авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Идиостиль и. нолль в аспекте фразеографии

На правах рукописи

ГОРЧАКОВА Ирина Александровна

ИДИОСТИЛЬ И. НОЛЛЬ В АСПЕКТЕ

ФРАЗЕОГРАФИИ

Специальность 10.02.19 – теория языка

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Екатеринбург – 2009

Работа выполнена на кафедре современного русского языка ГОУ ВПО

«Уральский государственный университет им. А. М. Горького»

Научный руководитель: Мухин Михаил Юрьевич кандидат филологических наук, доцент

Официальные оппоненты: Чиршева Галина Николаевна доктор филологических наук, профессор Горяев Сергей Олегович кандидат филологических наук, доцент ГОУ ВПО «Уральский государственный

Ведущая организация:

технический университет – УПИ имени первого Президента России Б. Н. Ельцина»

Защита состоится «14» октября 2009 года в часов на заседании диссертационного совета Д 212.286.11 при ГОУ ВПО «Уральский государственный университет им. А. М. Горького» по адресу:

620000, г. Екатеринбург, пр. Ленина, 51, комн. 248.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ГОУ ВПО «Уральский государственный университет им. А. М. Горького»

Автореферат разослан « » сентября 2009 года.

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат филологических наук, доцент Л. А. Назарова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

В настоящей диссертации предпринята попытка совместить идеографиче ский принцип представления фразеологических единиц (ФЕ) (активно разраба тываемый для различных единиц языка Т. С. Аристовой, Л. Г. Бабенко и Ураль ской семантической школой, А. Н. Барановым, Д. О. Добровольским, М. Л. Ковшовой, В. Н. Телия, А. И. Фёдоровым, И. Н. Черкасовой) с функцио нально-текстовым подходом к исследованию художественного произведения (Л. Г. Бабенко, Н. С. Болотнова, В. В. Виноградов, И. Р. Гальперин, Е. А. Гон чарова, Г. А. Золотова, Ю. В. Казарин, М. Н. Кожина, Н. А. Купина, Б. А. Ларин и др.) и со стилостатистическим методом (Д. Херберг, М. Хеллман, Г. Харрас, У. Хаас, Г. Штраусс, Е. А. Баженова, А. Н. Баранов), т.е. выработать многоас пектную модель анализа идиоматики в тексте, позволяющую адекватно оценить вклад ФЕ в формирование текста как художественного целого и выявить свя занные с этим особенности идиостиля его автора.

Указанные направления достаточно глубоко разработаны в лингвистической науке: множество научных работ (труды Г. Бургера, Б. Вотьяк, А. В. Жукова, В. П. Жукова, Л. Б. Савенковой, В. Н. Телия, В. Флейшера, А.Э. Хеккен и др.) посвящено исследованию фразеологизмов в художественном тексте, теоретиче ские и практические аспекты изучения идиостиля рассматриваются в трудах В. П. Григорьева, В. Д. Девкина, М. Н. Кожиной, М. П. Котюровой, В. А. Пи щальниковой и др. Большое внимание, уделяемое исследователями современ ной художественной прозе и описанию авторских идиостилей, а также исполь зование актуальных в современной лингвистике идеографического описания лексики, ориентированного на структурирование мира человеком, и методов, заимствованных у точных наук и позволяющих обрабатывать большие массивы языковых данных и объективировать полученные результаты, определяют актуальность кандидатской диссертации, которая посвящена рассмотрению ФЕ в дилогии романов Ингрид Нолль «Мертвый петух» («Der Hahn ist tot») и «Аптекарша» («Die Apothekerin»), а также их переводах на русский язык О. А. Соколовой и Г. А. Шевченко соответственно.

Цель диссертационного исследования – изучение идиостиля И. Нолль на основании выявления особенностей фразеологизмов в романах писательницы, через семантику и текстовые функции идиоматики.

Цель обусловила следующие задачи:

1) выборка материала из романов И. Нолль;

2) разработка методики исследования, выработка модели анализа фразеологиз мов в художественном тексте;

3) сопоставительный (стилистический и статистический) анализ ФЕ (в ориги налах и в переводах);

4) идеографическая классификация фразеологизмов, изучение закономерностей их количественного представления в главах и фрагментах текстов, определение связи семантики идиом с сюжетом и композицией романов – выделение основ ных текстовых функций идиоматики;

5) определение особенностей идиостиля И. Нолль в аспекте фразеографии.

Объектом исследования являются ФЕ в романах И. Нолль «Мертвый пе тух» и «Аптекарша» на языке оригинала (немецком) и – на этапе определения стилистических характеристик ФЕ – варианты их передачи в переводах рома нов на русский язык О. А. Соколовой и Г. А. Шевченко.

Предмет исследования – языковые – семантические и текстовые – особен ности фразеологизмов в романах И. Нолль.

Единица анализа – фразеологизм в текстовом фрагменте.

Материалом исследования стали 870 ФЕ в 1332 контекстах, выбранных из двух источников – романов «Мертвый петух» и «Аптекарша», страницы при водятся по изданиям Noll I. Der Hahn ist tot / I. Noll. – 3. Auflage. – Mnchen :

Deutscher Taschenbuch Verlag, 2005. – 316 S. и Нолль И. Мертвый петух / И.

Нолль. – М. : «Изд-во АСТ», 2004. – 318 с., а также Noll I. Die Apothekerin / I.

Noll. – 2. Auflage. – Zrich : Diogenes Verlag AG, 1996. – 258 S. и Нолль И. Апте карша / И. Нолль. – М. : Иностранка, 2001. – 263 с.

Основными критериями отбора материала явились (1) наличие как минимум двух лексем в структуре языковой единицы, (2) выражающей смысл, не сле дующий из суммы буквальных значений ее составных элементов. В материал включались также авторские варианты ФЕ при условии, что в немецкоязычном словаре идиом был зафиксирован фразеологизм со схожим (по типу гипоним– гипероним или семантическое подобие) значением и аналогичной синтаксиче ской и лексической структурой. В работе были использованы данные специали зированных одноязычных словарей, среди которых основными стали следую щие: «Duden, Band 11. Redewendungen. Wrterbuch der deutschen Idiomatik» и «Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление.



Культурологический комментарий» под ред. В. Н. Телия.

Материал исследования был распределен по 17 основным денотативным сферам. Основанием для отнесения ФЕ в ту или иную денотативную сферу (ли бо несколько сфер) послужил контекстологический анализ, проводившийся с целью определения актуального смысла фразеологизмов. Описание распреде ления фразеологизмов различных сфер по главам и композиционным фрагмен там текстов потребовало применения статистического анализа (компьютерная обработка данных). Для выявления специфики использования ФЕ в немецких и русских вариантах романов был проведен сопоставительный анализ идиомати ки. Перечисленные виды анализа (идеографический, контекстологический, ста тистический, сопоставительный), а также функционально-текстовой, дополнен ный культурологическим, стали основными методами исследования.

Теоретическая значимость и новизна исследования состоят в описании идиостиля современного зарубежного автора и подтверждении значимости ФЕ как носителей смысловой нагрузки и прагматической установки текста. Проза И. Нолль пока не исследована с лингвистической точки зрения, поэтому обра щение впервые к особенностям идиостиля популярной немецкой писательницы представляется вполне оправданным. Теоретическую значимость составляет также модель анализа ФЕ, объединяющая идеографический, статистический, функционально-текстовой и компаративный подходы к изучению идиоматики.

Практическая ценность работы заключается в возможности дальнейшего использования материалов и выводов диссертации при разработке модулей практических занятий по дисциплине «Немецкий язык», в курсе лексикологии немецкого языка и в рамках спецсеминаров, посвященных современной немец кой прозе, а также в цикле лекций по фразеологии и лингвистическому анализу текста. Множественные выводы о семантике и внутренней форме идиом можно использовать в практике преподавания немецкого языка и современной немец кой литературы, практике перевода и лексикографирования фразеологии.

Диссертация обсуждалась на кафедре со Апробация диссертации.

временного русского языка Уральского государственного университета им.

А. М. Горького.

Основные теоретические положения и практические результаты докладыва лись автором на всероссийских (Екатеринбург, 2007;

Великий Новгород, 2009), международных (Екатеринбург, 2008, 2009), региональных (Екатеринбург, 2009) научно-практических конференциях.

По теме диссертации опубликовано 7 работ (в том числе две статьи в изда ниях, рекомендованных ВАК).

Положения, которые выносятся на защиту:

1. Наличие и количественное представление ФЕ разных денотативных сфер в главах и композиционных фрагментах анализируемых романов зависит не от численности конкретных денотативных сфер, а от развития сюжетной линии и может быть использовано как средство поддержки композиционного членения текстов.

2. ФЕ в текстах И. Нолль «Мертвый петух» и «Аптекарша» выполняют сле дующие текстовые функции: обеспечение цельности и связности текста;

созда ние эмотивного пространства;

разделение реального и ирреального;

создание иллюзии реальности происходящего в романе;

создание образов главных геро инь. Идиомы также способствуют реализации авторского замысла: создают ироническую тональность текста, благодаря которой история воспринимается читателем как вымысел при реалистичности описываемых событий. Ориги нальный набор текстовых функций ФЕ характеризует идиостиль И. Нолль.

3. Особенности индивидуальной авторской картины мира И. Нолль, выяв ленные в ходе идеографического анализа ФЕ дилогии «Мертвый петух» – «Ап текарша»: в текстах доминируют оценочная и эмоциональная денотативные сферы, а также сфера универсальных смыслов;

значительно разработаны сферы интеллектуальной деятельности, времени, а также социальная сфера жизни.

Слабо разработаны сферы речевой, конкретной физической деятельности и фи зиологии человека, а также его характеристики как биологического существа и как субъекта деятельности социальной. Незначительно представлены тематиче ские категории восприятия окружающего мира и пространства, наименее раз работаны – быта, количества, финансов и природных явлений.

4. На базе многоаспектного анализа фразеологизмов сформулирован замы сел И. Нолль как автора исследуемых произведений: создание образа героини, характеризующейся отрывом от повседневной реальности и пребывающей в активном поиске героя, удовлетворяющего ее эмоциональным, интеллектуальным и социальным потребностям. Отклонение от социальных моральных норм заложено в мировосприятии главных героинь романов, которые отрицают ценность человека как живого существа. Кроме то го, персонажи И. Нолль не признают социальную деятельность как возможно полезную для других людей и отличаются отсутствием желания познавать ок ружающий мир без своего разрушительного вмешательства в его устройство.

5. Модель анализа ФЕ в оригинальных текстах дилогии И. Нолль совмещает несколько ведущих подходов: идеографический, статистический, а также функ ционально-текстовой и включает следующие этапы:

а) осуществление идеографической классификации фразеологизмов;

б) исследование количественного представления ФЕ разных денотативных сфер в блоках объемно-прагматического и структурно-смыслового членения текстов романов;

в) определение текстообразующей роли фразеологизмов, описание связи их семантики с сюжетом и композицией романов;

г) определение особенностей идиостиля автора.

Структура диссертации определена целью и задачами исследования. Дис сертация состоит из введения, трех глав, заключения, библиографического спи ска и семи приложений. В приложения помещены данные по сопоставительно му анализу ФЕ в немецком и русском текстах дилогии И. Нолль;

приведены таблицы, отражающие распределение ФЕ различных денотативных сфер по главам и смысловым фрагментам романов «Мертвый петух» и «Аптекарша», и материал, на основе которого проведено исследование фразеологии в произве дениях И. Нолль: лексикографическое описание идиоматики с денотативной идентификацией;

в виде таблиц и диаграмм представлены выявленный в ходе многоступенчатого анализа набор текстовых функций ФЕ, а также процентное соотношение ФЕ разных денотативных сфер для каждого романа отдельно и для дилогии в целом. Библиографический список включает 254 наименования, а также 32 словаря и 2 источника материала. Работа изложена на 285 страницах, в том числе основной текст – 204 страницы, приложения – 81.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается актуальность темы диссертации, определяют ся цель и задачи исследования, объект, предмет, указываются источники мате риала и единица анализа, перечисляются методы исследования, раскрываются научная новизна работы, ее теоретическая и практическая значимость, приво дятся сведения об апробации и формулируются основные положения, выноси мые на защиту.

Глава 1. Проблема изучения фразеологических единиц в романах И. Нолль. Цель теоретической главы – рассмотреть общие сведения о творче стве И. Нолль в контексте жанра дамского романа;

основные тенденции в изу чении идиостиля писателей, в том числе с привлечением статистического мето да;

историю и современное состояние изучения фразеологизмов в текстовом, культурологическом, сопоставительном, идеографическом аспектах.

В первом параграфе «Творчество Ингрид Нолль в контексте жанра дам ского романа» дается информация об И. Нолль как одной из самых популярных сегодня немецких писательниц, авторе нескольких романов («Kalt ist der Abendhauch», 1997/«Прохладой дышит вечер», 2003;





«Rslein rot», на ночном столике», 1998/«Натюрморт 2003;

«Selige Witwen», 2001/«Благочестивые вдовы», 2004 и др.), а также ряда повестей и рассказов.

Отмечается, что произведения И. Нолль «Мертвый петух» и «Аптекарша»

представляют массовую литературу и удовлетворяют всем требованиям, чтобы быть определенными как дамские романы, но при этом первая часть рассматри ваемой дилогии содержит детективную линию, которая проявляется в выбран ном автором принципе композиционного построения произведения. Во взятых для анализа романах употреблено огромное количество фразеологизмов, в свя зи с чем возникает вопрос об их передаче в русских переводах и значении, ко торое ФЕ имеют для идиостиля автора в целом. С этим логически связано предположение о том, что фразеология очень показательна в плане создания образов персонажей и динамики событий, а потеря значительного процента ФЕ при переводе отражается на функционировании произведений как художест венных единств.

Второй параграф «Идиостиль писателя: филологические и статисти ческие аспекты» посвящен одному из базовых для диссертации понятий – идиостилю. В работе использовано предложенное М. П. Котюровой определе ние идиостиля как совокупности языковых и стилистико-текстовых особенно стей, свойственных речи писателя. В результате обобщения взглядов различных ученых (В. П. Григорьева, В. А. Пищальниковой, В. Д. Девкина и др.) на про блему исследования идиостиля были выявлены основные свойства идиостиля как категории. Ключевые, или доминантные для писательского идиостиля, язы ковые средства относятся к лексическому уровню, который включает и фразео логические единицы. Вероятно, ФЕ, часто употребляемые в дилогии И. Нолль «Мертвый петух» – «Аптекарша», – это черта авторского стиля немецкой писа тельницы. Ввиду частотности фразеологизмов в рамках конкретных текстов не обходимым становится использование в диссертации статистического метода, как возможности установить зависимость выбора тех или иных ФЕ в соответст вии с замыслом автора.

В заключительном третьем параграфе «Фразеологизмы как особая еди ница языка и текста» представлены ФЕ как сложное языковое явление, под которым понимаются «семантически связанные сочетания слов и предложения, которые, в отличие от сходных с ними по форме синтаксических структур, не производятся в соответствии с общими закономерностями выбора и комбина ции слов при организации высказывания, а воспроизводятся в речи в фиксиро ванном соотношении семантической структуры и определенного лексико семантического состава» (ЛЭС). Параграф содержит реферативный обзор тру дов отечественных и зарубежных ученых по различным аспектам изучения ФЕ:

типологии и лингвокультурологической специфике ФЕ, особенностям сопоста вительного анализа идиоматики, текстовой значимости ФЕ и особенностям их перевода, проблемам идеографического представления лексики и конкретно ФЕ в специализированных словарях (И. С. Алексеева, Л. Г. Бабенко, А. Н. Баранов, Г. Бургер, Е. М. Верещагин, В. В. Виноградов, Т. Е. Владимирова, Б. Вотьяк, В. Г. Гак, Ю. А. Гвоздарев, Д. О. Добровольский, А. В. Жуков, В. П. Жуков, Р. Клаппенбах, М. Л. Ковшова, В. Г. Костомаров, А. В. Кунин, Б. А. Ларин, Л. К. Латышев, В. А. Маслова, В. М. Мокиенко, А. И. Молотков, А. Роткегель, Л. Б. Савенкова, В. Н. Телия, А. И. Федоров, Ч. Фёльдес, В. Флейшер, А.Э. Хеккен, Н. М. Шанский и др.).

Несмотря на разнообразие подходов к исследованию ФЕ и специфику фра зеологического материала, определяемую для каждого конкретного языка, в со временной лингвистике фразеологизмы – специфические единицы языка, ха рактеризующие языковую личность и создающие ряд трудностей при изучении иностранных языков и при переводе художественной литературы на иностран ный язык (языки), носители которого являются одновременно представителями иной языковой картины мира. В тексте ФЕ выступают как средство создания особого композиционного и жанрового единства.

Итак, при изучении дилогии И. Нолль «Мертвый петух» – «Аптекарша» ос новной тезис следующий: часто употребляемые в этих двух романах ФЕ – черта уникального авторского идиостиля, для определения образа функционирования и релевантности которой применим метод, объединяющий идеографическую фразеографию и собственно статистику – исследование количественного пред ставления фразеологизмов и их контекстов в главах и композиционных фраг ментах, а также в романах в целом. Выбор идеографического метода описания семантики ФЕ обусловлен тем, что данный подход – возможность максимально полно описать и формальную, и содержательную стороны каждого конкретного фразеологизма в анализируемых художественных текстах и представить систе му тематических сфер, которые составлены идиомами из дилогии И. Нолль.

С учетом изученных научных работ по фразеологии и фразеографии (в ча стности – идеографической фразеографии), лингвистическому анализу текста, теории идиостиля и проблемам перевода была определена модель, по которой в рамках диссертационного исследования были проанализированы ФЕ в романах И. Нолль «Мертвый петух» и «Аптекарша»:

а) сопоставительный анализ ФЕ в немецкой и русской версиях романа: общее количество фразеологизмов, их стилистическая маркированность;

б) распределение фразеологизмов в немецком тексте по денотативным сферам, оформление идеографической классификации;

в) изучение количественного представления ФЕ разных денотативных сфер в главах (объемно-прагматическое) и фрагментах (структурно-смысловое члене ние текста) романа, выявление закономерностей;

г) определение текстообразующей роли фразеологизмов, описание связи их семантики с сюжетом и композицией романа;

д) определение особенностей идиостиля автора.

Главы 2-я Фразеография романа «Мертвый петух» и 3-я Фразеография романа «Аптекарша» имеют параллельную структуру в соответствии с пред ложенной методикой анализа ФЕ в художественном произведении.

В первых параграфах производится стилистическое сопоставление ФЕ в текстах оригиналов романов И. Нолль и их переводах на русский язык.

При сопоставлении немецкого и русского текстов романа «Мертвый петух»

использовался статистический метод. Из 700 контекстов немецких ФЕ в пере воде романа на русский язык О. А. Соколовой остается всего 48. При этом пол ную невозможность осуществить передачу фразеологизмов легко признать лишь для группы неоднословных выражений сферы «Универсальные смыслы».

«Фразеологичность» текста романа количественно уменьшилась более чем в семь раз, не увеличившись при этом за счет русской идиоматики (т.е. потеря не была компенсирована в процессе перевода). В случае с произведением И. Нолль «Аптекарша» подобная статистика частотности образов, созданных при помощи ФЕ, нецелесообразна, поскольку перевод Г. А. Шевченко являет собой значительно сокращенный текст романа: отсутствует ряд весьма показа тельных в сюжетном плане сцен.

Сохранить в полном объеме тот семантический пласт, который в романах И. Нолль передан при помощи ФЕ, подобрав при этом русскоязычные эквива ленты с соответствующей – образной – внутренней формой, не всегда пред ставляется возможным. При семантико-стилистическом сопоставлении выяв ляются яркие примеры переводческого несовпадения, когда необходимая заме на фразеологической единицы немецкого языка осуществляется с использова нием не вполне подходящих языковых средств русского, что приводит к замет ным контекстным искажениям и даже сказывается на передаче стилистических особенностей всего текста:

1) «Man hat schon fieberhaft herumgeschnffelt, ob ich eine Freundin habe und von daher ein Mo tiv, meine Frau umzubringen. Aber Gott sei Dank, die letzte Freundin liegt schon viele Jahre zurck. Wenn man mich aber jetzt mit Ihnen zusammen sieht, dann ist das ein gefundenes Fres sen fr die Polizei.» («Der Hahn ist tot»: S. 72) – Полицейские уже пытались выяснить, нет ли у меня любовницы, из-за которой я мог пойти на убийство жены. Но, к счастью, моя последняя любовница осталась далеко в прошлом. Если нас с вами увидят вместе, то полиции это будет только на руку.

(«Мертвый петух»: С. 70) Фразеологическая единица ein gefundenes Fressen означает буквально «найден ный корм/жратва», это разговорное выражение, которое естественно выглядит в речи героя, находящегося под подозрением у полиции и раздраженного посто янной слежкой. Кроме того, оно стилистически согласовано с другим словосо четанием, относящимся к работе полицейских и характеризующим последних как собак-ищеек: fieberhaft herumgeschnffelt – «лихорадочно вынюхивали во круг» (ср. с русским «пытались выяснить»). Русское на руку гораздо нейтраль нее немецкой идиомы, налицо снижение степени стилистической маркирован ности (более подходящим видится использование выражения «легкая добыча», подчеркивающего «звериную сущность» полицейских).

Нарушение семантики идиомы, проиллюстрированное далее, несколько иного свойства (смысл немецкой ФЕ – заведомо другой): kurz angebunden озна чает «неприветливо и отталкивающе». Главная героиня романа не хочет гово рить по телефону с родителями, у нее далеко не такое праздничное настроение, как у них, и она сухо и холодно произносит свои пожелания, чтобы быстрее прекратить беседу, вовсе не собирается спорить, а лишь характеризует свою от ветную реплику, используя эмоционально-оценочный фразеологизм:

2) «Wir haben lange nichts von dir gehrt», behaupteten sie.

Kurz angebunden wnschte ich ihnen ein frohes Fest. «Wenn ihr wtet», dachte ich. («Die Apothekerin»: S. 188) – Ты давно не звонила! – уверяли они.

Я не стала спорить и пожелала им веселого Рождества. «Знали б вы только…» – поду мала я. («Аптекарша»: С. 194) Все приведенные идиоматические выражения фигурируют в русском тексте, будучи переданными в той или иной мере неточно в семантическом и/или сти листическом плане. Иногда идиомы оказываются непереведенными вообще.

При этом более удачные варианты перевода можно подобрать практически всегда.

Возможно, в случае с романом «Мертвый петух» несоответствия вызваны разными прагматическими установками оригинала и перевода: для немецкого текста дамского романа-детектива характерно стремление к более ироническо му представлению действительности, для русского – к более вульгарному, пси хологически менее разнообразному. Скорее, русский читатель имеет дело с уп рощенной интерпретацией произведения И. Нолль, чем с его адекватным пере ложением и воспринимает текст, бльшая часть лексики в котором – нейтраль но-разговорная, идиоматика практически отсутствует, а персонажи вследствие этого кажутся довольно скупыми на эмоции.

В переводе романа «Аптекарша», как и в переводе первого романа дилогии – «Мертвый петух», имеют место нарушения семантики и/или стилистики ФЕ, включенных в оригинал произведения, однако справедливо будет заметить, что в целом русский вариант текста «Аптекарша» гораздо ближе к исходному не мецкому, идиоматика иногда оказывается компенсированной в ближайшем контексте или замененной ярким разговорным выражением, что делает художе ственный текст живым и более легким для чтения:

3) «Es ist mir eine Beruhigung, wenn der Junge unter der Fuchtel einer vernnftigen Frau steht.

Er ist etwas leichtsinnig.» («Die Apothekerin»: S. 52) – Мне было бы куда спокойнее, знай я, что он под присмотром благоразумной жены. Он у меня без царя в голове. («Аптекарша»: С. 57) Здесь яркий пример удачной компенсации: ФЕ – unter jemandes Fuchtel stehen:

буквально – стоять под чьим-то кинжалом, т.е. находиться под чьим-либо гос подством, строгим надзором, с денотативной отнесенностью «социальная сфера жизни человека + оценка». Она не может быть точно передана на русском язы ке и нейтрализуется до «под присмотром», зато на месте нейтрального немец кого etwas leichtsinnig (в следующем предложении текстового фрагмента) воз никает идиоматическое «без царя в голове». Образность реплики Германа Гра бера благодаря подобному «смещению» идиомы не теряется.

4) Mein Gerechtigkeitssinn siegte ber meine Abneigung;

er akzeptierte meinen Vorschlag merk wrdigerweise ohne mit der Wimper zu zucken. («Die Apothekerin»: S. 50) Чувство справедливости все же возобладало во мне над неприязнью;

и что интересно, старик без звука принял все мои доводы. («Аптекарша»: С. 55) Во втором примере чуть меняется составляющая внутренней формы фразеоло гизма: ohne mit der Wimper zu zucken: буквально – без того чтобы дрогнуть рес ницей, т.е. эмоционально неподвижно, без раздумий, ФЕ соотносится со сфера ми «Интеллект» и «Эмоции». Немецкий вариант предполагает проявление эмо ции в отсутствии реакции глаз (однако близкое к нему по внутренней форме русскоязычное «глазом не моргнув» к расчетливому и недоверчивому старику Граберу не совсем подойдет), а выражение, выбранное переводчиком, – в от сутствии ответного возражения (действительно, более вероятно по сюжету:

скорее всего, у Грабера были контраргументы против доводов главной героини, но он не счел нужным их высказать, что и странно, по ее мнению). Перемена внутренней формы и денотативной сферы (с «Интеллект» на «Речь») – адекват ная цена сохранения идиоматики.

Прагматические установки оригинала и перевода романа «Аптекарша» сов падают в значительно большей степени, чем это было в ситуации с началом ис следуемой дилогии: русский текст в психологическом и литературном смысле выглядит примерно так, как немецкий, за исключением логичности повествова ния, утраченной ввиду упомянутого решения редакторов-издателей сократить произведение И. Нолль. Образность сохранена, пусть в ряде случаев и заметны нарушения семантики ФЕ.

Большинство фразеологизмов в дилогии И. Нолль «Метвый петух» – «Апте карша» принадлежат разговорно-бытовой речи и являются эмоционально оценочными, сохраняя при этом в конкретном тексте характерные для них в це лом семантику, структуру и стилистические свойства. Идиомы в немецких тек стах не только описывают самые разные чувства героев, но и оживляют пред ставление в художественном произведении наиболее значимых сфер человече ской жизни в целом, что подтверждается идеографической классификацией и исследованием текстовых функций фразеологизмов в оригиналах обоих анали зируемых романов.

Во вторых параграфах реализуется идеографический принцип описания семантики ФЕ. При выделении тематических сфер в ходе анализа фразеологи ческих единиц из дилогии И. Нолль были взяты за основу классификации, при нятые в идеографических словарях, изданных под редакцией проф. Л. Г. Бабен ко. Денотативными (тематическими) сферами называются «максимальные по объему классы слов, связанные с отображением базовых категорий бытия»

(Л. Г. Бабенко).

440 ФЕ в 700 контекстах, выявленных в результате первичного анализа тек ста романа «Мертвый петух», неравномерно распределяются по 15 основным денотативным сферам: «Оценка»;

«Универсальные смыслы»;

«Эмоции»;

«Со циальная сфера жизни человека»;

«Интеллект»;

«Восприятие окружающего ми ра»;

«Речь»;

«Конкретная физическая деятельность»;

«Физиология»;

«Социаль ная деятельность»;

«Время»;

«Пространство»;

«Человек как живое существо, живая природа»;

«Быт»;

«Количество». В романе И. Нолль «Аптекарша» – фразеологических контекста на 430 идиом, причем 302 идиомы не встречаются в романе «Мертвый петух», но основные денотативные сферы при идеографи ческом распределении фразеологизмов – те же, что представлены в тексте пер вой части дилогии, также появляются две совершенно новых денотативных сферы – «Финансы» и «Неживая природа».

Сложность при распределении идиоматического материала диссертации по денотативным сферам заключается в том, что даже при помощи контекстологи ческого анализа порой нельзя однозначно определить актуальный смысл кон кретной ФЕ. Это объясняется многими причинами, в первую очередь, семанти кой ФЕ, способных обозначать целую ситуацию. Таким образом, формируется ряд идиом, попадающих более, чем в одну тематическую категорию: (die Liebe) auf den ersten Blick;

jemanden eines Besseren belehren;

jemandem die Ohren voll heulen;

mit spitzem Finger;

jemandem eine schmieren и др.

Наличие и количественное представление идиом в главах и композицион ных фрагментах анализируемых текстов не совпадает однозначно, не зависит от общего лексического объема выделенных объемно-прагматических и структур но-смысловых частей произведений и даже от численности конкретной денота тивной сферы. Но отмечается явная его зависимость от развития сюжетной ли нии. Так, все 700 контекстов ФЕ распределяются по композиционным фрагмен там текста «Мертвый петух» следующим образом:

а) более чем в половине композиционных фрагментов отсутствуют идиомы малочисленных денотативных сфер – «Человек как живое существо», «Про странство», «Количество», «Быт» (учитывая их общее количество, это неудиви тельно);

б) остальные сферы представлены более чем в половине фрагментов, но при этом нужно отметить нарушение стабильного наличия фразеологизмов тех ка тегорий, которые наиболее многочисленны и есть абсолютно в каждой главе:

• в композиционной части «замысел второго убийства» отсутствуют идиомы сфер «Оценка», «Эмоции», «Время»;

• в «развязке» нет ни одной ФЕ со значением «Социальная сфера жизни чело века», «Время», «Речь».

По пятнадцати композиционным частям романа «Аптекарша» ФЕ рассредо точены так, что:

а) почти все денотативные сферы (16 из 17) представлены только во 2-м и 12-м фрагментах;

б) во всех фрагментах есть идиомы со значением «Универсальные смыслы»

(это закономерно в силу их общего количества);

в) «Эмоции» и «Социальная сфера жизни человека» отсутствуют в 3-й и 8-й композиционных частях, несмотря на многочисленность данных категорий, а в 8-й и 14-й композиционных частях нет ФЕ сферы «Оценка»;

г) более чем в половине композиционных отрезков текста (минимум в восьми, но не во всех) есть ФЕ следующих сфер: «Эмоции», «Социальная сфера жизни человека», «Интеллект», «Время», «Речь», «Восприятие окружающего мира», «Социальная деятельность», «Пространство»;

д) идиомы остальных сфер есть не более чем в 7 композиционных частях ро мана.

Если рассматривать полученные результаты в рамках связи частотности ФЕ и текстовых смыслов, то этим явлениям можно легко дать объяснения. Напри мер, показательным в аспекте связи семантики идиом с композицией романа «Мертвый петух» является тот факт, что «эмоциональные» фразеологизмы от сутствуют в текстовом фрагменте «замысел второго убийства»: героиня впер вые продумывает план преступления, «отключая» на это время собственные эмоции, тем более уничтожить ей предстоит лучшую подругу. Кстати, это единственный раз, когда убийство оказывается спланированным: отсюда от дельная композиционная часть, которую занимают сухие, хладнокровные раз мышления Розмари. Или в романе «Аптекарша»: можно легко предположить, что фразеологизмы всех без исключения тематических категорий есть в 12-й композиционной части лишь потому, что там оказываются обе идиомы со зна чением «Неживая природа». В самом деле, это объединение ФЕ настолько ма лочисленно, что все они помещаются в один отрезок текста и отсутствуют в ос тальных четырнадцати. Но можно отвлечься от количественного показателя:

12-й фрагмент, например, представляет собой описание семейной идиллии Эл лы, Павла и детей. Это время после криминального Нового года с Левином и Дитером, с одной стороны, и до встречи со страдающей серьезным психиче ским расстройством женой Павла Альмой – с другой. Наличие фразеологиче ских единиц абсолютно всех сфер может восприниматься как образное описа ние пусть кратковременной, но полноты жизни главной героини.

Выявленное в романах И. Нолль постоянное наличие зависимости разрабо танности различных денотативных сфер, представленных ФЕ, от сюжетной ли нии является подтверждением возможности судить по фразеологии о динамике сюжета и развитии образов.

ФЕ в дилогии И. Нолль выполняют целый ряд текстообразующих функций.

Наиболее прозрачной является текстовая функция фразеологических единиц сферы «Универсальные смыслы». Данная денотативная сфера семантически предполагает участие включенных в нее языковых явлений в создании цельно сти и связности текста. Фразеологизмы со значением случайности действия, возможности его совершения, истинности или ложности события в романах от личаются высокой повторяемостью, чем обусловливают логическую взаимо связанность эпизодов с точки зрения авторов-рассказчиц. Они позволяют опре делить последовательность суждений, ожидаемость мельчайших поворотов сюжета, оценить происходящее с максимально рациональной (в отличие от сфер «Оценка» и «Эмоции») позиции.

1) Sie fragte vor allem nach ihrem Dieskau und freute sich, dass ich ihr von tollen abendlichen Exkursionen erzhlte, natrlich ohne zu sagen, wohin wir gingen. («Der Hahn ist tot»: S. 27) Конечно, она спросила про Дискау и была рада узнать, что каждый вечер мы совершаем потрясающие прогулки. Само собой, я ничего не рассказала о нашем маршруте. («Мерт вый петух»: С. 26) Фразеологизм vor allem со значением «прежде всего» в примере выше является показателем важности, первостепенности предмета разговора госпожи Рёмер и Розмари Хирте – собаки, тем более сразу после констатации факта вопроса гос пожи Рёмер логично дано описание ее эмоциональной реакции на ответ Хирте.

2) An unserem langen Tisch wurde es im brigen bei zunehmendem Alkoholkonsum immer lauter, so dass ich inzwischen gar nichts mehr verstehen konnte. Auf einmal drehte sich Beate zu mir um. «Hast du Kopfschmerzen oder was, du machst so ein bewlktes Gesicht?» («Der Hahn ist tot»: S. 86) Между тем люди за нашим длинным столом пьянели все больше и кричали все громче, так что становилось трудно продолжать разговор. Тут Беата повернулась ко мне:

– У тебя что, голова болит? Ты сидишь с таким мрачным лицом!

(«Мертвый петух»: С. 85) Идиоматически – auf einmal (вдруг, разом) – выражена случайность действия, его неожиданность для главной героини: Розмари раздражена шумной компа нией, досадует, что не может слышать, о чем говорят за столом Райнер и Беате, а голос обратившейся к ней подруги резко выводит Хирте из состояния вынуж денного созерцания веселья окружающих.

Фразеологизмы категорий «Оценка», «Эмоции», а также идиомы с совме щенной семантикой выполняют функцию создания эмотивно-оценочного про странства текста. В основном такие ФЕ репрезентируют фразовые и фрагмент ные эмотивные смыслы.

3) «Ach Witold, weit du denn nicht, dass Beate selbst in dich verliebt war?»

Jetzt fiel ihm der Unterkiefer herunter. («Der Hahn ist tot»: S. 132) – Ах, Витольд, разве ты не догадываешься, что Беата была в тебя влюблена?

Казалось, у него сейчас отвалится челюсть. («Мертвый петух»: С. 133) Действие в романах развивается во многом за счет неожиданных реплик героев и описания чувств, вызванных ими. Такие ситуации можно описать по психоло гической схеме «стимул – реакция». Если следовать данной схеме, то в примере выше стимулом можно считать реплику Розмари, а реакцией Райнера – внеш нее проявление его ситуативного эмоционального состояния, вызванного ус лышанным. С другой стороны, имеет место оценка Хирте реакции Энгштерна.

Похожий случай ниже: эмоциональному состоянию смущения Китти проти вопоставлен смех до боли в животе Эрнста и Скарлетт, проиллюстрированный в тексте фразеологизмом, с объяснением причин именно такого реагирования.

К семантике эмоции добавляется оценочность, так как описывает ситуацию Розмари, по-своему трактующая поведение других персонажей.

4) «Wie kann man ber so ein makabres Thema Witze machen?» entrstete sich Kitty mit roten Wangen. Aber Ernst und Scarlett konnten vor Lachen nicht an sich halten, weil zwar nicht die Geschichte selbst komisch war, sie jedoch so zwerchfellerschtternd dargeboten wurde. («Der Hahn ist tot»: S. 201–202) – Как можно шутить о таких ужасных вещах? – возмутилась Китти.

Ее лицо покраснело. Однако Эрнст и Скарлетт не могли удержаться от смеха. Сама по себе история была не такой уж забавной, но рассказчик преподнес ее так, что окру жающие хохотали до упаду. («Мертвый петух»: С. 202) ФЕ со значением «Интеллект» и «Речь» могут быть объединены функцией разделения реального и ирреального с позиции персонажей в художественном произведении: улики, признания, компрометирующие эмоции могут быть вы сказаны, материализованы, а могут существовать в сознании героев, обдумы ваться, выдумываться и даже быть забытыми, т.е. не воплотиться в реальности текста.

5) Ich konnte mich von diesem Bild nicht lsen. Ich bin ein weiblicher Spanner! scho es mir durch den Kopf. («Der Hahn ist tot»: S. 30) Я никак не могла оторваться от созерцания этой картины. «Да я настоящая вуайери стка!» – подумалось мне. («Мертвый петух»: С. 29) Здесь идиома jemandem durch den Kopf schiessen (буквально – «прострелить ко му-то через голову») – иллюстрация внезапности осознания героиней своего объективного положения.

6) Nach zwei Wochen wurde Frau Rmer entlassen, und ich brachte ihr den Dieskau zurck. Halb war ich froh, halb traurig, dass ich nun keinen Gefhrten mehr hatte. Aber warum sollte ich nicht auch ohne Hund abends spazierengehen? Frau Rmer hatte noch etwas auf dem Herzen:

Sie sollte schon bald in Kur gehen, und da gab es schon wieder das Hundeproblem. («Der Hahn ist tot»: S. 35) Через две недели госпожа Рёмер вышла из больницы, и я привезла ей Дискау, не зная, ра доваться или огорчаться из-за того, что лишилась своего постоянного спутника. Но по чему бы мне не гулять по вечерам без собаки? Госпожу Рёмер беспокоило еще одно: ско ро она уезжала лечиться в санаторий и опять не знала, куда деть своего питомца.

(«Мертвый петух»: С. 34) Перевод лишает приведенный фрагмент важного семантического подтекста:

немецкий фразеологизм предполагает, что госпожа Рёмер не высказала своего пожелания вновь оставить Дискау у Хирте, но та уже догадывается, что так бу дет (поскольку узнаёт, что ее коллеге нужно будет уехать). Идиома характери зует обеих героинь: Рёмер – как хитрую, поскольку она не просит сразу об одолжении, а выжидает;

Хирте – проницательную и расчетливую, так как она без слов понимает намерения коллеги, а также видит в них возможную выгоду для себя.

Идиомы сферы «Речь» констатируют, что информация, хранящаяся в памя ти персонажа, актуализируется и затем передается другим людям, если произ носится вслух, автоматически становясь при этом достоянием всех действую щих лиц данной художественной ситуации. Пример из романа:

7) «Wieso waren Sie pltzlich da?»

Ja, das war ein wunder Punkt. Nun mute ich doch den Dieskau ins Feld fhren. Ich sagte – … («Der Hahn ist tot»: S. 63) «Откуда вы так внезапно появились?

Действительно, откуда? Я решила использовать Дискау в качестве козыря и … («Мертвый петух»: С. 62) Фразеологизм jemanden ins Feld fhren подразумевает использование героиней определенной информации (уверенности в том, что Витольд поверит в историю с Дискау, ведь он уже видел Розмари гуляющей с собакой) в качестве контрар гумента, поскольку вопрос Энгштерна, как это сформулировано в оригинале романа, – «больное место». В самом деле, Хирте нужно быстро, в режиме жи вого общения, придумать оправдание тому, что она оказалась в чужом саду (обнесенном забором) как раз в момент ссоры супругов Энгштерн.

Если включение в ткань романа всех предыдущих сфер имеет своей целью создание ментального, актуального, концептуального пространства текста, то категории «Социальная сфера жизни человека», «Восприятие окружающего мира», «Конкретная физическая деятельность», «Физиология», «Социальная деятельность», «Время», «Пространство», «Количество», «Быт» и «Человек как живое существо» – часть пространства денотативно-референциального. Идио матические единицы этих семантических блоков создают иллюзию реальности происходящего в романе: вписывают персонажей в социум, помещают в рамки якобы реально существующего времени и т.п.

8) «Ich kenn’ doch meine Pappenheimer», versicherte der Chef, «aber jetzt haben Sie sicher ein bisschen mehr Zeit und knnen sich mit diesem Schadenfall beschftigen» («Der Hahn ist tot»:

S. 47–48) – Я своих сотрудников насквозь вижу, – заверил меня шеф. – Наверняка теперь у вас бу дет побольше времени, и вы сможете заняться этим делом об убытках. («Мертвый пе тух»: С. 46) Культурно специфичный фразеологизм, являющийся цитатой из Ф. Шиллера (в переводе происходит утрата литературно-культурного смысла, аллюзии на произведение «Смерть Валленштейна»), характеризует рабочую обстановку в страховой фирме, где работает главная героиня романа, с точки зрения ее на чальника. Шеф считает, что отношения между ним и коллегами строятся по модели «граф Паппенгейм – его кирасиры», т.е. сюзерен и его вассалы, где сю зерен абсолютно точно знает, чего можно ожидать от каждого из подчиненных.

Кроме того, начальник проявляет себя как собственник, человек, стоящий выше других от рождения;

так же думает о нем Розмари Хирте, в речи которой вос производится реплика шефа, содержащая ФЕ.

Далее приведен пример идиоматического выражения, описывающего соци альные отношения как, в первую очередь, взаимодействие людей, а не их ран говое соотношение или включенность в один коллектив:

9) In meinem Zimmer berkam mich die Wut. Jahrelang hatte ich unentgeltlich und jederzeit ber stunden gemacht, hatte nie eigene Wnsche geuert, hatte dem Alten stets den Rcken freige halten und ihn auf loyale Weise untersttzt. («Der Hahn ist tot»: S. 172) В кабинете меня охватила ярость. Все эти годы я совершенно безвозмездно работала сверхурочно, стоило ему только попросить. Я никогда не высказывала собственных по желаний, брала на себя всю самую тяжелую работу и оказывала старику всяческую поддержку. («Мертвый петух»: С. 172) Здесь героиня фразеологизмом передает мысль о том, что длительное время прикрывала своего шефа, буквально – «держала ему спину свободной», была надежным рабочим тылом и не «подсиживала». Важен для Хирте в первую очередь нравственный аспект: она вела себя благородно по отношению к выше стоящему, хотя за много лет наверняка узнала его слабые места и могла слегка пошантажировать, требуя продвижения по служебной лестнице. Героиню оби жает не невнимание начальника к выполненной тяжелой работе, а скорее то, что он не оценил профессиональную честность, этичность.

Наконец, иллюстрация употребления идиомы с редким для романов И. Нолль значением «Быт» – auerhalb jemandes vier Wnde: буквально – вне чьих-то четырех стен. Быт как наличие жилья здесь лишь подразумевается, бу дучи противопоставленным тому, что находится вне квартиры Хирте, но соот ветствующий смысл все равно заложен в сложной семантике ФЕ:

10) Meine Brokleidung ist immer tipptopp. Auch alle anderen Sachen, die ich fr meine Auftritte auerhalb meiner vier Wnde anziehe, sind gepflegt und ordentlich. Wenn ich aber in meinem einsamen Bett liege, brauche ich auf keinen Rcksicht zu nehmen. («Der Hahn ist tot»: S. 123) Одежда, в которой я появляюсь на работе, всегда продумана самым тщательным обра зом. Все вещи, предназначенные для выхода на люди, за пределы четырех стен, неизменно аккуратны и элегантны. Но когда вы лежите в постели в полном одиночестве, то на ряжаться просто не для кого. («Мертвый петух»: С. 123) В ходе исследования семантической природы ФЕ из второго романа И. Нолль «Аптекарша» и их композиционной отнесенности текстовые функции, проиллюстрированные выше примерами из романа «Мертвый петух», были конкретизированы:

• создание логических связей внутри повествования, скрепление мельчайших текстовых фрагментов;

установление очередности событий, указание на фазы действия и на обобщенность предмета разговора, определение правдоподобно сти/неправдоподобности какого-либо предположения (денотативная сфера «Универсальные смыслы»);

• характеризация героями друг друга по месту в социальной иерархии, харак теризация реакции одного персонажа относительно ожиданий другого, выра жение мнения о взаимоотношениях персонажей, прямая или скрытая характе ристика действий героев («Оценка»);

• конкретизированное выражение эмоционального состояния персонажа, опи сание эмоции через ее внешние проявления («Эмоции»);

• характеристика одного героя по отношению к другому, изображение обще ства как совокупности функционально-ролевых отношений между людьми, описание стиля подобных отношений между героями («Социальная сфера жиз ни человека»);

• указание на интеллектуальную деятельность персонажа, определение умст венной «нормальности/ненормальности» персонажа с точки зрения окружаю щих или его самого, передача модальных смыслов: желания или намерения персонажей совершить что-либо («Интеллект») и т.д.

Кроме того, стремление И. Нолль наполнить речь героинь идиомами пред ставляется вполне осознанным: целью, вероятно, была повышенная образность, живость речи преступниц-рассказчиц. Это попытка героинь привлечь внимание потенциального слушателя к своему рассказу и к себе, а также избежать одно значности своих высказываний, абсолютной прямоты оценок;

ФЕ – это попыт ка назвать и одновременно охарактеризовать человека, явление или событие, но завуалированно, осторожно. ФЕ в произведениях И. Нолль, таким образом, можно определить как «сигналы лжи» в речи преступниц-рассказчиц. Идиома тика также является средством создания особой ироничной интонации текста, которая позволяет читателю воспринимать описываемые события как вымыш ленные при их внешней реалистичности.

Подобный набор текстовых функций ФЕ, определяемый для анализируемой дилогии И. Нолль, – подтверждение тезиса о том, что идиоматика в произведе ниях немецкой писательницы – черта идиостиля. На том основании, что фра зеологизмы в романах «Мертвый петух» и «Аптекарша» являются не только стабильно частотными, но и «текстообразующими» (способными быть марке рами композиционного членения, представлять все сферы внутритекстовой ре альности и предлагать читателю максимально уточненные образы главных ге роинь) единицами, можно сделать вывод о доминантном характере данной идиостилевой составляющей;

следовательно, фразеография в данном случае – один из продуктивных способов исследования и описания идиостиля.

В Заключении подводятся итоги, обобщаются результаты, намечаются пер спективы исследования. Осуществляется интерпретация данных фразеографи ческого и статистического анализа для дилогии «Мертвый петух» – «Аптекар ша», представленных на следующей диаграмме.

Процент ФЕ разных денотативных сфер в произведениях И. Нолль 30, 25, 20, 15, 10, 5, 0, Восприятие окружающего мира Человек как живое существо, Время Неживая природа Конкретная физическая Физиология Социальная сфера жизни человека Оценка Количество Пространство Социальная деятельность Речь Быт Интеллект Финансы Универсальные смыслы Эмоции деятельность живая природа "Мертвый петух" "Аптекарша" дилогия Проведенное в диссертации исследование ФЕ в дилогии И. Нолль выявило особенности структурирования индивидуальной авторской картины мира, ко торые могут быть прокомментированы следующим образом:

И. Нолль намеренно создает повествователя от первого лица, который оце нивает все описанные в романах события и всех участников различных ситуа ций (в том числе себя).

Доминирование оценочной и эмоциональной семантики фразеологизмов обусловливается рядом факторов: природой идиом (как ненейтральных языко вых единиц), регулярностью модели совмещения указанных смыслов и стерео типным представлением о женской психологии (рассказчицы становятся пре ступницами, что не лишает их речь типично женской эмоциональности). ФЕ сферы «Универсальные смыслы» отличаются повторяемостью, что определяет ся их текстовой функцией и объясняет внушительный числовой показатель.

Героини И. Нолль не рассматривают человека как биологическую ценность (иначе не было бы сюжета дилогии с криминальной линией, где убийства не расцениваются совершившими их как нечто ужасное), отсюда отказ от идиома тики со значением «физиологического». Восприятие органами чувств, «созер цательное» познание окружающего оказывается менее релевантным, как и про странственные отношения (для склонных к активной деятельности героинь достаточно местонахождения людей и вещей «здесь и сейчас»). Активность рассказчиц в плане «разрушительного воздействия на объект», которым оказы вается, как правило, кто-то из персонажей, позволяет объяснить заметный про цент ФЕ сферы «Конкретная физическая деятельность».

При том, что человеческое существо для героинь И. Нолль незначимо, на блюдается поиск ими «родственной души», личности, которая бы соответство вала их социальным ожиданиям, отсюда идиоматическая разработанность в ро манах таких сфер бытия, как интеллектуальная деятельность и социальные от ношения. Восприятие мира важно во временнм аспекте: играют роль скорость совершения действия, наличие/отсутствие необходимого времени, событийно заполненное время суток и т.п.

Слабо разработанные сферы («Быт», «Финансы», «Количество», «Неживая природа») оказываются наиболее приближенными к реальности, из рутины ко торой стремятся вырваться героини И. Нолль.

На основании соотношения ФЕ различных денотативных сфер в дилогии «Мертвый петух» – «Аптекарша» можно с уверенностью утверждать, что в за мысел И. Нолль входило создание образа героини, выбившейся из «бытового»

жизненного ритма и ищущей героя – развитого интеллектуально человека, за нимающего определенное место в иерархии социальных отношений и не пас сивного. Отклонение от нормы (ведущее к нарушению закона) заложено в ми ровосприятии героинь: отрицании ценности человека как живого существа, со циальной деятельности как полезной для других людей и отсутствии желания познавать окружающий мир, не вмешиваясь своими разрушительными дейст виями в его устройство.

Разработанная с целью изучения идиостиля И. Нолль модель анализа фра зеологизмов может быть применена к текстам других современных немецких авторов-романистов, что составляет перспективу данного исследования.

Основное содержание работы

и результаты исследования отражены в следующих публикациях.

Статьи в ведущих рецензируемых научных журналах, определенных ВАК:

1. Горчакова И. А. Идеографическая фразеография и композиция текста [Текст] / И. А. Горчакова // Известия Российского государственного педагогического универ ситета имени А. И. Герцена. – № 92. – СПб. : «Книжный дом», 2009. – С. 196–200 (0, п.л.).

2. Горчакова И. А. Фразеография идиостиля И. Нолль в романе «Мертвый петух»

[Текст] / И. А. Горчакова // Известия Уральского государственного университета, се рия «Гуманитарные науки». – № (3)65. – Екатеринбург : Издательство Уральского университета, 2009. – С. 109–115 (0,5 п.л.).

Публикации в сборниках научных трудов и материалах научных конференций:

3. Горчакова И. А. Роман Ингрид Нолль «Мертвый петух» («Der Hahn ist tot») и его перевод на русский язык: сопоставительный анализ немецких и русских фразео логизмов [Текст] / И. А. Горчакова // Теоретическая семантика и системная лексико графия: эволюция интерпретаций на рубеже веков: Тез. докл. и сообщ. Всерос. науч.

конф., посвящ. 80-летию Э. В. Кузнецовой, 8–9 ноября 2007 г. / под ред. Л. Г. Бабен ко. – Екатеринбург : Изд-во Урал. гос. ун-та, 2007. – С. 60–62 (0,1 п.л.).

4. Горчакова И. А. Использование фразеологических единиц для эффективности процесса обучения первому иностранному языку как педагогическая инновация [Текст] / И. А. Горчакова // Культура, личность, общество в современном мире: мето дология, опыт эмпирического исследования: Материалы XI международной конфе ренции 19–20 марта 2008 г. – Ч. 3. – Екатеринбург : Минитиполаборатория факульте та политологии и социологии УрГУ, 2008. – С. 28–29 (0,1 п.л.).

5. Горчакова И. А. Фразеологические единицы в оригинале и переводе художест венного текста: семантика и функции [Текст] / И. А. Горчакова // Актуальные вопро сы переводоведения: Материалы Всероссийской научно-практической конференции с международным участием 21–22 мая 2009 г. / отв. ред. О. А. Александрова, О. С. Ма карова. – Великий Новгород : НовГУ им. Ярослава Мудрого, 2009. – С. 112–118 (0, п.л.).

6. Горчакова И. А. Перспективы фразеографического метода для исследования идиостиля [Текст] / И. А. Горчакова // LINGUISTICA JUVENIS: Проблемы изучения речевой деятельности в различных дискурсивных практиках. Сборник научных трудов молодых ученых. Материалы заочной международной конференции май г. – Вып. 11. – Екатеринбург : УрГПУ, 2009. – С. 27–32 (0,4 п.л.).

7. Горчакова И. А. Фразеологическая компетенция как одна из составляющих уровня профессионального владения первым иностранным языком [Электронный ресурс] / И. А. Горчакова // «Профессионально-ориентированное обучение иностранным языкам»: Сб. материалов заочной научно-практической конференции мая 2009 г. – Вып. 1. – Екатеринбург : УрГПУ, 2009. – Режим доступа :

http://uspu.ru/Институты_и_факультеты/Кафедра_иностранных_языков – С. 72–75 (0, п.л.).

Подписано в печать 8.09.2009. Формат 60х84 1/16.

Усл. печ. л. 1,25. Тираж 100 экз. Заказ № Отпечатано в ИПЦ «Издательство УрГУ»

620000, Екатеринбург, ул. Тургенева, Тел.: +7 (343) 350-56-64, 350-90- Факс: +7 (343) 358-93- E-mail: press.info@usu.ru

 

Похожие работы:





 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.