авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


А.С. Соболев

ФАКТОРЫ КОЛЛЕКТИВНОГО

ДЕЙСТВИЯ: СЛУЧАЙ МАССОВЫХ

ПРОТЕСТОВ В РОССИИ 2011–2012

Препринт WP1/2012/05

Серия WP1

Институциональные

проблемы

российской экономики

Москва

2012

УДК 323:316.614

ББК 66.3(2Рос)6

C54

Редактор серии WP1

«Институциональные проблемы

российской экономики»

А.А. Яковлев Соболев, А. С. Факторы коллективного действия: случай массовых протестов в России 2011– 2012 [Текст] : препринт WP1/2012/05 / А. С. Соболев ;

Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономи ки». – М. : Изд. дом Высшей школы экономики, 2012. – 48 с. – (Серия WP1 «Институциональные C54 проблемы российской экономики»). – 100 экз.

В работе разрабатывается и тестируется модель влияния географических, технологических и политических факторов на потенциал коллективных действий в регионах России. Гипотеза состо ит в том, что географические факторы (низкая концентрация населения на территории, холодный климат, низкая плотность дорожного покрытия) создают высокие издержки участия в коллектив ных действиях, однако распространение телекоммуникационных технологий частично позволяет снизить такое влияние. Чтобы оценить этот эффект, необходимо учитывать, что готовность властей применять репрессии в отношении участников массовых акций также сдерживает потенциал кол лективных действий. Для проверки гипотезы используются данные о массовых митингах протеста в России, проходивших в России с декабря 2011 г. после проведения выборов в Государственную Думу РФ. Результаты анализа показывают, что обозначенные факторы в совокупности объясняют от 50% до 70% вариации доли жителей региона, принявших участие в митингах протеста.

Ключевые слова: коллективные действия, массовые протесты в России, российские регионы JEL Classication: D УДК 323:316. ББК 66.3(2Рос) Соболев Антон Сергеевич – преподаватель кафедры общей политологии НИУ ВШЭ, аспирант факультета прикладной политологии, младший научный сотрудник Научно-учебной лаборатории политических исследований.

Sobolev, Anton S. Determinants of Collective Action: Mass Protests in Russia 2011–2012 [Тext] :

Working paper WP1/2012/05 / А. Sobolev ;

National Research University “Higher School of Economics”. – Moscow : Publishing House of the Higher School of Economics, 2012. – 48 p. – 100 copies (in Russian).

We develop and test a model of impact of geographical, technological and political factors on the potential of collective actions in the Russian regions. We argue that geographical factors (low population concentration across the area, cold climate) increase the costs for participating in collective actions, while the spread of telecomunication technologies partly reduces such effect. To evaluate it correctly, it is necessary to take into account authorites’ readiness to repress mass actions partiticpants. To test the hypothesis, we use data on mass protests that took place in Russia after the State Duma elections in December, 2011. The results show that the factors explain from 50% to 70% of the regional mass protests scale variation.

Key words: collective actions, mass protests in Russia, Russian regions Препринты Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» размещаются по адресу: http://www.hse.ru/org/hse/wp © Соболев А. С., © Оформление. Издательский дом Высшей школы экономики, 1. Введение 1, Ситуации, в которых большие группы людей оказываются способны организовать коллективные действия для защиты собственных интере сов, остаются одними из наименее исследованных социальными наука ми. Несмотря на огромное влияние коллективных действий как на по литику, так и на экономику, мы все еще мало понимаем, почему индиви ды принимают участие в масштабных коллективных акциях.

Написанная в 1965 г. работа М. Олсона (Olson, 1965) совершила про рыв в понимании того, почему малочисленные группы агентов зачастую оказываются более эффективными в достижении своих целей, чем боль шие. Эта работа акцентирует внимание на возникновении «проблемы безбилетника» при создании специфических общественных благ (напри мер, требования снизить уровень преступности, повысить пенсии).

Предложенный Олсоном анализ стратегического взаимодействия хо рошо объясняет то, что происходит с конкретными (часто формализо ванными) группами интересов, но малоприменим для предсказания мас штабных массовых акций, в которых подход с позиций стратегического взаимодействия всегда констатирует отсутствие у индивидов стимулов для участия. Вопреки здравому смыслу (по крайней мере, в категориях теории рационального выбора) граждане продолжают участвовать в кол лективных действиях, например, голосовать на выборах.

Подобное противоречие позволяет предположить, что кроме пробле мы стратегического взаимодействия существуют и другие причины, опре деляющие выбор индивида. Важность вопроса коллективных действий связана и с тем, что потенциал таких действий является одним из клю чевых факторов динамики политических и экономических институтов.

Так, один из наиболее популярных и одновременно фундаментальных подходов к определению связи между защитой прав собственности и Работа поддержана грантом Международного центра изучения институтов и раз вития, декабрь 2011 – октябрь 2012 гг. (в рамках Программы фундаментальных исследо ваний НИУ ВШЭ в 2012 г.).

Автор благодарит участников семинара Международного центра изучения инсти тутов и развития НИУ ВШЭ и семинара Института российских и восточно-европейских исследований университета Индианы за вопросы и ценные комментарии. Особую приз нательность автор выражает Н. Ламберовой, К. Сонину, А. Яковлеву, Т. Натхову, Е. Наз руллаевой, О. Васильевой, А. Захарову, Е. Лазареву, Р. Смит, С. Гельбаху, Т. Фраю, Т. Ре мингтону, Д. Жакони и Дж. Рейтору. Без их советов, помощи и поддержки эта работа никогда бы не увидела свет.

демократическим характером политических институтов предложен Д. Асемоглу, Дж. Робинсоном и С. Джонсоном и подчеркивает, что на нее влияют два фактора: распределение ресурсов в обществе и потенци ал коллективных действий.

При этом Д. Асемоглу, Дж. Робинсон, С. Джонсон признают, что воп рос влияния коллективных действий на политические и экономические институты, являясь значимым, остается «пропущенным звеном» в их концепции:

«Поскольку удовлетворительной теории, объясняющей, в каких слу чаях группы способны решить проблему организации коллективных действий, до сих пор не разработано, мы будем акцентировать свое внимание на втором источнике политической власти de-facto [то есть распределении ресурсов. – А.С.]» (Acemoglu, Robinson, Johnson, 2006).

На теоретическом уровне проблему коллективных действий можно разделить на проблему стратегической кооперации и на вопрос издер жек, которые несут индивиды а) при достижении договорённости об уча стии и б) непосредственно во время участия в коллективном действии.

В данной работе формулируется и эмпирически тестируется гипоте за о том, что географические факторы (такие, как концентрация населе ния на территории страны, климат, размер государства) влияют на из держки участия индивидов в достижении общих целей, определяя по тенциал к коллективным действиям. В плотно заселенных странах (ре гионах) организовать коллективные действия легче, чем в там, где люди рассеяны на большой территории со слабой коммуникационной инфра структурой (например, неразвитыми транспортным и информационным сообщением).

На потенциал коллективных действий (и в первую очередь, на воз можность покрытия издержек, определяемых географией) влияют и дру гие факторы. Так, современные телекоммуникационные технологии зна чительно снижают издержки переговоров, а технологии на рынке транс портных средств – издержки перемещения к месту проведения коллек тивного действия (например, значительная часть участников митингов протеста против политики правительства в Риме в 2011 г. и в Париже в 2006 г., не была жителями столиц этих стран).

Уровень благосостояния также должен оказывать влияние на способ ность людей справляться с создаваемыми географическими факторами издержками. Чем выше благосостояние индивида, тем легче ему позво лить себе потратить время и средства на покупку билета до столицы сво его региона.

С другой стороны, само по себе экономическое положение индивидов может являться стимулом для участия в митинге. Так, в странах с высо ким уровнем неравенства чаще возникают народные волнения (Sigelman, Simpson, 1977;

Cramer, 2003).

Подобная логика справедлива и для политической сферы. Если ожи даемый индивидами результат выборов расходится с официально огла шенным, то чем больше разница между ними, тем больше у сторонников проигравшей партии стимулов «выйти на улицу» (Tucker, 2007).

Второй и, видимо, наиболее важный политический фактор, влияю щий на вероятность возникновения коллективных действий, связан с го товностью правительства к репрессиям. Авторитарные правительства достаточно легко идут на насильственное подавление протестной актив ности, поэтому жители таких стран несут значительные риски, открыто заявляя о своем недовольстве и выходя на улицы (Robertson, 2010;

Acemoglu, Robinson, 2006). Однако постоянные репрессии, как правило, сопровождаются большими издержками, и даже авторитарные прави тельства могут позволить их себе только в случае наличия источников дохода, не связанных с готовностью населения инвестировать труд и ка питал в экономику страны. Политика склонна оказывать влияние и на техническую возможность людей кооперироваться. Так, в новом иссле довании Г. Кинга и соавторов утверждается, что китайская система интернет-цензуры («великий китайский rewall») ориентирована в пер вую очередь не на удаление содержащих критику правительства сообще ний, а на недопуск распространения призывов к коллективным действи ям (King, Pan, Roberts, 2012).

Идеальным объектом проверки гипотезы о влиянии факторов физи ческого пространства на издержки коллективных действий являются дан ные о российских регионах. Во-первых, географическое многообразие обеспечивает необходимую вариацию независимых переменных: разме ра регионов, концентрации населения, климата, развитости телекомму никационной инфраструктуры. В России, с одной стороны, есть неболь шие регионы с компактно проживающим населением и небольшим рас стоянием между населенными пунктами, с другой – огромные регионы Сибири и Дальнего Востока с низкой концентраций населения, высоки ми ценами на топливо и удаленными друг от друга на сотни километров населенными пунктами. Очевидно, организовать общерегиональную мас совую акцию в первом случае оказывается проще, чем в последнем (по крайней мере, с точки зрения индивидуальных издержек участия). Во вторых, принадлежность к одному государству позволяет снизить влия ние на изучаемые процессы таких факторов, как уровень образования, язык, налоговый режим и др. Общая «внешняя среда», во многом обу словленная высокой централизацией власти, позволяет легко минимизи ровать возможное влияние региональной специфики на зависимые пере менные.

Для проверки гипотезы в работе используются данные о массовых митингах протеста против фальсификации результатов выборов, которые произошли в России в 2011 г. и 2012 г. после проведения парламентских и президентских выборов. В период с 5 декабря 2011 г. по 12 июня 2012 г.

в 75 российских регионах прошло более 450 массовых акций протеста, примерно 2/3 которых носили антиправительственный характер3. Эти акции были самыми массовыми из имевших место в России после 1993 г.

При этом самые крупные из них прошли 24 декабря 2011 г. и 4 февраля 2012 г. и были ответом на одно и то же событие (оглашение результатов парламентских выборов 4 декабря 2011 г.), что позволяет до некоторой степени рассматривать их в качестве экзогенного шока. Даже оппозици онные политики до оглашения результатов считали, что партия власти («Единая Россия») получит больше 50% голосов и признавались, что не ожидали столь масштабного характера акций протеста (Рогов, 2012).

Результаты анализа показывают, что концентрация населения на тер ритории регионов, климат, развитость телекоммуникационной инфра структуры (количество пользователей фиксированной электросвязи, мо бильной связи и Интернета) и демократичность регионального полити ческого режима объясняют от 50% до 70% вариации доли жителей ре гиона, принимающих участие в митингах протеста.

Работа организована следующим образом. В первом разделе после довательно рассматривается, как география влияет на потенциал коллек тивных действий, на что воздействуют сами коллективные действия в политике и что влияет на них. Во втором разделе формулируются гипо тезы, описываются статистические данные и проводится анализ влияния каждого из факторов (географии, развитости телекоммуникационной ин Остальные массовые акции были направлены против попыток пересмотра резуль татов выборов. И, как правило, были организованы сторонниками партии и кандидата, победивших на выборах.

фраструктуры, социально-экономического положения региона, резуль татов выборов и репрессивности регионального политического режима) на коллективные действия в российских регионах. В третьем разделе оценивается общая модель, в Заключении формулируются выводы.

2. География, коллективные действия и их последствия 2.1. Как география влияет на коллективные действия Простым примером того, что география может создавать издержки для кооперации, является локальное общественное благо. Например, шко ла, которая существует в каком-то городском районе, расположена на разном расстоянии от домов школьников: живущие в разных домах школь ники вынуждены тратить разное время на то, чтобы добраться из школы до дома. Используя схожий подход, А. Алесина и Э. Сполаоре в своей классической работе4 (Alesina, Spolaore, 1997) анализируют закономер ности в установлении числа и размера государств в идеальном «линей ном» мире. Однако логика авторов так обращена к вопросу коллектив ного выбора, что при его постановке не возникает проблемы коллектив ного действия: у индивидов такого мира нет стимулов (и даже самой возможности) быть «безбилетниками».

Удивительно, но анализируя возможные факторы, влияющие на ве роятность осуществления коллективного действия, большинство иссле дователей не склонны включать в их число факторы, связанные с гео графическим пространством. В последнем и наиболее полном обзоре работ по теории коллективного действия Э. Остром выделяет восемь факторов, способствующих возможности коллективного действия: чис ло участников, тип получаемого блага (common-pool vs publiс), гетеро генность участников, необходимость коммуникации «лицом к лицу», тип (форма) производственной функции индивида5, наличие информации о прошлых действиях, способ связи между индивидами и возможность Alesina A., Spolaore E. On the Number and Size of Nations // The Quarterly Journal of Economics. 1997. Vol. 112. No. 4.

Речь идет о случаях, когда с проблемой коллективных действий сталкиваются инди виды, действующие на одном рынке, в которой их издержки задаются одинаковой произ водственной функцией (например, рабочие одного завода).

индивидуального выхода. Как видно, ни один из факторов не связан с характеристиками пространства, в котором осуществляется коллектив ное действие (Ostrom, 2009). Однако сам факт активного развития тако го научного направления, как «пространственная экономика», форми руемого, в частности, работами Алесины и Сполаоре, посвященными теме размеров государств, априори подразумевает наличие связей между характеристиками пространства и издержками коллективного дей ствия.

Итак, с одной стороны, существуют издержки, обусловленные про странством, c другой – различные факторы, влияющие на издержки кол лективного действия. Для того чтобы продемонстрировать связь между первыми и вторыми, можно обратиться к уровню и структуре концен трации домохозяйств, грубую оценку которых можно получить, исполь зуя показатель концентрации населения.

Что означает уровень концентрации в контексте географического рас пределения домохозяйств? Ответ на этот вопрос находится в диапазоне между двумя крайними ситуациями. Во-первых, за концентрацией на селения может скрываться расстояние, на которое отдалены друг от дру га атомизированные индивиды. Во-вторых, если индивиды живут не ав тономно, а сообществами, то данный показатель будет отражать усред ненное расстояние между этими сообществами.

Для иллюстрации такого влияния обратимся к простому примеру.

Индивиды, существующие на ограниченной территории, занимаясь одной и той же деятельностью (например, сельским хозяйством), платят налог местному автократу. Чтобы понизить завышенную, по общему мне нию, ставку налогообложения, необходимо коллективное действие, на пример, проведение забастовки. Забастовка, проведенная лишь частью индивидов, бессмысленна: средств, получаемых от остальных, автокра ту хватит для принуждения бастующих к выплате требуемого налога и наказания сопротивлявшихся. Поэтому индивиды примут участие лишь в том случае, если она будет всеобщей. Для этого они должны встретить ся друг с другом и договориться о планируемом коллективном действии.

Такая коммуникация и следующее за ней осуществление коллективного действия требует от индивидов преодоления расстояния, сопровождае мого издержками. Очевидно, что чем меньшее число индивидов действу ет на фиксированной территории, тем большее расстояние им нужно преодолеть, тем выше издержки кооперации и ниже чистая выгода от участия в коллективном действии, а значит, ниже его вероятность.

В упрощенном виде такое объяснение использует Ч. Тилли, рассуждая о причинах скоротечности событий Французской революции 1789 г. Не вероятно высокая концентрация проживающего в окрестностях Парижа населения способствовала быстрой передачи информации о происходя щем, выходу людей на улицы и взятию Бастилии (Tilly, 2003). Через 60 лет, в 1848 г., часто называемом «годом революций», приведшие к смене власти массовые акции произошли в 11 наиболее густонаселенных европейских городах (Dowe, 2001). При этом в городах с меньшей кон центрацией населения, но с сопоставимым уровнем экономического раз вития подобные события не произошли.

Другой теоретический пример связан с вопросом территориальных границ. Совместное существование на определенной территории сопря жено с риском некооперативного поведения со стороны индивидов, про живающих на соседних территориях. Для минимизации потерь, связан ных с этим риском, необходимо создать такое общественное благо, как система охраны границ. Чем больше занимаемая территория, тем боль ших средств требует безопасность. Для фиксированного числа индиви дов более высокая стоимость такой системы создает меньшие стимулы участия в коллективном действии.

Оба примера свидетельствуют о связи между концентрацией населе ния и издержками осуществления коллективного действия.

К. Ду и Ф. Компанте в своей недавней работе строят межстрановой индекс пространственной концентрации населения около столиц госу дарств на основании данных о географическом расселении людей из базы «Gridded Population of the World» (GPW), собранной в Центре социально экономической информации Колумбийского университета (Compante, Do, 2008).

Результаты их анализа позволяют говорить, что авторитарные страны с более высокой концентрацией населения вокруг региональной столи цы характеризуются более высокими показателями качества государствен ного управления, рассчитанными Всемирным банком. Вместе с тем эта зависимость оказывается незначимой для демократий.

Объяснение, которое дают авторы, оказывается близким аргументу моей работы: в авторитарных странах при высокой концентрации насе ления вокруг столицы проживает большое количество бедных граждан, которые могут быстро мобилизоваться и устроить бунт в случае ухудше ния экономической ситуации. Такое положение вещей работает своео бразным аналогом системы «сдержек и противовесов» в демократиях.

Высокая концентрация населения в территориальной близости к прави тельству делает угрозу революции достоверной и тем самым ограничи вает возможности оппортунистического поведения последнего.

Хорошей иллюстрацией такого подхода является случай Саудовской Аравии и Кувейта. Оба государства принадлежат к одному и тому же ре гиону, имеют одинаковый (крайне низкий) уровень демократии, ВВП и структуру экономики (богаты природными ресурсами). Однако Кувейт – страна с высокой концентрацией населения, основная часть которого проживает в столице или рядом с ней. Основная же часть населения Саудовской Аравии живет на периферии страны в провинциях, которые отделены от столицы обширными пустынями. Если посмотреть на по казатели качества государственного управления, окажется, что все шесть рассчитываемых Всемирным банком индикаторов («Control for Cor ruption», «Voice and Accontability», «Rule of Law», «Regulation Quality», «Government Effectiveness», «Political Stability») в Саудовской Аравии ниже (Compante, Do, 2008).

Некоторые правители, пытаясь минимизировать риски революций, совершают необычный стратегический ход, перенося столицу в другой город. Так в 1997 г. Нурсултан Назарбаев перенес столицу Казахстана из Алма-Аты в Астану. А за год до этого власти Танзании перенесли столи цу из густонаселенной Дар-ес-Саламы в Додому. При этом в следующие десять лет показатели качества госуправления в обеих странах снизи лись.

При этом в странах с высоким уровнем (институционализированной) политической конкуренции снижение возможности граждан реагировать на политику правительства мгновенной мобилизацией может иметь по ложительные эффекты для экономического роста (по крайней мере, в долгосрочной перспективе). Так, А. Алесина и Э. Глейзер считают, что в США удаленность Вашингтона, политического центра страны, от Нью Йорка, места скопления значительной части населения, свело на нет угро зу «левой» революции бедных граждан в США и необходимость прове дения политики перераспределения (Alesina, Glaser, 2004).

Насколько проблемы концентрации населения актуальны для Рос сии?

В статье «Россия: население и пространство» демограф А. Трейвиш (Трейвиш, 2003) приводит данные о широтных профилях динамики кон центрации населения Евразии в XX в. (с прогнозом на первые 50 лет XXI в.). Согласно им, даже в самых густонаселенных западных россий ских регионах концентрация населения в среднем была и остается в раза ниже ближайших соседей России по СНГ в этом регионе и более чем в 4 раза меньше показателей традиционных демократических евро пейских стран. В книге Экиерта и Хэнсона (Ekiert, Hanson, 2003) гово рится о том, что любой набор политических и экономических показате лей, по которым можно судить об успешности проведения реформ (в частности, либерализации и демократизации) в границах бывшего «со циалистического лагеря», имеет четкое территориальное распределение:

чем западнее находится страна, тем эти показатели выше. Интересно, что распределение политических и экономических результатов (по дан ным исследований Г. Экиерта, С. Хэнсона, Т. Ланкиной и Л. Гетачева) почти совпадает с распределением уровня концентрации населения в этом регионе.

Последствия негативного влияния пространственных факторов на со циальную жизнь показаны в работе политолога-регионалиста Р. Туров ского «Бремя пространства как политическая проблема России» (Туров ский, 2005). В ней говорится как о более дорогостоящих (по сравнению с другими странами) системах жизнеобеспечения, так и о том, что рас стояния между заселенными территориями делают города «сильно разобщенными, замкнутыми, погруженными в свои проблемы». Здесь же утверждается, что большинство населения проживает в небольших, отдаленных друг от друга населенных пунктах.

Можно выделить и другие обусловленные характеристиками геогра фического пространства показатели, влияющие на коллективные дей ствия.

Например, Ф. Хилл и К. Гэдди (Gaddy, Hill, 1999) вводят такой инди катор, как Temperature per capita (TPC), то есть средний температурный уровень на душу населения. Этот показатель, самое низкое значение ко торого принадлежит России, согласно их кросснациональному анализу, оказывается ключевым фактором недостаточности производительности труда и оборудования. Это означает, что уровень доходов, влияющий на решение индивида об участии в коллективном действии, на территории с более низким TPС, будет, при прочих равных, ниже.

В развитие исследования Гэдди и Хилл, Т. Михайлова (Mikhailova, 2005) в своей работе с символичным заглавием «The Cost of The Cold»

среди прочего говорит о том, что специфическая российская среда с ано мально низкими температурами существенно увеличивает бытовые, транспортные и жилищные издержки, снижая общий уровень благосо стояния домохозяйств. Те излишки, которые в другом случае могли бы использоваться для участия в коллективных действиях, расходуются на средства первой необходимости.

Если рассматривать работы Гэдди, Хилл и Михайловой одновремен но, то картина оказывается еще более суровой: с одной стороны, низкая температура снижает уровень доходов, негативно влияя на вероятность коллективного действия, с другой – эта же температура требует более высоких расходов для организации такого действия.

2.2. На что влияют коллективные действия?

Классические работы политических социологов, изучающих коллек тивные действия, ориентированы, в первую очередь, на анализ того, как группы объединённых по профессиональному (или более широкому) при знаку индивидов достигают конкретных целей, лоббируя свои интересы в политике (Bentley, 1908;

Truman, 1951;

Dahl, 1961, Lindblom, 1977).

Однако за последние 30 лет исследования в области институциональ ной экономики позволяют говорить о том, что коллективные действия играют во многом решающую роль в динамике политических и эконо мических институтов и их долгосрочном влиянии на экономический рост.

В неоклассической теории государства (North, 1986) Д. Норт утверж дает, что в средние века короли не облагали налогами представителей дворянства потому, что последние имели низкие издержки организации коллективных действий и могли легко дать отпор своему сеньору. Кре стьянам же было гораздо сложнее противиться воле монарха. В резуль тате бремя содержания королевского двора целиком ложилось на их пле чи. При этом монархи, не имея внешних ограничений( в виде коллектив ных действий) и стремясь к роскошному образу жизни, могли доводить экономику страны до полного упадка.

В статье Норта и Вайнгаста (North, Weingast, 1989) показано, что объ единение политической оппозиции из числа эффективных собственни ков в Англии времен «Славной» революции привело к наделению пар ламента правом «вето» на большую часть решений монарха, что позво лило решить проблемы связывающих обязательств и полностью изме нило вектор институционального и экономического развития страны, сделав ее самой могущественной империей XVIII–XIX вв.

Потенциал коллективных действий может создавать положительные стимулы для поведения как демократических, так и автократических пра вительств. Согласно работе Гельбаха и Кифера, марионеточные парла менты в некоторых автократиях создают возможность для постоянных контактов крупных экономических агентов, создавая почву для коллек тивного действия в случае, если автократ начнет принимать законы, ко торые негативно скажутся на состоянии их экономических активов (Gelbach, Keefer, 2011). Реальная угроза коллективного ответа делает обе щания автократа связывающими.

Подход, предлагаемый Д. Асемоглу и Дж. Робинсоном в их книге (Acemoglu, Robinson, 2006), описывает роль коллективных действий со стороны простых граждан следующим образом. Если жители недоволь ны действующей политикой элиты и в то же время могут организовать коллективное действие, то революция будет связана с огромными из держками для элит (лишение имущества или жизни). Однако изменение политики в период t (например, снижение налогов для бедных или уве личение трансфертов в их пользу) не может нивелировать угрозу рево люции в периоды t + 1, t + 2 и т.д. Дело в том, что обещания элиты ока зываются несвязывающими. В любой момент элита может отказаться от уступок и вернуться к прежней политике. Чтобы не оказаться обману тыми, граждане, организовавшись, должны довести революцию до кон ца. Стратегическим ответом на неизбежность своего смещения в случае организации коллективных действий для элиты является демократиза ция, то есть расширение избирательных прав (прав принимать решения о работе экономических институтов) на часть простых граждан. Таким образом, рост потенциала коллективных действий может приводить к институциональным изменениям.

2.3. Что влияет на коллективные действия?

В своей первой работе о том, как действуют группы интересов, М. Олсон (Olson, 1965) обратил внимание, что создание селективных стимулов является одним из немногих источников обеспечения коллек тивных действий для рационально действующих индивидов. Селектив ные стимулы подразумевают под собой ситуацию, когда кроме обще ственного блага (например, повышения зарплат сотрудников отрасли в результате забастовки) коллектив участников получает и некоторое част ное/клубное благо. Примером, удачно описывающим идею селективных стимулов, является известный лозунг «Пиво только членам профсоюза»

(Ильф, Петров, 1931).

Селективные стимулы могут носить как позитивный (дополнитель ный выигрыш от участия), так и негативный характер (издержки в слу чаи неучастия).

В политике создание положительных стимулов для участия в массо вых акциях чаще всего происходит в двух направлениях. Например, ли дер обещает посты в органах власти в случае победы в политической борьбе (будь то выборы, или попытка насильственной смены власти).

Такой подход эффективен для небольшой группы людей (как правило, организаторов коллективных действий), но нереализуем для привлече ния широких слоев населения.

Второй способ создания позитивных стимулов – перераспределение.

Если две группы обладают близкими интересами (например, олигархи ческая элита и средний класс, военные и жители сел), они могут орга низовать коалицию. В ее рамках небольшая обеспеченная группа может производить перераспределение в пользу участников второй группы, сни жая для них издержки участия в массовых акциях (Mesquita et al., 2003).

Типичным примером здесь выступает «оранжевая революция» на Укра ине (Polese, 2009).

Существуют способы создания стимулов, которые ориентированы не на прямые материальные выигрыши, а на повышение социального капи тала индивида. Так, в работе С. Попкина (Popkin, 1979) говорится, что во время революции во Вьетнаме коммунисты создавали организацион ные ячейки из крестьян по принципу семейственности и наличию дру жеских отношений, обеспечивающих высокий уровень внутригруппо вого доверия и уверенность в том, что остальные участники не будут вести себя как «безбилетники». Н. Кригер утверждает, что участники революции в Зимбабве были ориентированы на получение персональ ных выгод, таких как повышение своего статуса и престижа в сельских сообществах, где они жили (Kriger, 1992).

Кроме позитивных стимулов, история знает случаи создания негатив ных стимулов неучастия индивидов в коллективных политических дей ствиях.

Примечательным примером последних является стратегия мобили зации политической элитой Хуту простых представителей этой народ ности для борьбы с Тутси в Руанде. Так, активисты из рядов «народной»

милиции сжигали дома жителей, которые отказывались учувствовать в атаках на поселения Тутси, и часто убивали тех, кто отказывался при соединиться к «общенародному» движению даже после потери всего своего имущества. Подобные убийства были эффективным информаци онным сигналом об издержках неучастия для остальных жителей (De Forges, 1999).

Помимо внутригрупповых, существуют экзогенные факторы, которые влияют на потенциал коллективных действий и, как правило, носят эко номический или технологический характер.

Непосредственное влияние экономических факторов на потенциал коллективных действий оказывается простым: чем выше благосостояние индивида, тем ему проще согласиться потратить время и средства на уча стие в коллективном действии. С другой стороны, альтернативная стои мость одного часа, затраченного на участие в коллективном действии без гарантированного результата, оказывается выше. Поэтому говорить об однозначном влиянии благосостояния на вероятность реализации кол лективных действий без учета других факторов нельзя.

Влияние технологий оказывается несколько сложнее. Как отмечалось выше, коллективное действие состоит из двух этапов. Во-первых, потен циальным участникам нужно договориться о коллективном действии (на пример, прийти на митинг). Во-вторых, необходимо, собственно, при нять в нем участие. Технологический прогресс в области средств ком муникации снижает издержки первого этапа коллективного действия, в то время как прогресс в области средств передвижения снижает издерж ки второго. Жителям города, передвигающимся на автомобилях по ас фальтированным дорогам и общающимся по мобильной связи, гораздо проще организовать коллективное действие, нежели жителям несколь ких сел, связанных тропами и общающихся с помощью стационарных телефонов. Получается, что технологический прогресс должен повышать потенциал коллективных действий. Люк Майнер протестировал этот эф фект, анализируя связь между уровнем интернет-покрытия и явкой оп позиционно настроенных избирателей на парламентские выборы в Ма лайзии в 2008 г. (Miner, 2011).

Влияние политики на коллективные действия связывается, в первую очередь, с тем, насколько индивиды согласны с реализуемым правитель ством курсом, а также со стратегическим ответом правительства на угро зу революции в результате коллективных действий.

В работе М. Олсона и Р. Макгуаира (McGuire, Olson, 1996) показано, что автократ при выборе экономической политики всегда устанавливает более высокую ставку налога и недоинвестирует в производство обще ственных благ по сравнению с оптимальным для медианного избирателя уровнем. Разница между текущим и потенциальным уровнем благосо стояния создает гражданам стимулы к смене политического режима. Дж.

Такер в своей работе (Tucker, 2007) показывает, что разница между оцен кой уровня поддержки партии власти (или действующего президента) и официально оглашенными результатами выборов была триггером для организации массовых коллективных акций протеста в Сербии, Грузии, Украине и Киргизии, получивших впоследствии название «цветных» ре волюций.

Квантифицировать разницу между предпочтениями избирателей и реализуемой политикой можно несколькими способами. Во-первых, в качестве такого показателя можно использовать явку: если избиратели считают, что результаты выборов будут сфальсифицированы, они с мень шей вероятностью примут участие в голосовании. Второй способ состо ит в использовании оценок электоральных фальсификаций: чем больше объявленные результаты выборов отличаются от ожиданий граждан, тем большее количество избирателей проигравших партий будет готово при нимать участия в акциях протеста. Для проверки второго предположения в данной работе используются оценки фальсификаций на парламентских выборах 4 декабря 2011 г., рассчитанные по методологии, представлен ной А. Киреевым на сервере «Электоральная география 2.0».

Вторым и наиболее значимым политическим фактором, влияющим на выход граждан на улицы, является готовность правительства к репрес сиям.

Д. Асемоглу и Дж. Робинсон (Acemoglu, Robinson, 2006) показывают, что использование репрессий правительством зависит от сочетания двух параметров: уровня неравенства и издержек поддержания аппарата при нуждения. Если уровень неравенства невысок, то граждане не имеют стимулов к коллективным действиям, потому что перераспределение не принесет им дополнительных ожидаемых выигрышей. Если же неравен ство высоко, то исход будет зависеть от издержек проведения репрес сий.

Физическое принуждение – самый дорогой из способов осуществле ния власти (Oleinik, 2010;

Lukes, 1971). Систематическое подавления оп позиционных выступлений требует расходов на содержание большого полицейского штата. Если представления самих полицейских о своих обязанностях не совпадают с тем, что от них требуют начальники, необ ходимы дополнительные траты на покупку лояльности, чтобы застрахо ваться от возможности перехода «людей с оружием» на сторону протес тующих. Группы склонны поддерживать политический режим, который они считают неэффективным, если получают в статус-кво выигрыши, которых лишаются при его изменении (North, Weingast, Wallis, 2009).

Однако если власть имеет источники доходов, не связанные с готовно стью граждан инвестировать в экономику, репрессии часто оказываются равновесным решением.

Согласно подходу Асемоглу – Робинсона, если издержки репрессий и уровень неравенства оказываются высокими, политическая элита пред почитает пойти на уступки протестующим и провести частичную (реже – полную) демократизацию.

Эмпирические свидетельства говорят о том, что предотвращение кол лективных действий часто является безусловным приоритетом прави тельств в авторитарных режимах. Трепетное отношение последних к массовому скоплению граждан может оборачиваться трагедиями для на селения, например, в случае возникновения природных катастроф (Flores, Smith, 2010). Так, в результате тропического шторма (Циклон Наргис) в Мьянме в 2008 г., который привел к гибели 138 тыс. человек, огромное число граждан пытались укрыться от угрозы в общественных местах (школах, спонтанно образующихся лагерях беженцев). Стратегический ответ бирманского правительства свелся к перекрытию потока иностран ной помощи пострадавшим и приказу о разгоне лагерей беженцев, об рекшему их на смерть. «Ведь мертвые люди не могут протестовать», – заключают в своей работе А. Флор и А. Смит.

Однако, как показывают в своей работе Б. де Мескита и А. Смит (De Mesquita, Smith, 2010), природные катастрофы часто бывают тем экзо генным шоком, который упрощает кооперацию индивидов и приводит к революциям в тех странах, где в остальных случаях кооперация пред ставлялась невозможной.

3. Анализ данных 3.1. Гипотезы В данном разделе я приступаю к формулированию и проверке гипо тез, вытекающих из предложенного подхода к анализу факторов коллек тивных действий. Главная исследовательская гипотеза может быть вы ражена следующим образом:

H(1): Географические факторы расселения сообществ обусловлива ют возможности граждан для организации коллективных действий.

В частности:

H(1.1): В регионах с низким уровнем концентрации населения, при прочих равных, доля граждан, выходящих на митинги, ниже.

H(1.2): В регионах с более холодным климатом, при прочих равных, доля граждан, выходящих на митинги, ниже.

H(1.3): В регионах с низким уровнем развития дорожной инфраструк туры доля граждан, выходящих на митинги, ниже.

На потенциал коллективного действия оказывают влияние другие, как независимые, так и вступающие в непосредственное взаимодействие с географией, факторы:

H(2): В регионах с низкими показателями социально-экономического развития (высокой безработицей, неравенством и проч.) доля граждан, выходящих на митинги, выше.

H(2): В регионах с более развитой телекоммуникационной инфра структурой доля граждан, выходящих на митинги, выше.

H(3): В регионах с более высоким уровнем фальсификации результа тов выборов доля граждан, выходящих на митинги, выше.

H(4): В регионах с более репрессивным (авторитарным) политиче ским режимом доля граждан, выходящих на митинги, ниже.

В совокупности описанные выше факторы должны объяснять значи тельную долю вариации масштабов политических протестов в россий ских регионах в 2011–2012 гг.

3.2. Данные 3.2.1. Зависимые переменные В качестве источника для оценки издержек коллективных действий в работе используются данные о численности участников политических митингов в период после проведения выборов в ГД РФ (4 декабря 2011 г.) до 30 мая 2012 г. Из составленной базы по 440 массовым акциям в рос сийских регионах отобраны акции, оспаривающие результаты выборов (309)6. Для каждого региона определялась численность участников са мого масштабного митинга 1) по оценке организаторов, 2) по оценке База кодировалась на основе однотипных запросов «(Регион) + (Тип массовой ак ции) + (Период времени)» в системе Интегрум (Область поиска: «Региональная прес са»).

УВД, 3) их среднее арифметическое. Полученные значения контролиро вались на численность населения региона. Массовые акции протеста были зафиксированы в 75 регионах. Наиболее многочисленная акция протеста состоялась 24 декабря в Москве (численность, по оценкам ор ганизаторов, составила 120 тыс. человек, по оценкам УВД – 29 тыс. че ловек), самая малочисленная произошла в Ханты-Мансийске (15 чело век, как по оценкам организаторов, так и по оценкам УВД). Для осталь ных семи регионов значение зависимой переменной кодируется как 0.

На рис. 1 изображены выборочные функции плотности логарифми рованных оценок числа граждан, вышедших на самый многочисленный митинг каждого из регионов по оценкам организаторов, УВД и средней между ними. Как видно на графике, оценки, данные организаторами в целом, имеют логнормальное распределение, в то время как оценки по лиции к таковым отнести сложно. Поэтому в дальнейшем будут в основ ном приводиться результаты для оценок численности массовых акций организаторами. Однако для дополнительного контроля все специфика ции модели были рассчитаны и для оценок УВД.

3.2.2. Независимые переменные Ключевой независимой переменной исследования является индекс концентрации населения (Population Concentration Index). Этот показа тель был рассчитан по аналогии с индексом концентрации экономиче ской власти Херфиндаля – Хиршмана. Если классический индекс Хер финдаля – Хиршмана рассчитывается на основании данных о долях про даж фирм одного сектора экономики, то в данном случае используется информация о численности населения и количестве городов в регионах России7.

Индекс рассчитывался по формуле PCI = S12+ S22 + S32+…+ Sn2, где Si – доля численности населения города i в общей численности го родского населения региона. Такой индекс учитывает концентрацию го родских жителей, но упускает из виду жителей сел. Так, если в регионе существует всего один город, доля жителей которого составляет 1% от общего числа, то индекс даст такое же значение как в случае, если 100% населения региона живет в одном городе. В настоящей работе предлага ется решение этой проблемы посредством контроля на долю сельского населения. Индекс также упускает из виду расстояние городов до столи Источник: База данных «УИС Россия. Города России».

цы. Эта проблема частично решается делением индекса на размер тер ритории региона.

В качестве оценок других географических факторов, определяющих издержки коллективных действий, используется информация о средне месячной температуре января и плотности дорожного покрытия в рос сийских регионах из базы Росстата. В качестве дополнительной конт рольной переменной берутся данные о расстоянии столицы региона до Москвы.

В качестве оценки показателей издержек осуществления коммуника ций используются данные о долях домохозяйств, имеющих доступ к Ин тернету, телефон фиксированной связи, мобильный сотовый телефон, персональный компьютер. Также используются данные о плотности фик сированной электросвязи и доле взрослого населения, использующего Интернет8.

Для учета политических факторов используются данные Централь ной избирательной комиссии РФ о явке избирателей и доле избирателей, проголосовавших за партию «Единая Россия» на парламентских выбо рах в декабре 2011 г., а также разнице между федеральными региональ ными результатами данной партии. Для оценки уровня фальсификации результатов выборов используются данные, рассчитанные А. Киреевым для ресурса «Электоральная география 2.0».

Наконец, для оценки репрессивности политического режима исполь зуется индекс демократичности регионов Н. Петрова и А. Титкова9.

В качестве контрольных переменных учитывались такие социально экономические характеристики регионов, как ВРП на душу населения, уровень безработицы, средняя заработная плата в регионе, прожиточный минимум, доля людей с высшим образованием на рынке труда, уровень неравенства в регионе10, а также дамми-переменная на Москву и Санкт Петербург.

3.3. Концентрация населения и географические факторы Регрессионный анализ показывает (табл. 1), что коэффициент при по казателе концентрации населения оказывается статистически значимым Источник: База данных Института развития информационного общества. В работе используются данные за 2009–2010 гг.

Используется среднее значение индекса за 2000–2004 гг. Эти оценки являются по следними из доступных и официально опубликованных.

Источник: Росстат. Данные используются за 2009 г. и 2010 г.

для всех трех зависимых переменных. Без учета контрольных перемен ных R2 составляет от 0,198 (для оценки численности участников УВД) до 0,275 (для средней оценки). После контроля на долю сельского насе ления значимость коэффициента при этом факторе повышается с 5%-го до 1%-го уровня. Добавление в регрессию данных о показателях плот ности населения не снижает значимости коэффициентов для оценок чис ленности участников организаторами митингов, однако снижает для оце нок со стороны УВД. Если добавить в модель контрольную переменную для Москвы и Санкт-Петербурга, где произошли самые многочисленные митинги, значимость коэффициентов также не изменяется для оценок организаторов, но снижается до 5%-го уровня для оценок МВД.

Теперь обратимся к влиянию прочих географических характеристик на участие людей в митингах. Таблица 2 показывает, что без учета кон трольных переменных температура в январе, плотность автодорожного и железнодорожного покрытий, а также расстояние от столицы региона до Москвы являются незначимыми. Включение в модель контроля на Москву и Санкт-Петербург повышает значимость коэффициентов при температуре в январе и удаленности от Москвы до 10%-го уровня. До бавление в модель показателя концентрации населения и доли сельского населения не меняет значимости коэффициентов для этих факторов. Ко эффициент при показателе температуры оказывается положительным:

чем выше температура, тем большая доля жителей региона принимает участие в митинге протеста. С расстоянием от Москвы все происходит противоположным образом: большему расстоянию соответствует более низкая доля митингующих.

3.4. Развитость телекоммуникационной инфраструктуры В табл. 3 приводятся основные результаты анализа влияния техноло гической инфраструктуры, способствующей кооперации граждан, на мас штаб коллективных действий. Без добавления дополнительных контроль ных переменных мы наблюдаем положительную корреляцию между до лей выходящих на митинги протеста и количеством ПК на 100 человек, плотностью фиксированной телефонной связи, а также долями граждан, использующих Интернет и мобильный телефон. Добавление контроля на Москву и Санкт-Петербург усиливает значимость коэффициентов трех первых переменных, при этом доля людей, использующих мобильный телефон, перестает быть значимой. Включение в модель показателей концентрации населения снижает значимость коэффициентов всех пере менных до 10%-го уровня. Однако коэффициенты при показателях плот ности фиксированной связи и доли интернет-пользователей остаются положительными и значимыми во всех спецификациях модели.

3.5. Социально-экономические характеристики региона В качестве оценивающих уровень социально-экономического разви тия региона переменных мною используются ВРП на душу населения, уровень безработицы, средняя заработная плата в регионе, прожиточный минимум, доля людей с высшим образованием на рынке труда, уровень неравенства в регионе и количество автомобилей на 100 человек (табл. 4).

Без учета дополнительных переменных прямое влияние на протесты ока зывает лишь уровень безработицы. При этом его влияние отрицательно:

в регионах с низким уровнем безработицы на улицы выходит больше людей. Введение фиктивной переменной, для которой значение 1 соот ветствует только двум городам федерального значения (Москве и Санкт Петербургу), а ноль – всем остальным субъектам Федерации, приводит к статистической незначимости коэффициента регрессии при уровне без работицы. Если включить в модель показатели концентрации населения, то безработица перестает быть значимым фактором, однако значимость приобретает доля ВРП на душу населения (10%-й уровень), величина прожиточного минимума (1%-й уровень) и размер средней заработной платы (5%-й уровень). Каждый из этих факторов отрицательно влияет на долю людей, вышедших на митинг, что в целом подтверждает прове ряемую гипотезу: низкий уровень доходов населения снижает потенци ал коллективных действий.

3.6. Политические факторы: фальсификации результатов выборов vs репрессивность политического режима Для оценки влияния результатов выборов на протестную активность используются показатели явки избирателей на выборах в Государствен ную Думу РФ, доли голосов за партию «Единая Россия», разница между федеральными и региональными результатами голосования за данную партию, а также оценки фальсификаций результатов выборов (доли вбро сов голосов за партию «Единая Россия»), рассчитанные А. Киреевым для ресурса «Электоральная география 2.0».

Все показатели, кроме оценки уровня вбросов (табл. 5), оказываются значимыми на 1%-м уровне. Знак коэффициента при доле голосов за пар тию «Единая Россия» является отрицательным: чем больше результаты этой партии в регионах, тем меньше людей выходят на митинги. Можно предложить два объяснения этому факту. Во-первых, чем больше в регио не голосов получает партия власти, тем в целом более довольно население реализуемой политикой. Меньше недовольных – меньше протестов. Аль тернативное объяснение сводится к тому, что более авторитарные регио нальные режимы, с одной стороны, более эффективно производят моби лизацию граждан для голосования за партию власти, с другой – с большей готовностью идут на репрессии в отношении оппозиционеров. В таком случае на решение индивида выходить или не выходить на улицу будет оказывать значительное влияние его оценка риска пострадать от участия в коллективном действии (например, при разгоне митинга полицией). Если посмотреть на соотношения демократичности политического режима и результатов выборов, можно увидеть, что наибольшие значения явки и го лосов за партию власти получили наименее демократичные регионы. Если в регрессию с каждой такой переменной добавить индекс демократично сти региона, то все коэффициенты, кроме коэффициента при этом индек се, перестают быть значимыми. При этом демократичность остается един ственным значимым политическим фактором и при контроле на концен трацию населения вместе с долей сельского населения. Если же добавить в модель сразу все факторы, значимыми становятся доля голосов за пар тию «Единая Россия» и оценка вбросов. Однако вместе эти переменные не проходят тест на мультиколлинеарность. Стоит отметить, что оценка фальсификаций, используемая в анализе, учитывает лишь те возможные фальсификации, которые возникают в результате вбросов голосов, но не учитывает другие способы манипуляции результатами выборами (такие как принудительная мобилизация избирателей, «карусели» и проч.).

3.7. Итоговая модель Обратимся к формированию общей модели, объясняющей выход лю дей на региональные митинги. Небольшое число случаев не позволяет использовать большое количество независимых переменных, поэтому в спецификации итоговой модели будут включены только наиболее устой чивые и значимые факторы. В общем виде итоговая модель выглядит следующим образом:

Доля жителей региона, принимающих участие в митинге = 1 Кон центрация населения + 2 Температура в январе + 3 Развитость теле коммуникационной инфраструктуры + 4 Репрессивность политическо го режима + 5 Социально-экономические контроли Результаты анализа приведены в табл. 6.

Для оценок организаторами численности участников массовых акций наиболее устойчивыми оказываются показатели концентрации населе ния и средней температуры января и уровень демократичности регионов, ВРП на душу населения и величина прожиточного минимума. В частных спецификациях свою значимость сохраняют показатели плотности фик сированной телефонной связи и доли интернет-пользователей.

Интересно, что используемые факторы значительно хуже объясняют оценки численности участников протестных акций, предоставленные от делами УВД в регионах. Так, свою значимость сохраняют только концен трация населения и плотность фиксированной электросвязи. При этом до бавление в модель дамми-переменной на Москву и Санкт-Петербург в не которых случаях нивелирует значимость всех коэффициентов регрессии.

Анализ также позволяет выделить три наиболее нетипичных регио на: Москва, Санкт-Петербург и Астраханская область. Кроме того, что Москва и Санкт-Петербург являются самыми крупными городами Рос сии и формально составляют самостоятельные субъекты Федерации, на численность митингов в этих случаев, безусловно, оказало влияние то, что жители Московской и Ленинградской областей приезжали в эти го рода (из формально других субъектов Федерации) на митинги. Таким образом, протестующие из одного региона принимали участие в коллек тивных действиях в формально другом, соседнем регионе. Астраханский случай объясняется тем, что в этом городе 5 марта 2012 г. в один день с президентскими прошли выборы мэра. Формально проигравший на вы борах кандидат от оппозиции Олег Шеин заявил о своем несогласии с результатами и объявил голодовку, которая длилась порядка 40 дней. Са мый крупный митинг, прошедший при поддержке московских оппози ционных политиков в Астрахани весной 2012 г. и собравший, по разным оценкам, до 8 тыс. участников, одновременно был посвящен фальсифи кациям на федеральных выборов и поддержке Олега Шеина.

Включение в модель дамми-переменной для Москвы, Санкт-Петербурга и исключение из выборки Астрахани не меняет значимости основных факторов за исключением средней температуры января, которая остает ся значимой в 1 из 8 спецификаций. Контроль на национальные респуб лики также оставляет значимыми коэффициенты при концентрации на селения, уровне демократичности, прожиточном минимуме, ВРП и доле интернет-пользователей.

В своей работе, посвященной кросснациональному анализу влияния концентрации населения на поведение правительства, Ду и Кампенте для преодоления проблемы эндогенности используют в качестве инстру ментальных переменных данные о площади территории стран и ожида емой продолжительности жизни. К сожалению, их применение в работе с российскими данными оказывается невозможно. Логарифм размера территории сильно коррелирует с зависимой переменной, в то время как ожидаемая продолжительность жизни никак не коррелирует с независи мой.

4. Заключение В данной работе предлагается и тестируется подход, объясняющий возникновение и масштабы коллективных действий в зависимости от географических, технологических и политических факторов, определя ющих величину издержек участия граждан в таких митингах.

В регионах с низкой концентрацией населения и более холодным кли матом коллективные действия носят меньший масштаб. Этот эффект со храняется при учете политических, экономических и социальных фак торов.

Сложность коллективных действий характерна как для конкретных регионов, так и для России в целом. Возможно, именно данный факт во многом определяет низкое качество институтов и неустойчивый харак тер экономического развития страны. В ситуации, когда граждане стал киваются с высокими барьерами по организации коллективных действий, контроль за поведением элиты затруднен. Неограниченная в своих дей ствиях элита не может решить проблему связывающих обязательств. Это, в свою очередь, минимизирует возможности кооперативного поведения всех социальных акторов: правительства, оппозиции, граждан, бизнес менов, инвесторов и проч.

Работа показывает, что распространенность телекоммуникационных средств помогает решить проблему информационной координации и ча стично снижает издержки коллективных действий, вызванные географи ческими факторами. Внезапный широкий масштаб коллективных дей ствий протеста может быть, в первую очередь, объяснен недавним экс поненциальным скачком в развитии новых средств коммуникации. Так, самый известный в мире смартфон Iphone был выпущен в 2007 г., а про дажи в России начались в 2010 г. Сеть микроблогов «Твиттер» стала ак тивно использоваться российскими пользователями в начале 2011 г. Вы боры в Государственную Думу РФ в 2011 г. и Президента РФ в 2012 г.

стали де-факто первыми электоральным компаниями, которые проводи лись в ситуации, значительно отличающейся от всех предыдущих уров нем издержек кооперации.

Факторы, определяющие издержки коллективных действий, могут на кладываться на проблему стратегического взаимодействия. Жители ре гиональных столиц имеют меньшие издержки для участия в массовых митингах по сравнению с теми, кто живет в других городах и селах. Од новременно цели митингов заключаются в получении специфического общественного блага (например, пересмотра результатов выборов). По этому в представлении первых «нестоличное» население региона имеет значительные стимулы быть «безбилетниками». А значит, даже те заин тересованные индивиды, чьи издержки участия в коллективном действии будут относительно низки, все равно будут часто уклоняться от уча стия.

Существующая литература говорит нам, что рост потенциала коллек тивного действия как способности общества организовать протесты про тив реализуемой политики создает позитивные стимулы кооперативного поведения для политиков и, в перспективе, оказывает положительное влияние на функционирование политических и экономических институ тов.

Однако потенциал коллективных действий зависит не только от гео графии и технологий коммуникаций, но и от стратегического (часто упре ждающего) ответа правительств на саму возможность коллективных дей ствий.

Набор инструментов, которые политическая элита может использо вать для борьбы с коллективными действиями, широк. Он простирается от репрессий в отношении лидеров политической оппозиции до «геогра фического» манипулирования через перенос органов власти на отдален ные от проживания основной части населения территории.

Литература Aghion, Alesina, Trebbi (2004) Enodgenous Political Institutions // Quar terly Journal of Economics. Vol. 119. No. 2. May.

Alesina A., Spolaore E. (1997) On the Number and Size of Nations // The Quarterly Journal of Economics. Vol. 112. No. 4.

Alesina, Alberto and Edward L. Glaeser (2004) Fighting Poverty in the US and Europe: A World of Difference. Oxford, UK: Oxford University Press.

Bruce Bueno De Mesquita, Alastair Smith (2010) Leader Survival, Revo lutions, and the Nature of Government Finance with Bruce Bueno de Mes quita October 2010 // American Journal of Political Science. 54(4): 936– 950.

Do, Quoc-Anh and Filipe R. Campante (2008) Keeping Dictators Honest:

the Role of Population Concentration. Kennedy School of Government WP series. Harvard University Press.

Dowe, Dieter, Heinz-Gerhard Haupt, Dieter Langewiesche, and Jonathan Sperber (2001) Europe in 1848, Revolution and Reform. New York and Ox ford: Berghahn Books Flores, Alejandro Quiroz Alastair Smith (2010) Surviving Disasters.

Manuscript. New York University.

Gaddy, C., Hill F. The Siberian Curse: How Communist Planners Left Rus sia Out in the Cold. Brookings Institution Press, 2003.

King, Garry, Jennifer Pan, Margaret Roberts (2012) How Censorship in China Allows Government Criticism but Silences Collective Expression. Work ing Paper.

Kriger, Norma J. (1992) Zimbabwe’s Guerilla War: Peasant Voices;

New York: Cambridge University Press.

Mikhailova, Tatiana. The Cost of The Cold. (2005) CEFIR Working Paper.

Moscow.

Ostrom E. Collective Action Theory // The Oxford Handbook of Compar ative / ed. by Boix, Carles and Stokes, Susan C. New York: Oxford Univer sity Press, 2009. P. 188.

Popkin, Samuel L. (1979) The Rational Peasant: The Political Economy of Rural Society in Vietnam;

Berkeley: University of California Press.

Sigelman, Lee and Miles Simpson (1977) A Cross-National Test of the Linkage between Economic Inequality and Political Violence. The Journal of Conict Resolution 21 (1): 105–128.

Tilly, Charles (2003) The Politics of Collective Violence, Cambridge: Cam bridge University Press.

Tucker, Joshua A. (2007) Enough! Electoral Fraud, Collective Action Prob lems, and Post-Communist Colored Revolutions. Perspective on Politics 5(03):

535–551.

Еkiert, G. Hanson, S. Time, Space and Institutional Space // Capitalism and democracy in Central and East Europe: Legacy of Post-communism. Cam bridge: Cambridge University Press, 2003. P. 31.

Рогов К. (2012) Фонтаны и институты // Новая газета. № 61. 2012.

4 июня.

Трейвиш А. (2003) Россия: население и пространство // Демоскоп weekly. № 95–96.

Туровский Р.Ф. (2005) Бремя пространства как политическая пробле ма России // Логос. № 1. С. 124–171.

Приложения П1. Список используемых переменных Variable Obs Mean Std. Dev. Min Max Описание ORG 82 0.087 0.14 0 1.13 Процент граждан, вышедших на самый крупный антиправительственный митинг в регионе в 2011–2012, по оценке организаторов UVD 72 0.43 0.69 0 0.38 Процент граждан, вышедших на самый крупный антиправительственный митинг в регионе в 2011–2012, по оценке УВД MEAN 72 0.72 0.10 0 0.73 Процент граждан, вышедших на самый крупный антиправительственный митинг в регионе в 2011–2012 (среднее между оценками УВД и организаторов) PCI 82 0.39 0.21 0.02 1 Индекс концентрации населения density region 82 198 1226 0.07 10659 Плотность населения региона в 2009 г.

unemployment 82 9.94 6.2 2.7 52.9 Уровень безработицы на душу населения, GRP 79 64664 51912 9741 306882 ВРП на душу населения, average wage 79 5567 2139 2932 12570 Средняя заработная плата в регионе, costs of living 82 5373 1474 3805 10890 Стоимость в жизни регионе, higher 82 26 4 15 47 Доля людей с высшим education образованием в рабочей силе региона на душу населения, WAGE 81 0.39 0.02 0.33 0.521 Уровень неравенства в регионе, sh of internet 81 31.8 11.3 0.83 62.9 Доля домохозяйств, имеющих доступ в Интернет, %, sh of phone 81 69.17 12.9 20.6 99.1 Доля домохозяйств, имеющих телефон фиксированной связи, %, dens phone 82 29.18 9.1 1.1 63.6 Телефонная плотность фиксированной электросвязи (число ТА на 100 человек населения), штук, Variable Obs Mean Std. Dev. Min Max Описание mob abonents 82 152.5 27.6 92.7 221.4 Проникновение подвижной сотовой связи (абонентов на человек населения), штук, pc 82 35.1 10.5 3.82 62.8 Число персональных компьютеров на 100 человек населения, штук, sh adult internet 81 32.8 8.8 11.9 59 Доля взрослого населения, использующего Интернет (трехмесячная аудитория), %, share_mobile 81 89.8 5.0 72.9 97.68 Доля домохозяйств, имеющих мобильный сотовый телефон, %, mobile_2009 82 212.4 28.6 137 273 Число мобильных телефонов на 100 домохозяйств, share_pc 81 46.8 12.4 7.3 81.6 Доля домохозяйств, имеющих персональный компьютер (ПК), %, Democracy ind 80 29.1 6.2 17 45 Индекс демократичности регионального политического режима Н. Петрова – А. Титкова, turnout 82 61.7 13 47 99.5 Явка избирателей на выборах в ГД РФ, ur_share 82 49.3 16.9 29 99.4 Доля голосов за партию «Единая Россия» на выборах в ГД РФ, share_of_fraud 75 7.2 9.1 -0.04 41.62 Оценка доля вбросов голосов за партию «Единая Россия» на выборах в ГД РФ ERfedregdif 82 0.17 16.94 -49.98 20.46 Разница между федеральными и региональными результатами партии «Единая Россия» на выборах в ГД РФ, republics 82 0.2 0.4 0 1 Дамми-переменная на национальные республики РФ autoroads 80 138.2 121.8 0.8 636 Плотность автодорожного покрытия, railroads 75 156.1 109.0 2 577 Плотность железнодорожного покрытия, Atrahan 82 0.012 0.1 0 1 Дамми на Астрахань Msk, SPb 82 0.012 0.1 0 1 Дамми на Москву Spb 82 0.012 0.1 0 1 Дамми на Санкт-Петербург П2. Графики Рис. 1. Выборочная функция плотности распределения логарифма числа граждан, вышедших на самый многочисленный митинг в регионе, по оценкам организаторов, УВД и средняя между ними Рис. 2. Индекс концентрации населения и доля граждан, вышедших на самый крупный антиправительственный митинг в регионе Рис. 3. Плотность фиксированной электросвязи и доля граждан, вышедших на самый крупный антиправительственный митинг в регионе Рис. 4. Количество интернет-пользователей на 100 жителей региона и доля граждан, вышедших на самый крупный антиправительственный митинг в регионе Рис. 5. Количество ПК на 100 жителей региона и доля граждан, вышедших на самый крупный антиправительственный митинг в регионе Рис. 6. Доля голосов за партию «Единая Россия» и доля граждан, вышедших на самый крупный антиправительственный митинг в регионе Рис. 7. Демократичность регионального политического режима и явка избирателей на выборы в ГД РФ 4 декабря 2011 г.

Рис. 8. Демократичность регионального политического режима и доля голосов за партию «Единая Россия» на выборах в ГД РФ 4 декабря 2011 г.

Рис. 9. Демократичность регионального политического режима и доля граждан, вышедших на самый крупный антиправительственный митинг в регионе Таблица П1. Концентрация населения и численность участников протестных акций, по оценкам организаторов (ORG), полиции (UVD) и среднее между ними (mean) (в таблице приведены стандартизированные Бета-коэффициенты;

в скобках указаны робастные стандартные ошибки) (1) (2) (3) (4) VARIABLES N of participants per ca (ORG), % PCI 0.331** 0.369*** 0.176*** 0.220*** (0.150) (0.132) (0.0487) (0.0536) rural share –0.00483*** –0.00208*** –0.00277*** (0.00182) (0.000447) (0.000646) density region 8.21e–05*** (4.91e–06) Msk, SPb 0.844*** (0.0505) Constant –0.0426 –0.389** –0.141*** –0.199*** (0.0476) (0.164) (0.0360) (0.0536) Observations 82 82 82 R-squared 0.243 0.437 0.782 0. Beta coefcients are standardized. Robust standard errors in parentheses *** p0.01, ** p0.05, * p0. (5) (6) (7) (8) VARIABLES N of participants per ca (UVD), % PCI 0.138** 0.146*** 0.0957* 0.108** (0.0567) (0.0526) (0.0529) (0.0494) rural share –0.00127** –0.000511 –0. (0.000629) (0.000443) (0.000448) density region 2.03e–05*** (5.09e–06) Msk, SPb 0.206*** (0.0428) Constant –0.0115 –0.103* –0.0346 –0. (0.0169) (0.0542) (0.0398) (0.0387) Observations 72 72 72 R-squared 0.198 0.255 0.359 0. Beta coefcients are standardized. Robust standard errors in parentheses *** p0.01, ** p0.05, * p0. (9) (10) (11) (12) VARIABLES N of participants per ca (mean), % PCI 0.254** 0.272*** 0.148*** 0.177*** (0.104) (0.0904) (0.0528) (0.0522) Rural share –0.00309** –0.00121*** –0.00169*** (0.00128) (0.000437) (0.000545) density region 5.02e–05*** (5.00e–06) Msk, SPb 0.514*** (0.0456) Constant –0.0291 –0.251** –0.0824** –0.123*** (0.0325) (0.114) (0.0362) (0.0446) Observations 72 72 72 R-squared 0.275 0.413 0.674 0. Beta coefcients are standardized. Robust standard errors in parentheses *** p0.01, ** p0.05, * p0. Таблица П2. Влияние остальных географических факторов на долю людей, вышедших на самый крупный антиправительственный митинг в регионе (в таблице приведены стандартизированные Бета-коэффициенты;

в скобках указаны робастные стандартные ошибки) (1) (2) (3) (4) (5) (6) (7) (8) VARIABLES N of participants per ca (ORG), % reg_tempjan 0.000988 0.00196* (0.00180) (0.00107) reg_autoroadden –9.33e–05 –6.29e– (5.96e–05) (5.15e–05) reg_railroadden –4.41e–05 2.10e– (6.63e–05) (5.87e–05) reg_disttomoscow –6.50e–06 –6.41e–06** (5.41e–06) (2.89e–06) Msk, SPb 0.814*** omitted omitted 0.813*** (0.0549) (0.0505) PCI 0.235*** 0.181*** 0.211*** 0.238*** (0.0549) (0.0497) (0.0669) (0.0529) rural share –0.00311*** –0.00216*** –0.00203*** –0.00290*** (0.000635) (0.000433) (0.000516) (0.000596) Constant 0.0990*** 0.0831*** 0.0775*** 0.103*** –0.205*** –0.144*** –0.146*** –0.199*** (0.0326) (0.0146) (0.0157) (0.0261) (0.0477) (0.0357) (0.0431) (0.0477) Observations 82 80 75 82 82 80 75 R-squared 0.003 0.021 0.004 0.014 0.777 0.237 0.229 0. Robust standard errors in parentheses *** p0.01, ** p0.05, * p0. Таблица П3. Влияние развитости телекоммуникационной инфраструктуры на долю людей, вышедших на самый крупный антиправительственный митинг в регионе (в таблице приведены стандартизированные Бета-коэффициенты;

в скобках указаны робастные стандартные ошибки) (1) (2) (3) (4) (6) (7) (8) (9) VARIABLES N of participants per ca (ORG), % share phone 0.00399* (0.00229) share mobile 0. (0.00258) share pc 0. (0.00198) share internet 0.00513* (0.00292) pc 0.00552* (0.00307) mobile 0. (0.000645) density phone 0.00881** (0.00413) mobile abonents 0. (0.00118) Observations 81 81 81 81 82 82 82 R-squared 0.123 0.005 0.070 0.157 0.159 0.015 0.301 0. Robust standard errors in parentheses *** p0.01, ** p0.05, * p0. (10) (11) (12) (13) (15) (16) (17) (18) (19) (20) VARIABLES N of participants per ca (ORG), % share phone 0. (0.000661) share mobile –0. (0.00165) share pc 0. (0.000692) share internet 0.00156** 0.00137* (0.000688) (0.000818) pc 0.00205** (0.000931) mobile 2.65e- (0.000261) density phone 0.00351*** 0.00340* (0.00110) (0.00200) mobile 0. abonents (0.000398) PCI 0.196*** 0.176*** (0.0517) (0.0532) rural share –0.00149** –0. (0.000619) (0.00113) Controls for Yes Yes Yes Yes Yes Yes Yes Yes Yes Yes Msk, SPb and Spb Observations 81 81 81 81 82 82 82 82 81 R-squared 0.585 0.580 0.587 0.590 0.596 0.577 0.613 0.579 0.655 0. Robust standard errors in parentheses *** p0.01, ** p0.05, * p0. Таблица П4. Социально-экономические характеристики региона (1) (2) (4) (5) (6) (7) (8) VARIABLES N of participants per ca (ORG), % GRP 8.81e- (8.86e-07) unemployment -0.00515* (0.00309) cost of living 9.83e- (1.45e-05) wage 2.10e- (1.79e-05) GINI 2. (1.512) reg_heductoempd2010 0. (0.00933) auto2009 0. (0.000474) Observations 79 82 82 79 81 82 R-squared 0.095 0.049 0.010 0.092 0.237 0.165 0. Robust standard errors in parentheses *** p0.01, ** p0.05, * p0. (9) (10) (12) (13) (14) (15) (16) VARIABLES N of participants per ca (ORG), % GRP -1.87e-07* (9.64e-08) unemployment -0. (0.000888) cost of living -1.37e-05*** (4.71e-06) wage -7.35e-06** (3.40e-06) GINI 0. (0.328) heductoempd -0. (0.00250) auto -2.15e- (0.000198) PCI 0.213*** 0.220*** 0.232*** 0.221*** 0.222*** 0.236*** 0.221*** (0.0531) (0.0542) (0.0514) (0.0526) (0.0534) (0.0517) (0.0537) rural share -0.00328*** -0.00260*** -0.00332*** -0.00363*** -0.00263*** -0.00291*** -0.00281*** (0.000706) (0.000771) (0.000629) (0.000733) (0.000657) (0.000671) (0.000703) Msk, SPb 0.864*** 0.844*** 0.848*** 0.860*** 0.814*** 0.892*** 0.844*** (0.0523) (0.0510) (0.0449) (0.0490) (0.0697) (0.0881) (0.0521) Observations 79 82 82 79 81 82 R-squared 0.776 0.767 0.783 0.780 0.768 0.773 0. Robust standard errors in parentheses *** p0.01, ** p0.05, * p0. Таблица П5. Политические факторы (1) (2) (3) (4) (5) VARIABLES N of participants per ca (ORG), % turnout –0.00220*** (0.000477) ur_share –0.00172*** (0.000419) share_of_fraud 0. (0.00278) ERfedregdif 0.00172*** (0.000419) Democracy ind 0.00556*** (0.00161) PCI rural share Msk, SPb Observations 82 82 75 82 R-squared 0.038 0.040 0.008 0.040 0. Robust standard errors in parentheses *** p0.01, ** p0.05, * p0. (6) (7) (8) (9) (10) (11) VARIABLES N of participants per ca (ORG), % turnout –0. (0.000906) ur_share –0.000628 –0.0119** –0.00532** (0.000594) (0.00509) (0.00218) share_of_fraud 0.00362 0.0170** 0.00710** (0.00349) (0.00753) (0.00322) ERfedregdif 0. (0.000594) Democracy ind 0.00449* 0.00453** 0.00760** 0.00453** 0.00153 0.00356** (0.00236) (0.00211) (0.00346) (0.00211) (0.00240) (0.00157) PCI 0.360*** 0.240*** (0.0958) (0.0481) rural share –0.00256* –0. (0.00146) (0.000790) Msk, SPb 0.777*** (0.0611) Observations 80 80 74 80 74 R-squared 0.059 0.058 0.078 0.058 0.578 0. Таблица П6. Общая модель. Зависимая переменная – доля участников самого крупного митинга в регионе, по оценкам организаторов митинга, от численности населения региона (1) (2) (3) (4) (5) (6) (7) (8) VARIABLES N of participants per ca (ORG), % PCI 0.238*** 0.229*** 0.249*** 0.252*** 0.238*** 0.217*** 0.249*** 0.237*** (0.0558) (0.0528) (0.0543) (0.0511) (0.0558) (0.0584) (0.0543) (0.0550) rural share –0.000941 –0.000671 –0.00141* –0.00146** –0.000941 –0.000865 -0.00141* -0.00152* (0.00101) (0.000892) (0.000801) (0.000723) (0.00101) (0.00102) (0.000801) (0.000797) reg_tempjan 0.00173* –3.60e–05 0.00190* 0.000558 0.00173* 0.000861 0.00190* 0. (0.00102) (0.00123) (0.00111) (0.00126) (0.00102) (0.00117) (0.00111) (0.00118) Democracy ind 0.00476*** 0.00443*** 0.00472*** 0.00428*** 0.00476*** 0.00450*** 0.00472*** 0.00435*** (0.00128) (0.00120) (0.00132) (0.00127) (0.00128) (0.00128) (0.00132) (0.00136) density_phone 0.00178 0.00350** 0.00178 0.00284* (0.00138) (0.00157) (0.00138) (0.00155) cost of living -1.77e-05*** -1.57e-05** (5.84e-06) (6.43e-06) share_internet 0.000745 0.00167* 0.000745 0. (0.000813) (0.000873) (0.000813) (0.000949) GRP -2.75e-07** -2.17e-07* (1.12e-07) (1.25e-07) Msk, SPb Yes Yes Yes Yes Yes Yes Yes Yes Observations 80 80 80 80 80 78 80 R-squared 0.808 0.825 0.806 0.819 0.808 0.815 0.806 0. Robust standard errors in parentheses *** p0.01, ** p0.05, * p0. (9) (10) (11) (12) (13) (14) (15) (16) VARIABLES N of participants per ca (ORG), % PCI 0.210*** 0.206*** 0.217*** 0.224*** 0.210*** 0.186*** 0.217*** 0.203*** (0.0610) (0.0583) (0.0605) (0.0585) (0.0610) (0.0630) (0.0605) (0.0600) rural share –0.000709 –0.000488 –0.00116 –0.00124* –0.000709 –0.000582 –0.00116 –0. (0.00104) (0.000933) (0.000774) (0.000714) (0.00104) (0.00105) (0.000774) (0.000765) reg_tempjan 0.00124 –0.000397 0.00127 8.87e–05 0.00124 0.000236 0.00127 0. (0.00104) (0.00124) (0.00115) (0.00127) (0.00104) (0.00122) (0.00115) (0.00123) Democracy ind 0.00428*** 0.00397*** 0.00434*** 0.00396*** 0.00428*** 0.00400*** 0.00434*** 0.00398*** (0.00125) (0.00117) (0.00128) (0.00124) (0.00125) (0.00124) (0.00128) (0.00131) density_phone 0.00139 0.00312** 0.00139 0.00255* (0.00137) (0.00151) (0.00137) (0.00152) cost of living -1.72e-05*** -1.47e-05** (5.52e-06) (6.16e-06) share_internet 0.000331 0.00122 0.000331 0. (0.000804) (0.000895) (0.000804) (0.000928) GRP -3.14e-07*** -2.50e-07** (1.14e-07) (1.14e-07) No Astrahan Yes Yes Yes Yes Yes Yes Yes Yes Msk, SPb Yes Yes Yes Yes Yes Yes Yes Yes Observations 79 79 79 79 79 77 79 R-squared 0.819 0.834 0.817 0.828 0.819 0.828 0.817 0. Robust standard errors in parentheses *** p0.01, ** p0.05, * p0. (17) (18) (19) (20) (21) (22) (23) (24) VARIABLES N of participants per ca (ORG), % PCI 0.248*** 0.240*** 0.259*** 0.266*** 0.248*** 0.228*** 0.259*** 0.246*** (0.0575) (0.0541) (0.0556) (0.0510) (0.0575) (0.0605) (0.0556) (0.0562) rural share –0.000447 –0.000149 –0.000243 2.01e–05 –0.000447 –0.000383 –0.000243 –0. (0.000981) (0.000834) (0.000955) (0.000853) (0.000981) (0.000986) (0.000955) (0.000969) reg_tempjan 0.00150 –0.000323 0.00181* 3.83e–05 0.00150 0.000663 0.00181* 0. (0.00101) (0.00120) (0.00107) (0.00120) (0.00101) (0.00115) (0.00107) (0.00114) Democracy ind 0.00457*** 0.00422*** 0.00413*** 0.00341** 0.00457*** 0.00433*** 0.00413*** 0.00368** (0.00132) (0.00121) (0.00142) (0.00132) (0.00132) (0.00132) (0.00142) (0.00147) density_phone 0.00130 0.00304* 0.00130 0. (0.00146) (0.00163) (0.00146) (0.00162) cost of living -1.82e-05*** -2.03e-05*** (5.97e-06) (6.76e-06) share_internet 0.00140 0.00277*** 0.00140 0.00219** (0.000906) (0.00101) (0.000906) (0.00106) GRP -2.70e-07** -2.89e-07** (1.16e-07) (1.20e-07) republics Yes Yes Yes Yes Yes Yes Yes Yes Msk, SPb Yes Yes Yes Yes Yes Yes Yes Yes Observations 80 80 80 80 80 78 80 R-squared 0.818 0.835 0.820 0.841 0.818 0.824 0.820 0. Robust standard errors in parentheses *** p0.01, ** p0.05, * p0. Препринт WP1/2012/ Серия WP Институциональные проблемы российской экономики Соболев Антон Сергеевич Факторы коллективного действия:

случай массовых протестов в России 2011– Зав. редакцией оперативного выпуска А.В. Заиченко Технический редактор Ю.Н. Петрина Отпечатано в типографии Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» с представленного оригинал-макета Формат 6084 1/16. Тираж 100 экз. Уч.-изд. л. 2, Усл. печ. л. 2,79. Заказ №. Изд. № Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»

125319, Москва, Кочновский проезд, Типография Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики»

Тел.: (499) 611-24-

 














 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.