авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


УДК 811.162.4

В.С. Князькова

ТВОРЧЕСТВО А.И. СОЛЖЕНИЦЫНА

В ВОСПРИЯТИИ СЛОВАЦКИХ ЧИТАТЕЛЕЙ

Статья посвящена восприятию творчества

А.И. Солженицына в Словакии. Пред-

ставлен исторический обзор переводов произведений писателя на словацкий язык;

дана

информация о переводчиках и их переводческих концепциях;

рассмотрено отношение

читательской аудитории к текстам А.И. Солженицына с момента появления первого его

произведения в Словакии и до сегодняшнего дня. Показаны основные подходы к пере даче авторской лексики на словацкий язык, проиллюстрированы наиболее трудные для перевода лингвистические черты солженицынского языка.

художественный перевод на словацкий язык, «Один день Ивана Денисовича», перевод окказионализмов, восприятие художественного произведения.

Многогранность личности и творчества А.И. Солженицына, уникальность ситуации, в которой появились его первые произведения, последующая судьба этих произведений и их автора – все это обусловило неоднозначное, но всегда очень живое восприятие его книг за рубежом. С момента публикации «Одного дня Ивана Денисовича» творчество А.И. Солженицына вышло за рамки литера туры, а фигура самого писателя стала чуть ли не более значимой, чем сами тек сты произведений, что сказалось и на восприятии переводов. С одной стороны, большой интерес к творчеству писателя (в частности, в Словакии он является одним из самых читаемых русских авторов), с другой стороны, нередко воспри нимается лишь фактическая сторона его книг, а художественное своеобразие уходит на второй план.

История переводов и исследования произведений А.И. Солженицына в Словакии – это отражение истории взаимоотношений двух славянских народов, сменяющие друг друга периоды политического давления, слепого восторга, неприятия и отрицания. Русская литература оказывала влияние на словацкую литературу на всем протяжении ее развития. Наиболее интенсив ным воздействие оказалось в момент формирования реалистической литера туры в конце XIX века и в период соцреализма в середине XX века. В инте ресующий нас период – со второй половины XX века – происходит перелом, обусловленный политической оттепелью в Советском Союзе. «Тогда вступи ло в литературу новое поколение, которое своими яркими талантами (Аксе нов, Евтушенко, Вознесенский) смогло стереть дурные последствия только что ушедшего периода и оживить интерес не только к советской классике, но и к русскому модерну и авангарду. О политическом и литературном значении Солженицына нет необходимости напоминать, оно неоценимо (здесь и далее перевод мой. – В.К.)», – пишет М. Грала 1.

Знакомство словацких читателей с А.И. Солженицыным началось, как и во многих других странах, с рассказа «Один день Ивана Денисовича». В начале года, то есть всего несколько месяцев спустя после русского издания, вышли пере воды рассказа в Голландии, Португалии, Швеции, Швейцарии, ФРГ, Корее, Дании, Испании, США, несколько позже, но в том же году, в Финляндии, Венгрии, Ислан дии, Италии, Японии, Норвегии. Славянские страны не были исключением. Всего два месяца после советского издания рассказ был переведен на болгарский язык (Венцел Райчев, 1963). В Чехословакии вышел чешский (Сергей Махонин, 1963) и словацкий переводы (Ян Ференчик, 1963). В Югославии в конце 1963 года опуб ликованы сербские переводы сразу трех рассказов: «Один день Ивана Денисовича», «Матрёнин двор» и «Случай на станции Кречетовка» (Зоран Жуёвич, Ана Грдан, Светомир Дурбич, 1963). Хорватский и словенский переводы «Одного дня Ивана Денисовича» появились только через несколько лет – в 1971 и 1982 годах соответ ственно. Что касается польского перевода, то сначала был издан рассказ «Случай на станции Кречетовка» в журнале «Literatura radziecka», а несколько позже «Один день Ивана Денисовича» в варшавском еженедельнике «Polityka»: название журна ла уже само по себе свидетельствует о характере восприятия фигуры А.И. Сол женицына и его творчества в Польше.

«Один день Ивана Денисовича» не сразу для словацкого читателя был издан в виде книги: в самом начале 1963 года он выходил по частям в переводах разных переводчиков в журнале «Slovensk pohady», фрагменты рассказа издавались так же в еженедельниках «Svet socializmu» и «ivot», на что «Slovensk pohady» отреа гировали упреком в адрес указанных журналов. Редакция журнала «Slovensk pohady» утверждала, что публикация фрагментов произведения А.И. Солженицына служила лишь поводом для привлечения читателей после повышения цены на жур налы и стремлением произвести сенсацию, а не проявлением глубокого, правдивого и всестороннего интереса к советской литературе.

Первое полное словацкое книжное издание «Одного дня Ивана Денисо вича», вышедшее в 1963 году, было осуществлено Яном Ференчиком, из вестным переводчиком русской литературы. Его работы о теоретических во просах перевода стали основой для современной словацкой переводческой школы и отразились в его собственных переводах. После публикации пере водов в Словакии статьи об этом рассказе вышли практически во всех основ ных периодических изданиях того времени. Характерным признаком этих статей, однако, являлось повышенное внимание лишь к идеологической сто роне произведения и к личности автора как фигуре политической. В этих ста тьях не просто не обращается внимание на художественные достоинства произведения, а вовсе отрицается какое бы то ни было стилистическое свое образие рассказа. Один из таких примеров – статья М. Дрозды, в которой он Hrala M. esk peklady z rusk literatury // Kapitoly z djin eskho prekladu. Praha, 2002.

S. 236.

превозносит заслуги автора в «публицистической реабилитации невинов ных», но в то же время пишет: «Его проза не блещет ни яркими стилистиче скими средствами, ни необычными композиционными приемами» 2. Или дру гой пример из статьи З. Матейовой о том, как политическая сенсация затме вает объективный анализ произведения: «Несмотря на несомненный вклад этой книги в идейном отношении, в области художественной формы можно заметить определённые недоработки» 3.

В 1960-е годы интерес к А.И. Солженицыну в Чехословакии достигает своей вершины. Об этом свидетельствуют следующие слова, сказанные о писа теле весной 1965 года ответственным сотрудником посольства Чехословакии в Москве: «В Чехословакии он любимый писатель, его называют “русский Фу чик”. Популярность его очень велика. Мы в посольстве это чувствуем, так как через посольство направляют Солженицыну много приглашений о посещении нашей страны. Мы передаём их в Союз писателей, в общество дружбы с ЧССР.

Но нам обычно отвечают через МИД, что Солженицын тяжело болен, что у него рак, что он не может далеко выезжать за пределы Рязани. А ведь как жаль, такой талантливый писатель…» 4. О высоком интересе к творчеству А.И. Солженицы на в Словакии свидетельствует и тот факт, что в 1967 году именно в словацкой газете «Pravda» была впервые напечатана одна глава из «Ракового корпуса», опередив все другие публикации романа.

Периодом сильнейшего идеологического давления со стороны советской культуры, которое сказывалось не только на внутренней продукции Словакии, но и на выборе произведений для перевода, были 1968-й год и последующие два десятилетия. Интерес к творчеству А.И. Солженицына в Словакии замет но снижается, перестают публиковаться переводы и какие-либо критические статьи. В конце 60-х годов произведения А.И. Солженицына оказываются под запретом в Советском Союзе, а сам писатель отправлен в эмиграцию.

В 70–80-х годах публикация его произведений и изучение его творчества продолжаются на Западе. Так, романы «Раковый корпус» и «В круге первом»

выходят на русском языке в парижском издательстве «YMCA-PRESS». Там же в 1973 году печатается книга «Архипелаг ГУЛАГ», после чего сразу появ ляются французский, немецкий и английский переводы. В 1974 году в Цюрихе издается словацкий перевод книги, осуществленный Эмилом Богданом Ште фаном, журналистом, редактором, автором нескольких политических романов и исторических публикаций. Хотя признанным является перевод, изданный уже в самой Словакии после бархатной революции, но и работа Э.Б. Штефана также заслуживает внимания как первый словацкий перевод «Архипелага ГУЛАГ». Э.Б. Штефан до отъезда в эмиграцию работал в Министерстве ино странных дел Чехословакии, на телевидении, был главным редактором газеты Drozda M. Jeden de Ivana Denisovia // Vchodoslovensk noviny. 1964. 25 erv. S. 4.

Mtejov Z. Vidie ponad osobn krivdy presn cie // Uitesk noviny. 1963. 22 srp. Ro. 13.

. 31–33. S. 4.

Медведев Ж.А. Десять лет после «Одного дня Ивана Денисовича». Лондон, 1973.С. 49.

«Prca», а после 1968 году, будучи в эмиграции в Германии, работал в словацкой редакции радио «Свободная Европа», сотрудничал с эмигрант ским журналом «Horizont», подготовил к изданию несколько антологий сло вацкой прозы, переводил с русского и украинского языков. Публикация сло вацкого перевода книги А.И. Солженицына стала одной из важнейших работ издательства «Poana», главной целью которого было издание представитель ного эмигрантского журнала в Западной Европе (журнал «Horizont» выходил ежемесячно с 1972 по 1991 год). В публикации «Архипелага ГУЛАГ» принял участие в качестве иллюстратора известный художник словацкой эмиграции Ян Мраз, что сделало книгу одним из самых красивых изданий словацкого за рубежья 5. В этот период продолжается изучение творчества А.И. Солженицы на и в Западной Европе, и в Америке. Научные монографии, посвященные творчеству писателя, выходят во Франции (Ж. Нива), Англии (Ж.А. Медведев), США (В. Карпович). Ни в Советском Союзе, ни в социалистической Чехосло вакии А.И. Солженицына как будто не существовало.

После «бархатной революции» 1989 года условия для развития русско словацких литературных отношений снова изменились радикальным образом.

С одной стороны, падение политического давления позволило переводить и из давать произведения, находившиеся до этого под запретом, с другой стороны, последствием десятилетий «обязательной» дружбы было неизбежное снижение интереса к русскоязычной литературе. Целые блоки книг, отмечает М. Грала, действительно популярные в свое время, теряют всякую привлекательность для читателей. Они становятся лишь историческими документами не только из-за своей тематики (пропагандистского характера), но и из-за методов перевода, от ношения к оригиналу и качеству языка. Соответствовать современной перевод ческой норме, сформировавшейся в настоящее время, могут лишь немногие из старых переводов. Но и в новых переводах, часто соответствующих данной норме, в некоторых случаях обнаруживается влияние современных тенденций (вульгаризация текста, смысловые смещения и т. д.) 6. О влиянии раннего твор чества А.И. Солженицына на словацких писателей конца XX века словацкий литературовед А. Червеняк пишет: «Мы глубоко убеждены, что новое идейно эстетическое сознание таких авторов, как П. Ярош, Л. Фелдек, Р. Слобода, П. Виликовский, Л. Баллек … формировалось и в орбите неотразимого воз действия» 7 рассказов русского писателя. Исчезновение политических ограниче ний позволило за очень короткий период времени издать переводы предыдущих десятилетий, но по известным причинам до сих пор нереализованные. Так, под готовленные еще в 70-х годах вышли в 1991 году на словацком языке «Раковый корпус» (пер. Магда Такачова) и «Архипелаг ГУЛАГ» (пер. Душан Слободник, Игор Слободник и Элена Линзботова).

Slovensk tlaen slovo v zahrani. URL : www.viks.sk/dkk/kniha91_92_19_34.doc (дата об ращения: 10.04.2013).

Hrala M. esk peklady z rusk literatury. S. 239.

Червеняк A. «Малый триптих» А. Солженицына // A.I. Solenicyn v kontexte eurpskej literatry. Zbornk prspevkov zo sympzia o tvorbe A.I. Solenicyna. Bratislava, 1992. S. 59.

В последнее десятилетие в Словакии возрождается интерес к русской культуре, причем особым вниманием пользуются книги о «темных» страницах прошлого России. Так приходит новая волна популярности солженицынских текстов о ГУЛАГе.

В 2003 году появляется новый словацкий перевод «Одного дня Ивана Денисовича», созданный словацкой переводчицей Ольгой Гирнеровой. Как известно, вариант рассказа 1962 года, опубликованный в «Новом мире», от нюдь не является первоначальной авторской версией. Чтобы появился шанс на публикацию, рассказ пришлось существенно обработать: сократить и смяг чить некоторые эпизоды. Восстановленный первоначальный вариант был издан в Собрании сочинений А.И. Солженицына издательства «YMCA PRESS» в 1978 году. Именно эту версию рассказа сам автор считает верной (так отмечается и в самом издании) 8. И именно эта версия стала подлинни ком для перевода Ольги Гирнеровой. Примером текстологических измене ний является информация о таких сторонах советской действительности, как, например, упоминание об ущербе, нанесенном советскому хозяйству организацией колхозов:

… ничего так жалко не было за восемь лет, как этих ботинков. В одну ку чу скинули, весной уж твои не будут 9.

… nioho mu za tch osem rokov nebolo tak to ako tch bagan. Na jednu hbu ich nahdzali, na jar u tvoje nebud 10.

В восстановленной версии возвращено последнее предложение:

… ничего так жалко не было за восемь лет, как этих ботинков. В одну ку чу скинули, весной уж твои не будут. Точно, как лошадей, в колхоз сгоняли 11.

Za celch osem rokov mu za nim nebolo tak to ako za tmi baganami.

Vetky nahdzali na jednu kopu, na jar u veru jeho nebud. Celkom ako ke kone zhali do kolchozu 12.

Не говорится в версии 1962 года и о том, как сажали в тюрьмы всех, кто возвращался на родину из-за границы:

А он вырос и самодумкой назад – в Эстонии институт кончать 13.

Ke vyrstol, hybaj svojvone nazad, do Estnska, tudova intitt 14.

В восстановленной версии предложение звучит так:

А он вырос и назад, дурандай, на родину, институт кончать. Тут его и взяли 15.

No len o vyrstol, zmyslel si hlupk, e sa vrti do vlasti a dotuduje techniku.

A tam ho hne zobrali 16.

Солженицын А.И. Один день Ивана Денисовича // Собр. соч. : в 20 т. Т. 3. Вермонт ;

Па риж, 1978. С. 5.

Солженицын А.И. Один день Ивана Денисовича // Новый мир. 1962. № 11. С. 12.

Solenicyn A. Jeden de Ivana Denisovia. Bratislava, 1963. S. 14.

Солженицын А.И. Один день Ивана Денисовича. Т. 3. С. Solenicyn A. Jeden de Ivana Denisovia. Bratislava, 2003. S. 12.

Солженицын А.И. Один день Ивана Денисовича. С. 26.

Solenicyn A. Jeden de Ivana Denisovia. Bratislava, 1963. S. 44.

Солженицын А.И. Один день Ивана Денисовича. Т. 3. С. 33.

Solenicyn A. Jeden de Ivana Denisovia. Bratislava, 2003. S. 41.

В 2012 году переиздан словацкий перевод книги «Архипелаг ГУЛАГ».

Выход этого нового издания отметили многие словацкие газеты. В отзывах кни га снова оценивается как «одно из важнейших свидетельств XX века» 17. Новое издание дополнено не только новыми примечаниями, но, что особенно ценно, новым послесловием в третьем томе книги, в котором «Игор Слободник пред принял попытку осветить словацкую историю ГУЛАГа» 18. Интересными также являются отсылки к последним работам о лагерях в словацком и чешском кон текстах: упоминаются такие книги, как «Odvleen» Петра Юшчака (2001) и «Gulag. Djiny» Аннэ Аппленбаумовой (2004) 19. Эти сведения, а также осве щение исторических событий той эпохи делает издание особенно актуальным для современного словацкого читателя.

Что касается научных исследований творчества А.И. Солженицына в Сло вакии, они так же, как и переводы, стали появляться после 1989 года. Неслучай но первый после «бархатной революции» симпозиум Ассоциации русистов Сло вакии был посвящен именно творчеству А.И. Солженицына. Задача этого сим позиума, как прозвучало во вступительном слове, не подвести итог исследова ния творчества русского писателя, а, наоборот, дать толчок к его будущему изу чению. Словацкие исследования произведений писателя принадлежат таким ученым-литературоведам, как М. Дрозда, М. Куса, О. Марушьяк, Д. Слободник, А. Червеняк и некоторые другие. Однако работы по лингвистическим особенно стям творчества А.И. Солженицына практически отсутствуют. А между тем с художественной точки зрения особый интерес представляет язык произведе ний А.И. Солженицына, который отражает позицию писателя как продолжателя традиций классической русской литературы и в то же время большого реформа тора. В солженицынском художественном языке переплетены глубокая закоре ненность в национальной традиции и яркое новаторство, стремление приблизить русский язык народной речи, освободить его от штампов советского времени.

Автор добивается этого путем внедрения в ткань произведения большого объема нелитературных элементов (окказионализмов, архаизмов, диалектных форм, просторечия, жаргонизмов), а также новых синтаксических и композиционных форм организации текста.

Приведем краткий обзор наиболее характерных черт языка писателя и принципов передачи их на словацкий язык. Одна из них – яркая фонетиче ская форма. Семантика слов у А.И. Солженицына во многих случаях связана с определенной интерпретацией их формальной стороны. В этом смысле очень характерен пример объяснения семантики слова острог в книге «Ар хипелаг ГУЛАГ»:

Alexander Solenicyn: Sostrovie Gulag. URL : http://www.premedia.sk/slk/sk/literatura_fak tu/novinka_alexander_solzenicyn_suostrovie_gulag (дата обращения: 18.04.2013).

Sostrovie Gulag. Recenzie. Knin revue. 2013. 06. nor. URL : http://www.floowie.com/ sk/nahlad/309631289511119a9865de#/strana/2/ (дата обращения: 10.04.2013).

Priehrtie pravdy o fenomne gulag. Katolcke noviny. 2013. 26. Marec. URL : http://www.ka tolickenoviny.sk/1314-2013-priehrstie-pravdy-o-fenomene-gulag/ (дата обращения: 10.04.2013).

Ах, доброе русское слово – острог – и крепкое-то какое! И сколочено как!

В нем, кажется, – сама крепость этих стен… И все тут стянуто в этих шести зву ках – и строгость, и острога, острота (ежовая острота, когда иглами в морду, ко гда мёрзлой роже метель в глаза, острота затесанных кольев предзонника и опять же проволоки колючей острота), и осторожность (арестантская) где-то рядышком тут прилегает, а рог? А рог прямо торчит, выпирает! Прямо в нас наставлен… стало это все опять подниматься, сужаться, строжеть, рожеть… И только как колокол сторожевой, ночной и дальний... 20.

Это пример использования А.И. Солженицыным паронимии для расшире ния значения слова. Имея в виду эти особенности языкового творчества А.И. Солженицына, приходим к выводу о чрезвычайной сложности его произве дений как задачи для переводчика. Однако это не означает невозможность их перевода, хотя и требует не только глубоких знаний всего творчества писателя, реалий и истории страны, но и значительной изобретательности при их перево де. Рассмотрим, каким принципам следовал переводчик при воспроизведении этого отрывка на родственном славянском языке и насколько ему удалось пере дать все многообразие языковых средств писателя.

Ach, dobr rusk slovo – ostrog (pevnostn zariadenie, temnica) – a ak je len pevn! Ak je nerozborn! Zd sa, e v om je sama pevnos tch stien... Vetko je zovret, stiahnut do tch iestich hlsok – aj strogos (t.j. prsnos), aj ostroha, aj ostrota (jeia ostrota, ke loveku ihlami ob do tvre, ke metelica nara do tvre, ostrota otesanch kolov zahradzovacieho psu pred mrmi vznice a aj pichajci ostnat drt). Ani slovo ostoronos (t.j. obozretnos, opatrnos vzov) nem ku koreu slova ostrog aleko, no a slovo roh? Roh priam tr, vydva sa, akoby mieril priamo na ns!... sa to vetko zaalo dvha, zuova, prsnie, nadobda podobu rohu... A znie to ako strny zvon, non a vzdialen... 21.

Во многих случаях переводчику приходится отказываться от русских слов (острог, строгость, осторожность) в их оригинальном звучании, что бы сохранить связь между фонетической и смысловой стороной слова.

В этом случае перевод слова приводится в скобках, что значительно снижает динамичность повествования. На словацкий переведены ключевые слова, схожие в своем звучании в обоих языках: острога – ostroha, острота – ostrota, рог – roh. Перевод менее метафоричен, более эксплицитен из-за опи сательных конструкций. Так, лексема рожеть переведена как nadobda podobu rohu (букв. ‘приобретать форму рога’);

предложение где-то рядыш ком тут прилегает переведено как nem ku koreu slova ostrog aleko (букв.

‘близко к корню слова острог’). Перевод менее экспрессивен и из-за замены эмоциональных слов нейтральными, как, например, слов морда и рожа в обоих случаях переведенных словом tvr (букв. ‘лицо’). Эти потери пере водчик старается возместить, усиливая иной мотив этого пассажа, о крепости острога, повторяя его несколько раз: pevnostn zariadenie (букв. ‘крепостное Солженицын А.И. Архипелаг ГУЛАГ : в 3 т. М., 1990. Т. 1. С. 441.

Solenicyn A. Sostrovie Gulag : 3 diel. BA, 1991. Ro. 1. S. 285.

сооружение’), ak je len pevn (букв. ‘какое крепкое)’), v om je sama pevnos tchto stien (букв. ‘в нем сама крепость этих стен’).

Во многих случаях перевод на иностранный язык помогает глубже понять и прочувствовать подлинник. Текст романа «Раковый корпус» буквально насы щен яркими словесными образами, что можно продемонстрировать на следую щем примере:

...он (Олег Костоглотов. – В.К.) так ухо приклонял, чтобы гордости не ущербнуть – слушал вбирчиво, а вроде не очень это ему и нужно 22.

Авторские новообразования и экспрессивный синтаксис (например, разго ворная усеченность синтаксических конструкций) сразу обращают на себя вни мание, но в то же время звучат абсолютно естественно. При сопоставлении ори гинала с переводом, где появляются дополнительные конструкции, сразу рас крывается необычность авторского склада:

...natal ucho tak, aby si tm nezadal – poval dychtivo, ale tvril sa, akoby mu na tom vemi nezlealo 23.

Интересны и переводческие решения в области лексики. Солженицынские новообразования всегда выполняют функцию концентрирования наибольшего содержания в наименьшем объеме. Наречие вбирчиво образовано писателем от прилагательного вбирчивый, зафиксированного в словаре В.И. Даля.

ВБИРЧИВЫЙ (от гл. вбирать ‘втягивать, всасывать, впивать, брать в себя, набирать, наполняться’) впивчивый, вбирающий, всасывающий в себя много 24.

Глагол вбирать находим и у Д.Н. Ушакова с переносным значением ‘вос принимать’ 25. Наречие вбирчиво передает не только то, с каким вниманием слушает главный герой все интересное и новое, но и как собирает по крупинкам и впитывает новые знания при любой представившейся возможности. Подобное авторское но вообразование практически не поддается переводу. Переводчица выбирает стили стически нейтральную лексему словацкого языка, наиболее близкую по значению, – наречие dychtivo, то есть ‘жадно, страстно, нетерпеливо’: DYCHTIV vemi iadostiv, vnivo tiaci po nieom, nedokav 26.

Словосочетание приклонить к чему-нибудь ухо имеет библейское про исхождение и встречается в Ветхом Завете неоднократно: «…словам моим внимай, и к речам моим приклони ухо твое» [Притч. 4:20];

«…внимай мудрости моей, и приклони ухо твое к разуму моему» [Притч. 5:1];

«Приклоните ухо ваше и придите ко Мне: послушайте, и жива будет душа ваша» [Ис. 55:3] и др. У В.И. Даля мы нахо дим это устойчивое словосочетание со значением ‘слушать со вниманием’ 27. Оно есть и в словаре Д.Н. Ушакова с пометой книжное и устаревшее и значением ‘вни Солженицин А.И. Раковый корпус. М., 2001. С. 118.

Solenicyn A. Rakovina. BA, 1991. S. 103.

Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка : в 4 т. Т. 1. М., 1880–1882.

С. 171.

Толковый словарь русского языка. / под ред. Д.Н. Ушакова : в 4 т. М., 1935–1940. Т. 1.

С. 230.

Slovnk Slovenskho Jazyka : 5 diel. Bratislava, 1959–1965. Diel. 1. S. 357.

Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 3. С. 418.

мательно прислушиваться’ 28. Приклонять ухо имплицитно противопоставляется сло восочетанию совать нос, чем подчеркивается ненавязчивость героя, отсутствие гру бого любопытства. Словацкая переводчица также дает устойчивое словосочетание, используя экспрессивный глагол nata (‘совать, тыкать’):

NATA UI (hovor.) pozorne pova, snai sa pou 29;

NATA UI (hovor.) – навастривать уши, настораживаться 30.

Так, в переводе утрачивается библейская стилистика и семантика, чего вполне можно было избежать, употребив соответствующее словацкое биб лейское выражение nakloni ucho («vimni si moju mdros, k mojej rozumnosti naklo svoje ucho» [Prs. 5:1]).

Чтобы уравновесить оттенок некоторой унизительности, присутствую щей в глаголе приклонять (‘пригибать, наклонять к земле, к низу’ 31), вводит ся писателем словосочетание гордости не ущербнуть, используя глагол, устаревший с точки зрения современных словарей, заимствованный А.И. Сол-женицыным у В.И. Даля:

УЩЕРБНУТЬ – убываться, умалять 32.

Выбор переводчицы выпал на литературную лексему, близкую по значению:

ZADA SI svojm konanm, sprvanm (obyajne nedstojnm) strati na vnosti, utrpie ujmu na cti, povesti apod 33.

Новаторство А.И. Солженицына состоит не только в расширении воз можностей лексики, но и в обогащении стиля и его выразительности. Ведь «авторский стиль проявляется не только в выборе слов и словоупотреблении, но еще более в компоновке слов, распорядке и композиции словесных цепей» 34.

А.И. Солженицын часто совмещает в одном произведении средства различ ных функциональных стилей. Научная, публицистическая или администра тивная лексика и синтаксис применяются автором, например, в книге «Архи пелаг ГУЛАГ», в некоторых рассказах, таких как «Для пользы дела» и дру гих, для придания тексту достоверности, научной обоснованности. Кроме того, смешение элементов разных стилей часто применяется для противопо ставления языка советской власти языку простого народа. Характерными чертами последнего является принадлежащий складу устной народной речи словарный запас и строй языка. Образность, тональность, ритм повествова ния в произведениях А.И. Солженицына часто близок народным сказкам: И кто-то дал такое разрешение. И Фаддей собрал своих уцелевших сыновей, зятей и племянников и достал лошадей в колхозе – и с того бока разворочен Толковый словарь русского языка. Т. 3. С. 803.

Slovnk Slovenskho Jazyka : 5 diel. Bratislava, 1959–1965. Diel. 2. S. 298.

Vek slovensko-rusk slovnk : 6 diel. Bratislava, 1979–1995. Diel. 2. S. 403.

Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 3. С. 418.

Там же. Т. 4. С. 530.

Slovnk Slovenskho Jazyka. Diel. 5. S. 395.

Ларин Б.А. Эстетика слова и язык писателя. Л., 1974. С. 220.

ного переезда, кружным путем через три деревни, обвозил остатки горницы к себе во двор 35.

Этот отрывок из «Матрёниного двора» необыкновенно богат со стилистиче ской точки зрения. Строение его характерно для сказки или народной песни (каждое новое предложение начинается союзом и). Используются знакомые сказочные обра зы, например, как царь собирает своих сыновей, которые должны пройти через три моря, три горы и три деревни, чтобы достичь своей цели. Словацкий текст в этом смысле намного беднее оригинала: A ktosi mu tak povolenie dal. Tu Faddej zhromadil synov, zaov a synovcov, o mu ete ostali, poial si od kolchozu kone – a spoza elezninho priechodu, okukou cez tri dediny, pozval zvyky svetlice na svoj dvor 36.

В речи героев часто используются пословицы, поговорки, приметы, кото рые также придают особый колорит повествованию. В словацком тексте они часто переданы эксплицитной интерпретацией содержания:

Незнайка на печи лежит, а знайку на веревочке ведут... 37.

Beda tomu, kto vea vie... 38.

...дверью ногу прищемишь – быть гостю 39.

...ak si privrzne nohu medzi dvere, prdu hostia 40.

Говорят у нас: умная выходит после Покрова, а дура – после Петрова 41.

U ns sa hovor: mdru zaepia pred zimou, hlpu pred atvou 42.

Важной особенностью стиля писателя является употребление таких звуко вых средств выражения, как ритмизация прозаического текста, синтаксическая симметрия, рифма, многократный повтор, аллитерация и ассонанс, анафора и эпифора, фольклорная интонация. Особенности звучания речи прекрасно уда лось передать переводчице «Матрёниного двора» в описании оплакивания усопшей. Она не старалась воспроизвести точный смысл плача, а использовала фонетические особенности словацкого языка. В этом случае большим преиму ществом является не только близость славянских языков, но и традиции славян ских народов, унаследованные с языческих времен.

Ах нянькя-нянькя! Ах лелька-лелька! И ты ж наша единственная! И жила бы ты тихо-мирно! И мы бы тебя всегда приласкали!...

Ах тетанька-тетанька! И как же ты себя не берегла! И, наверное, теперь они на нас обиделись! И родимая ж ты наша, и вина вся твоя!...

Да ты ж моя сестричечка! Да неужели ж ты на меня обидишься? Ох-ма!.....

И прости ты меня горемычную! Ох-ма!.. 43.

Солженицын А. И. Матрёнин двор // Рассказы. М., 1990. С. 143.

Solenicyn A. Matrionina chalupa. Bratislava, 2003. S. 38–39.

Солженицын А. И. Матрёнин двор. С. 138.

Solenicyn A. Matrionina chalupa. S. 33.

Солженицын А. И. Матрёнин двор. С. 126.

Solenicyn A. Matrionina chalupa. S. 20.

Солженицын А. И. Матрёнин двор. С. 131.

Solenicyn A. Matrionina chalupa. S. 25.

Солженицын А.И. Матрёнин двор. С. 141.

Ach, dadulienka naa, dadulienka mil! Ach, vypechala si ns, vychovala! Te ba jedin sme mali na svete! A mohla si si tu ete pobudn! Ve by sme a my boli prichlili!...

Ach, tetuka naa, tetulienka mil! oe si si nedala lep pozor! A oni teraz akiste maj na ns ak srdce! A ktoe a mal radej ako my, a len sama si si na vine!...

Ve si mi bola ako vlastn sestra! Hdam sa len na ma nehnev? vi!…...

Odpus mi, odpus, stvore neastlivej!... 44.

Язык рассказа «Один день Ивана Денисовича» ярко свидетельствует о том, что писатель претворяет в жизнь свой масштабный замысел по лексиче скому расширению русского языка. В тексте рассказа представлены все наибо лее характерные черты солженицынского стиля. При анализе двух словацких переводов необходимо учитывать не только то, что они сделаны с двух отли чающихся оригинальных текстов, но и то, что в каждом из них представлена своя переводческая концепция. Автор перевода 1963 года Я. Ференчик при держивается концепции экзотизации, то есть предпочтения иностранных заим ствований средствам языка перевода, О. Гирнерова – концепции нейтрализа ции, то есть значительной адаптации современному словацкому языку. Ее пе реводческие решения отличаются большей фантазией и оригинальностью, что, однако, не всегда обеспечивает адекватность перевода. Примерами разных пе реводческих решений в области лексики является перевод жаргонизмов, кото рыми изобилует рассказ. Так, жаргонизм кондей, или карцер, Я. Ференчик в большинстве случаев передает заимствованным karcer, тогда как О. Гирне рова предпочитает передавать его сленговым basa (букв. ‘тюряга’). Русский жаргонизм зона также по-разному воспроизведен в словацких текстах. Я. Фе ренчик придерживается во всех случаях его употребления заимствования zna, О. Гирнерова же выбирает различные эквиваленты в зависимости от контекста:

tbor, ohrada, dvor, vntro tbora, stavenisko и т. д. То же самое происходит и с переводом таких жаргонизмов, как кум или опер. На протяжении всего тек ста 1963 года используются нейтральные эквиваленты vyetrujci / vyetrovate (букв. ‘следователь’). В переводе 2003 года при первом упоминании о куме О. Гирнерова вводит переводческий окказионализм strek (букв. ‘дядька’, пе рен. ‘властный покровитель’), далее используются такие варианты, как nelnk bezpenosti, vyetrovate, dozorca, etebk.

Кроме социально обусловленной лексики – жаргонизмов, диалектизмов и т. д., особую трудность для перевода представляют собой авторские слова.

Острее всего звучат солженицынские окказионализмы, воплотившиеся в форме наречий – наречий образа действия. Именно в этой части речи наиболее полно сочетаются для писателя возможность словотворчества и насыщенность выра жаемого ею явления. В «Объяснении» к «Русскому словарю языкового расши рения» А.И. Солженицын пишет: « …повышенное внимание я уделял наречиям и отглагольным существительным мужского и женского рода, ценя их энергию.

Solenicyn A. Matrionina chalupa. S. 36.

Я опирался на личное языковое чутьё, примеряя, какие слова ещё не утеряли своей доли в языке или даже обещают гибкое применение» 45.

Напересёк через ворота проволочные, и через всю строительную зону, и через дальнюю проволоку, что по тот бок, – солнце встает большое, красное, как бы во мгле 46.

Несмотря ни на что – ни на существование лагеря, проволоки, зоны, солн це все равно продолжает вставать каждое утро. В наречии напересёк кроется, безусловно, не только свойство солнечных лучей, пересекающих лагерь. Поль зуясь принципом скорнения, автор заставляет читателя услышать здесь и попе рёк, и пересечь, и наперекор. Наперекор злу, страху и насилию жизнь продолжа ет идти по своим законам. Нелегко передать на другой язык всю коннотативную гамму значений такой лексемы. Словосочетание spoza brny (букв. из-за ворот) нельзя считать адекватным выбором. Наречие naprie (‘поперек, наперерез, напрямик’) 47 в некоторой степени передает свойства окказионализма. Кроме того, оно созвучно наречию napriek – ‘назло, наперекор, несмотря на’ 48.

Naprie cez drten brnu, cez cel stavebn znu a pomedzi vzdialen drty na druhej strane vychdza slnko – vek, erven, akoby v hmle 49.

Spoza brny z ostnatho drtu, ponad cel stavenisko a drty na druhom konci, akoby v hmle, vychdza vek erven slnko 50.

Особенно сочный окказионализм – наречие напрожог:

Сидит он второй срок, сын ГУЛАГа, лагерный обычай знает напрожог 51.

Мы видим, как лагерь прожег бригадира, оставил на его теле и в сердце неизгладимые следы ожога, как он прошел в лагере огонь и воду, как, несмотря на все, горит в нем сила духа. В переводах находим бесцветные фразы о том, что он в совершенстве знает обычаи лагеря:

Odpykva si u druh vmer trestu, hlavn sprva tborov ho prijala za svojho, tborov zvyky pozn dokonale 52.

Tento syn gulagu si odpykva u druh trest, dokonale ovlda tborov zvyky 53.

Перевод в данном случае можно считать одним из способов изучения и интерпретации авторских новообразований. «Важно подчеркнуть принципиаль ную художественную незаменимость «необычных» слов, используемых Солжени цыным. Стоит только попытаться вставить вместо них "обычные" – немедленно Солженицын А.И. Объяснение // Русский словарь языкового расширения / сост. А.И. Солже ницын. М., 1995. С. 4.

Солженицын А.И. Один день Ивана Денисовича. Т. 3. С. 33.

Словацко-русский словарь. М. ;

Братислава, 1976. С. 229.

Там же.

Solenicyn A. Jeden de Ivana Denisovia. Bratislava, 1963. S. 38.

Solenicyn A. Jeden de Ivana Denisovia. Bratislava, 2003. S. 37.

Солженицын А.И. Один день Ивана Денисовича. Т. 3. С. 34.

Solenicyn A. Jeden de Ivana Denisovia. Bratislava, 1963. S. 39.

Solenicyn A. Jeden de Ivana Denisovia. Bratislava, 2003. S. 37.

обнаруживается, что множество семантических и стилистических оттенков исчезает невозвратимо» 54. Данный факт подтверждается и на примере анализа переводов.

На всех уровнях текста можно проследить различную линию переводче ских решений, находящихся в прямой зависимости не только от личностей са мих переводчиков, но и от развития словацкой переводческой школы в целом, от изменившихся социально-политических условий, от изменившегося читателя.

Появление новых переводов, переиздание книг А.И. Солженицына в Словакии свидетельствует о том пути, которым прошло и до сих пор проходит творчество А.И. Солженицына в сознании словацкого читателя. Новые дополненные и пе реработанные издания, новые переводы являются средством, способствующим сближению переведенного произведения и принимающей культуры и одновре менно служат доказательством того, что этот процесс происходит.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Даль, В.И. Толковый словарь живого великорусского языка [Текст] : в 4 т. М., 1880–1882.

2. Ларин, Б.А. Эстетика слова и язык писателя [Текст]. – Л., 1974.

3. Медведев, Ж.А. Десять лет после «Одного дня Ивана Денисовича» [Текст]. – Лондон, 1973.

4. Солженицын, А.И. Один день Ивана Денисовича [Текст] // Новый мир. – 1962.

№ 11. С. 8–74.

5. Солженицын, А.И. Матрёнин двор [Текст] // Рассказы. – М., 1990. – С. 112–146.

6. Солженицын, А.И. Раковый корпус [Текст]. – М., 2001.

7. Солженицын, А.И. Один день Ивана Денисовича [Текст] // Собр. соч. : в 20 т. – Париж ;

Вермонт, 1978. Т. 3. С. 7–122.

8. Солженицын, А.И. Архипелаг ГУЛАГ [Текст] : в 3 т. – М., 1990.

9. Солженицын, А.И. Объяснение [Текст] // Русский словарь языкового расшире ния / сост. А.И. Солженицын. М., 1995. С. 3–6.

10. Спиваковский, П.Е. Феномен А.И. Солженицына: новый взгляд (к 80-летию со дня рождения) [Текст]. – М., 1998.

11. Словацко-русский словарь [Текст]. – М. ;

Братислава, 1976.

12. Толковый словарь русского языка [Текст] : в 4 т. / под ред. Д.Н. Ушакова. – М., 1935–1940.

13. Червеняк, A. «Малый триптих» А. Солженицына [Текст] // A.I. Solenicyn v kontexte eurpskej literatry. Zbornk prspevkov zo sympzia o tvorbe A.I. Solenicyna. – Bratislava, 1992. S. 50–60.

14. Alexander Solenicyn: Sostrovie Gulag [Электронный ресурс]. – Режим доступа :

http://www.premedia.sk/slk/sk/literatura_faktu/novinka_alexander_solzeni cyn_suostrovie_gulag (дата обращения: 18.04.2013).

15. Drozda, M. Jeden de Ivana Denisovia [Text] // Vchodoslovensk noviny. 1964.

25. 7.

Спиваковский П.Е. Феномен А.И. Солженицына: новый взгляд (к 80-летию со дня рож дения). М., 1998. С. 91.

16. Hrala, M. esk peklady z rusk literatury In: Kapitoly z djin eskho prekladu [Text]. Praha, 2002. S. 185–241.

17. Mtejov, Z. Vidie ponad osobn krivdy presn cie [Text] // Uitesk noviny.

1963. 22. srp., Ro. 2013.. 31–33. S. 4.

18. Priehrtie pravdy o fenomne gulag [Text] // Katolcke noviny. 2013. 26 marec. – Режим доступа : http://www.katolickenoviny.sk/1314-2013-priehrstie-prav-dy-o-fenomene gulag/ (дата обращения: 10.04.2013).

19. Slovensk tlaen slovo v zahrani [Электронный ресурс]. – Режим доступа :

www.viks.sk/dkk/kniha91_92_19_34.doc (дата обращения: 10.04.2013).

20. Solenicyn A. Jeden de Ivana Denisovia. Bratislava, 1963.

21. Solenicyn A. Matrionina chalupa. Bratislava, 2003.

22. Solenicyn A. Rakovina. BA, 23. Solenicyn A. Sostrovie Gulag: 3 diel. BA, 1991.

24. Solenicyn A. Jeden de Ivana Denisovia. Bratislava, 2003.

25. Slovnk Slovenskho Jazyka: 5 diel. Bratislava, 1959–1965.

26. Sostrovie Gulag. Recenzie. Knin revue. 2013. 06. nor. [Электронная версия журнала]. – Режим доступа : http://www.floowie.com/sk/nahlad/309631289511119a9865de #/strana/2/ (дата обращения: 10.04.2013).

27. Vek slovensko-rusk slovnk: 6 diel. Bratislava, 1979–1995.

V.S. Knyazkova A.I. SOLZHENITSYN’S WORKS IN SLOVAKIA The paper analyzes Slovak readers’ attitude to A.I. Solzhenitsyn’s works. It provides a historical review of translations of A.I. Solzhenitsyn’s works into the Slovak language. The author speaks about different translators and their translation policy. She analyzes the changing attitude of Slovak readers to A.I. Solzhenitsyn’s works. The author shows the main approaches to the translation of A.I. Solzhenitsyn’s vocabulary into the Slovak language and provides il lustrations of the most difficult cases of A.I. Solzhenitsyn’s unique usage of words.

literary translation into the Slovak language, «One Day in the Life of Ivan Denisovich», trans lating occasionalisms, readers’ interpretation.



 














 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.