззрении носителей языка.

Объём материала составляет 2304 единиц фиксаций (примеров речевых употреблений, в том числе словарных иллюстраций и цитат из Национального корпуса русского языка).

Гипотеза. Наблюдения за семантической эволюцией данной группы слов в истории русского языка позволят, во-первых, отыскать утраченные социумом, но сохранившиеся в памяти языка исконные компоненты их смысла;

во-вторых, предоставят возможность рассмотреть в частных закономерностях семантической динамики универсальный механизм взаимосвязи языка и социокультурных феноменов.

В современной лингвистике отмечается стабильный интерес к изучению лексики с сакральным компонентом семантики. Например, см. диссертационные исследования:

Горюшина Р. И. Лексика христианства в русском языке (системные отношения прямых конфессиональных и производных светских значений слов) [Волгоград, 2002];

Королева И. А. Православная сакрально-богослужебная лексика в современном русском языке и в художественном тексте [Волгоград, 2003];

Талапова Т. А. Концепт «вера / неверие» в русской языковой картине мира [Абакан, 2009];

Бушакова М. Н. Лексико семантические и православно-культурные параметры концепта «грех» в русском языке Климович Н. В. Библеизмы в художественном тексте:

[Ставрополь, 2010];

типологический, функциональный и переводческий аспекты [Иркутск, 2011]). Как видно из тематики работ, интерес исследователей сосредоточен большей частью на изучении концептов. Ряд работ посвящен разноаспектному исследованию семантического поля «святость». Так, например, в диссертационном исследовании С. А. Смирновой «Святость как феномен русской культуры (семантическое и лингвокультурологическое описание)» представлено описание семантического пространства «святость» в рамках проблемы моделирования «внутреннего человека» [Смирнова, 2005, с. 5]. В когнитивном аспекте концепты «Святые» и «Святость» рассмотрены в трудах Ю. С. Степанова, В. В. Колесова, Е. С. Яковлевой, И. Н. Пономаренко. В ряде работ изучаются структурные и семантические изменения лексем семантического поля святой (святость) [Королева, 2003;

Смирнова, 2004;

Михайлова, 2004].

Научная новизна работы определяется тем, что в ней предпринята попытка в комплексе системно-структурного и антропоцентрического подходов изучить смысловую динамику лексем, выражающих традиционно русское представление об идеальной личности. В работе разработана модель описания семантической эволюции слов с сакральным смысловым компонентом;

отмечены закономерности, скрытые в механизме переосмысления слов;

выявлены реализации этого процесса в изменениях структуры лексического значения;

раскрыты основные тенденции динамики слов с сакральным компонентом.

Положения, выносимые на защиту: 1. Статус слов с сакральным компонентом семантики можно считать показателем духовного состояния общества. Преобладание одной из двух противоположных тенденций — употребление слова в исконном прямом (сакральном) или переносном (мирском) значении — отражает соответственно преобладающие приоритеты в системе ценностей носителей языка.

2. Семантика группы слов с общей (доминантной) семой «святой», обозначающая традиционно русский идеал личности, в истории русского языка претерпевает существенные изменения. Секуляризация мировоззрения порождает переосмысление сакральных понятий. В языке это проявляется в перестройке семантической структуры лексического значения слова: сакральный компонент, входящий в ядерную зону, перемещается на периферическую зону значения, смысловая доминанта переносится на вторичные, периферийные компоненты. В результате такого «сдвига» нарушается единство формы и содержания (знака и значения), слово выходит из активного употребления.

3. Данные русской лексикографии последних десятилетий отражают сложность современного социально-исторического момента, характерной чертой которого является мировоззренческая неопределенность. В семантике слов с ведущим ранее сакральным компонентом этот процесс выражается, с одной стороны, в возвращении в активный словарь их прямого значения, с другой стороны – в весьма разросшейся метафоризации.

Основными методами исследования явились: метод компонентного анализа – для установления иерархии сем в структуре слова;

для интерпретации семантических преобразований применялись описательный и метод сопоставления данных словарных дефиниций в лексикографических трудах на разных исторических этапах бытования слова;

контекстуальный анализ применялся с целью выявить семантико-стилистические перемены в содержании лексем и для выявления смысловых отличий лексико семантических вариантов (ЛСВ);

элементы количественного анализа использовались для выяснения частотности употребления разных ЛСВ слова на современном этапе его бытования. Сбор материала осуществлялся методом сплошной выборки из Малого академического словаря (1981-1984) [МАС2].

Теоретическая значимость работы определяется тем, что лингвистический анализ данных слов углубляет представление об их семантике и функционировании (в частности, в творчестве А. С. Пушкина и в современных текстах). Анализ словарных дефиниций, использованный в работе для изучения смысловой динамики слов, расширяет возможности применения лексикографических источников в исследованиях по лексической семантике. Принципы и методы комплексного изучения анализируемых в работе слов могут быть полезны для изучения семантики и функционирования других слов религиозной тематики.

Практическое значение работы состоит в том, что материалы, наблюдения и результаты исследования могут быть использованы в практике вузовского преподавания спецкурсов и спецсеминаров, при изучении дисциплин «Социолингвистика», «Лингвокультурология», «Русская лексикография», «Лексикология», «Лексическая семантика», «Общее языкознание», на занятиях по истории языка. Отдельные сведения могут быть полезны при изучении культурологии, русской литературы, религиоведения.

Апробация диссертационной работы. Положения и результаты диссертационного исследования были представлены в докладах на XIV Всероссийских филологических чтениях имени профессора Р.Т. Гриб (Лесосибирск, ЛПУ, 2011) — тема: Эволюция семантики слова пророк;

на VIII Масловских чтениях (Мурманск, МГПУ, 2010) — тема:

История слова преподобный в культурно-историческом аспекте;

на Второй Межвузовской научно-практической интернет-конференции (Красноярск, КГПУ им. В.П. Астафьева, 2011) — тема: Динамика семантики слова патриарх в культурно-историческом аспекте;

на XL Международной филологической конференции (Санкт-Петербург, 14-19 марта 2011г.) тема — Апостол: эволюция семантики;

на XII Красноярских краевых образовательных Рождественских чтениях (Красноярск, январь 2012) — тема: Национальный идеал личности сквозь призму языка;





на 34-й научной конференции «Славяно-русский мир в языковом сознании евразийцев» (Тюмень, ТГУ, 2012) — тема: Семантическая динамика слова подвижник по данным лексикографии;

на Международной научно-практической конференции «Язык – духовное наследие народа» (Красноярск, 27-28 ноября 2012).

Основные результаты исследования отражены в 11 опубликованных работах, общим объёмом 4,9 п.л., в том числе рецензируемых ВАК — 1,6 п.л.

Структура работы. Работа состоит из Введения, двух глав, Заключения и Списка литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается актуальность работы, обозначаются объект, предмет и методы исследования, формулируется цель и задачи, определяется новизна, теоретическая и практическая значимость, излагаются основные положения, выносимые на защиту, приводятся данные об апробации работы и её структуре.

Первая глава «Язык как воплощение культуры народа» включает три параграфа. В первом обосновывается методологическая база исследования, рассматривается триединство Человек — Язык — Культура, анализируются основные подходы к изучению их взаимодействия в отечественном и зарубежном языкознании. Во втором параграфе категория динамики рассматривается в ряду основных понятий лексической семасиологии: синхронии и диахронии, значения слова и смысла, языкового знака и коннотации. Третий параграф посвящен проблеме отражения динамики слова в лексикографии.

В качестве методологического принципа исследования избран традиционно русский взгляд на мир, именуемый в философии и истории культуры реализмом. Его исходная мысль – «идея столь же реальна, сколь и вещь» [Колесов, 1999, с. 6], в философской терминологии он формулируется как «имманентность всего всему» (Н. О. Лосский). Эта позиция (в разных вариациях именования: метафизика всеединства, онтологический имманентизм, христианский антропологизм, экзистенциализм, русский космизм) представлена в трудах П. А. Флоренского, С. Л. Франка, С. Н. Булгакова, Н. А. Бердяева, И. А. Ильина, В. С. Соловьёва, А. Ф. Лосева, Н. Ф. Фёдорова и др.

Человек объединяет феномены языка и культуры в сфере своей сознательной деятельности как онтологически данные способы постижения смысла и проявления своей личности через «реальные отношения человека к человеку, к миру (за этим скрывается отношение к другому человеку и к Богу)» [Колесов, 1999, с. 113]. В основе этих отношений лежит определённое мировоззрение. Универсальная семантическая оппозиция «сакральный – мирской», вербальным выразителем первого члена которой является каждое из слов, входящих в анализируемую в работе группу, может быть определена как мировоззренческая, поскольку о системе взглядов на мир индивидуума или сообщества можно судить по тому, как они распределяют в соответствии с ней понятия о явлениях окружающей действительности. Сакральное в системе человеческих ценностей занимает позицию детерминанта, определяя иерархию остальных её уровней. При незыблемости отношений между уровнями этой системы, содержание их (уровней) непостоянно и изменяется в зависимости от разнообразных социально-исторических причин и идеологии эпохи. Динамика слова предопределяется сменой мировоззренческого вектора в общественном сознании. Особенно показательны в этом отношении слова со значением лица и сакрально окрашенным семантическим компонентом. В эволюции их семантической структуры просматривается динамика мировоззрения носителей языка.

В языкознании определились три основных подхода к рассмотрению взаимоотношений человека, языка и культуры: 1) семиотический, с акцентом на знаковой природе феноменов и их внутренней организации (Аристотель, Филон Александрийский, стоики, Августин Блаженный, Дж. Локк, Т. Гоббс, Лейбниц, С. Пирс, Ф. де Соссюр, Ю. М. Лотман, М. М. Бахтин, В. Я. Пропп) ;

2) антропоцентрический, базирующийся на связи языка и культуры с сознательной человеческой деятельностью (В. фон Гумбольдт, А. А. Потебня, Ю. С. Степанов, В. Н. Телия, Н. Д. Арутюнова, В. А. Маслова, Н. И. Жинкин);

3) герменевтический, интегративный, рассматривающий интерпретацию текста как способ воссоздания «культурного кода» народа – носителя языка (Шлейермахер, Дильтей, М. Хайдеггер, Г. Гадамер, В. В. Колесов). Взаимодополняющий характер этих подходов коренится, с одной стороны, в диалектических отношениях человека, языка и культуры, с другой – в их семиотической природе (они единосущны и изоморфны).

Процесс постижения реальности человеком проявляется в языке непрерывным развитием значений слов, иначе говоря, лексико-семантической динамикой. Под нею понимаются «семантико-стилистические эволюции, запечатлевающиеся в фактах его [слова] переосмысления, которые распространяются в зависимости от потребностей социума и активно участвуют в перемещениях элементов лексико-семантической системы, обычно регистрируемых лингвистическими словарями» [Васильев, 1997].

Значимость исследований языковой динамики обусловлена далеко не только чисто лингвистической проблематикой. Поскольку связь жизни социума и его языка имеет характер взаимонаправленного действия, осмысление динамики концептуально значимых слов даёт возможность выявить посредством разного рода семантико-стилистических изменений вектор перемен в мировоззрении носителей языка. В значении слова отражаются отношения человека и окружающего мира. Человек постигает объективную действительность в процессе личного познания посредством родного языка. Язык (слово), с одной стороны, есть выразитель объективного (онтологического) смысла вещей;

с другой стороны, он как условие и средство творческой деятельности, синтезирует объективное и субъективное в сознании человека, постигающего объективно данные сущности окружающего мира через их явления. Слово в ипостаси символа синтезирует действительность и язык;

в действительности – идею и материю;

в языке – понятие и образ.

Говоря о понятии «динамика слова», необходимо различать два смысловых уровня в его значении: 1) уровень объективного сущностного «первоначально заданного смысла» (В. В. Колесов) и 2) уровень человеческого его постижения. Первый, выраженный в глубинном смысле этимона, – величина постоянная;

второй – воплощенный в разнообразии лексико-семантических вариантов, оттенках значения, коннотациях – переменная. Как и математическая переменная, она изменяется лишь в рамках определённого множества, которые заданы первоначальным константным смыслом этимологической основы.

В третьем параграфе рассмотрено современное состояние изученности основных проблем, связанных с отражением смысловой динамики слов в лексикографических источниках. В их числе следующие: 1) тождество слова (различное понимание значений одних и тех же слов людьми разных исторических эпох);

2) семантизация (трудность объяснения значения слова);

3) типы семантических изменений (многообразие которых обусловлено в том числе различиями подходов к их рассмотрению);

4) отражение стилистической характеристики слова в словаре, не всегда вполне удовлетворительной (по причине отсутствия единых критериев для их классификации). Непосредственная связь лексики с реальной действительностью, условием существования которой является постоянное развитие, определяет перманентный характер обозначенных проблем. На каждом новом этапе развития науки о языке они будут определенным образом решаться, но всякий новый вариант их решения вряд ли станет окончательным. Наиболее исчерпывающая информация об истории слова в письменной и устной формах его бытования может быть представлена в системе словарей исторического цикла: толковых, этимологических, диалектных. Взаимодополняющий характер их сведений можно считать базой данных, обеспечивающей необходимые и достаточные условия для исследований по вопросам языковой динамики.

Во Второй главе «Семантико-стилистические эволюции группы слов с гиперсемой святой по лексикографическим данным» обосновывается объединение слов в группу по совокупности трёх параметров: грамматического— обозначение лица, лексико семантического — общий компонент (гиперсема), синтаксического — устойчивая сочетаемость с прилагательным святой. Исследуемая группа лексем рассматривается как состоящая из двух парадигматически различно организованных подгрупп. В состав первой входят слова, обозначающие сакрально ориентированные проявления личности:

поклоняющийся и угодный (Богу) — поклонник, угодник;

праведный (по отношению к людям) — праведник;

подвижник (по отношению к себе). Слова данной подгруппы, выступая в определённых контекстах, способны взаимозаменяться, находясь в отношениях контекстной синонимии. Вторую подгруппу образуют термины, обозначающие чин (лик) православных святых. Данная группа отграничивается от ряда лексем, обозначающих более конкретно вид подвига святого (молчальник, столпник, верижник и под.), так как они не имеют устойчивой сочетаемости с прилагательным святой и не являются обязательными в терминологии православного обозначения чина святости.

Далее следует описание семантико-стилистической динамики каждого слова данной группы по лексикографическим источникам. Модель описания следующая:

1. На основе данных этимологических словарей устанавливется первоначальная семантика этимона, выясняется спектр его исходных смысловых компонентов.

2. Понятие раскрывается на материале энциклопедических данных или иных культурно значимых текстов (исторических, философских), выявляется его национально специфическая символика.

3. Наблюдение за динамикой семантико-стилистических изменений слова выполняется как анализ его семной структуры с обозначением места и роли сакрального компонента в хронологически выстроенной последовательности лексикографических данных (начиная с «Материалов...» И. И. Срезневского и до Национального корпуса русского языка включительно).

В качестве примера приведем описание (в сокращённом виде) семантических изменений слов праведник и преподобный, представляющих, соответственно, подгруппы контекстных синонимов и терминов.

Праведник. Этимологические словари (М. Фасмера, А. Г. Преображенского) содержат сведения об индоевропейском происхождении корня слова праведник и его первоначальном значении «какой должен быть». Объём понятия слова праведный включает обозначения всех положительных качеств личности: честный, верный, милосердный, безгрешный, добросовестный, законопослушный и т. п.). Содержательной сложности способствует прозрачная «внутренняя форма» основы -прав-, о которой Н. К. Михайловский говорил: «Всякий раз, когда мне в голову приходит слова «правда», я не могу не восхищаться его поразительной внутренней красотой. Кажется, только по русски истина и справедливость называются одним и тем же словом и как бы сливаются в одно великое целое» (цит. по [Зеньковский, 1991, I, с. 17]).

Рассмотрим эволюцию семантики слова праведник в истории русского языка по лексикографическим данным. В «Материалах…» И. И. Срезневского праведник толкуется однозначно: «праведный человек, исполняющий заповеди Божии» [Срезневский, 1958, II, с. 1360]. Здесь мы видим полное соответствие лексического значения исходному понятию. Сочетаемость слова конструктивно ограничена (им.

прил.+ им.сущ.) и тематически замкнута: все 25 примеров-иллюстраций в словарных статьях у И. И. Срезневского принадлежат конфессиональным текстам. Вероятно, слово праведник возникло в русском языке в эпоху Православного Просвещения Руси. Во всех значениях явно или опосредованно, через контекст, присутствует сема Бог. Эта сакральная сема является интегральной в структуре лексического значения анализируемого слова. Материалы Словаря русского языка XI-XVII веков подтверждают эти выводы. В Словаре В. И. Даля в толкование введён компонент «безгрешник» и синонимичный ему «оправданный житием». В пословицах, иллюстрирующих толкования, выражается народное понимание смысла анализируемых слов: здесь сочетаются, с одной стороны, осознание идеала и стремление к нему (У праведна мужа душа красавица);

с другой стороны, понимается труднодостижимость заданного в слове жизненного образца (Ни праведный без порока, ни грешный без покаяния). Во всех пословицах анализируемые лексемы сохраняют сакральность. В. И. Даль фиксирует и два чисто «мирских» контекста со словом праведник: Не нужны нам праведники, а нужны угодники (т.е. нам угождающие). Праведно живут: с нищего дерут да на церковь кладут. Эти примеры говорят о том, что слово в народном употреблении подвергается некоему «обмирщению». Можно предположить, что ко времени издания словаря процесс семантической секуляризации уже довольно активно затронул содержательную сторону анализируемого слова, т.к. «мирские» значения успели закрепиться в памяти носителей языка, оформившись в устойчивые высказывания (пословицы). Вероятно, начало этого процесса совпадает с переменами в общественном сознании народа в XVIII веке. Из Словаря языка Пушкина узнаём, что лексема праведник употребляется в творчестве поэта только два раза: один раз в речи Бориса Годунова в прямом значении;

второе употребление словарь относит к переносному значению: «О юный праведник, избранник роковой, О Занд, твой век угас на плахе» [С. 634]. Поэт называет праведником борца за свободу немецкой молодежи Карла Людвига Занда, вошедшего в историю Германии как убийца литератора и политика Коцебу и по решению суда казнённого. С точки зрения русской ментальности такое употребление слова, бесспорно, имеет переносное значение. Но Пушкин выражает здесь свою высокую оценку поступка Карла Занда, используя сакральную лексику (праведник, избранник, святая добродетель) во всей полноте её смысловых признаков. При этом происходит оценочная перемаркировка смысла, которая смешивает сакральное и мирское, этическое и политическое. Такое употребление слова для того периода истории России было, вероятно, окказиональным. Данные словарей В. И. Даля и языка Пушкина, таким образом, фиксируют начальный этап секуляризации лексемы, когда у неё расширяется сфера употребления и происходит смещение семантики с однозначной традиционно сакральной в сторону мирской полисемии. Первый большой советский Толковый словарь русского языка под ред. Д. Н. Ушакова снабжает дефиницию слова пометами, постулирующими его уход из активного запаса языка: книжн., устар. В формулировке значения отсутствует стержневой ранее компонент семантики - Бог.

Исключение религиозных терминов из толкования слов являлось одной из характерных особенностей советской лексикографии. Нет и примера использования слова в речи.

Словарная статья содержит объяснение еще одного значения, оформляя его как оттенок устаревшего: «Человек, в своих поступках, в своём поведении ни в чём не погрешающий против требований нравственности». При таком толковании лексемы происходит её семантическая деформация: место смыслового ядра, принадлежащее в первоначальном значении семе «Бог», занимает сема нравственность. Сакральное по своей внутренней форме слово, воспринимаемое славянским подсознанием в первобытном своем значении «какой должен быть», лишается всякой связи с традиционной религиозной константой и наполняется мирским содержанием. Большой и Малый академические словари продолжают регистрировать развитие семантики (параллельно формируя и утверждая её) в соответствии с вектором секуляризации. Из БАС1 узнаём, что лексема однозначна, но имеет оттенок значения и входит в устойчивое словосочетание. Основное значение представлено без помет: «Праведник, а, м. Человек, строго придерживающийся заповедей, моральных предписаний какой-либо религии» [БАС1, 1961, XI, с. 12]. Данное толкование включает компоненты религиозного содержания (религия, заповеди), но не имеет сакральной окраски, потому что к середине XX века все религиозные понятия уже были директивно окрашены в презрительно-ироничные тона. Эта оценка распространяется на весь контекст. Наиболее ярко отрицательная оценочность проявляется в подборе примеров-иллюстраций через сочетаемость слов: «Проходили через деревню разные бродячие люди, странники, рассказывали разные небылицы о праведниках, которые бежали от мирской суеты. Гладков, Повесть о детстве, 24» [Там же]. Ещё выразительнее звучит эта оценка в примере к «мирскому» оттенку значения: «О человеке, ни в чём не погрешающем против правил нравственности. Молодое лицо доктора носило явные следы усиленного пьянства. Впрочем, и вся остальная компания не напоминала праведников. Мам.-Сиб. Хлеб, II, 4» [Там же]. Устойчивое сочетание, которое фиксирует словарь (спать) сном праведника не сопровождается пометами, несмотря на то, что имеет ярко выраженную коннотацию иронии. Информация о данном слове в МАС представляет собой уменьшенную копию сведений Большого академического словаря. Словарные статьи этих изданий, посвященные интересующей нас лексеме, объединяет отрицательная оценочность, проявляющаяся как в объяснительной, так и в иллюстрирующей частях. Толкование включает компоненты религиозного содержания (религия, заповеди), но не имеет сакральной окраски, потому что к середине XX века в употреблении многих носителей русского языка религиозные термины приобрели презрительно-ироничную коннотацию. Эта оценка распространяется на весь контекст толкования.

Сравнительный анализ материалов русской лексикографии показал, что семантика слова праведник в условиях господства атеистической идеологии претерпевает существенные эволюции. Важнейший смысловой компонент Бог вытесняется из словарных дефиниций, что лишает слово его национально-традиционной сакральной константы. В результате этого повреждается смысловое ядро лексемы: в ее семантической структуре остаются лишь вторичные, периферийные компоненты. Разрушается единство знака и значения. Лишенная смыслового ядра лексема получает ироническую окраску.

Постсоветский этап истории России вносит свои смысловые оттенки в семантику рассматриваемого слова. В толковом словаре под редакцией Г. Н. Скляревской праведник представлен двумя лексико-семантическими вариантами с пометой рел.: «1) святой, прославившийся своими подвигами и святостью жизни в миру (в отличие от монашествующих, которые называются преподобными;

человек, верный Богу, соблюдающий заповеди;

противоп. грешник…2) Перен. Человек, во всем следующий нормам нравственности, не совершающий зла. Бог считает нас людьми за душу, а не за колесо, порох, компьютер, ТВ. Утратив душу, мы в Его глазах перестанем быть людьми, и Он, скорее всего, устроит зачистку. В Содоме Он готов был пощадить всех ради … десяти праведников. Не нашлось. На многие тысячи жителей не нашлось и десяти. МК, 25.04.04» [ТССРЯ, 2001, с. 770]. Особенный контраст с советским представлением слова создаёт иллюстративная часть к прилагательному праведный: «Святой праведный Иоанн Кронштадтский – наш современник…Отец Иоанн – последний русский святой дореволюционной эпохи, после которой на Святой Руси начался период «Русской Голгофы», давшей миру таких столпов православия, как Патриарх Тихон, митрополит Владимир (Богоявленский), митрополит Вениамин (Казанский). Монастыри Санкт Петербургской Епархии» [Там же]. Речевые примеры представлены контекстами высокого стиля, изобилуют компонентами религиозной тематики;

цитаты принадлежат как религиозным, так и общественно-политическим изданиям.

По данным НКРЯ, 88 примеров-цитат основного и газетного разделов представляют три основных смысловых варианта: 1) святой (примеры сочетаемости:

ветхозаветный праведник, праведник Ной, великий праведник Николай);

2) живущий по законам нравственности (забытый ныне праведник философ Федоров;

праведник мира);

3) перен., ирон. О порочном человеке («А после войны что вытворял этот праведник и титан» (О Сталине);

«коммунистический праведник типа Павлика Морозова или Павки Корчагина» [НКРЯ]. Количественно они распределяются соответственно – 35:31:22.

Данные цифры подтверждают факт актуализации основного значения в полноте его сакрального смысла. «Мирской» лексико-семантический вариант торжественно-высокого стиля развивается путем расширения возможностей лексической сочетаемости.

Достаточно многочисленная группа цитат смыслового варианта с оттенком иронии, вероятно, является показателем сложности духовного состояния современных носителей языка.

Преподобный. По данным этимологических словарей, древнерусский корень -доба берёт свое начало из индоевропейского языка: «*dhabh-, *dhab- подходить, быть подходящим, приноровлять, приноровляться…» [Преображенский, I, 959, с. 186 – 187].

«Подобный, др.-рус. подобьнъ «похожий, подходящий, пригодный», подобно время «подходящее время» (2 Соф. летоп. под 1446 г. и др.), ст.-слав. (Остром. Супр) [Фасмер, 1987, II, с. 298]. Таким образом, этимологические сведения показывают первоначальное присутствие в семантическом ядре анализируемой основы компонента положительной оценочности. Очевидно, на этой базе в общеславянскую эпоху с помощью приставки пре-, которая является старославянским словообразовательным аффиксом, сформировалась лексема преподобный со значением высшей оценки личностных качеств человека: такой, в котором реализован Творческий замысел «по образу и подобию». В русском языке слово с таким значением могло появиться не раньше середины IX века, когда в эпоху Крещения Руси в сознании древних русичей проявился образ Божий через знакомство с Христианской верой.

Как «церковно-славянское слово нового периода» оно представлено в Полном церковно-славянском словаре Г. Дьяченко. Статья, посвящённая этой лексеме, развёрнуто представляет понятие. Такое подробное описание автор словаря дает только словам, по его мнению, выражающим «особенно важные моменты в культурной жизни славяно-русского народа» [Дьяченко, 2006, с. XX]. Исследователи текста Библии о сотворении человека: «И сказал Бог: сотворим человека по образу нашему и по подобию нашему» (Быт. 1,26), - отмечают родство корней слов человек (адам) и подобие (евр. «дмут»;

«домб» уподобление или «адамэ» - я уподобляю). В наименовании человека Адамом видится предначертанное ему уподобление Богу. Важно отметить разную смысловую наполненность слов образ ( целем ) и подобие (дмут): первое значит образ, символ, знак, икона, идеал;

второе - уподобляться, сходствовать – реализацию этого идеала.

Следовательно, «образ Божий в человеке составляет неотъемлемое и неизгладимое свойство его природы, богоподобие же есть дело свободных личных усилий человека, которое может достигать довольно высоких степеней своего развития в человеке, но может иногда и отсутствовать совершенно» [Толковая Библия 1987, III, с. 12]. «По образу Божию есть всякое существо разумное, по подобию же – одни добрые и мудрые» [Максим Исповедник, 1993, с. 25]. Таким образом, старославянизм преподобный появляется на Руси в эпоху её Крещения не как неологизм, но как однокоренное исконно русской основе подобьнъ слово, обогащая её священным смыслом Христианского взгляда на мир и роль человека в нём.

Тринадцать контекстов, представленных в «Материалах…» И. И. Срезневского, разделены на четыре лексико-семантических варианта (ЛСВ): 1)согласный с правилами добродетели;

2) добродетельный;

3) преподобный (в приложении к лицам духовного чина);

4) преподобный (агиологический термин). Первый из них иллюстрируется цитатой из Сборника Святослава: «Иже чистъмъ срдцьмь и дђлесы прђподобьныими призываеть и приметь и отъ вьсякого мђста молитвы его послоушаеть. Сбор. 1076 г. л. 232» [Срезневский, 1958, II, с. 1681]. Это самый старший и единственный пример, где слово выступает в роли качественного прилагательного, согласующегося с неодушевлённым именем существительным (хотя опосредованно через него связано с человеком, который собственно и совершает действия, обозначенные дополнением). Во всех остальных примерах лексема употреблена как характеристика лица, и контексты сгруппированы по характеру её [лексемы] сочетаемости. Таким образом, четыре смысловых варианта, свободная сочетаемость, наличие субстантивированной формы прилагательного говорят о том, что лексема бытует в памятниках русской письменности как полностью освоенное языком слово. Очевидно и то, что во всех своих значениях оно сакрально окрашено.

Сведения Словаря русского языка XI-XVII вв. подтверждают эти наблюдения и представляют в количественном отношении еще более обширный материал. Словарная статья включает в себя 26 примеров употребления слова в письменных памятниках Руси.

Все контексты расклассифицированы по трём ЛСВ. В первом и втором значениях выделяются группы примеров субстантивированной формы. 5 контекстов представляют сочетание анализируемого слова с неодушевленным существительным (прђподобьнђеи руцђ, очи прпдобнии, прпдбнымь срдцмъ…). Оставшееся количество примеров приблизительно поровну распределяется по их сочетаемости с нарицательным (человекомъ, черноризцемъ, отцем, святителемъ…) и собственным (Феодосий, Онофрей, Сергий, Стефан Феофилактов…) обозначением лица. Необходимо отметить абсолютную сакральность лексемы, которая присутствует в ней не только как первый смысл, сохранившийся со времени переводов церковных книг эпохи Крещения Руси: именно он развился и оформился в эпоху Средневековой Руси в одно из вербальных воплощений национального идеала личности.

Словарь Академии Российской (1806 – 1822) постулирует полное сохранение сакральной константы в семантике лексемы, представляя её как двузначное метонимическое единство: «1)Святый, непорочный, праведный. Ниже даси преподобному Твоему видђти истлђенiе. Дђян.2.27. Таковъ намъ подобаше Архiерей, преподобенъ…Евр.7.26. 2) Инок, Богу угодивший. Преподобный Сергiй, Антонiй.». [САР2, 1822, V, с. 231]. Словарь фиксирует устойчивое выражение преподобный отецъ, обозначая его как приветственное название монахов. Его существование говорит о высокой степени употребительности слова.

Несколько иначе представлена лексема в Словаре церковно-славянского и русского языка (1847г.), где субстантив оформлен как отдельное слово, причём выведено оно на первое место по отношению к остальным;

остальные два значения составляют самостоятельную словарную статью и находятся по отношению к первому в отношениях омонимии. Вероятно, ко времени создания словаря частотность употребления субстантивированной формы слова превзошла критическую отметку в процессе количественных накоплений. Надо сказать, что только этот словарь подобным образом отражает бытование слова, остальные лексикографические справочники данного исторического периода не выделяют субстантивированную форму как отдельное слово. По данным словаря, сакральность обеих лексем абсолютна: она наблюдается на всех уровнях семантической структуры слова (в понятии, в коннотации, в синтагматике).

Для создания более полного представления о жизни слова в XIX веке обратимся к Словарю В. И. Даля. «Преподобный, весьма подобный, схожій, похожій на что;

// твр. кур.

о вещи, весьма хорошій, безподобный, превосходный, годный, угожій. Преподобный топоръ, долото.// о челов. Святой, праведный, угодникъ. // Кому усвоенъ почётъ преподобія, монахъ, иногда священникъ, изъ чернаго духовенства. Высокопреподобный іеромонахъ, настоятель» [Даль, 1980, III, с. 394]. В отличие от вышеприведённых толкований, В. И. Даль фиксирует лексико-семантические варианты со значением идентификации и качественной оценки, образующие сочетания с неодушевлёнными именами существительными (топор и долото). Возможно, они появились на базе церковно-славянского варианта, путём переноса значений по семам «подобный» и «хороший», подчинившись оформлению по принципу ложной (народной) этимологии.

Таким образом, с XI до конца XIX века лексема существовала как сакрально окрашенная единица языка, постепенно приобретая признаки термина.

В Толковом словаре русского языка Д. Н. Ушакова, первом большом словаре советской эпохи, лексема представлена следующим образом: «Преподобный, ая, ое (церк.) В православной церкви – эпитет так называемых святых из монашествующих, в знач.

праведный, святой» [СУ, 1938, III, с. 747]. Лексема представлена как однозначная, помета указывает на ограниченность сферы употребления, субстантивированная форма не фиксируется, пример использования слова в речи отсутствует. Словарь постулирует утрату первичной семантики (вернее сказать, не отмечает её) и ограничивает функционирование слова в языке ролью средства речевой выразительности. Несмотря на присутствие в формулировке лексического значения сем религиозного содержания (праведный, святой), сакральность лексемы не проявляется. Она «гасится» обшим содержанием контекста, в котором оценочное сочетание «так называемых» придаёт остальным синтаксическим компонентам смысловой оттенок «мнимый» [Рогожникова, 1991, с. 220]. Это наглядный пример активного воздействия официальной партийной идеологии на языковую семантику: «вредное», «враждебное» слово трактуется с позиций нового (точнее, принципиально иного) взгляда на мир. Атеистическая основа этого взгляда не признает право на существование всего, что связано с традиционной религией.

Словарь русского языка в 4-х тт. и Словарь С. И. Ожегова представляют анализируемое слово так же [МАС2, 1981, III, с. 382;

СО, 1986, с. 505]. Цитата из рассказа И. С. Тургенева «Малиновая вода», иллюстрирующая толкование лексемы в МАС, лишь подчёркивает её «несвоевременность», архаичность.

Более развёрнуто характеризуется преподобный в БАС1. После толкования значения, стилистически и содержательно аналогичного ранее рассмотренным «советским» толкованиям, здесь приводятся примеры-цитаты, снабжённые пометой ирон.

«Надоела мне эта ваша словесность, Робинзон, надоел преподобный редактор, шум и запах несчастных машин типографии – всё надоело! М. Горький. Жизнь Кл. Самгина, 2» [БАС1, 1961, XI, с. 263]. В данном контексте слово наполняется совершенно иным содержанием: сакральная форма используется для выражения отрицательной оценки.

Возникает противоречие между формой и содержанием: это известный приём языкового создания комического. Однако здесь форма и содержание находятся на противоположных полюсах ценностной шкалы, их смешение напоминает попытку наполнить низким содержанием священный сосуд – это уже не комично. Далее в словарной статье помещены примеры, иллюстрирующие субстантивированную форму, которая представлена как оттенок основного значения. Цитаты из текстов XIX века располагаются за знаком, который, согласно объяснению из «Предисловия», сопровождает примеры, подтверждающие ненормативные (устарелые, просторечные, разговорные) формы. Таким образом, значение слова в БАС1 маркируется как ненормативное.

Современная лексикография констатирует активное бытование слова в однозначном сакрально ориентированном варианте и представляет его следующим образом. В Толковом словаре современного русского языка под ред. Г. Н. Скляревской преподобный объясняется в двух словарных статьях, оформленных как омонимы: 1) « Рел. Эпитет монаха, причисленного к лику святых»;

2) «Рел. Святой монах. Русь знает много праведников:

мучеников, исповедников, юродивых ради Христа, святителей, благоверных князей, преподобных. Орехов Д. Святые места России» [ТССРЯ, 2001, с. 786]. На первый взгляд, очень похожие объяснения разных значений, по-видимому, призваны подчеркнуть наличие в языке не только эпитетной, но и терминологической роли данного слова. Словарные статьи содержат большое количество примеров словоупотреблений, содержательно дополняющих толкования. В НКРЯ из 110 примеров основного корпуса 102 - цитаты, в которых лексема употреблена в значении «святой». Отметим, что они принадлежат не только религиозным изданиям, но и общественно-политическим, и художественным («Наш современник», «Знамя», «Спецназ России», «Наука в России», «Аргументы и факты»). Иллюстрации с переносным значением и иронично-уничижительной коннотацией «крайне неприятный» представлены четырьмя контекстами. Пример: «Да брось ты, Толя, рассусоливать, родителей любят безо всяких фокусов…и Фройд твой преподобный мелок, когда объясняет все через нелюбовь к ним (А. Найман. Любовный интерес)» [НКРЯ]. Абсолютное количественное преобладание цитат с прямым значением говорит о том, что лексема преподобный бытует в современном языке народа в его первоначальном сакральном смысловом варианте.

В Заключении работы обобщаются результаты проведённого исследования.

1. Являясь различными по возрасту и происхождению (исконно русские:

подвижник, праведник, угодник, поклонник, преподобный, мученик, святитель, исповедник;

старославянские: благоверный, блаженный;

заимствованные: апостол, пророк, патриарх), эти слова имеют некоторые общие тенденции динамики.

2. До XVIII анализируемая группа слов бытовала только в прямых, первобытных значениях. Примеры: пророк Илия, св. апостолы Петр и Павел, угодники Христа, Никола угодник, патриарх Авраам, праведники христианские. Этот факт объясняется тем, что в эпоху Средневековья мировоззренческую основу русской жизни составляла Православная вера, определявшая пиетет к слову /Слову («В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог…» (Ин. 1:1). Сакрализация жизни проявлялась в сакрализации древнерусских текстов, которая выражалась, например, в отказе от метафор (переименовать что-то, не изменяя, не задевая его сущности, средневековому человеку казалось невозможным).

3. Единичные факты переносного употребления, зафиксированные в материалах картотек словарей русского языка XI-XVII и XVIII в. и НКРЯ, говорят о начавшемся процессе секуляризации в эпоху Смутного времени и особенно развившемся в годы правления Петра Великого.

4. Дальнейшее развитие переносного значения у слов находим в текстах А. С. Пушкина. Поэтический гений великого русского поэта в сочетании с его революционно-демократическим взглядом на мир в ранний период творчества породил массу блестящих метафор, подготовив дальнейшие смысловые смещения в словах изначально религиозного содержания (апостол Вольтера, апостол Корана, апостол неги и прохлад, апостол гибели — о Марате, деятеле французской революции, пророк муз — о Дельвиге;

...патриарх лесов переживёт мой век забвенный — о могучем дубе в Михайловском). Материалы Словаря В.И. Даля демонстрируют относительно стабильное употребление слов данной группы в прямом значении в народной среде в этот же период.

5. Эпоха революционного перехода к социализму в России начала XX века, с внедрением и распространением активно-атеистического мировоззрения, внесла свои изменения в семантику лексем с сакральным компонентом. Советская академическая лексикография отражает этот процесс следующим образом: важнейший смысловой компонент Бог отсутствует в словарных дефинициях;

переносное значение слов получает статус основного номинативного, сакральный компонент, входящий в семантическое ядро слова, перемещается на периферийную зону семантики. Стилистическая высота, присущая сакральному первосмыслу слова, становится средством создания торжественной тональности для выражения понятий мирского содержания или приёмом создания шутливо-комического эффекта в контекстах иронического характера, за счёт несоответствия высоты сакральной формы и мирского содержания (БАС1: Апостол правды и добра, какой вы смешной! Апостол всеобщего разрушения (о революционере Бакунине).

Патриарх театра;

пророк победы;

угодник Потёмкина;

...спать сном праведника (о нетрезвом человеке);

Надоел мне этот ваш преподобный редактор...) пометы, сопровождающие толкование лексем (рел., книж., устар.), указывают на ненормативный, устаревший характер их семантики и необщеупотребительную сферу их бытования.

6. Анализ современного состояния семантики исследуемой группы слов по данным Национального корпуса русского языка за период двух прошедших десятилетий показал следующие результаты.

Однозначным сакральным вариантом в современной речи представлено слово святитель (святитель Игнатий, …Герман).

В двух вариантах переносного смысла бытует слово поклонник: 1) с положительной коннотацией в текстах высокого стиля (поклонник России, …красоты, …Высоцкого, …философии Федорова) – 192 примера;

2) с коннотацией иронии в сниженном стиле грубой физической силы,…мультиков, …психоактивных препаратов, (поклонники …секонд-хендов) – 45 примеров. Прямое сакральное значение слова ушло из активного русского словаря.

Лексемы угодник, преподобный, благоверный, исповедник употребляются в двух вариантах: прямом сакральном и переносном шутливо-ироничном (у них отсутствует вариант переносного (мирского) значения высокого стиля). Количественное соотношение употреблений в высоком и низком стилях следующее: угодник – 48:43;

преподобный – 102:4;

исповедник – 43:5;

благоверный – 25:97. В этой группе количественным преобладанием цитат с переносным ироничным значением выделяется слово благоверный.

Слова праведник, подвижник, патриарх, пророк, апостол, мученик, блаженный представляют собой трёхвариантные семантические структуры, в которых количество употреблений в прямом значении существенно преобладает. При этом у данной группы слов наблюдается развитие переносного значения путем метафоризации через сочетаемость с лексемами мирской семантики. Например: наряду с традиционными сочетаниями Патриарх Московский, Греческий и под., НКРЯ фиксирует различные переносные употребления: П. научного лесоводства, П. уголовного промысла, коллекция пива «Патриарх», в которых исконная коннотация сакральности используется для создания высокого стиля или иронической коннотации. Данные о современном бытовании группы слов, обозначающих национальный идеал личности, говорят о качественной перемене, произошедшей в их семантике. Из периферии общественного сознания возвращается удалённый в советскую эпоху их первоначальный сакральный смысл.

Лексико-семантические изменения отражают сложность современного социально исторического момента, характерной чертой которого является мировоззренческая неопределённость: с одной стороны, официально утверждённое отсутствие национального идеала — например, в форме запрета доминирующей идеологии (Конституция РФ, ст.13), с другой стороны – его [идеала] активный поиск в обществе и нередкое обращение к традиционным ценностям.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

В изданиях из перечня ВАК:

1. Селезнева, С. Н. Семантико-стилистические эволюции слова поклонник в истории русского языка [Текст] / С. Н. Селезнева // Мир науки, культуры, образования.

— 2009. — № 1(13). — С. 53 – 57.

2. Селезнева, С. Н. Динамика «сакрального» и «мирского» в истории слова праведник [Текст] / С. Н. Селезнева // Вестник КГПУ им. В.П. Астафьева. — 2010.— №1. — С. 176 – 183.

3. Селезнева, С. Н. Динамика слова благоверный [Текст] / С. Н. Селезнева // Вестник КГПУ им. В.П. Астафьева. — 2012. – №4 (22). — С. 319 – 324.

В других изданиях:

Селезнева, С. Н. Семантико-стилистическая эволюция слова апостол 4.

в истории русского языка [Текст] / С. Н. Селезнева // Вестник КГПУ им. В.П.

Астафьева. —2008. — №2. — С.110 – 117.

Васильев, А. Д., Селезнева, С. Н. Семантические эволюции слова 5.

угодник [Текст] / А. Д. Васильев, С. Н. Селезнева // Языковые категории и единицы:

синтагматический аспект: Материалы восьмой международной конференции 24- сентября 2009 года. / Владимирский гос. гуманитарный ун-т. — Владимир, 2009. — С.55 – 61.

Селезнева, С. Н. Эволюция семантики слова пророк [Текст] / С. Н.

6.

Селезнева // Теоретические и прикладные аспекты современной филологии:

Материалы XIV Всероссийских филологических чтений имени профессора Р. Т.

Гриб (1928 -1995) / Сибирский федеральный университет. — Красноярск, 2009. – Вып. 9. — С. 134 – 139.

Селезнева, С. Н. История слова преподобный в культурно 7.

историческом аспекте [Текст] / С. Н. Селезнева // VIII Масловские чтения:

Сборник научных статей: В 2ч. — Мурманск: МГПУ, 2010. — Ч.1. — С.182 – 187.

Селезнева, С. Н. Верный: семантико-стилистическая эволюция [Текст] 8.

/ С. Н. Селезнева // Взаимодействие языка и культуры в коммуникации и тексте:

сборник научных статей/ II Международные (XVI Всероссийские) филологические чтения имени профессора Р. Т. Гриб (1928-1995). — Красноярск: Сибирский федеральный университет. – 2011. — Вып. 2(11). — С.73 — 80.

Селезнева, С. Н. Динамика семантики слова патриарх в культурно 9.

историческом аспекте [Текст] / С. Н. Селезнева // Приенисейская Сибирь как лингворегион: Материалы второй Межвузовской научно-практической интернет конференции. — Красноярск: КГПУ им. В.П. Астафьева, 2011. — С. 94 —104.

Селезнева, С. Н. Семантическая динамика слова подвижник по 10.

данным лексикографии [Текст] / С. Н. Селезнева // Материалы 34-й научной конференции «Славяно-русский мир в языковом сознании евразийцев». — Тюмень:

Изд-во ТГУ, 2012. — С.147 — 154.

Селезнева, С. Н. К истории слова блаженный 11. [Текст] / С. Н. Селезнева // Язык — духовное наследие народа: материалы Международной научно-практической конференции 27-28 ноября 2012 г. — Красноярск: КГПУ им.

В.П. Астафьева, 2013. — С. 232 – 243.



 

Похожие работы:





 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.