авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 |
-- [ Страница 1 ] --

ЦЕНТР ИССЛЕДОВАНИЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ РОССИИ

С.И.ВАСИЛЬЦОВ, С.П.ОБУХОВ

РУССКИЙ ВОПРОС

РОССИИ

ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПАРТИИ И САМОСОЗНАНИЕ НАЦИИ

Москва

2006

ББК63.3(264)

В18

Редакционно издательский совет ЦИПКР:

С.И. Васильцов, К.Ф. Колесникова, Б.О. Комоцкий, С.П. Обухов,

В.П. Пешков, Г.Н. Пирогов

В18 С.И. Васильцов, С.П. Обухов. Русский вопрос России: Полити

ческие партии и самосознание нации. М: Изд во ЦИПКР “Русский ле тописец”, 2006. 44 с.

ISBN 5 93360 018 0 Книга посвящена русскому вопросу России – проблеме, стоящей пе ред нашим обществом уже не одно столетие (а никак не последний век). Кто мы, откуда, куда идем и к чему стремимся – вот вроде бы простые вопросы, на которые русский народ и выражающие его инте ресы силы должны дать ответ. Однако время проходит, а ответов этих, способных сплотить нацию, дав ей действенные представления о себе и своем призвании в этом мире, –нет. И все же: что думают о себе и окружающем их мире русские;

потеряли они под гнетом исторических катастроф себя или же нет? Какая из политических сил окажется спо собна выразить их интересы и повести за собой? Некоторые из этих вопросов ставятся в предлагаемой читателям книге.

Исследование адресовано ученым обществоведам, политикам, пре подавателям – всем, кто интересуется русским вопросом и будущим российской общественно политической системы.

ББК63.3(264) ISBN 5 93360 018 В На первой странице обложки изображена старинная русская иконка оберег с образом Георгия Победоносца © С.И. Васильцов, С.П. Обухов, © ЦИПКР, © Ю.П. Ляшук, оформление, Содержание СОДЕРЖАНИЕ............................................................................... ВВЕДЕНИЕ.................................................................................... ГЛАВА I. РУССКОЕ САМОСОЗНАНИЕ........................................... Откуда мы?........................................................................................... Кто мы?................................................................................................. Куда идем и чего хотим?..................................................................... ГЛАВА II. ХХ СЪЕЗД КПСС И РУССКИЙ ВОПРОС В РОССИИ........ Русский консервативный проект Сталина........................................ Антирусский проект Хрущева............................................................. Русский проект Сталина как пробный камень в политике............. Крах мифов ХХ съезда........................................................................ ГЛАВА III. С ЭПОХОЙ – НЕ В ЛАДУ…............................................ ЭПОХОЙ ЛАДУ… XX съезд: в схватке образов победил Сталин.................................. Здравицы из иномирья....................................................................... Социал демократическая «сказка про белого бычка».................... Консервативный проект Кремля – прощай?.................................... «Антифашизм» коричневатого оттенка.............................................. ГЛАВА IV. РУССКИЙ ВОПРОС И КОММУНИСТЫ РОССИИ........... IV. КОММУНИСТЫ Тяжелое наследство коммунистов..................................................... День нынешний и день вчерашний................................................... Наследство Бухарина и Троцкого сегодня........................................ Имперская доминанта России........................................................... Коммунисты и русское самосознание.............................................. Впереди битва — за русский плацдарм............................................ ЗАКЛЮЧЕНИЕ............................................................................... Центр исследований политической культуры России Введение Можно сказать, что русский вопрос сегодня – самоочевидная нео чевидность. Несомненно, он существует, напоминая о себе практи чески во всех сферах жизни. Однако не менее ясно и другое: в обще стве нет четкого понимания того, в чем он состоит и каковы пути его решения. Современные подходы к русскому вопросу явственно гре шат односторонностью.

Хронологической: и аналитическая, и публицистическая мысль не спус кается здесь, как правило, дальше предреволюционной и революци онной поры начала XX века.

Политической: проблема зацикливается на троцкизме в его былых и нынешних проявлениях, а также на сталинской борьбе с ним.

Предметной: объектами анализа и даже простого упоминания ста бильно остаются явления типа современного геноцида русской нации, дискриминации русских в экономике, социальной области, делах поли тики и государственного управления.

Психологической: настрой подобных работ носит чаще всего «жалост ливый», так сказать, характер, сводя все к сетованиям по поводу вы павшей русскому народу жестокой судьбы.

Нет спору, все это – броские и значимые аспекты русского вопроса.

Однако только лишь аспекты. Проблема же, коли брать ее системно, несравненно глубже в плане историческом и многограннее по структуре.

Не случайно «цвет» демо либеральной интеллигенции, перед кото рым еще Б.Ельцин ставил задачу быстренько создать «национальную идею» для России, после долгих трудов выпустил в конце 90 х в свет цитатник из материалов СМИ. Оставляя, надо понимать, на долю самих читателей задачу разобраться в проблеме и сделать нужные выводы. И – никаких «национальных идей».

Русский вопрос России Глава I РУССКОЕ САМОСОЗНАНИЕ Обращение к русскому вопросу означает анализ всей истории рус ских с древнейших времен и по сию пору. Оно требует ответа на три ключевых вопроса: откуда мы, кто мы, чего хотим и к чему стремимся?

Внести такие представления в самосознание народа именно внести, поскольку идеология в сознание масс вносится и есть сегодня глав ная задача любой партии, ставящей перед собою задачу национально го освобождения России.

Откуда мы?

Первое дело здесь определиться – кто есть кто.

Начнем с того, что взгляд русского на ключевой вопрос: что опре деляет национальность человека, отнюдь не сводится им ни к «про блемам крови» (5% сторонников), ни к формальной записи в докумен тах (6), ни к таким внешним признакам, как склад лица, цвет глаз и волос (2), ни даже к происхождению наличию трех или четырех поко лений предков данной национальности (15% требований), ни к прочим аналогичным вещам.

Русским для большинства русских является тот (36 % мнений), кто «полностью погружен в культуру, историю и традиции этого народа, кто уважает и любит его», кто сам бескорыстно считает себя частью русско го народа (23), и кого русские признают (10% мнений) своим.

Причем подобный взгляд на русскость, вскрытый социологическими опросами, является устойчивым и традиционным, насчитывает столе тия (в статье использованы материалы социологического мониторин га, который ведет Центр исследований политической культуры России вот уже более семнадцати лет, с 1988 года).

И тем не менее, общим местом сегодняшней официальной пропа ганды сделалось утверждение, будто русских как исторического явле нет, непредсказуемо.

ния вроде бы и нет, а все прошлое России – извечно непредсказуемо С телеэкранов и страниц СМИ о русских и всем русском изливаются басни и сказки самого низкого пошиба. Но почему? Каким образом в массовое сознание так легко вбрасываются самые невероятные «открытия», при званные до дыр «стирать белые пятна истории»? Во многом это предопре делено низким уровнем исторического сознания самих русских.

Центр исследований политической культуры России Проблема Аркаима. Казалось бы, научная сенсация последних лет – открытие на территории Челябинской области города индоевропейцев III – II тысячелетий до новой эры – «русской Трои». Его условное назва ние – Аркаим. Это и город крепость, и город мастерская литейщиков, производивших бронзу, это и город храм, и обсерватория, где, вероят но, проводились сложные для того времени астрономические наблю дения. Казалось бы, этим доказано, что именно Россия была первоос новой современной европейской культуры. Казалось бы, русские, как потомки найденной цивилизации, встали в один ряд с древними египтя нами и вавилонянами. И что же? Кто об этом знает? Какие выводы сделали государственная пропаганда и система образования в услови ях мировой конкуренции за цивилизационное первородство? Как ис пользуют это партии, в том числе коммунисты?

Никто и никак.

А ведь в конце 80 х, когда общественность боролась против затоп ления этого исторического памятника, господствовали такие настро ения: “Уральское отделение Академии наук должно поставить воп рос решительно, вплоть до выхода из состава АН, в случае, если Ар каим не будет защищен”;

“Минводхозу Аркаим не нужен. Он нужен нам”;

“Если Аркаим не будет спасен, идея социализма для меня па дет окончательно”, такие требования во множестве приходили тог да в государственные инстанции.

Спустя полтора десятилетия проблема Аркаима вновь в повестке дня борьбы за национальное самосознание. На проходившем под предсе дательством Г.А.Зюганова IV съезде патриотических организаций Ура ла в декабре 2005 года коммунистов заново призывали опереться в своей политической борьбе на фундаментальные национальные цен ности: «У нас, у русских, особое отношение к челябинской земле земле древней цивилизации Аркаима, где наши духовные корни уходят в глубь тысячелетий, – отмечал на Съезде руководитель делегации народно патриотических сил Пермского края Ю.Н. Перхун. – Мы признательны челябинским коммунистам за их объединяющую роль в патриотичес ком движении Урала. Уверен, что такие встречи, обмен опытом помога ют нам объединить силы в деле возрождения нашей русской, российс кой социалистической цивилизации. И сопоставляя опыт нашей борь бы, мы можем уверенно заявлять, что только через возрождение мо рально политического духа русской нации мы можем возродить наше Отечество». Хорошие призывы и намерения. Но они так и не вышли из зала, пусть даже большого, где собралось до тысячи активистов КПРФ и патриотических движений.

Русский вопрос России Глубина исторической памяти. В итоге, если, скажем, современный поляк, как свидетельствуют данные местных социологов, в состоянии более или менее уверенно определяться в массиве имен и событий родной истории аж X — XII веков, а средний житель США знает свои этнические корни и семейную родословную на протяжении, по мень шей мере, четырех пяти поколений, то для нынешнего русского чело века личный исторический горизонт обрывается где то на временах Великой Отечественной войны или, самое большее, на революционной эпохе 1917 года.

Весь остальной по меньшей мере тысячелетний этап истории для него буквально «покрыт мраком» и населен подчас лишь персонажами фиглярских телесериалов. Которые пьют, развратничают, скверносло вят, дурачатся и все, на этом русская «телеистория» кончается. И по нять, каким чудом такие «уродцы» создавали империю, располагавшу юся к середине XIX века сразу на трех материках (в Европе, Азии и Америке), абсолютно невозможно.

Редкими случаями узнавания на историческом пространстве, как го ворит серия социологических опросов Центра исследований полити ческой культуры России, проведенных за последние полтора десятиле тия, всплывают сегодня в народной памяти очень немногие имена: Вла димира Святого, крестившего Русь (его помнят 55 % русских);

Алексан дра Невского, разбившего армию крестоносцев, набранную со всей Европы, на льду Чудского озера (75);

Ермака, начавшего присоедине ние Сибири к России (66 % упоминаний);

да фельдмаршала Кутузова, изгнавшего Наполеона с его армией «двунадесяти языков» из России (73). Реперные, так сказать, точки есть, но между ними – почти провал:

события и лица здесь распознаются, самое большее, четвертью или третью русских.

В подобных условиях недоброжелателю легко атаковать все – исто рию, ценности, символы русской нации.

Проблема красного знамени Скажем, красное знамя, которое на про знамени.

тяжении последних двух десятилетий прорежимные интеллектуалы уси ленно пытаются трактовать как нечто «случайное», «неисторическое», «кро вавое» и «призывающее к насилию». Конечно, таким атакам противопос тавляется тот факт, что знамя это есть Знамя Победы. Но ведь этого мало.

Забыто, что даже Знаменем Победы красное полотнище было, самое малое, дважды: не только в 1945, но и в 1380 году, на Куликовом поле, где рать Дмитрия Донского билась под «чермным», по словам летописи, т.е. красным, флагом с интернациональным в очередной раз войском Мамая, где, кроме татар, собрались воины еще дюжины народов, вплоть Центр исследований политической культуры России до «черной» генуэзской пехоты.

Абсолютно не введено здесь в политическую полемику и другое то, что красный цвет издревле являлся самым престижным государственным символом, за обладание которым остро соперничали ведущие страны Ев ропы. Скажем, борьба за право его использовать в качестве государствен ного символа играла немалую роль в «Столетней войне» (1337 – 1453 гг.) между Англией и Францией. В итоге Франция, изначально веками имев шая красный государственный флаг (знаменитую «Орифламму»), проигра ла эту схватку, заменив его на белый стяг, тогда как англичане взяли крас ный цвет знамени в качестве почетного трофея себе.

Так что красное советское знамя, при всем его революционном про исхождении (хотя красный же цвет, кстати, доминировал и на многих знаменах Белого движения), исторически является и наиболее престиж ным в мировой истории символом державности.

Не случайно всевозможные радикалы наших дней – от Грузии до Ук раины и Киргизии – пытаются окрасить свои знамена в нечто, напоми нающее красное. Именно отсюда, исходя из исторической престижнос ти красного цвета, заокеанские политтехнологи порождали все эти «ре волюции роз», «оранжевые» и «тюльпановые» перевороты. Кстати, не удачный выбор синего цвета («джинсовая революция») для спецопера ции по свержению А.Лукашенко в Белоруссии, помимо прочих факто ров, сыграл свою роль в провале попыток дестабилизировать ситуа цию в этой республике в ходе недавних президентских выборов. В об щем, не будь красный цвет неотделим от русского народа и коммунис тов, всевозможные прозападные силы на постсоветском пространстве давно бы сражались за право назвать красное своим. Кстати, в этом ряду и попытка перехвата ныне коммунистической символики «Роди ной»: вспомним перелицовку ее флагов в красно золотой цвет...

И все же: несмотря на сбой исторической памяти и открытость все возможным внушениям, в русском самосознании сохраняется мощ ный плацдарм для возрождения.

Народ помнит себя «Русские древнейший народ, чьи корни уходят себя.

в глубь тысячелетий, внесший огромный вклад в мировую цивилиза цию. Государство русского народа, Россия всегда была гарантом миро вой стабильности, сдерживавшим самых страшных разрушителей (Чин гиз хана и Батыя, Карла XII, Наполеона, Гитлера)» такова позиция бо лее половины русских.

Тогда как утверждения, будто русские есть «имя прилагательное» и говорить о цивилизационной их роли нет смысла (4 % мнений);

лице мерные сетования, что они, мол, утратили свое этническое и культурное Русский вопрос России «я» и обречены сойти с исторической сцены (6);

псевдонаучные концеп ции «незрелости» русских, которыми де обязательно должен руково дить какой тo другой народ (9);

обвинения, что русские одержимы то ли «манией самоуничтожения», то ли мессианством (6 % упоминаний), ничто из этого, несмотря на все внушения, в русском, да и вообще рос сийском, самосознании не прижилось.

«Русские были, есть и будут самобытным и великим народом, даже сверхнародом, за тысячелетие объединившим вокруг себя многие и многие иные народы. За ними — будущее» так видят суть вопроса до 35 процентов русских и россиян. В этом суть русского самосозна ния. Самосознания пока еще не реализованного в общественно по литической сфере.

Кто мы?

Да, русские сегодня разделенный, расколотый народ И не только народ.

потому, что крушение СССР оставило за границами нынешней России 20 миллионов их соплеменников. Трещины избороздили сам ментали тет нации, во многом лишив его однородности, а значит, и способности делом противодействовать деструктивным, угнетающим воздействи ям извне. Атомизация русского этноса достигла, пожалуй, сегодня пре дела. И сравнима разве что с эпохой, предшествовавшей воцарению Ивана III (XV в.), сбросившего ордынское иго;

или временам Смуты XVII века до образования ополчения Минина и Пожарского.

«Свой своего не познаша» лучшая характеристика сегодняшних русских. Судя о том, что сближает в наши дни людей, всего только процента русских указывают на национальную общность. И ни религия (3%), ни культура и образование (3), ни профессия (3), ни даже жизнь в одной стране (10% упоминаний) ничто из этого также не в силах спло тить воедино нацию. Бессильны здесь и социальные, классовые инте ресы (6), и политические взгляды (2), и даже чисто меркантильные, денежные (5% высказываний) устремления.

Пока хоть какое то объединяющее воздействие (20% ответов) ока зывает семья.

Однако для почти каждого третьего из наших современников их не в силах собрать вместе и сплотить уже ничто.

Ущербность эта остро ощущается самим же русским самосознанием, побуждая его раз за разом ставить перед собой вопрос о том, что делать?

Однако ответ здесь оказывается, как правило, банален и не в состоянии указать пути для практического общенационального действия.

Центр исследований политической культуры России Так, говоря о ценностях и ориентирах, способных послужить объеди нению народа, основная масса граждан упоминает законность (45% оценок), гарантию интересов личности и народа (35), порядок (29) и т.д.

Но как всего этого добиться?

Блок же национально окрашенных ценностей стоит на втором, а то и на третьем месте Немногие делают ставку на патриотизм (25% оценок) месте.

или восстановление целостности исторического Г осударства Российского (18), на память о великом историческом прошлом народа (17), на рус скость и самобытность (8% упоминаний) русской цивилизации.

И все это при том, что народное мировосприятие ощущает и весьма остро нарастающую со всех сторон угрозу. Скажем, агрессию НАТО против Югославии до четырех пятых русских людей расценили как де монстрацию того, «чем может обернуться и для нашей страны утрата былой великой мощи». И сделали вывод: «надо провести полную смену караула на руководящем государственном уровне». Однако угроза эта, даже будучи осознанной, так и не смогла активизировать самосозна ние русских, перейти из плоскости чувств в плоскость дела.

Это четко проявляется в делах политики: решающая часть русских (а с ними и подавляющая масса всего населения страны) до сих пор не может увязать политику и свои национальные интересы. В отличие не только от зарубежных государств, но и стран, возникших на постсовет ском пространстве, национальное (русское) и политическое (партий ное) начала в России остаются не объединенными и бытуют в обще ственной жизни народа каждое само по себе. Отсюда постоянные пора жения и утраты.

И все же, защитить интересы России ХХI века, считает относитель ное большинство русских (треть), смогут лишь очень хорошо органи зованные массовые партии, сочетающие преданность нацио нальным и государственным ценностям с защитой идеалов соци альной справедливости и народовластия. И указывают при этом на КПРФ, видя в ней, каждый четвертый, самую «прорусскую партию».

Не зря небезызвестный г н Познер так интерпретировал недавно это обстоятельство: «Многие из тех, кто отдает свои голоса на выборах Зю ганову и его команде, на самом деле голосуют не за коммунистичес кую, а за националистическую идеологию». Заметим: «националисти ческая идеология», переводя с языка Познера, означает идеологию национально патриотическую.

Однако, к сожалению, Познер льстит КПРФ. Созидательный нацио нальный, патриотический момент в работе Компартии все еще слаб.

Когда дело доходит до политической практики, все складывается не Русский вопрос России сколько иначе. Ни одна из политических партий нынешней России, будь то КПРФ, «Единая Россия», ЛДПР или «Родина», не воспринимается в качестве силы, реально опирающейся в своей деятельности на русский народ, более чем 5 – 6 процентами населения. Не случайно каждую выборную кампанию Кремль пытается заполнить эту пустоту всевоз можными «новоделами», типа Русской социалистической партии или партии «Русь», о которых после голосования и освоения колоссальных предвыборных фондов уже никто не помнит.

И потому самоочевидно: та политическая сила, которой удастся идентифицировать себя в глазах русских с русским же началом, будет доминировать в отечественной политике не годы и десятиле тия, а века. Русский плацдарм в политике свободен, и борьба за него – острая и жесткая борьба – впереди… Куда идем и чего хотим?

Перманентный, длящийся уже два десятка лет кризис российского общества придал очень специфичные черты тому «образу будущего», что сформировался – хотя и продолжает постоянно менять свой облик – в русском мировосприятии. Традиционный вопрос «что делать?» не теряет ни своей важности, ни остроты и болезненности.

В частности, на рубеже XXI века одной из доминант русского «обра за будущего» сделалось ощущение сильнейшего отката вспять, об рушения всего и вся в самые темные века былого, попятного исто рического движения.

«Россию отбрасывают далеко в прошлое – в дикий капитализм XIX века, и делают это… «демократы» и «реформаторы», утверждают процента русских.

«У нас, особенно в Москве и прочих крупных городах (на рынках, в магазинах и просто в уличных торговых точках), ситуация такая, какой не видывали и при золотоордынском иге XIII – XV веков: все в руках «гостей» с Кавказа – и попробуй с этим поспорь», заявляют в ходе социологических зондажей 26 процентов респондентов.

Иначе, но в том же эмоциональном ключе, воспринимает настоящее и будущее другой слой (26 %) населения: «Россия идет к почти былин ным временам VII – VIII столетий, когда с Руси брал дань Хазарский каганат, именно в этом направлении спихивают страну «олигархи».

А кто то оценивает исторические перспективы так: «Назад, в эпоху феодальной раздробленности (типа XI – XIII вв.), нас намерены заве сти разные региональные лидеры, – полагают 17 процентов насе Центр исследований политической культуры России ления, мечтающих превратить свои области, края и республики во что то вроде личных (а далее и наследственных) уделов, разорвать Россию на части».

Реакцией на такую историческую перспективу долгое время был т.е.

«синдром бегства», т.е. попытка морально психологически выр ваться из современности, спрятаться в комфортном воображае мом мирке, уйти в «историческую эмиграцию». Оказаться в буду щем, которое стало бы следствием настоящего, хотели, вплоть до конца 90 х годов, совсем немногие – примерно 28 процентов насе ления. Окажись у многих русских в руках «машина времени», боль шинство сделали бы другой выбор – ушли в прошлое. Например, в советскую, особенно брежневскую, эпоху (30 – 32 % преференций) или в дореволюционную Россию (13 %), вплоть до Киевской и Мос ковской Руси или петровской России.

И только в начале нового века ситуация несколько изменилась. От носительное большинство, примерно 30 40 процентов, русских и рос сиян пришли к мнению, что следует оставаться в собственном времени, в своем историческом пространстве. Не пытаться психологически отго родиться от него мечтами об уходе в другие эпохи и реальности, а бо роться за него всеми имеющимися силами.

Русские стали обживать выпавшую им историческую стезю. Однако это вновь потребовало от них определиться: как жить дальше, как вып равить куда то не туда «сползающую» судьбу?

И здесь русское самосознание вновь упирается во все ту же стену неверия в лучшее. Ельцинский развал и путинский застой все больше гнетут самосознание нации.

Даже такая цель, получившая всенародную поддержку, как воссоз дание союзного государства, решается сейчас далеко не просто. Да, от половины до трех четвертей населения хотели бы объединения в новый Союз России, Белоруссии, Украины и Казахстана. Симпатизируют они, в каждом третьем случае, прорусским позициям жителей Крыма, При днестровья, Абхазии. Однако в реальность такого воссоединения уже верят не столь и многие. Всего один из десяти полагает, будто все это можно сделать прямо сейчас. Тогда как менее половины русских, да и всех россиян, убеждены, что добиться объединения если и удастся, то не скоро. Половина же считают его почти невозможным.

Причина очевидна: медленное, но непреклонное удушение российс кой властью идеи Российско белорусского единого государства, серь езно подорвало веру в восстановление Союза, почти лишив, по сути дела, русское самосознание одной из немногих опор на будущее.

Русский вопрос России Впрочем, такого рода ситуации пока еще не в силах уничтожить то, что можно назвать народной программой возрождения России, которая, как говорят, социологические данные, такова:

«Покончить с сепаратизмом в стране;

ввести реальное равенство всех территорий, включая русские земли» (37 % требований).

«Убрать из руководства России всех тех, кто, управляя ею, служил чужим, не русским и российским, интересам, прикрывая это словами о «цивилизации» и «демократии» (27 %).

«Вернуть народу всю ту собственность, которую у него отобрали раз ные хитрые дельцы за время «приватизации»;

ту Советскую власть, что разрушали «демократы»;

ту культуру, что искореняется на протяжении многих лет» (21 %).

Ни пресловутым «общечеловеческим ценностям», ни «демократичес ким» преобразованиям, ни все большей «регионализации» страны, ни борьбе с некими «фашиствующими красно коричневыми» ничему из этого, на взгляд большинства людей (исключая примерно четверть – треть населения России), места в будущем нет.

*** Русское самосознание сегодня – предмет, очень слабо исследован ный. Запертое, во многом, на «пятачке» событий последнего столетия, оно остается «терра инкогнита» для общества вообще и для политичес ких сил страны – в особенности.

Одни отрещиваются от него вполне сознательно (будучи абсолютно чужды ему), другие не дают себе труда обратиться к этому колоссаль ному массиву чувств, настроений, потребностей, идей.

Так или иначе, но пространство это сегодня сколь либо всерьез не освоено ни одной из противоборствующих в России общественно поли тических сил и остается «ничьей землей».

В том числе очень слабо соприкосновение с миром русского и тех партий, что позиционируют себя на патриотическом фланге, включая КПРФ. Тогда как курс на национально освободительную борьбу, столь необходимый России, и невозможный без опоры на русских как госу дарствообразующий народ – требует особого отношения к русскому вопросу в России.

Центр исследований политической культуры России Глава II ХХ съезд КПСС и русский вопрос в России Пятидесятилетие ХХ съезда КПСС, как видно уже сегодня, буквально «обречено» открыть широкую дискуссию. Дискуссию вновь, а возмож но, и заново подводящую итоги не просто веку – если брать эпоху до ХХ съезда (1956) и после него, – но и всей истории национального бытия и отечественной государственности. Ведь это событие резко надломило ту систему жизненных ориентаций и ценностей, что складывалась в со ветский период. Оно создало тот идейно политический и культурный водораздел, что обусловил политическое противостояние последних десятилетий. И сказалось практически на всех аспектах жизни России.

Удар по символу масштаба И.В.Сталина, вобравшего в себя суть советской эпохи, просто не мог не отозваться и на всех сторонах жизни нации.

При этом то, что сегодня принято именовать русским вопросом, – проблема исторической идентичности и государственного существова ния русских – понесло здесь чрезвычайно серьезные потери.

Русский консервативный проект Сталина Сегодня очевидно, что высокая трагедия Великой Отечественной вой ны и героизм послевоенного восстановления страны позволили Стали ну официально провести в жизнь свой «консервативный проект» то, о чем сегодня вдруг заговорили даже власть имущие силы, как о единствен но эффективном средстве стабилизации и модернизации нашей страны.

Составляющие русского консервативного проекта Сталина известны.

Восстановление целостного ядра символов, освящающих преемствен ность советской эпохи с наследием прошлого. Примером здесь явля ется введение воинских званий, погон, традиционной русской во т.д.

енной формы в армии и т.д.

Прекращение гонений на Православную Церковь и начало все более тесного сотрудничества государства с ней. В этом ряду решение Полит бро ЦК ВКП(б) от 11 ноября 1939 года, отменившее как указание от 1 мая 1919 года «О борьбе с попами и религией», так и «все соответ ствующие инструкции ОГПУ НКВД, касающиеся преследования слу жителей церкви и православноверующих». Здесь же знаменитая Русский вопрос России встреча И.В.Сталина в Кремле с Патриаршим местоблюстителем митрополитом Сергием 4 сентября 1939 года, после которой был созван Архиерейский собор РПЦ, избравший Патриарха.

В этом ряду и организация в 1945 году в Москве «почти Вселенского собора», как определил его митрополит Вениамин (Федченков), в Граж данскую войну бывший епископом «армии и флота» у Деникина. Митро полит так писал по поводу этого события: «Невольно напрашивалась мысль: не перенес ли Глава Церкви, Господь Иисус Христос, центр ее в Москву?.. Подобное собрание всей Церкви теперь могло быть лишь в белокаменной Москве».

Придание Русской православной церкви Вселенского статуса было одним из ключевых элементов сталинского «русского проекта». Летом 1946 года было проведено самое представительное – Московское совещание глав автокефальных Православных Церквей мира, в кото ром участвовали делегации 11 из 13 Церквей.

Естественно, такое развитие событий вызывало бешенное сопротив ление США. Как отмечалось в докладной записке Совета по делам Рус ской православной церкви по поводу совещания 1948 года глав Пра вославных Церквей мира в Москве, часть зарубежных иерархов жела ла «разведать силы, сплачивающиеся вокруг Московской патриархии, крепость этого объединения и не собирается ли Московское совеща ние присвоить Патриарху Алексию прерогативы Вселенского в ущерб Константинопольскому патриарху». Данное же беспокойство было выз вано тем, что для противодействия такому решению «американцы вто рой год шантажируют и вынуждают через греков и турок Константино польского патриарха Максимоса уйти в отставку, чтобы посадить на его место Нью Йоркского архиепископа Афинагораса грека».

Своего рода культурная революция, последовательно вводившая в оборот знаковые события и личности прошлого. В ряд национальных Гражданской героев, помимо деятелей революции и Гражданской войны, возво дились и возвращались другие от Ильи Муромца до светлейшего Таврического.

князя Потемкина Таврического. Этому служил кинематограф, хотя на экраны многие из этих фильмов выходили уже после смерти Ста лина и быстро оказались вне проката. Это были картины о Суворо ве, Нахимове, Ушакове, Петре Великом, Мусоргском, Шевченко, То Франко и др. То же самое происходило в литературе и театральной сфере, исторической науке, краеведении и прочих областях интел лектуальной жизни.

Сбережение и развитие таких социально экономических институтов, как потребительская кооперация, в которую оказалась втянута при Центр исследований политической культуры России СССР.

мерно половина населения СССР. Решая проблемы, связанные с реализацией сельскохозяйственной продукции – и в городе, и на селе, она снимала многие из тех вопросов, что позднее буквально удавкой начали душить советское общество, уничтожая русскую деревню и почти до голода доводя русские города.

Именно потребкооперация, по сути дела, формировала общенарод ный, коллективистский пласт советской рыночной системы. И это тоже один из элементов сталинского «консервативного» проекта».

Приоритетное развитие центральных русских областей. Создание Уралом удвоению новой индустриальной базы за Уралом привело к удвоению индуст риальной мощи русского индустриального «сердца» страны, не на рушив при этом нормальный ход экономического развития всего Союза. Мощь России возрастала, рос и ее престиж, как за рубежом, так и в самом Союзе. Это осуществлялось при весьма аккуратной, а главное – естественной индустриализации национальных респуб лик, через приоритетное выращивание их собственного рабочего класса и технической интеллигенции. Вот еще одна важнейшая чер та сталинской политики.

Всемерное воспитание естественного уважения к государствообра зующему русскому народу. Пример здесь подавал сам генералисси мус. Вспомним хотя бы его знаменитый тост за русский народ.

Все это было неотделимо от имени и дел Сталина, слито воедино и отковано в его консервативно национальный проект, который, кроме всего прочего, призван был очистить общество от идеологических по следствий троцкизма. Включая одно из самых тяжких – требование, вопреки духу и букве марксизма, вечного покаяния русских за грехи интернационального класса эксплуататоров времен царизма и пора жения русского народа (из которого в массе своей состоял советский рабочий класс) в реальных правах в пользу других, все еще преимуще ственно мелкобуржуазных, национальностей страны.

Мало того, сталинский проект очищал общество не только от насле дия троцкизма, но и от того русофобского багажа в общественной и государственной жизни, что копился, самое малое, с XVIII столетия со времен бироновщины. От тех, кто рассматривал богатства России как якобы «ничье» достояние. И вечно пытался раз и навсегда произвести отчуждение этих богатств от самого русского народа.

Именно поэтому доклад, вдруг вынесенный Н.С.Хрущевым на ХХ съезд, совершил не просто политический, но и цивилизационный – ибо к тому времени уже возникла советская цивилизация – переворот. Он, по сути дела, перечеркнул (сначала директивно и словесно, а затем и на уров Русский вопрос России не государственной практики) все сталинское начинание.

С ХХ съезда все, что являлось русским поворотом Сталина, было про звано «периодом культа личности», подлежащим осуждению и ликви дации «во всех областях партийной, государственной и идеологической работы» (так говорилось в специальном постановлении ХХ съезда по докладу Н.С.Хрущева).

Антирусский проект Хрущева Харизматическая личность Сталина – а таких подлинных харизмати ков, т.е. деятелей милостью Божьей в глазах людей, вся история чело вечества знает за тысячелетия с десяток была превращена в нечто мистически инфернальное, в темное начало как своей, так и всей миро вой истории. А с ним дискредитирован оказался и русский проект в СССР, а затем и в России.

Конечно, многие из этих антисталинских импульсов проявились на самом ХХ съезде не в полную силу. Однако вытекшая из хрущевского доклада «оттепель» вскоре превратила их в движитель очередной вол ны гонений.

И на православие, что оказалось вполне сравнимо с ожесточенной травлей Церкви троцкистами в послеоктябрьскую эпоху. И на русскую армию, которая старательно дегероизировалась. И на образ самой Победы – ведь Сталин, согласно Хрущеву, якобы «по глобусу» руково дил сражениями. И на русскую составляющую национальной культуры, которая все более выхолащивалась под громкие слова об интернацио нализме. И на потребительскую кооперацию, загубленную невероятно жестокой хрущевской налоговой политикой, заставлявшей крестьяни на опускать от отчаяния руки и широко открывавшей спекулянтам пе рекупщикам ворота некогда и вправду колхозных рынков. И на сами русские земли страны, из которых выкачивались средства и людские ресурсы для форсированной «индустриализации» национальных окра ин, что быстро превратило русских в глазах других народов в ущербный слой населения, стоящий в самом низу реальной социальной лестницы.

Именно антисталинские эскапады хрущевского доклада стали со вре менем тем стержнем, вокруг которого принялись кристаллизоваться все более мощные и наглые антисоветские и антигосударственные силы, получившие своего рода морально политическую индульгенцию.

Именно доклад Хрущева сыграл роль спускового крючка сверхоружия грядущих «перестроек» и «реформ», которые разрушили СССР, уничто жили социализм, возродили в стране капиталистические отношения Центр исследований политической культуры России «троглодитского» типа, открыв современную эпоху геноцида русского и других исторически ему родственных народов.

В итоге борьба между идеей русского консервативного проекта Ста лина и практикой целого ряда проектов враждебных России сил сдела лась одной из доминант отечественного самосознания. Она то выплес кивалась на поверхность массового восприятия (особенно в клю чевые моменты общественно политического развития), то уходила в глубь народного менталитета. Но никогда не исчезала, оставляя свой отпечаток в сознании нации.

Хрущевская оттепель, с ее отчетливой антирусской подоплекой;

по здний брежневский «застой», который окончательно выпестовал наци оналистическое перерождение «элит» на окраинах Союза и оттер рус ских на периферию государственной жизни;

годы горбачевской пере стройки, введшее антирусские пассажи практически в норму «хороше го тона» в публицистике и делах политики;

а затем и нынешняя эпоха открытого геноцида русского народа – вот пути развития тех тенден ций, что вбросил в общество хрущевский доклад ХХ съезду.

И могло показаться, что этого полувекового скрепирования русских начал должно было с избытком хватить на то, чтобы семена ХХ съезда не только взошли, но и дали свои пышные всходы и губительные пло ды. Но нет, один из парадоксов нашей жизни заключается именно в том, что отнюдь не Сталин и его консервативный русский проект стали из года в год все активнее отвергаться большинством российского об щества. Отвергаться начало другое – идейные наследники и политичес кие проводники мифов и идеологем хрущевского доклада.

Русский проект Сталина как пробный камень в политике Русский консервативный проект Сталина превратился в наши дни в общественную ценность, все очевиднее играющую роль пробного кам ня для оценки всех политических сил и лидеров страны. Об этом, в час тности, говорит серия опросов общественного мнения, предпринятых нашим Центром исследований политической культуры России (ЦИПКР) в 2003 2006 годах на базе стандартной «панельной» репрезентатив ной выборки в 1500 респондентов из 30 регионов РФ.

Опросный мониторинг ЦИПКР прямо говорит о том, что не случайно среди запросов, обращаемых ныне к власти, в том числе к Государ ственной Думе, одно из центральных мест занимает требование «уб рать из руководства России всех тех, кто, управляя ею, служит чужим, Русский вопрос России не русским, не российским интересам». А также – призыв «передать экономику, политику и финансы России в руки русских и других истори ческих народов нашей земли». Эту программу минимум, как говорят материалы наших исследований, устойчиво поддерживают более поло вины граждан страны, тогда как оспаривает, самое большее, треть.

Другое дело, что образ выразителя этой, заново нарождающейся, национальной идеи в общественном восприятии так и не сложился. Да, больше всего шансов на эту роль имеет КПРФ. И все же видеть в ней самую «прорусскую партию» решается в лучшем случае четверть насе ления. Хотя более четырех пятых самих коммунистов, о чем свидетель ствуют внутрипартийные опросы общественного мнения, проводимые ЦИПКР, и правда видят одну из главных своих целей в том, чтобы орга нично объединить марксизм и русскую идею.

Тогда как в «Единой России» самую прорусскую силу усматривает один из двенадцати русских, россиян. А в ЛДПР – лишь каждый двадцатый.

Иначе говоря, облик «русской партии» в современной России все еще не сформировался. Роль эта вакантная… Видимо, поэтому и работают в Крем ле над своим «консервативным проектом», пытаясь осуществить захват этого идеологического, политического, цивилизационного пространства и на его основе совершить очередную перелицовку партии власти.

Очевидно, что именно объективная необходимость в русском консер вативном проекте, все более ощущаемая нашим обществом и в то же время никак не реализуемая на практике, и явилась в наши дни одной из причин принципиального поворота в массовом восприятии ХХ съез да и всего с ним связанного. Самосознание русских и россиян за истек шие полстолетия сложилось принципиально иначе, нежели планирова ли «отцы» антисталинского переворота.

Весьма красноречива реакция общественного мнения.

«Сталин правильно рассматривал русских как главный, государство образующий народ нашей страны», так зазвучали оценки относитель ного большинства (46 %) русских и россиян, отвергаемые всего лишь 27 процентами граждан.

Хотя, конечно, не все в сталинской традиции еще понятно нашим со временникам. Не ко всему они готовы. Слишком много «табу» накопи лось за истекшие годы. Так, например, работа Сталина по создания «великой славянской империи» вокруг СССР, по сути дела воплотивша яся в социалистическое содружество советской поры, сегодня смутна для 60 процентов населения России.

И в то же время многое другое из сталинского русского проекта, не раз ошельмованное и проклятое официальной пропагандой и инфор Центр исследований политической культуры России мационным официозом, ныне не просто живет в народе, а поднимается на щит.

«Сталин жестко спрашивал с самых высокопоставленных деятелей страны. Надо ли было ему так поступать?» так ставился один из вопро сов по ходу социологических исследований ЦИПКР. «Надо!» отвечают почти две трети населения против 10 процентов наших сограждан.

Полностью рассеялась хрущевская ложь, дискредитировавшая Ста лина как полководца, а Победу в Великой Отечественной войне как народный подвиг и результат военного гения народа и страны.

«Байки насчет «прострации» Сталина в первые дни войны – откровен ная ложь. Доказано, что уже в первые дни войны он встречался с десят ками людей… Наши нынешние критики Сталина судят по себе. Уж они то, окажись в его положении, и верно – насмерть перепугались бы», эти и близкие им оценки ныне разделяет половина населения России… Крах мифов ХХ съезда В общем, постулаты хрущевского доклада в глазах наших современ ников рушатся один за другим. И не случайно нынешняя партия власти устами лидера «Единой России» Бориса Грызлова заявляет, непонятно, к кому обращаясь: к теням ли Сталина, Хрущева и КПСС или к здрав ствующей КПРФ – что де «пересмотр решений ХХ съезда, какими бы они ни были, недопустим».

А собственно, почему? На небесах, скрижалями это не предрешено. И потому даже не пересмотр, а низвержение в народе идет в полную силу.

Образ ХХ съезда КПРФ приобрел в глазах ныне живущих русских и россиян весьма определенный характер.

«Наверное, просчетов, ошибок, нарушений законности в эпоху Сталина было немало, однако в хрущевском докладе только они и расчет, были взяты в расчет, предельно сконцентрированы, доведены до абсурда... Клевеща на Сталина, Хрущев выполнил ту роль разруши теля Советского государства, которую возлагали на него ненавидя щие Россию мировые и действовавшие внутри СССР силы… Хрущев эпоху, стремился, втоптав в грязь Сталина и его эпоху, возвыситься сам… Хрущеву и его докладу на ХХ съезде мы, в конечном счете, и обязаны нынешними нашими несчастьями и трагедиями» такова сумма на строений, которая примерно на 60 процентов определяет сегодняш нее общественное мнение. Иначе говоря, на уровне народного, рус ского прежде всего, мировосприятия, антисталинские константы хру щевского доклада ХХ съезду оказались развенчаны и отменены.

Русский вопрос России Образ же Сталина и его русского консервативного проекта – без вся кой идеализации – в целом уже не только обелены и восстановлены в исторических правах, но и заново становятся критерием при оценке позиций и дел современных лидеров. В то время как Хрущев и его док лад все очевиднее сбрасываются в разряд вещей стыдных и осуждае мых. Превращаются в антиценность русского, российского самосознания.

*** Впрочем, противостояние это не окончено. Наоборот, его суть стано вится все яснее.

Политическое противоборство побуждает «детей ХХ съезда» к небы валой для них откровенности. «Главным результатом ХХ съезда стало не робкое осуждение сталинизма, но то, что осужден был лишь стали низм. О главных болезнях русского духа так никто и не задумался», пишут сегодня либеральные «Известия».

В общем, били по Сталину, а целились то во все русское. Не получи лось. И теперь хочется наверстать. Что же, большей откровенности здесь и ожидать нельзя.

Центр исследований политической культуры России Глава III ЭПОХОЙ ЛАДУ… С ЭПОХОЙ – НЕ В ЛАДУ… Некоторые итоги дискуссии о 50 летии ХХ съезда КПСС Расклад общественно политических событий в последний месяц сло жился так, что на сравнительно небольшом отрезке времени сконцен трировались и теснейше переплелись самые разные – нередко знако вые – факты, события, даты. Они очень четко и даже броско вдруг оха рактеризовали настрой умов и состояние, что называется, души как ведущих представителей власть имущих сил, так и тех интеллектуаль ных (и околоинтеллектуальных) кругов, что идейно окармливают либо хотели бы окармливать российские «верхи».

Бурная общественная дискуссия в связи с полувековым юбилеем ХХ съезда КПСС была в центре идеологических баталий последних недель.

Но в эту канву вплелось и развитие событий, связанных с антикомму нистическими демаршами ПАСЕ. Здесь и интрижка вокруг «антифашис тского» документа околовластных сил, ведомых «Единой Россией». Здесь и 75 летние юбилеи Б.Н.Ельцина и М.С.Горбачева, выплеснувшие на страницы прессы и в эфир всю, давно уже вышедшую в тираж за ненуж ностью, «королевскую рать» этих разрушителей Отечества. Здесь и но вые идейные «гримасы» Кремля, который никак не может нащупать сколь либо прочную мировоззренческую почву и шарахается из сто рон в стороны, в очередной раз проклиная то, чему клялся в верности еще вчера.

Разные люди, разные темы и поводы для высказываний. Однако сло жившись – будто кусочки мозаики – в одно, их совокупность рисует редкостный разброд в умах сегодняшней элиты, который зашел уже столь далеко, что есть все основания утверждать: эти власть имущие «верхи» все меньше представляют, кем им следует быть (а точнее – подавать себя обществу и казаться) и какой дорогой идти.

Кризис власти явно делает новый шаг вперед.

XX съезд: в схватке образов победил Сталин Это хорошо видно уже на примере очередного провала операции по выкорчевыванию памяти об И.В.Сталине в народе. Отгремели после дние – а может статься и не последние – залпы высказываний по пово Русский вопрос России ду XX съезда и исторической роли Н.С.Хрущева. Своего рода точку в них поставила, пожалуй, английская «Гардиан», подведшая итог тому раз венчанию хрущевского предательства, в которое превратился этот юбилей (вопреки желанию тех, кто попробовал устроить из пятидесяти летия Съезда еще одно антикоммунистическое действо).

«Хрущев попытался возложить всю вину на Сталина, в то время как его собственные руки были по локоть в крови», эти слова историка Ю.Жукова, опирающегося на недавно рассекреченные архивы, поста вила в центр своей публикации ведущая британская газета. «Это пере оценка происходит в тот момент, подчеркивает «Гардиан», когда все больше критиков обрушивается на Владимира Путина, которого обви няют в попытке установления авторитарного режима…».

Тогда как личность Сталина делается все более привлекательной для россиян, признает «Гардиан». Он явно выигрывает исторический поеди нок со своим обличителем. «…Сталин остается очень популярным в стра не: ему по сравнению с Хрущевым положительную оценку дают боль ше людей… Исследование, проведенное Всероссийским центром изу чения общественного мнения, показало: 50 % россиян считают, что Ста лин сыграл положительную роль в истории страны. В 2003 году их было 46 процентов».

Мало того. Очередной спор вокруг эпохи Сталина вдруг ввел в оборот такие сведения о сегодняшних днях, которые в самом неприглядном свете показывают именно нынешний режим. Так, по признанию веду щего кремлевского аналитика Г.Павловского, «только за 93 – 94 годы число заключенных в России увеличилось более чем в 2 раза… А на момент прихода Путина к власти количество зэков в одной России дос тигло миллиона 600 тыс. человек… По статистике ежегодно в тюрьмы попадают более миллиона человек»… А ведь страна не пережила ни трех войн, ни двух революций – как при Сталине;

не была так маргинализована и криминализована, не испыта ла (вроде бы) такого распада общества и личности. А репрессивный маховик раскручен сильнее, чем в 20 – 30 х годах… Здравицы из иномирья Остановить процесс возрождения позитивной памяти о Сталине оказы ваются не в силах никакие попытки ни канонизировать Хрущева (вроде недавней инициативы прокремлевского движения «Наши» дать его имя одной из улиц Грозного), ни заново взгромоздить на почетный пьедестал ныне здравствующих борцов с коммунизмом и разрушителей СССР.

Центр исследований политической культуры России Чего стоило одно лишь помпезное торжество по случаю ельцинского юбилея, справлявшегося как государственный праздник – со здрави цами по всем каналам СМИ и банкетом в Кремле, долженствовавший, судя по всему, напомнить и доказать, что «эра Ельцина» не прервалась и осеняет собою нынешнюю ипостась режима.

«… При Ельцине Россия приобрела свободу», это определение, бро шенное В.Путиным, сделалось лозунгом дня, стало признанием нынеш него президента, вроде бы неоднократно пытавшегося отмежеваться от своего обанкротившегося предтечи, в абсолютной ему лояльности.

Ельцин же, в свой черед, не менее однозначно определил свой лич ный взгляд на все им сделанное. «Главное достижение, что большевис тская, тоталитарная, коммунистическая система у нас сломана, созда но демократическое государство на общественных, рыночных отноше ниях… эти институты работают… и улучшаются… с каждым годом», поведал он стране.

Стране, у которой, как тут же выяснилось, на этот счет оказалось свое, совсем иное, мнение. Здесь между Ельциным, как символом «новой Рос сии», и самой реальной Россией, а также всем миром, оказалась стена взаимного непонимания и очень разного восприятия действительности.

Мир эту нынешнюю Россию все откровеннее, как говорят исследова ния британской «Би би си», презирает и ненавидит: сегодня по уровню негативных оценок (16 %) она уступает лишь Ирану и США. Свой же народ ее не приемлет вообще.

Так что, сравнивая две власти – созданную Ельциным и его последо вателями с советской порой, большинство населения упорно продол жает считать легитимной именно Советскую власть, трактуя (согласно данным Центра Левады) строй ельцинско путинской формации как не что коррумпированное (62 % мнений), далекое от народа (42), непро фессиональное (12) и т.п. Причем настроения эти, немного ослабшие с воцарением Путина, сегодня вновь достигли остроты ельцинских вре мен и даже их превзошли.

Мало того: в подобном отторжении нынешнего строя сошлись практи чески все: и коммунисты, и единороссы. Так, например, власть считают коррумпированной 73 процента первых и 61 вторых;

далекой от наро да соответственно – 49 и 38 процентов избирателей… Это и понятно. Поскольку самое большее, что удается основной мас се россиян, большинству нации в отличие от постоянно демонстрирую щего свое довольство жизнью Ельцина – это «притерпеться» к обстоя тельствам (51 % признаний в 2006 г.). В то время как 21 процент тер петь уже не в силах. И лишь 22 процента ощущают себя «не так плохо».

Русский вопрос России Однако продолжать «дело Ельцина» быстро, решительно и до конца проводить начатые им «реформы» согласны лишь 11 процентов насе ления, т.е. всего половина и этих оптимистов… По данным мониторинга общественных настроений, который ведет наш Центр исследований политической культуры России, господствую щими жизненными ощущениями россиян были и остаются острое разо чарование (34 % мнений), боль от обманутых надежд (24), страх (15), чувства растерянности и опасности (11 – 13 %), а также ряд прочих негативных оценок. В то время как положительные настроения, в це лом, ограничиваются лишь известным спокойствием (20 % упомина ний) и удовлетворенностью (14) от сбывшихся надежд. А радость и сча стье как были, так и остаются роскошью, доступной, самое большее, одному из шести семи россиян. Вот такое расхождение с радостными и свободными настроениями, которые генерировал Ельцин.

«Первый президент» и русский, российский народ живут в разных мирах, в несовпадающих жизненных измерениях: сытый голодных, как всегда, «не разумеет»… Социал демократическая «сказка про белого бычка»

Со столь же далекой «планеты» попытался пообщаться с россиянами и другой «новорожденный» М.С.Г орбачев. Не так бравурно отмеченный, как ельцинский, его юбилей, а также бесчисленные комментарии последнего генсека КПСС по поводу юбилея ХХ съезда – в плане политическом – оказался посвящен все тому же, что и прежде: воспеванию социал демок ратической идеи для России. Точнее – для… КПРФ. Угробив попытками социал демократизации КПСС, он опять полон энтузиазма (появись у него шанс) проделать нечто подобное и с российской Компартией.

Суть многих его интервью свелась к следующему: мол, если бы КПРФ повернула к социал демократии, то сейчас она была бы «ведущей парти ей страны». В общем, есть на ком поэкспериментировать. «Готов уча ствовать в строительстве такой партии – один раз попробовал и сейчас готов, заявляет Горбачев, которому вроде пора бы утихомириться.

Хотя на базе той же КПРФ…».

И остается лишь спросить: так почему же самому «Горби», уже нео днократно создававшему и вдохновлявшему нечто социал демократи ческое в российской политике, не стать этой самой «ведущей партией страны»? Почему он сам не использует сей «золотой ключик» полити ческого успеха? Если все так просто: назвался социал демократом – и вот она, победа, и все проблемы решены?

Центр исследований политической культуры России Сказка эта не сбывается, видать, уже потому, что для России никак не подходят ни дело, ни дух социал демократии. Которая, в отличие от ком мунистов, видит свое призвание не в том, чтобы уничтожить эксплуата цию человека человеком, а в некой «гармонизации» этой эксплуата ции. И пробует выступать всего лишь посредником между трудом и ка питалом, сшибая этим посредничеством свой политический и соци альный «процент» в виде голосов на выборах, мест в парламенте, мини стерских портфелей и гешефтов с большого бизнеса.

И еще: стать социал демократом – это не только принять, но и всеми средствами распространять западные, так называемые «общечеловечес кие ценности» (не взирая на то, что три четверти человечества их букваль но на дух не переносят). Вплоть до навязывания их силой оружия: нельзя же забыть, что агрессию США против Ирака активнее прочих поддержали именно европейские социал демократические правительства.

Тем более что есть кому проконтролировать подобную преданность западной идее. А если надо – то и жестко поправить. Ведь быть настоя щей социал демократической партией сегодня – значит состоять в Со цинтерне. Все прочие «социал демократические» партии, не удостоен ные этой чести, таковыми в решающей степени просто не считаются, довольствуясь ролью чего то вроде деревенской самодеятельности.

Социнтерн же – организация, предельно дисциплинированная и жест кая. Она умеет заставить подчиниться. Членство в ней во многом озна чает отказ от национальных интересов в пользу задач наднациональ ных, глобалистских.

Вот куда заманивает коммунистов, под шумок обсуждения уроков ХХ съезда, Горбачев, недавно с шумом покинувший собственноручно со зданную социал демократическую партию. Вот почему ни КПРФ, ни оте чественный избиратель – за исключением десятых долей процента го лосующих – ни на какие социал демократические приманки не клюют.

Консервативный проект Кремля – прощай?

Не потому ли при всей своей любви порассуждать о чем то социал демократическом нынешняя партия власти вовсе не спешит открыто провозгласить себя таковой. Хотя политика ее и правда очень даже близка социал демократии. По крайней мере тем, что национальные интересы России последовательно сдаются Кремлем и ставятся в за висимость от интересов Запада.

Казалось, антикоммунистический по форме и антироссийский по сути демарш в ПАСЕ пробудил что то от здравого смысла в умах российского Русский вопрос России руководства. Оно вроде бы осознало, что под прицел попадает именно Россия как страна продолжатель СССР. И потому уравнение Советского Союза с фашистской Г ерманией раз и навсегда отбрасывает нашу страну вместе с ее нынешними господами на презираемые задворки мира.

Вот только протрезвление длилось недолго. Уже по ходу вояжа пре зидента Путина в Венгрию и Чехию зазвучали заявления, вполне впи сывающиеся в антикоммунистическую линию ПАСЕ. Они, в частности, реабилитируют по существу профашистский путч 1956 года в Венгрии и осуждают Ю.В.Андропова, руководившего действиями советской сто роны. «Мы несем моральную ответственность за то, что произошло в августе 1968 года», заявил неожиданно для зарубежной публики Пу тин в Праге, успев произнести нечто подобное и в Будапеште.

И хотя президент России как бы понадеялся, что возникшая из его выс казываний проблема чудесным образом сама собою рассосется: якобы «старые трагедии не могут быть использованы для нынешних политичес ких целей» реакция на Западе оказалась ожидаемой. Высказывание Путина немедленно стало потребляться там именно для текущих полити ческих целей. Оно оказалось «благосклонно» подхвачено западными комментаторами и аналитиками, тут же поставившими Россию рядыш ком с нацистской Германией: «Немецкая или российская вина не вечна.

Вечны Катынь и «Циклон В», утешили европейские СМИ россиян.

Причем речь здесь идет не просто об одном из очередных неудачных выступлений Путина. В новый вираж или штопор пошел весь курс «партии власти». Немало поговорив за последнее время о патриотизме и даже прозрачно намекнув о готовящемся повороте в сторону некого таин ственного «консервативного проекта», Кремль резко затормозил и по вернул совсем в другую сторону.

Своим главным противником в период грядущих федеральных вы борных кампаний помимо неких отдельных олигархов он провозгла сил столь же безымянно партию «двух шагов назад», патриотов, кото рых нельзя назвать патриотами. В этой партии «двух шагов назад» лег ко угадывается тот образ, который сейчас прорежимные СМИ форми руют вокруг Компартии: «Назову их изоляционистами... – чуть припод нял завесу тайны над перечнем врагов «Единой России» в 2007 годах заместитель руководителя администрации президента В.Сурков.

– Это такие почти нацисты, люди, которые муссируют дешевый тезис, что и Запад, – это страшно, нам Запад угрожает, и китайцы на нас насту пают, и мусульманский мир нас подпирает, и Россия для русских…».

В самом деле, знакомые утверждения. Ведь это их совсем еще не давно, в 2005 году, развивал в скандальном интервью германскому Центр исследований политической культуры России журналу «Шпигель» тот же В.Сурков. «Цель Запада – разрушение Рос сии, и заполнение ее огромного пространства многочисленными неде еспособными, квазигосударственными образованиями. Главными за дачами интервентов является уничтожение российской государствен ности…», все это установки самого В.Суркова. Так что же произошло?

Очевидно, что речь пошла об отказе режима от государственнических амбиций и любых реально консервативных проектов. Посулы поста вить в центр очередной новой национальной идеи какие то «воспоми нания об имперской мощи СССР» тут мало что меняют. Наоборот, они скорее подчеркивают легковесность заявлений. Ибо строить нацио нальную идею на воспоминаниях просто напросто невозможно.

Об этом же говорит и другое утверждение В.Суркова, этого, пожалуй, наиболее профессионального представителя администрации Путина, выдвинувшегося на роль идеолога партии власти: «Что касается того, что у нас в ХХ веке родилось довольно странное тоталитарное государ ство, то и здесь следует помнить, что мы не были одиноки, что в той же Европе существовали нацистская Германия, фашистская Италия, фран кистская Испания».

Вот все и сошлось. Заявления Кремля по духу, и чуть ли не по букве, совпали с антироссийской и антикоммунистической резолюцией ПАСЕ.

Советский Союз оказался уподоблен нацистской Германии и фашистс ким режимам Муссолини и Франко. Слабенькая фронда Кремля в от ношении Запада кончилась, не успев начаться. Точка зрения Запада оказалась безоговорочно принята в Кремле, вопреки национально государственным интересам.

«Антифашизм» коричневатого оттенка Мало того, казенный антикоммунизм в России, явно вдохновляемый и синхронизированный с демаршем правых европейских сил в ПАСЕ, приобретает все более фашизоидный характер. Симптоматичны игры вокруг так называемого Антифашистского пакта, подписанного «Еди ной Россией» и такими прорежимными партиями, как ЛДПР, СПС, «Пат риоты России», АПР и др. Пакта, изначально задуманного как далеко идущая провокация. Ведь, как известно, КПРФ даже не была пригла шена на обсуждение его содержания;

ее не пригласили и к подписа нию. Более того, в самом пакте ничего толком не говорится о борьбе с русофобией, составляющей, наряду с антикоммунизмом, главную суть того же нацизма. Зато уравниваются понятия фашизма с национализ мом и разжиганием социальной розни. Получается так: требуешь, что Русский вопрос России бы тебе выплатил зарплату твой хозяин, ты фашист. И ату тебя!

В итоге неучастие в пропагандистском шоу «Единой России» коммуни стов, которые кровью миллионов членов своей партии заплатили за победу над фашизмом, стало преподноситься официальной пропаган дой как потакание фашизму, очередное “доказательство” наличия в рядах КПРФ неких фашистов, антисемитов и ксенофобов. В общем, по шла работа на образ «партии двух шагов назад», определенный Сурко вым в качестве главного врага «Единой России».

Хотя даже либеральные СМИ вынуждены были дать такие определе ния пакту: «Государственный антифашизм в форме борьбы с политичес кими конкурентами», «Партия власти будет бороться с “новыми фашис тами”, а заодно – с политическими конкурентами». И все же прорежим ная печать продолжает отрабатывать спецзаказ по поиску «фашистов»

в среде коммунистов. И пошло поехало… Даже участие в манифестации 23 февраля в Москве в одной из колонн партии «Родина» представителей некой крохотной радикаль ной группировки тут же было навешано на коммунистов как доказа тельство их «профашистскости». «В тесном строю, почти плечом к плечу, прошли по столичным улицам записные либералы, коммунис ты интернационалисты и лево правые экстремисты всех цветов и мастей», живописал «Московский комсомолец». А когда на митинге КПРФ 4 марта на Октябрьской площади с трибуны выступил некий лидер Движения против нелегальной эмиграции, то это тут же было использовано для новой волны криков: «Зюганов наступил на ко ричневое»;

«После событий 23 февраля и 4 марта КПРФ совершила Большой Прыжок, перескочив одним махом весь умеренный центр и оказавшись на крайне правом фланге российского политического спектра».

То, что играми вокруг Антифашистского пакта коммунистов начали «подводить под статью», сделалось очевидным. С обычной для него картинностью сие открыто продемонстрировал В.Жириновский, за явившийся на стрельбище чуть чуть поразвлечься: «Взяв автомати ческий пистолет Стечкина, депутат вспомнил, что забыл очки, рас сказывают «Новые известия». «Надо было портреты врагов повесить, – заявил он. – Зюганов, Рогозин, Немцов, Явлинский, Хакамада.

Чтобы был стимул стрелять». Такой вот антифашизм, мечтающий по ставить к стенке всех «кто не с нами», а следовательно – «против нас». В очень знакомой по гитлеровской Германии манере, подведя под расстрел всех – от коммунистов до деятелей яро буржуазных партий.

Впрочем, по сообщению той же газеты, ситуация сложилась по прин Центр исследований политической культуры России ципу «не в коня корм». Сделав десять выстрелов, вождь ЛДПР уго дил в мишень лишь однажды. А это символично, поскольку и вся антифашистская истерия в стране явно не выгорает.

По данным проправительственного ВЦИОМ, подавляющее боль шинство (51 %) граждан просто не видят в российском обществе ни какой фашистской опасности, никаких ее реальных проявлений и никаких потенциальных носителей. Даже такая структура, как Наци онал большевистская партия, постоянно подаваемая обществу в ранге «коричневой угрозы», идентифицируется в этом качестве лишь 15 процентами населения.

Тогда как к КПРФ ничто фашистское, несмотря на все старания противников, не липнет. Именно ее подозревают в «коричневых» по ползновениях в самую последнюю очередь. И делает это лишь один процент населения (тогда как «антифашистскую» ЛДПР трактуют фа шистской вчетверо больше россиян).

В общем, из очередной полосы испытаний Компартия выходит ощу тимо окрепшей. Процесс восстановления ее позиций в преддверии нового избирательного марафона только усиливается. Похоже, что начинает работать и тот политико психологический механизм «нега тивного консенсуса», который всегда оборачивал любые нападки на коммунистов им же на пользу. В начале 2000 х годов он дал сбой, а затем и вовсе перестал действовать. Сегодняшние атаки на КПРФ восстановили его заново.

Не случайно, согласно последним социологическим замерам, пре зидентский рейтинг Г.Зюганова прочно, хотя и с большим отрывом, держится на втором месте после путинского. И если нынешний пре зидент не сможет «вырулить» на третий срок правления, шансы ли дера КПРФ, даже по сегодняшним данным, сразу поднимутся до процентов вероятных голосов определившихся граждан (по данным февральского опроса Левада центра). Это почти уравнивает его по ложение в делах политики с лидером списка Ю.Лужковым, распола гающим 21 процентом аналогичных симпатий. Г.Зюганов заметно превосходит по влиянию даже такого раскрученного «преемника», как министр обороны С.Иванов.

*** Политические кампании последнего времени, особенно дискуссия вокруг уроков ХХ съезда, всколыхнув общественное мнение и нема ло напомнив стране, побудили людей многое обдумать и многое за Русский вопрос России ново оценить. И результат этой работы мысли оказывается не в пользу властей.

Последние все больше замыкаются в скорлупе своих политичес ких грез, все меньше обращают внимание на жизненные реалии.

Они все реже и боязливее соприкасаются с миром народных надежд, побуждений и ценностей. Все больше и больше выпадают из нашей эпохи.

Центр исследований политической культуры России Глава IV РУССКИЙ ВОПРОС И КОММУНИСТЫ РОССИИ Многое говорит за то, что в большую мировую политику, как то всегда бывало в переломные эпохи истории, все сильнее начинает вступать славянский вопрос – проблема противостояния славянства и Запада.

Гибель президента Югославии Слободана Милошевича, похороны ко торого вылились в давно не виданную акцию единения, о многом здесь говорит. Ужесточение давления Запада на братскую Белоруссию в свя зи с впечатляющей победой на выборах другого славянского лидера – Александра Лукашенко – в этом же ряду событий. Здесь и сражение за геополитическую ориентацию Украины, обострившееся в связи с пар ламентскими выборами. На всех этих фронтах противостояния мирово го славянства и Запада заметна роль КПРФ и ее лидера Г.А.Зюганова.

Когда полмиллиона сербов скандируют «Россия! Россия! Россия!» при его появлении на площади, становится все более очевидным, что сла вянская проблема во все времена являлась одновременно и пробле мой русской.

Так было и во времена великого князя Святослава Игоревича, и в эпоху Александра II, и при Сталине. В последние же полтора десятиле тия эта взаимосвязь – как и все прочие, историей завязанные, нити преемственности – оборвалась, что сразу и трагически сказалось на славянском мире. Предопределив, в частности, судьбу южных славян, брошенных «новой» Россией один на один с очередным нашествием Запада. Новый глобальный мировой кризис завязывается ныне там, где и всегда, на Балканах, в «мягком подбрюшии» Европы, как назы вал их У.Черчилль… Отсюда – колоссальная и все более растущая не только сугубо рос сийская, но и геополитическая «себестоимость» русского вопроса в со временном мире. Решение которого, тем не менее, возможно лишь в национальных, российских рамках. Именно поэтому ключевым вопро сом российского общества делается проблема русской самоидентифи кации, вопрос о действенной русской идеологии.

Кто мы, откуда и куда идем? Вот те основополагающие мировоззрен ческие узлы, что обязана «развязать» идеология, претендующая в наши дни на роль объединяющей страну силы. И в первую очередь ей надле Русский вопрос России жит ответить: почему создавший отечественную государственность и цементирующий ее русский этнос не одно уже столетие упорно и бес компромиссно оттирается и отступает на периферию своего же обще ства? Реакция на спектр возникающих тут проблем со стороны ныне властвующего на Руси режима также общеизвестна и откровенна: если их не удается замолчать, то вопросы эти забалтывают, погребая под ворохом пустопорожних, но очень «онаученных» подчас рассуждений.

Сама жизнь вынуждает именно коммунистов дать на это прямой, че стный и, что особенно важно, квалифицированный и внятный ответ.

Тяжелое наследство коммунистов Скажем прямо: коммунистам здесь досталось тяжелое наследство. Оно прослеживается еще с тех времен, когда страх перед российскими импе раторами, принявшими на себя (согласно их мировидению, конечно) крест спасения мира от анархии, внушал революционной Европе ощущение уг розы и со стороны всего русского народа, даже целого славянства. По скольку именно русские, славяне составляли социальную опору Российс кой империи, стержень ее военной силы и источник морально психологи ческой энергии, питавшей политику великой державы.

Мы знаем: синдром «генетического» страха перед всем русским ви доизменялся и изживался в отечественном коммунистическом движе нии долго. Более того, как раз по этой «линии» и пролегла своего рода разграничительная черта в самой партии: чаще потаенная и размытая, реже (во времена глубоких потрясений) явная и четкая.

И когда в нынешней КПРФ говорят о «двух компартиях», существо вавших в рамках КПСС: компартии номенклатуры, мало что общего имевшей с народом, и компартии простых людей тружеников, видев ших в КПСС гаранта исконных государственнических устоев, — речь по существу ведется об этой внутренней грани.

Наиболее громко и зримо “раздвоение” это, пожалуй, проявилось еще в раннюю послереволюционную эпоху. Красноречива знаменитая формула Н.И.Бухарина: “Мы в качестве бывшей великодержавной на ции...должны поставить себя в неравное положение... Только при такой политике, когда мы себя искусственно поставим в положение, более низкое по сравнению с другими, только этой ценой мы сможем купить доверие прежде угнетенных наций” (Двенадцатый съезд РКП(б). Стен.

отчет. М., 1968. С.613).

Следы этого подхода сохранялись в партии и потом, лишь меняя свои обличья. Во многом реанимированный во времена хрущевской “отте Центр исследований политической культуры России пели”, он предрешил и немало нынешних проблем.

Трещина здесь не затягивалась. Наоборот, ее пытались всемерно расширять. Иногда это не удавалось, и энтузиасты борьбы с русскими началами ставились на место, подобно будущему “архитектору” пере стройки А.Н.Яковлеву, чья деятельность, согласно легенде, заслужила возмущенную оценку самого Л.И.Брежнева: “Он хочет меня поссорить с русской интеллигенцией”. Иногда же и все чаще такие попытки падали, будто семена, на благодатную почву.

Именно здесь, по разграничительной линии русского вопроса, и про шел в начале 90 х годов откол от верхушки КПСС решающей части партийной массы, породив, в конечном счете, с одной стороны, нынеш нюю «партию власти», а с другой — КПРФ.

Русский вопрос оказался одной из главных болевых точек «поздне го» советского общества.

Социологические опросы рубежа 80 – 90 х годов, которые проводил Центр исследований политической культуры России, говорили: за то, чтобы русские, и спустя семь десятилетий после Октября, оставались — в духе заветов Бухарина — в «неравноправном положении», высказы вался всего один житель РСФСР из девяти. Тогда как свыше половины опрошенных заявляли, что «пора и союзным республикам вернуть Рос сии долги». На взгляд многих, РСФСР вообще оказалась «превращена во внутреннюю общесоюзную колонию».

И гибель КПСС, и распад СССР в немалой степени были предопреде лены именно таким состоянием умов, порожденным народной реакци ей на нигилизм в подходе поздней КПСС к русскому вопросу в рамках Союза ССР. Горбачевское ее руководство тяготело к денационализиро ванному социал демократическому решению общественного кризиса.

Но что означала социал демократизация, курс на которую взяла ко манда последнего генсека, применительно к КПСС? Прежде всего, сво еобразную присягу на верность западным системам ценностей и прин ципам общественного действия. То есть ценностям, сильно окрашен ным, кстати, в инонациональные, особенно американизированные ан гло саксонские, тона. Приняв их, Компартия Советского Союза, обоб щенно говоря, должна была встать над обществом, оставляя себе (по добно большинству западных социал демократий) лишь функции по средника между трудом и капиталом и роль гаранта интересов Запада.

Другой путь вел, если угодно, к «россиизации» сконцентрированного в РСФСР ядра КПСС, до той поры безликого и растворенного в общесо юзном организме. И потому ущербного перед лицом других народов Союза, давно заимевших своих политических представителей (в лице Русский вопрос России республиканских компартий) в главном центре принятия и реализации государственных решений — КПСС и ее руководящих органах. В обста новке, когда компартии союзных республик приобретали все более этнически очерченные «лица» и вели себя в делах политики наступа тельно национально, «полость» российской, русской сердцевины КПСС становилась просто опасной. Ибо нажим на партию от ее национальных «периферий» можно было еще уравновесить и сдержать, оказав разум ное и грамотное встречное морально политическое давление: от рус ского, российского центра партии и общества к их «окраинам».

Воплощением этой необходимости стала Компартия РСФСР, появив шаяся на свет, по инициативе партийных «низов», вопреки воле горба чевского клана. Но не нашлось силы — в лице лидера и руководящего ядра, чтобы одолеть выпавший ей путь. Сказались, видать, и «природ ные» для КП РСФСР, рожденной все таки самой же «перестройкой», изъя ны: нерешительность, безынициативность, вялость, тяга к словесным заменителям дела, «стыдливость», когда речь заходила о чем то рус ском. Тогдашние попытки Г.А.Зюганова объединить вокруг КП РСФСР национально ориентированные политические силы прервали августов ские события. А ведь по всем социологическим замерам 1991 года именно вокруг КП РСФСР могла быть создана та однодоминантная по литическая система, что сегодня спешно формируется вокруг «Единой России». Ныне уже забыли, что в 1991 году, по опросам социологов из ельцинского окружения, в случае многопартийных выборов даже в Москве Компартия набирала более 30 процентов голосов (Независи мая газета: 1991, 16 февраля)… В итоге таких разнонаправленных влияний ситуация в КПСС сложи лась патовая. Ни социал демократизация всей партии, ни «россииза ция» ее ядра в лице КП РСФСР не состоялись. Тогда то, очевидно, и было принято решение (кем и где ответят, наверное, историки отда ленного будущего) о ликвидации КПСС как таковой. Мол, ни нам, ни вам: нет партии — нет и проблем, начнем все с чистого листа.

Кое кому тогда показалось: коммунизм и русский вопрос в России, столкнувшись, наконец, лоб в лоб, попросту уничтожили друг друга в своеобразной идейно политической аннигиляции.

Прошло немного времени и выяснилось: заряд объединяющей рус скости в российском обществе оказался столь велик, что его с лихвой хватило на своего рода политическое чудо — воскрешение коммунис тического движения в его патриотической ипостаси КПРФ. Причем случилось это в самый что ни на есть зловещий момент истории — в 1993 году. Как это не однажды уже происходило, самые мучительные и Центр исследований политической культуры России жестокие времена сыграли у нас роль национального катарсиса, очи щая и просветляя народную душу. Однако процесс нового слияния ком мунистического и русского к исходу XX столетия завис, утратив дина мичность, и как бы закуклился в себе, не найдя организации носителя в партийно политической системе.

День нынешний и день вчерашний Между тем объективная обстановка в стране кардинально видоиз менилась. Напомним: негативизм большевиков в русском вопросе в начале XX века в основном предопределяли четыре момента. Во пер вых, демографическая структура населения царской России, где доля великороссов во времена Ленина составляла лишь 43 процента, т.е.

абсолютное меньшинство. Во вторых, классовый состав того российс кого общества, в котором формировалась большевистская идеология, — общества мелкобуржуазно крестьянского, консервативно нацио нального и потому крайне неподатливого на революционные учения.

В третьих, соотношение сил в сфере власти, где главенствующее место (хотя бы по численности) занимали «русские помещики и капиталисты», бывшие в силу этого главным и бескомпромиссным врагом революци онного движения. И, наконец, геополитическое состояние империи, со всем недавно пережившей бурную экспансию.

Обобщенно говоря, именно в области русского концентрировалось в ту пору все, что мешало большевикам вести борьбу за социальное пе реустройство общества.

А что мы имеем теперь? В нынешней РФ на долю русских приходится четыре пятых жителей — подавляющее большинство. Они не просто народ с мощным рабочим ядром (до разгрома отечественной промыш ленности, конечно), но еще и своего рода этно пролетариат, сформиро вавший в советскую эпоху стержень рабочего класса практически каж дой из республик СССР. Сегодня русские перестали быть и «правящим»

классом. После гайдаровско чубайсовской приватизации их предста вителей по большей части отстранили от тех рычагов реальной власти, что опираются на финансы и собственность. В результате же ельцинс ких государственных переворотов и вызванных ими чисток в верхах выходцев из русских оттеснили и от власти, связанной с местом челове ка в иерархии госуправления. А о новой «четвертой власти» в лице вла дельцев и распорядителей средств массовой информации и говорить не приходится.

Как видим, вся общественная обстановка, исторически определявшая Русский вопрос России отношение коммунистов к русскому вопросу, в корне видоизменилась. И это не может (в нынешних российских условиях) не влиять самым карди нальным образом на совокупность взаимоотношений коммунистическо го движения с миром русского. Во всяком случае — объективно.

Наследство Бухарина и Троцкого сегодня Надо быть уж очень лукавым фарисеем, чтобы отрицать очевидное: ны нешнее российское коммунистическое движение смогло родиться заново только как национально патриотическое, в основе своей русское, и пото му неотделимо российское, а значит интернациональное явление.

Причина? Взрыв национальных чувств в стране.



Pages:   || 2 |
 














 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.