авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 |
-- [ Страница 1 ] --

Анна Севортьян

Наталья Барчукова

НЕКОММЕРЧЕСКИЙ

СЕКТОР И ВЛАСТЬ

В РЕГИОНАХ РОССИИ:

ПУТИ СОТРУДНИЧЕСТВА

Анна Севортьян

Наталья Барчукова

НЕКОММЕРЧЕСКИЙ СЕКТОР И ВЛАСТЬ

В РЕГИОНАХ РОССИИ: ПУТИ СОТРУДНИЧЕСТВА

Результаты исследований

Москва 2002

Charities Aid Foundation (CAF)

Анна Севортьян, Наталья Барчукова. Некоммерческий сектор и власть в регионах России: пути сотрудничества. Результаты исследований. — М., 2002. — 52 с.

Тираж 1200 экз.

Редактор: Наталья Дорошева Какое влияние оказывают проводимые политические и правовые реформы на гражданское общество в России? Как складываются отношения между местными органами власти и некоммерческими организациями? Для поиска ответов на эти вопросы были проведены два масштабных исследования, охватившие все семь федеральных округов России. Книга знакомит читателей с результатами этих исследований.

Издание будет полезно, в первую очередь, для представителей региональной власти, работников некоммерческих организаций, а также юристов, работающих в сфере правового регулирования деятельности НКО.

© Charities Aid Foundation, Исследования и публикация книги осуществлены на средства, предоставленные британским фондом Westminster Foundation for Democracy.

СОДЕРЖАНИЕ Предисловие............................................................................. Анна Севортьян Результаты исследования современного состояния и перспектив сотрудничества между региональной властью и НКО............................................ Методология исследования............................................................. Взаимодействие между некоммерческим сектором и властью в регионах: основные выводы исследования Дальневосточный федеральный округ.................................................... Приволжский федеральный округ....................................................... Южный федеральный округ............................................................ Северо-Западный федеральный округ................................................... Уральский федеральный округ.......................................................... Сибирский федеральный округ......................................................... Центральный федеральный округ....................................................... Наталья Барчукова Результаты исследования регионального законодательства Российской Федерации, регулирующего взаимодействие между органами власти и некоммерческим сектором в социальной сфере........................................................................ Основные задачи исследования......................................................... Институт полномочных представителей Президента Российской Федерации в федеральных округах................................................................. Параметры отбора нормативных правовых актов для проведения анализа.................... Результаты анализа нормативных правовых актов......................................... Количество принятых нормативных актов по вопросам взаимодействия государственных органов и некоммерческих организаций в социальной сфере с 1992 по 2000 год............... Основные направления деятельности некоммерческих организаций, получающих государственную поддержку............................................................ Способы взаимодействия органов государственной власти и некоммерческих организаций......................................................... Соотношение конкурсной и направленной («прямой») поддержки некоммерческих организаций органами государственной власти........................................... Заключение.......................................................................... Приложение 1. Направления деятельности некоммерческих организаций, получающих государственную поддержку................................................ Приложение 2. Формы взаимодействия органов власти и некоммерческих организаций......................................................................... ПРЕДИСЛОВИЕ Настоящая книга была подготовлена в рамках проекта «Россия: установление сотрудничества между региональной властью и НКО», который осуществлялся российским представительством CAF при финансовой поддержке Westminster Foundation for Democracy. Цель проекта — создание фундамента для эффективного и прозрачного взаимодействия между организациями гражданского общества и властью.



Современные политические и правовые реформы, проводимые в России, имеют ярко выраженную направленность на централизацию государственной власти. Сейчас можно только предполагать, какое влияние на развитие гражданского общества в России может оказать проводимая реструктуризация общественной жизни.

Для прояснения ситуации и достижения цели проекта был разработан целый комплекс мероприятий, направленных на:

• оценку сложившегося взаимодействия между некоммерческими организациями (НКО) и местными органами власти;

• выявление изменений во взаимоотношениях между НКО и властью, а также в структурах граждан ского общества в связи с изменениями в российском законодательстве;

• обеспечение информацией новой региональной власти (представителей Президента Российской Федерации) и представителей власти субъектов Российской Федерации для вовлеченности граждан и организаций гражданского общества в процесс социальных реформ.

В рамках проекта были проведены исследования современного состояния и перспектив сотрудничест ва между региональной властью и НКО, а также исследование регионального законодательства Российской Федерации, регулирующего взаимодействие между органами государственной власти и некоммерческим сектором в социальной сфере. Эти исследования были подготовлены с максималь ным учетом реальной обстановки на местах. Во время работы совершались поездки в регионы, где проходили встречи и семинары с представителями органов государственной власти и некоммерческих организаций.

Несомненно, такая огромная работа потребовала усилий целого коллектива. Исследование современ ного состояния и перспектив сотрудничества между региональной властью и НКО осуществлено Ан ной Севортьян, независимым экспертом.

Автором исследования регионального законодательства Российской Федерации, регулирующего взаи модействие между органами власти и некоммерческим сектором в социальной сфере, является Ната лья Барчукова, юрист российского представительства СAF. Материалы для этого исследования подго товили сотрудники CAF Россия: Наталья Бурцева, директор юридической службы, — анализ регио нального законодательства за период с 1991 по 2000 гг. и подготовка статистической информации;

Татьяна Ковач, Татьяна Терентьева, менеджеры, — статистическая обработка информации.

Поддержку в реализации проекта в регионах оказали следующие организации:

• Хабаровский краевой благотворительный общественный фонд культуры;

• Ростовская благотворительная региональная общественная организация «Ростовский ресурсный центр»;

• Межрегиональная общественная независимая организация «Правовое общество», г. Новосибирск;

• Нижегородская ассоциация неправительственных некоммерческих организаций «Служение»;

• Свердловская областная общественная организация «Добрая воля»;

• Санкт-Петербургская благотворительная общественная организация «Центр развития некоммерче ских организаций»;

• Московская областная общественная организация «Общество Семь Я».

Анна Севортьян РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ СОВРЕМЕННОГО СОСТОЯНИЯ И ПЕРСПЕКТИВ СОТРУДНИЧЕСТВА МЕЖДУ РЕГИОНАЛЬНОЙ ВЛАСТЬЮ И НКО Методология исследования Исследование взаимодействия региональных властей и НКО проводилось с марта по июнь 2001 года.

В соответствии с методологией, исследование включало два этапа и носило обзорный качественный характер, совмещая анализ уже имеющихся информационных источников по проблеме и проведение оригинальных собственных исследований.

Конечная цель исследования — дать объективную оценку сотрудничества местных властей и НКО в регионах и федеральных округах, предоставить прогноз развития ситуации и выработать рекоменда ции по улучшению взаимодействия.

Задачи исследования были таковы:

• выявить влияние административно-территориальной реформы 2000 года на гражданский сектор;

• оценить степень и качество взаимодействия НКО и местных властей.

Первый раунд исследования — с марта по май 2001 года — был посвящен изучению обстановки на ме стах и выработке «первичных профилей» федеральных округов, включая, помимо оценки взаимодей ствия власти и общественного сектора, анализ политико-экономических факторов, оказывающих влияние на деятельность и перспективы третьего сектора в регионах. Дополнительным итогом перво го раунда стали рекомендации к реализации второго раунда, в частности, рекомендации точек для ви зитов (выбраны Санкт-Петербург, Новосибирск и Нижний Новгород).

Вопросы охватывали широкий спектр проблем (развитость третьего сектора, инфраструктура, источ ники финансирования, специфика контактов с властью, характер власти в регионе, особенности партнерских проектов, взаимодействие в рамках федеральных округов, экономическая стабильность в регионах и пр.) и исследовались во временной динамике. В частности, фокус был сделан на докри зисных тенденциях (весна 1998 г.), дореформенном развитии (весна 2000 г.) и настоящей ситуации (весна 2001 г.).

Второй раунд исследования проходил в июне 2001 года и включал посещение трех «пилотных точек» — Санкт-Петербурга, Новосибирска и Нижнего Новгорода — группой исследователей (Наталья Бурце ва — законодательство, Анна Севортьян — общие вопросы). В каждом из городов были проведены экс пертные интервью с представителями власти и некоммерческого сектора (в Нижнем Новгороде также и бизнеса), опрошено по 6-8 экспертов в каждом городе. Кроме того, были собраны новые материалы по теме, в том числе местные исследования.

Весь собранный материал был систематизирован и проанализирован.

На первом этапе:

• проведен анализ имеющихся печатных источников, посвященных взаимодействию в регионах (включая фонды библиотеки CAF Россия и иных общественных ресурсных организаций), — около 40 изданий;

• проведен анализ программных документов о развитии третьего сектора (материалы парламентских слушаний по законопроекту «О едином порядке ведения уставной и предпринимательской деятель ности НКО…», справки о развитии третьего сектора в 1998-2001 годах, «Докладная записка о состо янии некоммерческого сектора в России и его вкладе в социально-экономическое развитие стра ны», Индексы стабильности НКО и пр.), всего около 60 документов и работ;

• проведены анализ интернет-ресурсов, анализ представленности темы в интернете и СМИ (выбороч ные экспертные опросы журналистов центральных СМИ по теме — пять опросов), анализ лент ин формационных агентств (АСИ, РосБизнесКонсалтинг, Интерфакс, ПРАЙМ, РИА, «Регион» и пр.);

• составлен и распространен тематический вопросник для экспертов из региональных некоммерче ских организаций. Вопросник был разослан более чем 100 квалифицированным специалистам, ра ботающим в третьем секторе достаточно длительное время. Было получено около 50 анкет из более чем 30 субъектов Федерации. Отметим, что на первом этапе обработка анкет позволила получить информацию, недоступную иным образом (например, по Чукотскому АО). В частности, анкеты по лучены из городов: Архангельска, Анадыря, Нижнего Новгорода, Новгорода Великого, Новорос сийска, Санкт-Петербурга, Мурманска, Петрозаводска, Калининграда, Челябинска, Екатеринбурга, Иркутска, Воронежа, Краснодара, Магадана, Хабаровска, Владивостока, Новосибирска, Благове щенска, Барнаула, Красноярска и многих других;

• запрошены и проанализированы статистические данные о развитии некоммерческих организаций;

• проанализированы материалы профильных конференций (например, «Социальное партнерство.

Год 2000-й», проведенной Центром развития некоммерческих организаций 23-25 ноября 2000 года в Санкт-Петербурге, Ярмарки социальных проектов в Перми в 2000 году и других подобных меропри ятий);

• разосланы тематические вопросники в администрации Федеральных округов РФ;

• проанализированы открытые документы профильных региональных департаментов и управлений по взаимодействию с общественными объединениями;

• проанализированы специфические экономические показатели регионов и основы их экономической стабильности (взятые из открытых источников, государственной статистики, материалов Департа мента правительственной информации Аппарата Правительства Российской Федерации, а также экономических показателей, включая данные ежемесячного мониторинга социально-экономиче ской стабильности в России, осуществляемого Центром развития демократии и прав человека (ЦРДиПЧ) совместно с «Евразия Груп», США) и т. д.

На втором этапе:

• составлена и согласована программа встреч с экспертами в регионах, утвержден вопросник;

• определен круг экспертов в регионах (при содействии местных партнерских некоммерческих орга низаций) и назначены встречи;

• осуществлены три визита в города — столицы федеральных округов: Санкт-Петербург (Северо Западный федеральный округ), Новосибирск (Сибирский федеральный округ), Нижний Новгород (Приволжский федеральный округ);

• в каждой из точек визитов проведены встречи с представителями федеральных округов, местных ад министраций, некоммерческих организаций и с отдельными экспертами по общественному секто ру. В Нижнем Новгороде также состоялись встречи с представителями бизнеса;

• проведен анализ полученных по итогам региональных визитов новых печатных изданий. Всего про анализировано около 30 изданий;

• проведен анализ новых аналитических и программных документов о развитии третьего сектора в от дельных регионах, всего около 10 документов и работ;

• систематизирована информация и литература, полученные во время региональных визитов;

• уточнены и проанализированы экономические и социальные показатели регионов;

• скорректированы «профили» регионов.

Взаимодействие между некоммерческим сектором и властью в регионах:

основные выводы исследования В период с марта 1998 по май 2001 года третий сектор России значительно расширился численно (и по количеству организаций, и по клиентской базе, и по числу занятых в секторе). В ряде регионов — Пермь, Тольятти, Рубцовск, Москва — это повлекло за собой переход на новый, партнерский, уровень отношений с властью и бизнесом. Тем не менее, проблема признания сектора остается в России ост рой. Во многих регионах власть по-прежнему старается «не видеть» НКО. Мала и осведомленность населения. По данным фонда «Общественное мнение», в мае 2001 года 55% россиян при опросе сооб щили, что слышат понятие «гражданское общество» впервые, 44% «что-то» о нем слышали. Эти дан ные подтверждают и локальные опросы, например, в Якутии.

В ряде регионов за эти годы изменилось восприятие бизнеса как враждебной среды, повысилось ко личество контактов с бизнесом, возросла доля пожертвований в структуре финансирования НКО. Тем не менее, в целом взаимодействие с бизнесом пока носит скорее несистемный и хаотический харак тер. Развитию «цивилизованных» форм благотворительности препятствует «мотивационная ограни ченность» как НКО, так и самих бизнесменов (нет осознания существенной роли благотворительной деятельности в контексте социальных преобразований, ее эффективности, есть побуждение «полу чить» и «дать»).

Активность контактов с некоммерческим сектором в федеральных округах в нынешних условиях в ос новном зависит от персоналий полномочных представителей Президента Российской Федерации в федеральном округе (далее — полномочных представителей) и региональной специфики. Также прин ципиальное влияние на взаимодействие власти и НКО имеет экономическое и рыночное развитие ре гиона. В ситуации, когда центром акцентируются экономические аспекты политики, а в послании Федеральному Собранию Президент Российской Федерации ни слова не говорит о «гражданском об ществе», третьему сектору не следует ожидать, что первые шаги навстречу сделает власть. Исследова ние подтверждает этот тезис: к примеру, в Приволжском федеральном округе активность взаимодейст вия с сектором в течение первого года его существования объясняется, вероятно, политической ори ентацией полномочного представителя и тем, что в округе нет ни зон вооруженного конфликта (Южный федеральный округ), ни энергетического кризиса (Дальневосточный федеральный округ).

Общими проблемами для всех федеральных округов, по результатам опросов, являются бедность, со циальная пассивность населения, наркомания, экологические проблемы и пр. Проблема развития некоммерческого сектора и его деятельность на этом фоне в целом не воспринимается как значимая.

По итогам визитов выявлено, что координация между федеральными округами не всегда эффективна и обмена опытом взаимодействия с НКО, работы с информацией нет (в ряде случаев отмечено даже отчасти враждебное и негативное отношение к «нововведениям» в других федеральных округах).

Структура самих федеральных округов пока еще «неровна», и попавшие год назад в «одну обойму» ре гионы (Пермь в составе Приволжского федерального округа) пока не ощутили ни «духовного», ни экономического единства. К тому же в федеральные округа соединены субъекты Федерации с разным правовым статусом, что затрудняет реализацию единой социальной политики на пространстве округа.

Также баланс между федеральной и местной властью найден далеко не во всех федеральных округах, что делает, к примеру, невозможной для НКО реализацию прогрессивных предложений федеральных округов.

В настоящий момент из-за описанных противоречий подавляющее большинство некоммерческих ор ганизаций затрудняется оценить эффект от образования системы федеральных округов для третьего се ктора (положительные отзывы были получены только в адрес Приволжского и Сибирского федераль ных округов). Чаще всего НКО не имеют представления о формах взаимодействия с администрация ми округов и возможной его пользе. Неоднозначно оценивают результаты первого года существования федеральных округов и эксперты в области экономического и политического устройства.

Степень доступа к информации и участия общественности в принятии властных решений крайне ма ла во всех регионах. Даже в тех федеральных округах, где власть декларирует идеологию партнерства с НКО, общественность, с ее видением приоритетов регионального развития, воспринимается скорее как потенциальный ресурс для решения чисто социальных проблем (помощь многодетным, людям старшего поколения, благоустройство и пр.), но не как сила, которая может и должна участвовать в принятии решений в области социальной и иной политики.





Информирование некоммерческими организациями как представителей федеральных округов, так и населения о результатах собственной деятельности на данный момент недостаточно, что затрудняет создание предпосылок для многостороннего диалога. По данным социологических опросов, 73% рос сиян не хотят участвовать в работе общественных организаций, состоят в каких-либо организациях только 5% опрошенных (опрос фонда «Общественное мнение», июнь 2001 г., 1500 респондентов).

Недостаточный контакт между администрациями федеральных округов и местным третьим секто ром следует объяснить обоюдным отсутствием инициативы. НКО признаются в том, что пока не готовы или не представляют себе форм взаимодействия, поэтому предпочитают «наблюдатель ную позицию». Вероятно, большинству НКО требуется некий побудительный толчок извне, чтобы начать сотрудничество.

Характер взаимодействия НКО и властей в федеральных округах в ближайшие же месяцы может из мениться под влиянием как позитивных, так и негативных факторов, поскольку одной из значимых общих тенденций становится образование некоммерческих организаций, тесно связанных с властью и бизнесом и работающих прежде всего в их интересах, а также большее внимание к общественному се ктору со стороны различных политических сил. Не исключено и расслоение внутри сектора, до сего момента редко выступавшего как скоординированная сила, а также ситуации противостояния.

Дальневосточный федеральный округ Общая характеристика Центр Дальневосточного федерального округа (ДФО) — Хабаровск. Площадь округа состовляет более трети (36,4%) территории Российской Федерации, а проживает здесь только 5% населения (7,4 млн.

человек). В состав ДФО входят 10 субъектов РФ: Республика Саха (Якутия), Приморский край, Хаба ровская область, Амурская область, Камчатская область, Магаданская область, Сахалинская область, Еврейская автономная область, Корякский и Чукотский автономные округа. Крупные города округа:

Владивосток, Хабаровск, Комсомольск-на-Амуре, Петропавловск-Камчатский, Благовещенск, Якутск, Южно-Сахалинск, Находка, Уссурийск, Магадан (всего в ДФО 68 городов).

При богатстве и разнообразии природных ресурсов регион на протяжении последних лет был очагом кризиса и экономической нестабильности (энергетический кризис зимой 2000-2001 годов). Дальнево сточные регионы, будучи удаленными от центра и друг от друга, тяготели к автономизации. Полити ческая и социальная напряженность на местах и в отношениях с федеральной властью отнюдь не пре кратилась с появлением федеральных округов и полномочных представителей.

Итоги первого года существования ДФО неутешительны, он остается, пожалуй, самым депрессивным округом во всей федеральной системе (состояние промышленности и АПК плачевно, высок уровень безработицы, инфраструктура и связь развиты недостаточно, население пассивно). Все это не может не отражаться и на развитии общественных институтов. Развитие третьего сектора в регионах слабое, лишь около трех десятков НКО смогли достичь высокого профессионального и организационного уровня. Взаимодействие с НКО не является актуальным ни для федеральных, ни для местных властей на фоне экономических и политических неурядиц.

Третий сектор в Дальневосточном федеральном округе Количество НКО в округе Структурная развитость Слабая.

Наиболее развиты Владивосток, Хабаровск.

Наименее развиты Анадырь (Чукотка), Якутск.

Наиболее распространенные Экологические, «социальные» (инвалидные и пр.), типы НКО досуговые.

Количество ресурсных центров Около 10 (Биробиджан — 1, Благовещенск — 2, Владивосток — 3, Хабаровск — 3, Южно-Сахалинск — 1).

Наличие community foundation Ни одного работающего фонда. В стадии становления — (городских благотворительных фондов) во Владивостоке и Благовещенске.

Высокоразвитые НКО, включенные Порядка 30 («Амур-батюшка», «Живущая Арктика», в общероссийское движение «Камчатская лига», ресурсные центры).

Участие в общественных кампаниях В 2000 году инициирована первая общественная кампания — «Живое море». Кроме этого, экологи участвовали в кампании против ввоза отработавшего ядер ного топлива, кампании за справедливое налогообложение.

Источники финансовой В основном собственные средства, пожертвования.

устойчивости НКО Устойчивое второе место — средства местных властей.

Реже — гранты, собственная коммерческая деятельность.

Почти не встречаются средства федеральных властей.

Взаимодействие HKO и власти в Дальневосточном федеральном округе Главной тенденцией последних трех лет участники исследования назвали рост и профессионализацию отдельных организаций, «расслоение по уровню организационного развития» (некоторые НКО «вы растают» до выдвижения собственных депутатов в органы власти). Тем не менее, несмотря на наличие сильных организаций, отношения власти и НКО далеки от партнерских (из анкет: «власть помогает отдельным НКО решать отдельные проблемы»). Но все же существуют примеры некрупных совмест ных проектов властей и НКО городского или районного масштаба.

Налаживание контактов происходит медленно, что связано, похоже, как с недостаточной настойчиво стью третьего сектора, так и с характером власти. Почти везде она квалифицируется как близкая ско рее к авторитарной, нежели к либеральной модели. Специальные подразделения по работе с общест венными структурах есть не во всех регионах, к принятию властных решений граждане почти лишены доступа. Тем не менее, поскольку почти во всех субъектах Федерации недавно сменилась администра ция, часть населения связывает определенные надежды с новым руководством.

Взаимодействие с бизнесом и собственная коммерция некоммерческих организаций развиты слабо.

Лидеры НКО квалифицируют отношение бизнеса к НКО и пожертвованиям как «недоверчивое», хо тя в более развитых регионах оценки принципиально иные. Так, в Благовещенске, по результатам ис следования, около 80% предпринимателей благосклонно относятся к благотворительности, правда, активны в этой сфере не более 10%.

Почти все эксперты затрудняются оценить эффект от образования системы федеральных округов. Для Чукотки он негативен: с середины 2000 года развернули серию налоговых проверок одной из наиболее активных организаций «Кайра-клуб», открыто заявив, что этого требуют из Москвы. В иных регионах подобных мер пока не последовало.

За год с момента реформы ни руководство федерального округа во главе с полномочным представите лем, ни сами НКО не предпринимали каких-либо шагов к сближению (и даже, вероятно, знакомству).

Хотя потенциально подобного рода сотрудничество интересно общественникам, у них отсутствует представление о возможных формах взаимодействия и желание в настоящий момент их изыскивать.

Приволжский федеральный округ Общая характеристика Центр Приволжского федерального округа (ПФО) — Нижний Новгород. В округе, занимающем 6,1% территории РФ, проживает каждый пятый россиянин (21,8%, или 32,2 млн. человек). В составе округа 15 субъектов РФ: Республики Башкортостан, Марий Эл, Мордовия, Татарстан, Удмуртия, Чувашия;

Кировская, Нижегородская, Оренбургская, Пензенская, Пермская, Самарская, Саратовская, Улья новская области и Коми-Пермяцкий автономный округ. Крупные города: Нижний Новгород, Самара, Уфа, Казань, Пермь (более 1 млн. человек), Саратов, Ижевск, Пенза (всего 191 город).

Округ в целом со стабильными экономическими показателями, развитой инфраструктурой, торгов лей, «полигон» для отработки многих инновационных моделей, имеющий прочные экономические связи с международным сообществом, второй по привлекательности для иностранных инвестиций.

ПФО лидирует по объемам производства промышленной продукции (24,3% против 20,9% в Цент ральном федеральном округе) и уступает последнему лишь доли процента в производстве сельскохо зяйственной продукции (24,2% и 24,3%, соответственно). Основными социальными проблемами ре гиона остаются общероссийские: низкая социальная активность, низкий уровень жизни, наркомания, социальное сиротство.

Развитие округа происходит достаточно динамично, что подтверждается и подчеркнутым вниманием к общественному сектору (пожалуй, единственный случай на фоне остальных округов;

подобная ак тивность в иных формах существует в Сибирском федеральном округе). Тем не менее, эффект этой поддержки был разным для разных регионов. К примеру, в Перми взаимодействие и до реформ шло достаточно активно, в отличие от Татарстана, где общественный сектор развивается скорее «вопреки», нежели благодаря политической системе.

Третий сектор в Приволжском федеральном округе Количество НКО в округе 81450. Наблюдается рост числа и клиентской аудитории в последние три года.

Структурная развитость в целом Средняя.

Наиболее развиты Нижний Новгород, Пермь, Самара, Саратов.

Наименее развиты Коми-Пермяцкий автономный округ, Республика Мордовия.

Наиболее распространенные типы НКО Правозащитные, экологические, «социальные»

(инвалидные и пр.), женские и пр.

Количество ресурсных центров Более 10 (Нижний Новгород — 2, Пермь — 2, Казань — 1, Ижевск — 1, Самара — 1, Саратов и др.).

Наличие community foundation В ПФО находится первая подобная структура в России — (городских благотворительных фондов) «Фонд Тольятти». Также открыт фонд в Казани.

Высокоразвитые НКО, включенные Более 80 (Нижегородское общество прав человека, в общероссийское движение «Служение», «Поволжье», отделения «Мемориала», «Дронт», «Светоч», ресурсные, кризисные центры).

Некоторые организации развивают собственные сети в округе.

Участие в общественных кампаниях Округ — важная площадка для реализации общенациональных кампаний разного толка (против СПИДа, за справедливое налогообложение, за альтернативную гражданскую службу и пр.).

Ряд кампаний носили региональный характер, например, против строительства Юмагузинского водохранилища и против строительства завода поликарбонатов в Уфе;

нижегородская акция «Белые цветы», эксперимент по отработке альтернативной гражданской службы в Перми, ряд экологических кампаний.

Источники финансовой Достаточную долю составляют пожертвования бизнеса, устойчивости НКО в регионе у ряда НКО есть опыт привлечения таких средств и опыт в получении грантов международных организаций. Последнее место в структуре финансирования занимают средства федеральных властей.

Взаимодействие HKO и власти в Приволжском федеральном округе Уровень развития третьего сектора средний, хотя в отдельных регионах его правомерно оценить как «средне-высокий» — здесь взаимодействие власти и НКО носит стабильный характер, существует вза имное доверие и осуществляются партнерские проекты. К примеру, по итогам исследования в 2000 го ду в Перми, заинтересованность в сотрудничестве с НКО проявили 89,4% опрошенных сотрудников и руководителей администраций, а уже активно сотрудничают 57,9%. В структуре власти есть специаль ные отделы по взаимодействию, информация о некоммерческом секторе находится на сервере город ской администрации. В Тольятти действует общественный фонд «Фонд Тольятти» — первый в России community foundation, интегрированная структура, в рамках которой взаимодействуют власть, бизнес и граждане.

Тем не менее, этих примеров не настолько много, чтобы перевесить негативные тенденции. В других регионах, а особенно субъектах-республиках, власть гораздо более «сконцентрирована» и попытки НКО к партнерству сознательно отвергаются (к примеру, в Татарстане до последнего времени действо вало правило о специальном взносе — несколько сот рублей — при регистрации общественной орга низации). Поэтому если в ряде регионов с 1998 года по 2001 год имел место устойчивый прогресс от ношений власти и НКО, то в других регионах власти до сих пор стараются не замечать НКО, хотя их число и клиентская база также растут. Доступ общественности к участию в принятии властных реше ний мал, вне зависимости от субъекта Федерации.

Эффективность контактов с бизнесом (в создании совместных проектов или благотворительности) также зависит от политической ситуации и степени «легальности» самого бизнеса. В регионах с силь ной властью предприниматели менее склонны к пожертвованиям либо оказывают помощь некоммер ческим организациям, близким к власти и созданным для ее поддержки. Тенденцию подобного «урав новешивания» НКО «карманными» структурами эксперты называют типичной для рассматриваемой группы регионов.

Анализ анкет экспертов показал, что изменения в жизни третьего сектора в связи с образованием сис темы федеральных округов для разных регионов в составе ПФО также неодинаковы. Если нижегород ские и пермские организации оценивают изменения как положительные или скорее положительные, то другие НКО чаще всего затрудняются дать оценку (в случаях, когда позиции местной власти более сильны), отмечая недостаток информации о деятельности полномочных представителей и мероприя тиях для некоммерческого сектора в рамках федерального округа. На фоне других федеральных округов Приволжский идет в авангарде и может похвастаться целенаправленной политикой в области третьего сектора и социальной сферы вообще. Это первый округ, организовавший масштабную ярмарку «Соци альное партнерство» осенью 2000 года в Перми, а осенью 2001 года в Саратове. В апреле 2001 года здесь состоялась конференция, посвященная перспективам развития информационного пространства ПФО.

Южный федеральный округ Общая характеристика Центр Южного федерального округа (ЮФО) — Ростов-на-Дону. По статистике, на Юге проживает 15% россиян, причем территория округа занимает только 3,5% от площади страны. В округ входят республики Адыгея, Дагестан, Ингушетия, Кабардино-Балкария, Калмыкия, Карачаево-Черкесия, Северная Осетия (Алания), Чечня, Краснодарский, Ставропольский края, Астраханская, Волгоград ская, Ростовская области. Наиболее крупные города: Ростов, Волгоград, Краснодар, Астрахань, Сочи, Махачкала, Владикавказ, Таганрог, Волжский (всего 132 города).

Это в большой степени аграрный округ, с чем также связана и «сезонность» притока экономического капитала и торговли (пиковый период — лето и осень). По экономическим показателям в целом округ занимает предпоследнюю строку рейтинга, уступая только Дальневосточному, хотя по плотности на селения — третий. Развитие субъектов Федерации в составе ЮФО крайне разнится — от сравнительно экономически благополучных (Ростовская, Волгоградская области, пр.) до регионов, которым в на стоящий момент оказывается интенсивная помощь федерального бюджета (Чеченская республика).

Политическая обстановка в целом напряженная из-за сильных позиций местной власти в ряде субъ ектов Федерации, полиэтничности региона и близости Кавказа — мощного очага конфликтов. На протяжении первого года существования новой административно-территориальной системы власти ЮФО в основном разрешали проблемы, связанные с вооруженным конфликтом в Чеченской Респуб лике и опасностью распространения терроризма.

Третий сектор округа развит неровно, НКО почти не работают в республиках в составе ЮФО, однако в крупных городах достаточно развиты. Основными проблемами региона, помимо низкого уровня со циальной и правовой защиты, называются проблемы экологического характера, проблемы, связанные с притоком беженцев и вынужденных переселенцев и молодежью (эпидемия ВИЧ, наркомания и пр.).

Третий сектор в Южном федеральном округе Количество НКО в округе Структурная развитость Средне-низкая.

Наиболее развиты Краснодарский край, Волгоградская область.

Наименее развиты Все республики.

Наиболее распространенные типы НКО Экологические, «социальные», правозащитные.

Количество ресурсных центров Около 7 (Краснодар — 1, Ростов — 1, Волгоград — 2, Сочи — 1, Новороссийск — 1, Армавир — 1).

Наличие community foundation Пока нет работающих фондов.

(городских благотворительных фондов) Высокоразвитые НКО, включенные Порядка 10 (Южнорусский ресурсный центр, «Южная в общероссийское движение волна», Фонд «Школа мира», «Конвикт», Фонд «Доброе дело», «Семь ветров», Центр экологического образования АКВА, Демократический Форум и пр.).

Участие в общественных кампаниях Активное за счет развитости экологических и правозащитных НКО (продвижение законопроекта «Введение поста Уполномоченного по правам ребенка в Краснодарском крае», против Каспийского трубопро водного консорциума, «Экобас», Антиядерная кампания).

Источники финансовой С равной частотой и в разных комбинациях — устойчивости НКО собственные средства, финансирование от местных органов власти и пожертвования. Далее следуют собственная коммерческая деятельность, гранты международных организаций.

Взаимодействие HKO и власти в Южном федеральном округе Будучи зависимым от степени экономического развития и политической стабильности, третий сектор в округе представлен неравномерно. Для организаций в крупных городах (в основном некавказской территории) в последние годы характерной была тенденция усиления влияния в масштабах города, сотрудничество с бизнес-структурами (Краснодар), профессионализация и даже усиление коалицион ности сектора (например, в Новороссийске). Следует отметить также сильные в некоторых областях позиции общественных объединений, не относящихся к третьему сектору. Например, казачество или объединения граждан, возникающие в сельских районах под влиянием обстоятельств (чаще всего свя зано с экологическими вопросами — например, «сельские комитеты» против строительства дороги Лагонаки — Дагомыс, деятельности Каспийского трубопроводного консорциума).

Однако на большей части территории округа уровень работы третьего сектора невысокий, фактически организации еще не осознают себя причастными к сектору как таковому (Астрахань и пр.). В целом ситуацию в ЮФО можно охарактеризовать таким образом: на большей части округа третьего сектора не существует вообще, однако в половине субъектов, где он существует, его «качество» растет, достигая среднероссийского уровня (далее анализируется именно эта часть).

Взаимодействие НКО и власти осуществляется в основном на уровне города, причем «персональный фактор» имеет большое значение (контакты осуществляются на уровне людей, а не организаций). В масштабах отдельных городов (Краснодар, Сочи, Армавир) завязываются партнерские отношения ме жду секторами, однако это актуально для крайне небольшого числа городов. НКО периодически вы ступают в качестве экспертов, есть примеры создания консультативных органов при местных органах власти (Благотворительный совет в г. Краснодаре), однако в структуре властных органов специальных подразделений по работе с НКО мало. Есть предпосылки перехода от утилитарных отношений к более взвешенным, однако пока недостаточные, чтобы говорить о тенденциях. Как и в целом по России, в ЮФО крайне низок доступ общественности к принятию решений.

Характер власти в регионе в целом ближе к авторитарному (особенно на уровне республик), на уровне округа прослеживается разобщенность субъектов (не говоря об «особом статусе» Чечни). Руководство ЮФО в первую очередь заинтересовано в продвижении вопросов, связанных с межрегиональной без опасностью. Некоммерческий сектор остается на ближайшие месяцы вне непосредственных интере сов власти федерального округа (экологические организации не исключают новой волны проверок).

Тем не менее, респонденты из числа НКО отмечают, что для их деятельности эффект от создания сис темы федеральных округов пока не ясен, несмотря на то, что с их стороны заинтересованность в по добном сотрудничестве существует.

В ряде регионов достаточно успешно реализуются партнерские проекты с деловыми структурами, есть крупные благотворительные проекты (программа филиала компании «Филип Моррис-Кубань» по поддержке проектов НКО, направленных на развитие культуры и искусства, социальных проектов).

Также в Новороссийске создана сеть НКО Фонда «Доброе дело», финансируемая фирмой «Дело». Од нако в ряде случаев желание работать с НКО исходит от самих корпораций, создающих благоприят ное отношение к себе в местном сообществе.

Северо-Западный федеральный округ Общая характеристика Северо-Западный федеральный округ (СЗФО) занимает десятую часть территории России, в нем про живает каждый десятый россиянин (всего 14,6 млн. человек). Центр округа — Санкт-Петербург, в со став ФО входят также республики Коми и Карелия, Архангельская, Вологодская, Калининградская, Ленинградская, Мурманская, Новгородская, Псковская области и Ненецкий автономный округ. Ос новные города СЗФО в порядке уменьшения населения: Санкт-Петербург, Калининград, Мурманск, Архангельск, Череповец, Вологда, Петрозаводск, Северодвинск, Великий Новгород, Сыктывкар (все го 152 города).

Финансовое положение округа в целом сравнительно стабильное, в федеральный бюджет отсюда по ступает около 18% налоговых платежей, хотя развитие промышленности и сельского хозяйства скорее среднее или даже низкое (некоторые субъекты Федерации существуют в основном за счет природных ресурсов и одной-двух отраслей, как, например, лесной). Экономическая активность связана с нали чием портовых городов и традиционно сильными связями с государствами Баренц-региона. Округ до статочно привычен к нынешней структуре, связи между субъектами исторически сложились. Тем не менее, ряд субъектов предпочитает развивать скорее не внутренние, а внешние связи с государствами Балтийского региона, поэтому интеграция отдельных субъектов в общие процессы невелика (Каре лия, Калининградская область).

Развитие третьего сектора по округу в целом среднее, в разных субъектах существуют сильные и про фессиональные организации, лидеры общероссийского общественного движения. В крупных городах (Санкт-Петербург) третий сектор сильный и разветвленный, активно развивающий межсекторные проекты. Главные социальные проблемы региона типичны для России вообще: низкий уровень жиз ни, плохое социальное обеспечение, наркомания и преступность, экологическая угроза, проблемы жилищно-коммунального хозяйства.

Третий сектор в Северо-Западном федеральном округе Количество НКО в округе Структурная развитость Средняя.

Наиболее развиты Санкт-Петербург.

Наименее развиты Ненецкий автономный округ, Республика Коми.

Наиболее распространенные типы «Социальные», досуговые, экологические, молодежные, женские.

Количество ресурсных центров Более 15 (Санкт-Петербург — 2, Архангельск — 1, Мурманск — 2 (также сеть по городам региона), Калининград — 1, Новгород — 1, Псков — 1, Петрозаводск — 1).

Наличие community foundation Пока community foundation в стадии становления, фонды (городских благотворительных фондов) организуются в городах Пушкин, Мончегорск и др.

Высокоразвитые НКО, включенные «Невский ангел», гуманитарно-политологический центр в общероссийское движение «Стратегия», «Гражданский контроль», «Мемориал», благотворительное движение «Золотой Пеликан», Корчаковский центр молодежных программ «Реальный путь», Центр РНО, Псковский ресурсный центр для НКО, Новгородский фонд «Здоровье и жизнь», Ломоносовский фонд, центр «Гарант», Ассоциация женщин Кольского полуострова и пр.

Участие в общественных кампаниях Кампании тематически разнопрофильные: за проведение Всероссийского природоохранного референдума, за справедливое налогообложение, программа «Прозрачный бюджет», ряд местных правозащитных и экологических кампаний.

Источники финансовой На первом месте — использование собственных средств, устойчивости НКО на втором — привлечения из местных бюджетов.

Замыкает список собственная коммерческая деятельность и средства федеральных властей.

Взаимодействие HKO и власти в Северо-Западном федеральном округе Третий сектор СЗФО развит неравномерно, для многих регионов остается актуальной проблема разоб щенности организаций (Архангельск, Мурманск и пр.), хотя профессиональный уровень за последние годы в целом возрос, увеличилось число организаций и их клиентура. К примеру, в Санкт-Петербурге респонденты оценивают годовое привлечение средств НКО в объеме 20 млн. долларов, в городе рабо тают инновационные межсекторные программы («Прозрачный бюджет» и пр.). По региону расположе на сеть достаточно сильных ресурсных центров, которые во многом берут на себя роль региональных лидеров сектора и являются проводниками инновационных моделей работы и взаимодействия.

В органах власти почти во всех субъектах существуют специальные подразделения по работе с НКО (отдел по связям с общественностью в правительстве Архангельской области, областной комитет по взаимодействию с общественными объединениями в Мурманской области, Совет по взаимодействию с НКО при губернаторе Санкт-Петербурга, отдел по связям с общественными организациями в аппа рате законодательного собрания Санкт-Петербурга и так далее). Респонденты отмечают как тенден цию создание НКО, близких к власти, что может быть объяснено как усилением самого третьего сек тора, так и ростом его привлекательности для власти как инструмента публичного управления. На пример, обновленная администрация Калининградской области с первых же дней существования принялась активно взаимодействовать с неправительственными организациями, до этого игнорируе мыми исполнительной властью. Однако оценить это взаимодействие положительно или отрицательно специалисты Калининградского ресурсного центра пока затруднились.

Нередко мобилизующим фактором сотрудничества секторов выступает поддержка (в том числе фи нансовая и организационная) от скандинавских государств, тесная работа с которыми может быть на звана особенностью третьего сектора СЗФО. Многие организации фактически копируют модели раз вития организаций Баренц-региона и более заинтересованы в интеграции в данное сообщество, неже ли в сотрудничестве со схожими НКО из иных федеральных округов. Помощь скандинавских фондов и правительств, например, обусловила более сильное и структурированное, чем в иных регионах, жен ское движение в округе.

Калининградская область, будучи отделенной от остальной территории России другими государства ми, в силу своего геополитического статуса вообще ориентирована на самостоятельную интеграцию в международное сообщество. Не очень сильный на данный момент общественный сектор региона из начально намерен сотрудничать в большей степени с Польшей и Литвой, нежели с Россией (которая проявляет малый интерес к проблемам этого субъекта Федерации).

Впрочем, в составе СЗФО есть регионы, где отношения НКО и органов власти с полной уверенно стью можно назвать сотрудничеством. Это, к примеру, Карелия, где некоммерческий сектор занял свое место в управлении, представители власти охотно осуществляют совместные мероприятия с НКО, а немалая часть государственных специалистов вообще пришла из общественного сектора (к примеру, в Минсоцзащиты республики штат специалистов по взаимодействию с общественными объ единениями был набран из активисток женских организаций). В столице Карелии Петрозаводске реа лизуются проекты по разработке и проведению конкурсов на выполнение городских заказов.

И все же в целом опыт Карелии — скорее исключение, нежели правило. По итогам экспертного опро са, интерес к НКО чаще всего сохраняет «волнообразный» характер, обостряясь в период выборов.

Совместные проекты осуществляются первым и третьим сектором в основном на городском уровне, доступ общественности к принятию решений остается маленьким, власть квалифицируется как уме ренно-демократическая.

Эффекта от введения системы федеральных округов НКО, по признаниям экспертов, не ощутили.

И хотя желание сотрудничать со стороны некоторых некоммерческих организаций наблюдается, оно пока не переросло в реальные контакты и не возбудило интерес у представителей федерального округа. Хотя явных препятствий для сотрудничества нет, одним из респондентов в качестве такового было названо отсутствие формальной структуры или куратора со стороны администрации федераль ного округа.

Взаимодействие с бизнесом в СЗФО относительно развито, сотнями исчисляются организации, име ющие постоянных жертвователей из числа бизнес-структур. Масштабы партнерства порой достаточно серьезны: так, был создан Попечительский совет при архангельском Центре поддержки НКО «Га рант», проект по экологической экспертизе осуществляется совместно экологической организацией «Зеленый крест» и пивоваренным заводом «Балтика», в Новгороде запущена модель СОБОР — «Со циально Ответственные Бизнесмены за Общественное Развитие» и пр. Отношение бизнес-структур к благотворительности также можно назвать скорее благосклонным, что отчасти связано с «балтий ским» соседством и заимствованием европейской культуры бизнеса.

Уральский федеральный округ Общая характеристика Уральский федеральный округ (УФО) — один из самых «компактных» в новой структуре, с площадью около 11% Российской Федерации и населением порядка 9% (13 млн. человек). Административный центр — Екатеринбург, в составе округа Курганская, Свердловская, Тюменская, Челябинская области, а также Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий автономные округа. Крупные города: Екатеринбург, Челябинск, Тюмень, Магнитогорск, Нижний Тагил, Курган, Сургут, Нижневартовск (всего 112 горо дов).

Признанный промышленный регион с высокой инвестиционной привлекательностью (объем ино странных инвестиций составляет 17%). Внешние отношения и торговля активны, один из центров российской газовой, нефтяной и добывающей промышленности. За счет достаточно сильных эконо мических позиций и внешнеэкономических отношений регион имеет собственный политический вес, который невозможно нивелировать введением президентского представительства. В отдельных горо дах, как правило, непосредственно связанных с добывающим комплексом, уровень жизни выше сред него, хотя в целом степень финансовой независимости весьма разнится от города к городу. Развиваю щаяся экономика ряда регионов обусловливает и большую социальную активность населения.

Развитие третьего сектора в целом по округу достаточно сильное, нередко организации работают по инновационным моделям, сильно правозащитное движение. Тем не менее, средне-высокий уровень развития третьего сектора достигается в основном наличием нескольких крупных городов, где сектор быстро прогрессирует. В иных субъектах Федерации общественного движения почти нет либо оно но сит сугубо традиционные, связанные с отстаиванием прав коренного населения, формы (Ханты-Ман сийский автономный округ). Для округа актуальны такие социальные проблемы, как рост наркома нии и распространение ВИЧ-инфекции, недостаточное социальное обеспечение, неблагоприятная экологическая ситуация.

Третий сектор в Уральском федеральном округе Количество НКО в округе Структурная развитость Средняя, местами средне-высокая.

Наиболее развиты Екатеринбург.

Наименее развиты Ямало-Ненецкий и Ханты-Мансийский автономные округа.

Наиболее распространенные типы НКО «Социальные», правозащитные, молодежные, экологические.

Количество ресурсных центров Около 10 (Екатеринбург — 2, Челябинск, Первоуральск, Верхняя Пышма, Нижний Тагил, Тюмень — по одному).

Наличие community foundation В 1999 году зарегистрирован Благотворительный фонд (городских благотворительных фондов) развития города Тюмени. В стадии регистрации фонды и в других городах.

Высокоразвитые НКО, включенные Порядка 30 (отделения «Детской и молодежной социаль в общероссийское движение ной инициативы», «Особый ребенок», «За права человека», «Матери против наркотиков», отделения общества «Мемориал», организация инвалидов «Спутник», Уральский экологический союз, благотворительный фонд «Добрая воля», Детский орден милосердия, пр.).

Участие в общественных кампаниях Так как в регионе традиционно сильно правозащитное движение, кампании как инструмент деятельности используются активно. За последние годы прошли кампании против наркотиков, фандрайзинговые, по привлечению добровольцев к работе в НКО, за справедливое налогообложение, альтернативную гражданскую службу и отмену ввоза отработавшего ядерного топлива.

Источники финансовой Для округа достаточно типично взаимодействие устойчивости НКО с бизнесом, поэтому пожертвования предпринима тельского сектора занимают одну из верхних строк, далее следуют средства местных властей, после чего собственные средства и коммерческая деятельность НКО. Почти нет средств, полученных от федеральных властей.

Взаимодействие HKO и власти в Уральском федеральном округе Эксперты отмечают в последние три года укрепление позиций третьего сектора, профессионализацию организаций, в том числе стремление выйти на рынок оказания социальных услуг, активизацию пуб личной деятельности НКО. Еще одной достаточно значимой чертой можно назвать успешное разви тие партнерских проектов с бизнес-структурами, пусть и на локальном уровне. Следует отметить, что процесс затронул как крупные, так и совсем небольшие города. Например, в Тюмени прошло не сколько грантовых конкурсов, Холдинговая группа «Сибинтел» создала именной фонд, а группа ком паний «Облкульторг» начала реализацию программы благотворительной деятельности, в Верхней Пышме развивается проект по созданию партнерств преуспевающих бизнесменов и НКО, подобные инициативы существуют в других городах Свердловской области, Челябинске, Кургане и пр.

По-прежнему суммы пожертвований в целом пока остаются небольшими, а для многих бизнесменов важную роль продолжает играть «санкционированность» благотворительности. К примеру, в Свердлов ской области губернатором патронируются два мероприятия — «Неделя милосердия» (январь) и «Ве сенняя неделя добра» (апрель). Многие предприниматели в эти дни отчисляют средства на разовые благотворительные акции, однако это делается, скорее, с санкции власти, а не по иным причинам.

Аналогичным образом развиваются модели благотворительности в городах-предприятиях, где власть и производственный комплекс фактически составляют единое целое. Реальное долгосрочное сотрудни чество бизнеса и НКО имеет место в отдельных случаях по округу.

Характер взаимодействия между региональными властями и НКО в целом медленно меняется, оста ваясь «сдержанным». Наиболее плодотворные отношения и партнерские проекты реализуются, как правило, на уровне города. Достаточно типичными уже стали ярмарки НКО, совместные мероприя тия власти и общественного сектора, в ряде случаев муниципальные гранты.

В развитых регионах специалистов НКО начинают привлекать к экспертизе проектов, инфраструкту ра взаимодействия (профильные отделы и специалисты в администрациях) в большинстве регионов присутствует. В отличие от других регионов с переходным, смешанным характером власти, эксперты отметили большие возможности доступа к участию в принятии властных решений, однако этот ресурс чаще всего мало используется НКО в продвижении своих интересов.

Сотрудничество с представителями федерального округа пока в зачаточном состоянии. За истекший год ни сами НКО, ни сотрудники УФО не предпринимали значимых шагов навстречу друг другу. Эф фект от введения системы федеральных округов для уральских организаций остается неясным, полно мочный представитель президента Российской Федерации в Уральском федеральном округе Петр Ла тышев и руководство федерального округа находятся пока подчеркнуто вне зоны влияния на местную общественность и ее инициативы. НКО до сих пор не видят перспектив взаимодействия, предпочитая развивать контакты с властями городского или областного уровня.

Сибирский федеральный округ Общая характеристика Сибирский федеральный округ (СФО) с центром в Новосибирске занимает по площади почти треть (30%) России. В округе проживают 21 млн. человек, или 14% населения государства. СФО включает республики Бурятия, Алтай, Тыва, Хакасия, Алтайский и Красноярский края, Иркутскую, Кемеров скую, Новосибирскую, Омскую, Томскую, Читинскую области, а также Агинский, Бурятский, Тай мырский, Усть-Ордынский Бурятский, Эвенкийский автономные округа. Три крупнейших населен ных пункта — Новосибирск, Омск и Красноярск, далее следуют Иркутск, Барнаул, Новокузнецк, Ке мерово, Томск, Улан-Удэ, Чита (всего 132 города).

Регион принадлежит к числу сравнительно благополучных в общей иерархии, обладая немалыми нату ральными ресурсами, развитой промышленностью и довольно значимым представительством аграрно го сектора. Сибирь — один из признанных центров науки России, здесь расположены научные центры федерального и мирового значения. Достаточно сильна и самостоятельна власть, у областей налажены частные экономические отношения с зарубежными государствами. Тем не менее, одной из специфиче ских особенностей Сибири является географическая протяженность и незаселенность многих террито рий, что обусловливает сложности коммуникации и протекания экономических процессов.

В ряде городов третий сектор демонстрирует высокое развитие и зачастую даже внедряет прогрессив ные технологии социального взаимодействия раньше, чем другие территории. Здесь много сильных организаций с оригинальными подходами и проектами. Тем не менее, третий сектор, как и в других регионах, развивается пока более активно в крупных центрах, нежели в областных мелких городах.

Социальные проблемы региона типичны: низкий уровень жизни, безработица, наркомания, экологи ческая загрязненность. СФО — второй из округов, где новая власть проявила в первый год существо вания интерес к НКО.

Третий сектор в Сибирском федеральном округе Количество НКО в округе Структурная развитость Средняя, местами средне-высокая.

Наиболее развиты Новосибирск, Красноярск.

Наименее развиты Республики Тыва и Хакасия.

Наиболее распространенные типы НКО «Социальные», образовательные, экологические и правозащитные.

Количество ресурсных центров Более 20, действует сеть Сибирского центра поддержки общественных инициатив (Барнаул — 5, Иркутск — условно 4, Новосибирск — 3, Кемерово — 1, Красноярск — 1, Томск — 1, Улан-Удэ — 1, Чита — 1, Тобольск — 1, Омск — 1 и пр.).

Наличие community foundation Работают в Рубцовске, Тобольске. Во многих городах (городских благотворительных фондов) в стадии становления (Барнаул, Новосибирск).

Высокоразвитые НКО, включенные Порядка 50 (сеть Сибирского центра поддержки в общероссийское движение общественных инициатив, «Молодые журналисты Алтая», алтайское отделение Российского детского фонда, «Сибирская инициатива», некоммерческое партнерство «Женский альянс», «Байкальская Экологическая Волна», «Гражданская инициатива», МБФ «Возрождение земли сибирской», Школа молодого лидера, Союз женщин «Ангара», Фонд «Пресса и общество», общественная организация «Инициатива», Центр «Даурия», «Фирн», «Правовое общество», отделение Национального института прессы, ресурсные центры и пр.).

Участие в общественных кампаниях Регион уже несколько лет участвует в общероссийских кампаниях (за справедливое налогообложение, против ввоза отработавшего ядерного топлива, за безбарьерную среду), кроме того, инициирует собственные (кампания против наркотиков, кампания в защиту Байкала и против целлюлозно-бумажного комбината, «Прозрачный город», социально активные школы) и т. д.

Источники финансовой Среди источников поддержки наибольшую долю устойчивости НКО занимают собственные вложения организаций, затем следуют финансирование от местных властей и пожертвования бизнеса.

Взаимодействие HKO и власти в Сибирском федеральном округе За последние три года некоммерческий сектор СФО усилился (устойчивый рост клиентуры и проект ной базы организаций) и в ряде случаев стал выступать более консолидированно, работать профессио нально, выходя за пределы собственно некоммерческой сферы. С другой стороны, есть и противопо ложная тенденция — усиление контроля со стороны власти. Следует отметить, что третий сектор в Сибири располагает также весьма солидной научной базой — почти во всех регионах проходят специа лизированные конференции по данному вопросу, есть специальные исследования, стратегии развития.

Взаимодействие между региональными властями и НКО в СФО почти повсеместно распространено, хотя само «количество» и «качество» НКО в разных субъектах Федерации несравнимо. Чиновники восприняли НКО как участника социального процесса на местах, реализуют ряд совместных про грамм разного масштаба (региональный, городской, районный) и с разными типами организаций (хотя экологические и правозащитные традиционно менее популярны, нежели чисто социальные).

К примеру, в Иркутске развивается проект по взаимодействию законодательной власти и НКО, в Крас ноярске и Омске активно продвигается идея общественно активных школ, в Омске подготовлен и про веден конкурс общественно значимых программ и пр. Однако, и это вывод одной из конференций сибирских НКО, «часто отношения с органами власти не двигаются дальше одобрения и поддержки на словах деятельности НКО, не разработана основательная законодательная и оперативная база для сотрудничества».

Тем не менее, отношения развиваются планомерно. Наиболее известные лидеры НКО лишь недавно стали привлекаться экспертами государственных структур. В администрациях появились специальные подразделения по работе с НКО, правда, порой это носит «популистский» характер — от преследова ния предвыборных целей до ограничения круга «конструктивных», по мнению власти, НКО. Напри мер, в Барнауле существует подобная должность в краевой администрации, однако специалисты ори ентированы в основном на работу с политическими партиями. В Иркутске же недавно сменившаяся областная администрация учредила новый комитет — по связям с общественными организациями, политическими партиями и национальными центрами. По отзывам экспертов, доступ общественно сти к участию в принятии властных решений невелик. К примеру, продвижение проекта «Прозрачный город» в Новосибирске встречает немало препятствий самого разного свойства.

Несмотря на то, что сотрудники администрации Сибирского федерального округа декларируют ло яльность к НКО и готовность сотрудничать, проекты, в которые вовлечен СФО («Неделя добра» и пр.), скорее, культурно-просветительского плана. Как позитивное отличие от всех остальных округов следует отметить наличие информационно-аналитического центра, который аккумулирует в том чис ле и социальную информацию по Сибири. Хотя у некоторых организаций контакты с СФО налажены (в основном, в столице округа — Новосибирске;

связи с другими субъектами гораздо слабее), эффект от образования системы федеральных округов оценить пока представляется затруднительным. НКО отмечают как препятствие для сотрудничества недостаток информации, сложности с коммуникация ми, необходимость больших затрат на связь. Также НКО «пока в неведении относительно потенци альных ресурсов и поддержки администрации федерального округа».

По итогам исследования Сибирского центра поддержки общественных инициатив, в 10 областях Си бири более 70% фирм оказывают благотворительную помощь. Значимые направления: поддержка де тей, помощь инвалидам и поддержка пожилых людей. По статусу получателя помощь распределяется на предприятия науки, культуры, здравоохранения и образования (35%), в виде адресной помощи конкретным лицам (30%) и через НКО (16%). В Сибири осуществляются и некрупные партнерские проекты между бизнесом и властью (благотворительные сезоны в Новосибирске, Омске, прочие ак ции). В крупных городах предприниматели склонны менять свое отношение, хоть и медленно, к про ектам с участием НКО. Проявляя интерес к деятельности третьего сектора, некоторые коммерческие организации находят преимущества в ведении благотворительной деятельности через фонды и иные специально созданные общественные организации.

Центральный федеральный округ Общая характеристика Москва является одновременно центром и федерального округа, и Российской Федерации, что обу словливает особенности развития округа. Четверть россиян проживает в Центральном федеральном округе (ЦФО), притом что он занимает только 4% площади (находясь в географически и климатиче ски благоприятной зоне). Округ состоит из Белгородской, Брянской, Владимирской, Воронежской, Ивановской, Калужской, Костромской, Курской, Липецкой, Московской, Орловской, Рязанской, Смоленской, Тамбовской, Тверской, Тульской, Ярославской областей и собственно Москвы. Круп нейшие города, помимо последнего: Воронеж, Ярославль, Рязань, Тула, Иваново, Брянск, Тверь, Курск (всего около 300 городов).

Лидер экономического развития России, приносящий в бюджет 50% налоговых поступлений. Густо населенный, оттягивающий на себя около 31% иностранных инвестиций, занимающий первую пози цию по всем макроэкономическим показателям, уступая лишь Приволжскому федеральному округу в объеме промышленной продукции. Однако благополучие большинства показателей объясняется ис ключительно наличием среди регионов мегаполиса Москва — Московская область. Часть регионов в составе федерального округа относятся к разряду депрессивных.

Это же определяет особенности развития сектора. В округе зарегистрировано рекордное количество некоммерческих организаций, однако это не дает права делать выводы о большей, нежели в других ре гионах, развитости сектора. Социальные проблемы региона повторяют общероссийские — низкая правовая защищенность, бедность, недостаточное развитие социальной инфраструктуры, незаня тость, наркомания, нестабильность.

Третий сектор в Центральном федеральном округе Количество НКО в округе Структурная развитость Средняя, в Москве — высокая.

Наиболее развиты Москва, с отрывом — Воронеж, Рязань.

Наименее развиты Тамбовская и Курская области.

Наиболее распространенные типы НКО «Социальные», общего типа, правозащитные и экологические, образовательные, молодежные.

Количество ресурсных центров Более 30 (Москва — не менее 15 ресурсных организаций с тематической разбивкой по направлениям, Воронеж — 2, Тверь — 1, Белгород, Брянск, Владимир, Тула, Калуга, Смоленск, Липецк — по одному, ресурсные центры подмосковных городов).

Наличие community foundation Работают в Москве (Московский благотворительный (городских благотворительных фондов) резерв), Калуге, Твери, Туле, Обнинске.

Высокоразвитые НКО, включенные За счет расположенных в Москве офисов крупных в общероссийское движение и сетевых организаций, фондов — несколько сот (CAF, Фонд «Нет алкоголизму и наркомании», Агентство социальной информации, Информационный центр независимого женского форума, Консорциум женских неправительственных организаций, Фонд защиты гласности, «Мемориал», Правозащитная сеть, Союз комитетов солдатских матерей, «Право ребенка», Московская Хельсинкская группа, Московская группа по правам человека, Социально-экологический союз, Центр охраны дикой природы, Гринпис, Центр «Заповедники», «Врачи без границ», фонд «Имена», центр «Социальное партнерство», Всероссийское общество инвалидов, «Пеленг», Антимилитаристское молодежное действие, Союз пионерских организаций — Федерация детских объединений, Форум переселенческих организаций, Центр развития демократии и прав человека и пр.). Из немосковских:

Тверской гуманитарный институт, Молодежное правозащитное действие, «НЕ ЖДИ», фонд «Стратегия», рязанский «Мемориал», «Семь Я», фонд «Наши дети», «Подруга», «Стимула», «Миссия — дети», ДАНКО и пр.

Участие в общественных кампаниях Как правило, регионы в составе округа участвуют в кампаниях, исходящих из Москвы, хотя подчас инициатива исходит и «с краев».

Источники финансовой Модели финансовой устойчивости организаций в разных устойчивости НКО регионах строятся по-разному. Достаточно значимы средства от местных властей и собственной коммерции, личные средства, привлечения от бизнеса. К сожалению, проследить какую-либо модель не представляется возможным, организации чаще всего используют диверсифицированные источники финансирования.

Взаимодействие HKO и власти в Центральном федеральном округе Ситуация в Центральном федеральном округе особая: при небольшой площади можно выделить по степени развитости три группы регионов — Москва и частично Московская область (здесь существу ют как непосредственно городские, так и областные, межрегиональные и федеральные НКО, что многократно усиливает сектор, учитывая также близость этих организаций к общей системе управле ния страной);

динамично развивающиеся и обладающие хорошим опытом взаимодействия Тверь, Воронеж, Калуга, Рязань;

по скорости и степени развития держащиеся на среднем российском уровне Орел, Брянск, Владимир, Смоленск, Тула, Ярославль и пр. В каждой из групп существуют лидеры некоммерческого сектора, работающие с самыми прогрессивными технологиями, и аутсайдеры (из 12 тысяч НКО Москвы многие именно таковы). Подобное расслоение делает очень проблематич ным вынесение комплексных оценок по ЦФО, поэтому в данной подглавке Москва и прочие регионы рассматриваются отдельно.

На уровне города Москвы, где иерархия НКО имеет сложившийся вид, взаимодействие власти с НКО осуществляется на протяжении более чем пяти лет. В составе Правительства Москвы действует Коми тет общественных и межрегиональных связей, с 1998 года проводящий конкурсы среди НКО на муни ципальное финансирование, в префектурах города существуют специалисты, ответственные за взаи модействие с НКО (или целые отделы, иногда в составе пресс-службы). Принято рамочное законода тельство: закон города Москвы «О взаимодействии органов города Москвы с негосударственными некоммерческими организациями», на территории муниципального округа действует положение «О социальном заказе», а в Северо-Западной префектуре — положение о конкурсе социально значи мых проектов. В 1998 году в Москве при поддержке Правительства города и Программы развития ООН был создан Экспериментальный центр взаимодействия общественных и государственных струк тур «Социальное партнерство».

Тем не менее, интенсивность и «качество» взаимодействия НКО и власти в Москве неодинаковы, к тому же количество НКО объективно превышает возможности Экспериментального центра взаимодействия общественных и государственных структур. Чаще всего власти идут по пути выделения «угодных», «удобных» организаций, которые участвуют в муниципальных проектах и имеют частичное местное фи нансирование, предпочитая «забывать» и не видеть «неудобных». Существует немало партнерских про ектов НКО с властями столицы в самых разных областях, но, вероятно, принадлежность к НКО так и не стала в глазах большинства московских чиновников «фактором, внушающим доверие». В налажива нии и поддержании связей большую роль играют персональные особенности и способности.

Если рассматривать ЦФО без Москвы, мы получим территорию со средним развитием некоммерче ского сектора и не очень крепкой экономикой, причем в разных городах будут особенно сильны опре деленные направления (в Рязани — правозащита, в Калуге — мигрантские объединения и пр.). Тен денции развития отношений с властью — в целом развитие, ограниченное контролем, создание при местной власти общественных палат и советов (как сейчас происходит в Воронеже). Уровень совмест ных проектов НКО и власти локальный, например, «Создание муниципального центра временного пребывания (мигрантов)» в Воротынске, месячник «В защиту старости» в Калуге, «Создание механиз ма взаимодействия между НКО, госструктурами и бизнесом на примере общественных палат губерна тора», программа «Открытый бюджет» в Ярославле. Таким образом, власть идет на лимитированные отношения с третьим сектором, определяя в каждом конкретном случае, насколько это выгодно. От региона к региону разнится и «административное обеспечение» взаимодействия (наличие профиль ных специалистов, законодательных актов и процедур работы с НКО).

Взаимодействие с законодательной властью в ЦФО — отдельная тема. За счет геополитического поло жения Москва является главным финансово-политическим центром страны (здесь расположены все министерства и службы правительства), и столичный сектор объективно привилегирован, имея воз можность напрямую работать с федеральными министерствами. Соответственно, большинство обще ственных кампаний начинаются из ЦФО и Москвы — поскольку полноценное лоббирование интере сов сектора на уровне города и более крупных образований доступно только здесь. Как показывает практика, сегодня НКО в состоянии подготовить профессиональный законопроект и сопроводитель ную документацию, тем не менее, это действенно лишь до определенного этапа — пока у НКО хватает ресурсов и связей, чтобы вести свой проект вверх по думской лестнице. Как правило, даже в процессе подготовки акта к первому чтению НКО уже во многом утрачивают контроль за ситуацией, переста вая быть единственным «игроком». Примеров тому много: кампании за справедливое налогообложе ние, за принятие закона об альтернативной гражданской службе, за запрет насилия в семье, о юве нальной юстиции и другие.

В целом по Центральному округу возможность граждан влиять на принятие властных решений крайне мала, что отмечают как эксперты-москвичи, так и жители других сегментов ЦФО. Администрация ок руга подчеркнуто ни разу не проявила сколько-нибудь значительного интереса к третьему сектору. Ор ганизации справедливо говорят об отсутствии изменений с момента создания системы федеральных округов. В этом можно усмотреть как неприоритетность данного направления для ЦФО, так и откры тое пренебрежение некоммерческим сектором или несогласованность действий НКО в достижении общей цели.

Партнерские проекты с бизнесом в ЦФО наличествуют в самых разных «номинациях» — от крупных до районных (пожертвования — один из источников финансирования НКО округа, к тому же взаимо действие с бизнесом осуществляется как на уровне транснациональных компаний, так и на уровне скромных мини-предприятий по месту жительства). Согласно исследованию Тверского гуманитарно го института города, сегодняшние предприниматели около 40% средств, расходуемых на благотвори тельность, жертвуют на программы некоммерческих организаций, а 90% жертвователей не имеют планов благотворительности. В последнее время начинают развиваться и «трехсторонние модели» вза имодействия (НКО — бизнес — власть). Наиболее динамично процесс идет в Москве, где сосредото чена основная денежная масса. Тем не менее, на уровне массового восприятия и мышления главные стереотипы об НКО, благотворительности и роли трех секторов в развитии страны не преодолены.

Наталья Барчукова РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ РЕГИОНАЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, РЕГУЛИРУЮЩЕГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ МЕЖДУ ОРГАНАМИ ВЛАСТИ И НЕКОММЕРЧЕСКИМ СЕКТОРОМ В СОЦИАЛЬНОЙ СФЕРЕ Основные задачи исследования Исследование законодательства субъектов Российской Федерации было проведено в августе 2001 года.

Его цель — изучение влияния созданного института полномочных представителей Президента РФ в федеральных округах на развитие взаимодействия в социальной сфере между органами государствен ной власти и некоммерческими организациями. Проведенное исследование позволило оценить уро вень развития институтов гражданского общества в России в период правления Бориса Ельцина и Владимира Путина, а также выявить некоторые результаты взаимодействия некоммерческих органи заций и вновь созданных органов государственной власти. Результаты исследования позволяют также сделать выводы о степени влияния отдельных институтов гражданского общества на формирование политики государства в социальной сфере.

Материалом для исследования послужили законодательные и иные нормативные правовые акты, ре гулирующие взаимодействие в социальной сфере между органами государственной власти и неком мерческими организациями, принятые органами государственной власти субъектов Российской Фе дерации в период с 1992 по 2000 год (из них 1992 — 1999 гг. — период президентства Б. Н. Ельцина, 2000 г. — период президентства В. В. Путина).

К законодательным и иным нормативным правовым актам, регулирующим взаимодействие между ор ганами государственной власти и некоммерческим сектором, отнесены такие акты законодательства, которые направлены на установление, изменение или прекращение отношений между представителя ми органов государственной власти (законодательной власти субъекта Российской Федерации, испол нительной власти субъекта Российской Федерации) и некоммерческими организациями, осуществля ющими свою деятельность на территории субъекта Российской Федерации, при условии, что деятель ность некоммерческих организаций осуществляется в социальной сфере или направлена на достиже ние общественно-полезных целей.

К законодательным и иным нормативным правовым актам, обеспечивающим взаимодействие между органами государственной власти и некоммерческим сектором в социальной сфере, были отнесены акты, направленные на:

• социальное обеспечение незащищенных слоев населения: инвалидов, тяжелобольных, детей из не благополучных семей, детей-сирот, ВИЧ-инфицированных, наркозависимых, малоимущих, пожи лых, ветеранов, беженцев;

• поддержку и создание благоприятных условий для молодежи, семьи, женщин;

• развитие и поддержку образования, науки, культуры, физической культуры и спорта, искусства, ох рану окружающей среды.

Институт полномочных представителей Президента Российской Федерации в федеральных округах Институт полномочных представителей Президента Российской Федерации начинает свою историю с 1992 года, когда был принят Указ Президента РФ от 15 июля 1992 г. N765 «Об утверждении Положе ния о представителе Президента Российской Федерации в крае, области, автономной области, авто номном округе, городах Москве и Санкт-Петербурге», который был подписан Ельциным Б. Н. Этот Указ утратил силу в феврале 1993 года (после подписания Федеративного договора в г. Москве 31 мар та 1992 г.) в связи с изданием Указа Президента Российской Федерации от 5 февраля 1993 г. N «О полномочном представителе Президента Российской Федерации в субъекте Российской Федера ции». Такое положение оставалось неизменным вплоть до 2000 года. Принятый в 1997 году Указ Пре зидента РФ N696 «О полномочном представителе Президента Российской Федерации в регионе Рос сийской Федерации» не имел особенного значения ввиду того, что в соответствии с этим Указом не значительно уточнялся статус полномочных представителей Президента Российской Федерации, а территориальное деление оставалось прежним.

Таким образом, институт полномочных представителей не является для Российской Федерации ново образованием, введенным В. Путиным. На момент реформирования института полномочных предста вителей Президента Российской Федерации новым Президентом Российской Федерации этот способ усиления централизованной власти был известен России уже около восьми лет. И если говорить о ха рактере его развития, то здесь прослеживается тенденция к укрупнению территорий, в пределах кото рых осуществляет свои полномочия представитель Президента Российской Федерации. Так, если в 1992 году речь шла о полномочном представителе в каждом субъекте Российской Федерации, в 1997 году в Указе Президента уже предусматривается возможность назначения полномочного пред ставителя на «соответствующей территории», что не ограничивает сферу деятельности одного пред ставителя Президента Российской Федерации территорией одного субъекта Российской Федерации и на основании решения Президента Российской Федерации может распространяться на другие тер ритории. До 2000 года было назначено и действовало 58 представителей Президента Российской Фе дерации в 61 субъекте Российской Федерации.



Pages:   || 2 |
 


 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.