авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Р. Н. Сабиров, Н. Д. Сабирова, Г. А. Воронов

ПРИРОДНЫЙ ЗАКАЗНИК «ВОСТОЧНЫЙ»

Введение. В Сахалинской области многие особо охраняемые природные террито-

рии (ООПТ) создавались, как правило, бессистемно, без соответствующего научного

обоснования и детального обследования местных ландшафтов, экосистем, что в ко-

нечном итоге предопределило не только случайный характер их размещения по ре-

гиону, но и отсутствие достоверного перечня охраняемых видов, четко очерченных границ и точной площади, а также всего имеющегося биологического разнообразия в них. Помимо этого, значительная часть современных ООПТ, в силу вышеуказан ных и ряда других причин, призвана сохранять уже трансформированные и, следо вательно, не уникальные и не столь эталонные экосистемы региона. Пожалуй, един ственным, не вписывающимся в этот особый ряд ООПТ, является комплексный био логический заказник «Восточный», расположенный в средней части острова Сахалин (Смирныховский р-н) и охватывающий территорию бассейнов двух нерестовых рек – Пурш-Пурш и Венгери с общей площадью 66115 га. Здесь сохранились девствен ные лесные экосистемы и другие природные комплексы с оригинальным видовым со ставом, сложной структурой и большим биологическим разнообразием. Однако соз данию рассматриваемого заказника предшествовали сложные и многолетние экспе диционные исследования по выявлению биоразнообразия растительного и животного мира, подготовка двух вариантов научного обоснования, а также соответствующие со гласования с различными ведомствами, предприятиями и другими властными струк турами, имеющие в целом 12-летнюю историю.

Первоначально территория будущего заказника по нашему предложению была включена в список «горячих точек» Сибири и Дальнего Востока, что отражено в ре золюции Международной экологической конференции, состоявшейся во Владиво стоке 26 – 28 января 1995 г. (Зыков, Воронов, Сабиров и др., 1995). Затем, после по лучения соответствующего гранта, в течение трех месяцев 1996 года в бассейнах рек Пурш-Пурш и Венгери авторами этой статьи были проведены детальные полевые ис следования по оценке состояния лесной растительности и других местных природных комплексов, а также по выявлению полного видового состава наземной флоры и фау ны. В следующие годы были исследованы отдельные горные вершины и хребты этого района. Полученные в течение многолетних работ оригинальные результаты позволи ли подготовить научное обоснование для создания на исследованной территории ком плексного природного заказника «Восточный».

Научное обоснование явилось очень важной доказательной базой о необходимо сти создания в Смирныховском районе ООПТ с целью сохранения первозданных при родных комплексов с большим биоразнообразием. Безусловно, без этого научного обо снования дальнейшего предметного разговора о создании заказника не могло быть и речи. Опираясь на это научное обоснование были проведены соответствующие согла сования с различными властными структурами, в особенности с предприятиями лесо промышленного комплекса Сахалинской области, не желавшими, на первых порах, отдавать эту высокопродуктивную лесосырьевую базу под ООПТ. Для большей убе дительности совместно с активистами – любителями природы родного края и обще ственными организациями были организованы круглые столы, сбор подписей насе ления и различные другие акции в поддержку создания заказника. В результате был создан комплексный природный заказник «Восточный», утвержденный постановле нием губернатора Сахалинской области от 7 июля 1999 г. № 245.

Однако история создания рассматриваемой ООПТ на этом не закончилась. В дальнейшем над созданным уже заказником возникла реальная угроза со стороны рыбодобывающей коммерческой фирмы «Лагуна», руководство которой находилось в Москве. Если от лесопромышленников своевременно удалось «отбиться», чему, не сомненно, содействовал и развал областной лесозаготовительной отрасли, то отсто ять статус ООПТ перед агрессивными действиями фирмы «Лагуна», направленны ми на получение рыбопромыслового участка на территории действующего заказни ка, оказалось невозможным. Решением Сахалинского областного суда от 19 апреля 2004 г. упомянутой фирме удалось аннулировать постановление губернатора о созда нии заказника «Восточный» и получить желанный промысловый участок на его тер ритории. Вероятно, этому способствовали непоследовательная позиция, занятая от дельными природоохранными структурами области, а также некоторые юридические нестыковки и другие организационно-технические упущения при законодательном оформлении статуса указанной ООПТ.

Вслед за этим решением суда пришлось вновь начинать соответствующую про цедуру оформления природного заказника «Восточный». В первую очередь, во из бежание захвата другими пользователями территория бассейнов рек Пурш-Пурш и Венгери была зарезервирована под ООПТ и включена в план природоохранных ме роприятий комитета природных ресурсов и охраны окружающей среды администра ции Сахалинской области. Затем в течение нескольких лет нами дополнительно были обследованы северные отроги Набильского хребта, уникальная гора Балаган, южные участки будущего заказника, что позволило существенно пополнить имеющиеся пер воначальные сведения о флористическом и ценотическом разнообразии местных при родных комплексов. В итоге за предыдущие и последующие этапы маршрутными ис следованиями были охвачены практически все лесные формации, биоценотические комплексы бассейнов упомянутых двух рек и их крупных притоков, основные гор ные вершины и хребты, побережье моря и другие важные участки интересующего нас района. По полученным в ходе многолетних исследований обширным материа лам был подготовлен новый, расширенный вариант научного обоснования по созда нию комплексного природного заказника «Восточный» (Научное…, 2005), который затем передали в администрацию Сахалинской области.

После подготовки расширенного научного обоснования в г. Южно-Сахалинске и Смирныховском районе, где располагается ООПТ, были проведены предусмотренные законодательством общественные слушания. Помимо этого, была осуществлена не обходимая государственная экологическая экспертиза научного обоснования, а так же организованы письма-поддержки в пользу создания заказника от различных об щественных организаций и населения, которые затем были направлены в област ную думу, губернатору и другим властным структурам. Проблемы создания заказни ка «Восточный» постоянно освещались в средствах массовой информации. В этих ак циях активное участие принимала общественная организация «Экологическая вах та Сахалина». В результате системной и многоплановой работы за создание заказни ка, положительного решения различных законодательно-правовых норм и выполне ния всех необходимых регламентирующих процедур был ликвидирован на террито рии заказника промысловый участок рыбодобывающей фирмы «Лагуна». Вслед за этим важным актом, разумеется, базируясь на расширенный вариант научного обо снования, вновь был организован комплексный природный заказник «Восточный»

регионального значения, что отразилось де-юре в постановлении администрации Са халинской области от 8 августа 2007 г. № 167-па. Остается надеяться, что эпопея соз дания заказника на этом завершилась, а растительный и животный мир на его тер ритории, включая популяции редких и исчезающих видов, будут сохранены в есте ственной среде их обитания.

Природные условия. Природные условия рассматриваемой территории, по сравне нию с другими районами области, характеризуются рядом специфических особенно стей. Здесь расположена самая высокая горная система острова Сахалин – Восточно Сахалинские горы, ориентированные преимущественно в меридиональном направле нии и состоящие из двух основных хребтов. Один из них, названный Набильским, представлен наиболее высокими горными вершинами – Лопатина, Балаган, Водораз дельная, Громова, Граничная, Невельского и других, достигающих 1300 – 1600 м над ур. м. (рис. 1). А Центральный хребет, расположенный ближе к побережью Охотско го моря, имеет гораздо меньшие высотные отметки (горы Круглая, Вышка, Останец, Керосинная и др.). Между вышеуказанными хребтами располагается обширная меж горная депрессия, побережье моря характеризуется высокими изрезанными терраса ми.

Рис. 1. Карта района бассейнов рек Пурш-Пурш и Венгери. М 1: Восточно-Сахалинские горы отнесены к наиболее древним среди известных в ре гионе геологическим образованиям и представлены палеозойскими метаморфиче скими комплексами. Они сложены кварцевыми, песчано-глинистыми и кремнисто глинистыми сланцами, песчаниками, туфами, туфобрекчиями, порфиритами и из вестняками. Кроме этого, рассматриваемые горы представлены меловыми и неоге новыми алевролитами, спилитами, андезитами, порфиритами, туффитами, а также известково-кремнистыми и песчано-глинистыми отложениями. Здесь также разви ты интрузивные породы различного состава и возраста. Мезозойский интрузивный комплекс представлен штоками, дайками и силлами пород, по составу отвечающих диоритам и серпентинитам, а меловой – породами от ультраосновного до кислого со става (Никольская, 1961;

Занюков и др., 1967;

Верещагин, 1970;

Александров, 1973;

и др.).

Горы и хребты сильно рассечены многочисленными руслами и распадками рек, ре чек и ручейков, имеют V-образную форму. Питание рек носит смешанный характер.

Подземное питание для большинства не превышает 30 %, а доля снегового питания в годовом стоке составляет около 60 %, что в значительной мере сглаживает их сезон ные экстремумы (Бродский, Ножкина, 1967).

Реки Пурш-Пурш и Венгери берут свое начало на восточных макросклонах Набильского хребта и впадают в Охотское море. Длина р. Пурш-Пурш составляет км, а р. Венгери – 35 км, нерестовая площадь их достигает соответственно 25 и 20 тыс.

кв. м;

при этом нерестилища отличаются хорошим качеством (Сахалинская…, 1994).

Каскад горных сооружений и их отрогов, чередующихся межгорными впади нами и депрессиями, а также близость Охотского моря создают в этом районе свое образный климатический режим с многочисленными вариантами мезо- и микрокли мата. По климатическому районированию территория бассейнов рек Пурш-Пурш и Венгери включена в Средне-Сахалинскую горную климатическую область, а в её пре делах – в самостоятельный климатический район –«Восточное побережье и Восточно Сахалинские горы» (Атлас.., 1967).

Согласно А. И. Земцовой (1968), специфика климата района определяется релье фом и холодным Сахалинским течением Охотского моря, поэтому условия изменяют ся при удалении от моря и с увеличение абсолютных высот. В зимнее время года наи более холодно бывает в межгорных впадинах. Самым холодным периодом зимнего се зона является январь со среднемесячной температурой около минус 22о, а в наиболее высокой части Восточно-Сахалинских гор она опускается ниже минус 24оС. По дан ным снеголавинной станции УГМС, в отдельные годы температура января может по нижаться до минус 40 – 45оС. Зима здесь многоснежная. Средняя многолетняя сум ма твердых осадков, по сведениям вышеупомянутой станции, за период с октября по май составляет 726 мм. Максимальное количество осадков выпало здесь за зиму 1990-91 г. и достигало 1183 мм. Продолжительность залегания снежного покрова на побережье составляет около 6,5 месяца, на вершинах гор – 7,5 – 8,5 месяца. На основной части территории заказника снежный покров появляется в конце октября, на вершинах гор ещё раньше, а сходит в конце мая (Шевченко, 1967;

Земцова, 1968;

и др.). Однако в ущельях гор и руслах речек северных экспозиций снежный покров можно было наблюдать и в июле, и в августе. Лето – прохладное, дождливое, с часты ми туманами. Среднемесячная температура самого тёплого месяца – августа – не под нимается выше 13–15оС, а на Набильском хребте она опускается до 12оС и ниже. Для района характерна сильная изменчивость температуры воздуха в летнее время в зави симости от направления ветра: при западных румбах она может достигать днем 36оС и выше, а при смене направления на восточные румбы – может опуститься до 3–5оС.

Вегетационный период здесь достигает 120 – 140 дней (Барабаш, Лесевич, 1967;

Зем цова, 1968).

Особенности климата, господствующие типы растительности, подстилающие гор ные породы в сочетании с геоморфологическими условиями определили почвообра зовательные процессы в районе. Здесь характерно преобладание подзолистых почв как основного типа почв тайги. Также ярко прослеживается вертикальная зональ ность почв. В нижнем поясе гор под елово-пихтовыми лесами формируются горные буро-таёжные неоподзоленные и слабооподзоленные почвы. В поясе каменноберё зовых лесов преобладают горно-лесные кислые пропитанно-многогумусные слабо оподзоленные почвы. Верхний подгольцовый пояс образуют горные сухоторфяни стые иллювиально-многогумусные почвы, развитые под зарослями кедрового стла ника, выше которых располагаются лишенные древесной растительности тундровые торфянистые почвы. Под лишайниковыми лиственничниками на рыхлых песчаных отложениях развиты горно-подзолистые почвы. В предгорной части и межгорной де прессии района они замещаются слабо- и среднеподзолистыми почвами (Ивлев, 1965;

Ивлев, Руднева, 1967;

Ивлев, 1977).

Флора и растительность. На начальном этапе исследований, когда подготавли вался первый вариант научного обоснования, нами во флоре заказника «Восточ ный» было выявлено 464 вида сосудистых растений (Сабиров, Сабирова, 2004). За тем, в ходе дополнительных исследований в течение ряда лет, на рассматриваемой территории было обнаружено еще 114 видов. В итоге в настоящее время флористи ческий состав этой ООПТ уже достигает 578 видов, распределение которых по таксо номическим группам представлено в таблице 1. Определение флористического соста ва заказника в основном производилось по системе и критериям современного фунда ментального 8-томного издания «Сосудистые растения советского Дальнего Востока»

(1985–1996), с некоторыми корректировками по С. И. Черепанову (1995). Кроме ука занных трудов, для установления номенклатуры отдельных таксономических групп растений использовались и другие специализированные научные источники (Флора СССР, 1934–1964;

Толмачев, 1959;

Определитель высших растений Сахалина и Ку рильских островов, 1974;

Ворошилов, 1966;

1982;

Баркалов, Таран, 2004;

и др.).

Таблица Таксономическое разнообразие флоры сосудистых растений заказника Количество Отделы видов родов семейств Папоротниковидные 34 21 Плауновидные 12 4 Хвощевидные 6 1 Голосеменные 5 5 Покрытосеменные 521 268 Всего 578 299 В результате многолетних исследований на территории бассейнов рек Пурш-Пурш и Венгери нами выявлено 578 видов сосудистых растений, которые представляют около 38 % от всего количества видов, известных в настоящее время на о-ве Сахалин.

Принимая во внимание тот факт, что размер рассматриваемой территории составля ет менее 1 % площади Сахалина, флору заказника можно признать богатой и разно образной. С одной стороны, это богатство определяется широким спектром экотопов, обусловленным сложным сочетанием горных хребтов и межгорных впадин, а с другой – разнообразием и контрастными вариациями климатических факторов и историко геологическими причинами.

Как можно заметить из таблицы 1, среди основных систематических групп преоб ладающее число видов относится к покрытосеменным растениям – 521 (90,1 %). Со судистые споровые и голосеменные составляют 9,9 % от общего числа выявленных здесь видов, что сопоставимо с данными об участии этих групп в сложении флор мно гих районов Дальнего Востока. В целом выявленные соотношения таксономических групп характерны для флор умеренного пояса северного полушария Земли (Малы шев, 1972).

Во флоре заказника к числу наиболее крупных семейств относятся: астровые, которые включают 63 вида (или 10,9 % от всего состава выявленной здесь флоры), мятликовые – 50 (8,7 %), осоковые – 39 (6,8 %), розовые – 36 (6,2 %), лютиковые – 31 (5,4 %), вересковые – 25 (4,3 %), гвоздичные – 20 (3,5 %), сельдереевые и капуст ные – по 17 (2,9 %), ивовые – 15 (2,6 %), гречиховые – 11 (1,9 %), норичниковые и камнеломковые – по 10 видов (1,7 %). При этом наиболее насыщенными родами яв ляются Carex – 35 видов, Poa – 12, Salix – 11, Artemisia – 10, Saxifraga – 9, Galium, Viola, Ranunculus, Calamagrostis, Equisetum, Allium – по 6 видов. На долю 10 ведущих семейств приходится 54,2 % от общего числа видов местной флоры. Судя по характе ру ранжирования и представленности ведущих семейств, флора исследуемого района в своей основе является бореальной. Первое место в спектре флоры исследуемого рай она занимает семейство астровые, что соответствует положению этого семейства во многих локальных и региональных флорах Голарктики.

Во флоре обследованной территории установлено 79 видов деревьев и кустарни ков, принадлежащих к 41 роду, что составляет около 14 % от общего числа выяв ленных здесь видов и 13,8 % от общего числа родов. Основными распространенными древесно-кустарниковыми видами являются: лиственница Каяндера, ель аянская, берёза Эрмана, пихта сахалинская, рябины смешанная и бузинолистная, ивы роси стая, удская и козья, тополь Максимовича, осина, кедровый стланик, ольха волоси стая, ольховник кустарниковый и Максимовича, багульники, черника овальнолист ная, жимолости, бересклеты, таволги и др.

В целом выявленные на территории заказника 578 видов сосудистых растений представляют 299 родов из 85 семейств, или 52 и 64 % соответственно от состава всех родов и семейств флоры острова.

Сложные тектонические процессы и соответствующий орогенез, неоднократные трансгрессии моря обусловили филоценогенез и структуру растительного покрова рассматриваемого района. Как показали наши исследования, здесь господствует зо нальная лесная растительность, представленная двумя ярко выраженными формаци ями региона: елово-пихтовыми лесами из Picea jezoensis (Siebol et Zucc.) arr., Abies sachalinensis Fr. Schmit и лиственничниками с доминированием лиственницы Каян дера (Larix cajanderi ayr.). Последние широко распространены в межгорной депрес сии между Набильским и Центральным хребтами и занимают около 30 % территории рассматриваемого заказника.

Благодаря своей экологической пластичности, лиственница произрастает как в крайне сухих, так и в сырых, с застойным увлажнением и заболоченных местообита ниях, образуя соответствующие типы лесных сообществ. Она устойчива против низких температур воздуха, мало требовательна к теплу и плодородию почвы (Усенко, 1969;

Древесная.., 1982). Именно в связи с этими биоэкологическими особенностями в бас сейнах рек Пурш-Пурш и Венгери лиственницу можно встретить от побережья Охот ского моря вплоть до верхней границы леса. Единичные экземпляры лиственницы от мечались нами в субальпийском поясе на высоте свыше 1250 м над ур. м. Исходя из условий местопроизрастания, производительность местных лиственничников также колеблется в широком диапазоне. Отдельные деревья лиственницы здесь достигают огромных морфометрических параметров и нередко доживают до 400–500-летнего воз раста, при этом часто поражаются дереворазрушающими грибами.

В сложении древостоев лиственничных лесов, кроме основного эдификатора, регу лярно участвуют ель аянская, пихта сахалинская, березы каменная и плосколистная, иногда осина, рябина смешанная, ивы и др. Доля участия их зависит от типа леса, эта пов сукцессий, эдафических условий, высоты над уровнем моря и экспозиции, а так же тесноты контакта с другими лесными формациями рассматриваемого района.

В целом на территории заказника нами выделены 29 типов и фитоценотических вариантов лиственничных лесов, объединенных в 7 групп типов леса. Более деталь ная характеристика лиственничных лесов бассейнов рек Пурш-Пурш и Венгери при ведена в соответствующей статье (Сабиров, Сабирова, 1999). Следует лишь отметить, что многие лиственничники исследованного района имеют послепожарное происхо ждение, о котором наглядно свидетельствуют старые обгоревшие или полуобгорев шие стволы деревьев.

Площадь елово-пихтовых лесов на рассматриваемой территории не превышает 20 %, и они занимают в основном предгорья и нижние части склонов Восточно Сахалинских гор (до 500 – 600 м над ур. м.), узкие долины горных рек и речек. Го могенность бореальной растительности нарушается вкраплениями долинной ин тразональной растительности с доминированием тополя Максимовича, чозении, ивы удской и сердцелистной (Populus maximowiczii Henry, Chosenia arbutifolia (Pall.). Skvorts., Salix undensis Trautv. et ey, S. cardiophylla Trautv. et ey) и др. Соответственно здесь формируются ивовые и тополевые формации или сме шанные их варианты. Между тем долинные леса, в связи с горным характером рек и слабой разработанностью их поймы, выражены слабо и занимают незначитель ные площади. Они произрастают, главным образом, по долинам в средней части бассейнов рек Пурш-Пурш и Венгери. Кроме этого, в поймах указанных водото ков и их притоков в виде узких лент и небольших локальных островков появляют ся ольховые сообщества с доминированием ольхи волосистой (Alnus hirsuta (Sach) Turcz. ex Rur.).

На тех участках заказника, где в прошлом произошли локальные лесные пожары, а это в основном в бассейне реки Венгери, формируются сообщества с доминировани ем осины (Populus tremula.) и берёзы плосколистной (Betula platyphylla Sukacz.), представляющие собой узловые стадии постпирогенных лесовосстановительных сук цессий.

В защищенных от холодных морских ветров экотопах эпизодически встречают ся фрагменты лесных сообществ с участием ильмов, клена и дуба (Ulmus laciniata (Trautv.) ayr, U. japonica (Reh.) Sarg., Acer mayrii Schwer., Quercus mongolica Fisch. ex eeb.), которые вносят в бореальный облик растительности восточно азиатский колорит.

Структура растительного покрова рассматриваемого района значительно услож няется наложением вертикальной поясности. Кроме уже упомянутых лиственнични ков и темнохвойных лесов, растительные пояса здесь представлены каменноберезо выми лесами из Betula ermanii ham., которые преимущественно произрастают в по лосе 600–850 м над ур. м., а иногда по тальвегам горных рек и ручьев они поднимают ся и выше. Вслед за каменноберезняками горные склоны до высоты 1000 – 1200 м над ур. м. прочно заняты зарослями кедрового стланика (Pinus pumila (Pall.) Regel) с уча стием ольховника Максимовича (Duschekia maximowiczii (all.) Pouzar), рябины бу ), зинолистной (Sorbus sambucifolia (ham. et Schlecht.). Roem.), вейгелы Миддендор ham...)..), фа (Weigela middendorffiana (arr.). Koch). Они здесь чередуются с разнотравными лугами субальпийского типа (рис. 2). На склонах выше зарослей кедрового стланика располагается гетерогенная высокогорная растительность, флористическое ядро ко торой составляют Phyllodoce caerulea (.) Babingt., Loiseleuria procumbens (.) Desv., Ledum decumbens (it.) o. ex Steu., Empetrum sibiricum V. Vassil. в сочетании с Arctous alpina (.) Nieenzu, Artemisia arctica ess., Hierochloe alpina (Sw.) Roem. et Schult., Solidago spiraeifolia Fisch. ex Her. и др. Консолидированный состав их дости гает 25 видов кустарников, кустарничков и многолетников, значительная часть кото рых не встречается в других растительных формациях заказника. К таковым с пол ным основанием можно отнести диапенсию обратнояйцевидную (Diapensia obovata (Fr. Schmit) Nakai), рододендрона Редовского (Rhododendron redowskianum axim.), кассиопею плауновидную (Cassiope lycopodioides (Pall.) D. Don) и ряд других видов.

Луговая растительность, кроме ее прибрежноморских вариантов, на территории заказника выражена слабо и, как правило, имеет вторичное происхождение. Луга преимущественно встречаются по речным террасам и пологим склонам, а также в межгорной равнине в виде небольших вкраплений среди лесных формаций. Основ ным эдификатором многих луговых сообществ выступает вейник Лангсдорфа (Cala magrostis langsdorffii (ink) Trin.). Нередко характерные высокотравные луга здесь формируют представители сахалинского крупнотравья: дудник медвежий (Angelica ursina (Rur.) axim.), лабазник камчатский (Filipendula camtschatica (Pall.) ax Pall.).) im.), крестовник коноплелистный (Senecio cannabifolius ess.), таран Вейриха (Acono gonon weyrichii (Fr. Schmit) Hara), белокопытник широкий (Petasites amplus Kitam.), бодяк камчатский (Cirsium kamtschaticum eeb.), борщевик шерстистый (Heracleum lanatum ichx.) и др. Они в основном предпочитают влажные и достаточно плодород.) ные условия местопроизрастания.

Рис. 2. На горных склонах заказника выше пояса каменноберезовых лесов распо лагаются заросли кедрового стланика, чередующиеся с нивальными лужайка ми. Фото Сабирова Р.

На морских террасах располагаются сообщества с участием колосняка мягкого (Ley mus mollis (Trin.) Pilg.), чины японской (Lathyrus japonicus Will.), крестовника лже.), арникового (Senecio pseudoarnica ess.) и некоторых других псаммофитов. По мере уда.) ления от побережья моря видовой состав лугов расширяется, и в них весьма часто при сутствуют кедровый стланик, рябина бузинолистная, ольховник Максимовича, багуль ники, шиповники, а также единичные особи основных лесообразующих пород.

Подытоживая характеристику растительности заказника, можно констати ровать, что она в целом сохранила естественный первозданный облик и отражает ландшафтно-зональные и вертикально-поясные особенности Сахалина. Здесь в тече ние длительного времени, возможно, во всей истории возникновения и развития боре альной растительности острова, не происходило существенного антропогенного воз действия. Причиной тому, очевидно, послужили отдаленность от населенных пун ктов и в особенности труднодоступность, обусловленная надёжным естественным ба рьером в виде наиболее высоких в регионе Восточно-Сахалинских гор. В этой связи рассматриваемая территория является единственным и, возможно, последним, срав нительно крупным и слабонарушенным участком горнотаёжных лесов о-ва Сахалин с большим биологическим разнообразием.

Животный мир. Заказник «Восточный» отличается и богатством животного мира.

В результате наших исследований подтверждено присутствие здесь 186 видов птиц, 30 видов млекопитающих, 5 видов амфибий и рептилий (табл. 2). В целом нами обна ружены представители 17 отрядов птиц, 6 – млекопитающих и по одному – рептилий и амфибий. Из наземных позвоночных животных, известных на Сахалине и Куриль ских островах (исключая группу морских животных), здесь не найдены пока предста вители только 4 отрядов птиц – голенастых, журавлеобразных, козодоеобразных, рак шеобразных.

Таблица Представленность фауны наземных позвоночных заказника по таксономическим группам Количество Классы видов родов отрядов Млекопитающие 30 23 Птицы 186 110 Амфибии 3 2 Рептилии 2 2 Всего 221 137 Если же рассматривать участие перечисленных групп животных в формировании местных природных комплексов, то окажется, что группа постоянно обитающих ви дов животных (34 вида птиц, 29 – млекопитающих, 5 – амфибий и рептилий) состав ляет в наземной фауне позвоночных данного района в общей сложности около 31 %.

Остальные две трети ее видового разнообразия представлены животными, главным об разом, птицами, с хорошо выраженным сезонным миграционным характером пребы вания. Иными словами, авифауна обследованного района, как и всей таежной зоны страны в целом, характеризуется нестабильным видовым составом по отдельным се зонам года.

Распространение животных на территории заказника неравномерное. В соот ветствии с биотопической приуроченностью видов они формируют здесь три основ ных эколого-фаунистических комплекса: горно-лесной, приречно-пойменный и прибрежно-морской.

Горно-лесной комплекс, в который мы включаем животных, обитающих как в верхнем, так и в нижнем горно-лесном поясе, сформирован, главным образом, таеж ными видами, имеющими тесные экологические связи с различными лесными форма циями (зарослями кедрового стланика, лиственничными, елово-пихтовыми и другими лесами), характерными для средней подзоны тайги Сахалина. Этот комплекс имеет в данном районе наибольшее распространение и занимает не менее 80–90 % площади обследуемой территории. В связи со слабой антропогенной и пирогенной нарушенно стью природной среды в нем сохраняется наиболее полный видовой состав птиц и млекопитающих, характерных для хвойных лесов среднего Сахалина. Наиболее широко распространенными и часто встречающимися здесь являются как многие таежно-лесные птицы (рябчик, дятлы, синицы, поползень, кедровка и др.), так и млекопитающие – соболь, белка, бурый медведь и др. (рис. 3). Довольно полно пред ставлена в этом комплексе и группа редких лесных особо охраняемых видов (дикий северный олень, кабарга, дикуша, каменный глухарь, филин). Наличие их придает местному горно-лесному комплексу особую природоохранную значимость.

Приречно-пойменный комплекс, в который входят животные, обитающие по бе регам рек, ручьев и в прилежащих к ним долинно-приречных угодьях, в отличие от горно-лесного комплекса, не имеет в данном районе столь широкого и хорошо вы раженного размещения. Нередко состав животных этих двух соседних комплексов сливается и приобретает преимущественно черты горно-лесного комплекса с незна чительным присутствием в нем околоводных форм. Последнее особенно заметно на участках сужения долин, где крутые залесенные склоны гор подходят к самому уре зу русел рек и ручьев. По сравнению с аналогичными эколого-фаунистическими ком плексами на Южном и Северном Сахалине, не выделяется он и видовым разнообра зием животных. Основными фоновыми представителями его обычно являются лишь речная выдра, американская норка, оляпка, средний крохаль да около десятка мел ких птиц (крапивник, седоголовая овсянка, горная трясогузка, перевозчик и др.) и млекопитающих (рукокрылые, грызуны, бурозубки). Наряду с этим, по сравнению с указанными районами, в меньшей степени он «засорен» и чужеземными интродуци руемыми на острове видами. В его составе, например, отсутствует ондатра, наблюда ется пока еще слабое проникновение енотовидной собаки и синантропных грызунов, и в то же время наиболее полно представлена группировка хищных и других птиц краснокнижников (орлан-белохвост, белоплечий орлан, горный дупель и др.).

Для этих охраняемых видов старые приречно-пойменные тополево-ивово-ольхо вые леса, хорошо сохранившиеся по долинам рек Венгери и Пурш-Пурш и их при токов, как и сами названные водотоки (богатые рыбой и другими кормовыми водны ми животными) являются основными местами добычи пищи и гнездования. Причем плотность обитания, например, орланов, здесь, как в немногих теперь районах реги она и в пределах их ареалов, в целом довольно высока. Учитывая это обстоятельство, а также принимая во внимание, что приречно-пойменные угодья являются главным местом обитания речной выдры (численность и район распространения которой на Сахалине в настоящее время повсеместно сокращаются), мы считаем, что приречно пойменный природный комплекс обследуемого района играет весьма существенную роль в сохранении как отдельных редких видов «местных» животных, так и зоораз нообразия островного региона в целом.

Важная роль в указанном процессе принадлежит и местному прибрежно-морскому комплексу. В него мы включаем животных, имеющих тесные биоценотические связи с морским побережьем и прилежащей акваторией. Несмотря на незначительное тер риториальное распространение, ограниченное узкой полосой морского побережья, прибрежной акваториальной зоной и приустьевыми участками рек и ручьев (рис. 4), этот эколого-фаунистический комплекс располагает жизненными возможностями, пригодными для обитания наибольшего количества видов животных – около 60 % от общего их разнообразия, зарегистрированного в данном районе. В него входят пред ставители как морской фауны (тюлени, чайки, бакланы, чистики и др.), так и многие «чисто» наземные и околоводные виды (лисица, медведь, утиные, кулики и др.), име ющие трофические и пространственные связи с морским побережьем и прилежащей акваторией. Довольно разнообразно в этом комплексе и «представительство» крас нокнижных видов птиц из соколообразных, гусеобразных, ржанкообразных и других отрядов. Образованию многовидовых сообществ здесь в значительной степени способ ствует и то обстоятельство, что морское побережье этой части острова лежит на одном из основных путей сезонных миграций птиц, обитающих не только в нашем регионе, но и за его пределами.

Рис. 3. Бурундук, пищуха и бурый медведь – типичные и довольно многочислен ные представители млекопитающих горно-лесного фаунистического комплекса заказника. Фото Калгина А.

В состав фоновых животных каждого рассматриваемого эколого-фаунистического комплекса входят по 22 – 36 видов наземных позвоночных (не считая амфибий и реп тилий). При этом некоторые эвритопные виды (бурозубки, мелкие грызуны, вороны и др.) могут одновременно входить в состав нескольких ценозов. Фаунистический фон всех трех комплексов создают в общей сложности около 80 видов птиц и млекопита ющих, что составляет 37 % от известного их здесь общего разнообразия (216 видов).

Рис. 4. Приустьевые участки рек – наиболее типичные места размещения жи вотных прибрежно-морского фаунистического комплекса заказника. Устье реки Пурш-Пурш (левый снимок) и устье Венгери. Фото Сабирова Р.

По характеру пребывания фоновые виды местных животных можно объединить в три группы: постоянно обитающие на данной территории (составляющие 45 % от количества всех фоновых видов), гнездящиеся пролетные птицы, встречающиеся здесь ежегодно с мая по сентябрь-октябрь (36 %) и пролетно-кочующие птицы, не размножающиеся, но входящие в состав рассматриваемых комплексов во время се зонных миграций и периодических кочевок (19 %). Наиболее стабильным составом фоновых видов выделяется горно-лесной комплекс. Постоянно обитающие (в тече ние календарного года) виды занимают в нем свыше 80 % списочного состава живот ных. Менее постоянен во времени состав прибрежно-морского комплекса, где груп па таких видов составляет всего около 20 %. Микропопуляции других 136 видов птиц и млекопитающих местной фауны наземных позвоночных не выделяются мно гочисленностью и широким распространением на обследуемой территории.

Рассматривая количественную структуру сообществ, формирующих эти фаунис тические комплексы, следует отметить, прежде всего, замеченную нами рез кую нестабильность численности и плотности обитания мелких млекопитающих (бурозубок, полевок и др.) по сезонам и годам. Относительная численность даже та ких широко распространенных здесь фоновых видов, как красная полевка и восточно азиатская мышь (основных пищевых объектов соболя, лисицы и ряда плотоядных птиц), составляла летом 1996 г. во многих свойственных им стациях не более 4 %.

Осенью, в процессе размножения зверьков, этот показатель возрос до 5–6 % и до но ября вышеуказанного года оставался на уровне, в 2 – 3 раза меньшем средней много летней численности этих видов, экстраполируемой (Артюхов и др., 1992) для мест ных их популяций. Лишь в отдельных биотопах (кедровостланиковые и приречные ценозы) плотность их обитания достигла к осени исследуемого периода 8–10 %.

Вопреки ожиданию, при наличии прекрасных гнездовых и защитных условий, сравнительно невысокой оказалась здесь плотность обитания и основных охотничье промысловых видов зверей – соболя, лисицы, белки, норки, выдры. Средние показа тели плотности этих млекопитающих находятся на уровне, характерном для многих «обычных» охотничье-промысловых районов Сахалина. Это обстоятельство мы все цело связываем с интенсивным многолетним производством промысловой охоты на территории бассейнов рек Венгери и Пурш-Пурш (о чем свидетельствуют имеющи еся ставки капканов и разветвленная сеть зимовий, построенных здесь в течение по следних 20 – 30 лет), а также с плохим состоянием кормовой базы этих животных в 1996 году. Видимо, в этой связи осенний рацион местных соболей, например, состо ял исключительно из растительной пищи (различных ягод и орешков кедрового стла ника);

белки, уже в начале ноября, поедали семена «кислой» шишки;

у норки и вы дры отмечались значительные переходы в поисках рыбных мест;

а бурый медведь, вплоть до созревания орешков кедрового стланика и ягод рябины, компенсировал не достаток рыбных кормов за счет поедания большего количества трав и ягод (брусни ки, шикши и черники). Не исключено, что имевший место в октябре нетипичный слу чай неспровоцированного нами намеренного нападения медведя на одного из членов нашей экспедиционной группы был обусловлен именно недостаточной обеспеченно стью этих зверей животными кормами.

Однако следует заметить, что, несмотря на неблагоприятные трофические усло вия, плотность обитания бурого медведя здесь в 1996 году (а по опросным сведени ям, и раньше) была заметно выше, чем в других более обжитых человеком районах острова. Подобные высокоплотностные сообщества этого вида мы отмечали в Саха линской области только на полуострове Шмидта и в заповеднике «Курильский» на острове Кунашир. Мы полагаем, что столь высокая плотность обитания медведя со храняется в этом отдаленном и труднодоступном районе благодаря отсутствию зна чительного пресса на его популяцию «законной» и браконьерской охоты. Во всяком случае, на протяжении всех выполненных маршрутов в заказнике нам лишь однаж ды встретились явные признаки (погибшая особь) возможной охоты на этого зверя в ранневесенний период 1996 г.

Таким образом, на основании приведенных материалов мы считаем, что фаунис тические комплексы территории, занятой бассейнами рек Венгери и Пурш-Пурш, находятся в удовлетворительном состоянии. Здесь отмечен наиболее полный состав фауны наземных позвоночных животных, характерных в целом для центральных районов Сахалина;

наблюдается довольно высокая насыщенность различных природ ных комплексов фоновыми видами птиц и млекопитающих;

сохраняется промысло вый уровень плотности населения многих пушных видов зверей, а численность ми кропопуляции бурого медведя достигает весьма высокого уровня.

Кроме рассмотренных выше позвоночных животных, на территории заказника обитает множество отрядов, семейств и видов беспозвоночных животных (жуков, ба бочек, сетчатокрылых, двукрылых, пауков и др.), в т. ч. редких и исчезающих пред ставителей энтомофауны, требующих более основательного и детального изучения (Клитин, 2003).

В реках Пурш-Пурш и Венгери и их многочисленных притоках встречается около двух десятков видов рыб. Местная ихтиофауна в основном представлена проходными и полупроходными видами из семейства лососевых: горбуша, кета, ки жуч, сима, cахалинский таймень, кунджа, южная мальма и др. (Сафронов, Никифо ахалинский ров, 1995;

2003;

Гриценко и др., 1987;

Гриценко, 2002;

и др.). Заполняемость водото ков лососевыми, благодаря оптимальным гидрологическим и термическим режимам нерестилищ, весьма высокая и существенно отличается от других районов острова, подверженных антропогенным преобразованиям.

Оценивая современное состояние сообществ животных на территории заказни ка, следует также отметить следующие важные обстоятельства. Во-первых, зооцено зы в районе рек Венгери и Пурш-Пурш формировались в течение последних 150– лет в условиях, исключающих существенное широкомасштабное воздействие пиро генных факторов на природные системы и смену в них первичных зональных лесов.

Во-вторых, судя по историко-археологическим материалам (Козырева, 1967;

Васи льевский, Голубев, 1976;

и др.) и результатам нашего обследования, эти экосисте мы не подвергались также значительному антропогенному прессу. Здесь никогда не было крупных населенных пунктов, не велись промышленные рубки леса, нет до рог и не разрабатывались запасы минерального сырья. Антропогенное воздействие на них определялось в последние два века главным образом лишь масштабами про мысловой и любительской охоты да прибрежно-речного рыболовства. Таким образом, образовавшиеся здесь различные зооценозы, очевидно, представляют собой сообще ства, типичные для Восточно-Сахалинского горного округа подзоны средней темно хвойной тайги острова, эволюционно сложившиеся при незначительном антропоген ном воздействии. При имеющемся на Сахалине дефиците экосистем, слабо нарушен ных хозяйственной деятельностью и пожарами, указанные обстоятельства придают природным комплексам обследуемого района особенно высокую природоохранную и научную ценность в отношении различных систематических и экологических групп животных.

Редкие и исчезающие виды. На территории заказника произрастает 34 вида ред ких и исчезающих растений, включенных в Красные книги различных рангов, доля которых в общем составе флоры указанной ООПТ составляет около 6 %. Из них видов представляют категорию «краснокнижных» растений бывшего СССР (Красная книга…, 1984), 8 видов – Российской Федерации (Красная книга…, 1988), 21 вид реко мендованы к охране на Дальнем Востоке (Харкевич, Качура, 1981), а 22 вида включе ны в Красную книгу Сахалинской области (2005). Из списка областной Красной кни ги на территории заказника произрастают следующие редкие и исчезающие виды:

астрагал сахалинский (Astragalus sachalinensis Bunge), двулистник Грея (Diphy lleia grayi Fr. Schmit), долгоног крылатосемянный (Macropodium pterospermum Fr.

Schmit), ива Кимуры (Salix kimurana (iyabe et Tatew.) iyabe et Tatew.), костенец зеленый (Asplenium viride Hus.), миякея цельнолистная (Miyakea integrifolia iyabe et Tatew.), незабудочник сахалинский (Eritrichium sachalinense. Po.), остролодоч..), ник известняковый (Oxytropis calcareorum N. S. Pavlova), пион обратнояйцевидный (Paeonia obovata axim.), поповиоколокольчик узкоплодный (Popoviocodonia steno carpa (Trautv. et ey.) Fe.), прострел Татеваки (Pulsatilla tatewakii Kuo), родиола розовая (Rhodiola rosea.), рододендроны Адамса и Редовского (Rhododendron adam sii Reh., R. redowskianum axim.), дрема сахалинская (Melandrium sachalinense (Fr.

Schmit), стенантиум сахалинский (Stenanthium sachalinense Fr. Schmit), скрыто. ), кучница Стеллера (Cryptogramma stelleri (S. G. Gmel.) Prantl), мекодий Райта (Meco dium wrightii (Bosch) oel.), седлоцветник сахалинский (Ephippianthus sachalinensis Reichenb. fil.), дендрантема монгольская (Dendranthema mongolicum (ing) Tzvel.), красивоцветник сахалинский (Callianthemum sachalinense iyabe et Tatew.), мытник Коидзуми (Pedicularis koidzumiana Tatew. Et Ohwi).

Вышеприведенная категория растений составляет 12,2 % от всего списочного со става редких растений Сахалинской области и свидетельствует о значительной кон центрации этой группы видов на рассматриваемой территории. К тому же, если при нимать во внимание размер заказника, который не достигает и 1% площади острова, а также тот факт, что значительную часть «краснокнижных» растений области со ставляют курильские виды, то исследованный район на о-ве Сахалин можно считать очень насыщенным и богатым редкими видами. Даже в государственном заповедни ке «Поронайский», расположенном южнее заказника «Восточный», выявлено гораз до меньшее количество редких видов сосудистых растений – здесь достоверно извест но произрастание лишь двух видов растений, включенных в Красную книгу России, и четырех – в редкие виды Сахалинской области.

Кроме этого, на анализируемой территории проявляется высокий эндемизм и до стигает 31 вида, или 80 %, от их общего количества в регионе. Более того, в заказ нике встречается два монотипных эндемичных рода – миякея и поповиоколоколь чик. Каждый из них здесь представлен единственным видом: миякеей цельнолист ной (рис. 5) и поповиоколокольчиком узкоплодным. Миякея ранее считалась лишь высокогорным растением (Толмачев, 1950;

Егорова, 1968;

Черняева, Егорова, 1968;

и др.), однако она в заказнике довольно регулярно нам встречалась и в слабосомкну тых лишайниковых лиственничниках на высоте 130 – 160 м над ур. м. (Сабиров, Са бирова, 1999;

2000).

Рис. 5. Знаменитый сахалинский эндемик – миякея цельнолистная, кроме ис следованного района, больше нигде в мире не встречается. Фото Сабирова Р.

Безусловно, такая насыщенность редких и эндемичных растений на столь неболь шой территории стала возможной лишь благодаря девственности большинства эко систем и растительного покрова в целом. Именно из-за длительной сохранности в ис следованном районе коренных сообществ, каждое из которых служит своеобразным рефугиумом, или «убежищем», для редких и эндемичных растений, их микропопу ляции находятся в благополучном или удовлетворительном состоянии, а дальнейшая их судьба зависит от эффективных мер охраны рассматриваемого заказника.

На основании опубликованных материалов (Красная книга РСФСР, 1983;

Красная книга СССР, 1984;

Редкие позвоночные.., 1989;

Нечаев, 1991;

Красная книга Саха линской области, 2000) и собственных наблюдений в группе особо охраняемых «крас нокнижных» представителей местной фауны зарегистрировано 38 видов (35 видов птиц, 3 – млекопитающих). Из млекопитающих нами здесь отмечены рысь, сахалин ская кабарга, дикий северный олень, а из птиц – чёрная казарка, пискулька, гумен ник, сухонос, лебедь-кликун, малый лебедь, мандаринка, скопа, малый перепелят ник, беркут, орлан-белохвост, белоплечий орлан, кречет, сапсан, чеглок, каменный глухарь, дикуша, черный журавль, охотский улит, круглоносый плавунчик, лопа тень, краснозобик, острохвостый песочник, горный дупель, дальневосточный кронш неп, розовая чайка, камчатская крачка, длинноклювый пыжик, белая сова, филин, мохноногий сыч, воробьиный сыч, ястребиная сова, бородатая неясыть, японская за вирушка.

От общего количества найденных здесь видов наземных позвоночных животных (221 вид) эта группа, в общей сложности, составляет около 17 %. Это довольно высо кий показатель насыщенности района редкими животными, т. к. на всей территории Сахалинской области он составляет для терио-авифауны (вместе со многими видами морских животных – птицами, тюленями, китами и др.) тоже 17 %.

В рассматриваемой группе птиц и млекопитающих имеется 20 видов (около 70 % списочного состава), внесённых в Красные книги бывших СССР и РСФСР, вместе с тем, дополнительно к этому количеству, 16 видам, внесенным в Красные книги Япо нии, Южной Кореи и МСОП, придан международный статус охраны. Таким образом, животные, входящие в местную группировку редких видов, имеют в целом не только региональный и федеральный, но и международный уровень охраны.

В зависимости от характера обитания в интересующем нас районе всех известных здесь редких животных можно объединить в три группы, разместив их в следующей последовательности: группа не размножающихся пролётных и пролётно-кочующих птиц, встречающихся здесь в течение нескольких недель в отдельные сезоны года, – 19 видов (50 % списочного состава зарегистрированных редких видов);

группа гнез дящихся и возможно гнездящихся перелетных птиц, обитающих в данном районе в течение 5–6 месяцев в году, – 9 видов (более 20 % состава) и группа постоянно обита ющих животных – 7 видов птиц и 3 вида млекопитающих (около 26 % видового раз нообразия местных «краснокнижников»).

Как показали наблюдения, особенно высокоплотностные сообщества образуют здесь белохвостый и белоплечий орланы (рис. 6). Расстояние между каждыми двумя гнездами этих птиц в приречно-пойменном комплексе на р. Венгери с притоками, со ставляет, например, не более 6–8 км. Экстраполяция этих данных, даже на полови ну протяженности долин рек Венгери и Пурш-Пурш и наиболее крупных их прито ков (в общей сложности примерно 50–60 км), даёт основание полагать, что в обследу емом районе гнездилось в 1996 г. не менее 15–20 пар обоих видов. За сезон размноже ния они могут вырастить (при минимальной биологической плодовитости – 1 птенец на брачную пару) 15–20 молодых. Исходя из указанных расчетов, численность бело хвостого и белоплечего орланов здесь в предмиграционный период может достигать, вероятно, 45 – 60 особей. Это довольно высокий показатель их обилия, если учесть, что на всей территории Сахалина гнездится немногим более 200 пар этих птиц (Неча ев, 1991). Часто встречаемыми видами остаются они и осенью (октябрь – начало ноя бря). В наиболее кормных (рыбных) местах рек с одного места удается нередко видеть одновременно от 2 до 8 кормящихся, отдыхающих и пролетающих орланов. Частота встречаемости их в это время (при примерно равном количестве обоих видов) состав ляла в горно-лесном, прибрежно-морском и приречно-пойменном комплексах в сред нем, соответственно, 0,2–0,3 и 0,5 особи на 1 км маршрута. Возможности формирова ния столь высокоплотностных группировок этих хищных птиц в значительной сте пени способствуют отличная кормовая база (многочисленные проходные и полупро ходные рыбы в реках заказника и прибрежной акватории – горбуша, кижуч, кунджа, голец и др.), наличие удобных мест для гнездования (скалы, старые приречно пойменные леса), а также отсутствие существенного фактора беспокойства со сторо ны человека в этом пока ещё труднодоступном районе острова.

Сравнительно редка в этом отдаленном лесном районе дикуша (рис. 7). Её присут ствие обнаружено только в местах произрастания климаксовых елово-пихтовых ле сов, где следы её жизнедеятельности отмечались нами не на каждом маршруте. Не ис ключено, что низкая плотность её обитания обусловлена особенностями биологии. Во всяком случае, в других районах Сахалина она является также довольно редко встре чающимся видом (Нечаев, 1991).

Рис. 6. Орлан белоплечий – довольно многочисленный представитель «краснок нижной» группы животных в заказнике (левый снимок – Воронова Г.;

правый – Калгина А.) Однако северный олень оказался здесь вполне обычным представителем редких видов. Разветвленная сеть хорошо набитых «вековых» троп, часто встречающиеся свежие поеди, следы и экскременты разновозрастных особей, признаки «чистки» мо лодых рогов, находки сброшенных рогов, а также случаи визуального наблюдения са мих животных в различных биотопах свидетельствуют в общей сложности, что оле ни довольно широко распространены в районе рек Пурш-Пурш и Венгери и заселяют его в течение года как минимум с апреля по ноябрь. Здесь у них происходят отел, вы кармливание молодых особей и гон. После последнего, широко кочуя в данном райо не «вдоль и поперек» долин, распадков и водораздельных увалов, олени перемещают ся в верховья рек, переваливают хребты и сосредоточиваются на зимний период в ма лоснежных участках Восточно-Сахалинских гор, а также, видимо, в тундроподобных ландшафтах Тымь-Поронайской низменности. Весной эти животные снова откочевы вают в обратном направлении. В связи с отсутствием авиаучетных работ мы не можем привести конкретных сведений о численности оленей, концентрирующихся в обсле дуемом районе. По регистрируемой нами частоте встречаемости их следов (3 – 5 пере сечений на каждый 5 – 6-километровый участок маршрута) и грубым расчетам сред ней протяженности суточного хода зверей можно лишь предположить, что плотность обитания «местного стада» северных оленей в летне-осенний период составляет около 0,20 – 0,48 особи на 10 кв. км угодий.

Рис. 7. Дикуша крайне редко встречается на о. Сахалин и территория заказни ка является одним из последних «убежищ» для этого вида. Фото Мейжиса А.

Наряду с удовлетворительным состоянием микропопуляции северного оленя и во преки ожиданиям, размещение и плотность населения здесь другого «краснокниж ного» парнокопытного – сахалинской кабарги оказались незначительными. Следы жизнедеятельности этого оленя регистрировались только в старых, сильно захлам ленных участках темнохвойных лесов в горно-скальной местности, в т. ч. и возле мор ского побережья. На значительной части территории обследуемого района с более вы ровненным рельефом, несмотря на пригодность трофических условий в лесных цено зах, не нарушенных (в течение последних 150–200 лет) промышленными рубками и лесными пожарами, эти звери не встречены. То есть, места её обитания приурочены, главным образом, к стациям переживания, где облесенные скалы с наличием «отсто ев» дают ей надёжную возможность спасения от хищников. В этой связи мы не исклю чаем, что столь неравномерное размещение кабарги по угодьям может быть вызва но последствиями враждебных отношений к ней соболя, лисицы, орланов и челове ка. Для выяснения этого вопроса, а также поиска указываемой здесь рыси (Наземные млекопитающие…, 1984), безусловно, требуются специальные исследования.

Помимо позвоночных представителей рассматриваемой категории животных, здесь встречается также немалое количество редких видов насекомых, требующих целенаправленного изучения (Клитин, 2003). А из «краснокнижных» видов рыб в реках Пурш-Пурш и Венгери отмечается сахалинский таймень (Parahucho perryi (Brevoort), занесенный в Красную книгу не только Сахалинской области, но и Россий ской Федерации.

Антропогенное воздействие и проблемы охраны. Как можно было заметить из вы шеизложенных материалов, рассматриваемая территория является одним из слабо нарушенных человеком природных уголков региона. Однако к началу наших иссле дований в этот нетронутый район с высокопродуктивными крупными лесными мас сивами устремились различные лесозаготовительные предприятия. С юга лесовозную дорогу в сторону заказника тянули с реки Малые Лангери на р. Бора, верховья ко торой располагаются всего в 2 км от бассейна р. Венгери. А с севера лесозаготовите ли уже подвели дорогу к р. Пурш-Пурш, пройдя сплошными рубками часть левобе режной равнинной территории, занятой бассейном крупного её притока – руч. Нивх ский (рис. 8). Нет необходимости комментировать предлагаемые фотографии. Они до вольно наглядны в отношении «хозяйствования» современных лесозаготовительных предприятий в лесном фонде Сахалинской области и с бесстрастной очевидностью по казывают возможную степень деградации лесных экосистем и их компонентов в ре зультате такой деятельности.

На территории бассейнов рек Венгери и Пурш-Пурш довольно длительное время, еще задолго до организации заказника «Восточный», проводилась промысловая охо та, о чем свидетельствуют имеющиеся ставки капканов и разветвленная сеть зимо вий, построенных здесь в течение последних 20 – 40 лет (рис. 9). Безусловно, такой вид антропогенного воздействия непосредственным образом и негативно отразился на плотности обитания основных охотничье-промысловых видов зверей – соболя, лиси цы, белки, норки, выдры.

Кроме лесозаготовительных предприятий, к этому нетронутому уголку приро ды Сахалина устремились и рыбодобывающие фирмы. С 1997 г. ими неоднократно осуществлялись попытки промыслового лова лососей ставными неводами и созда ния рыбных станов в устье нерестовых рек рассматриваемой территории (рис. 10).

Ставные невода, установленные в непосредственной близости от устьев рек Венгери и Пурш-Пурш, несомненно, будут негативно сказываться не только на заполнении нерестилищ и численности лососей, но и иметь отрицательные генетические послед ствия.

Селективный вылов, неравномерная нагрузка на различные локальные стада при пренебрежительном отношении к популяционной структуре добываемого вида, без условно, приведут к деформации фенетического и генетического разнообразия, а в конечном итоге к обеднению генофонда в целом (Пианка, 1981;

Айала, 1984;

Ябло ков, 1987;

Жизнеспособность…, 1989). При этом мы можем повторить печальный опыт своих соседей на противоположном берегу Тихого океана, которые в результа те непродуманного и мощного антропогенного пресса практически полностью уни чтожили природные популяции лососей (Nehlsen et al., 1991;

Hilborn, 1992;

Grego ry, Bisson, 1997;

et al.). После этого они стали усиленно заниматься искусствен,,.).

ным воспроизводством ценных видов лососевых рыб, однако даже многомиллион ные финансовые вложения в этот процесс пока еще не увенчались успехом и никак не могут вернуть утерянные позиции диким популяциям лососей (Лихатович, 2004).

Рис. 8. Первые результаты антропогенного воздействия на лесные экосисте мы обследованного района. Лесовозная дорога к реке Бора (верхний снимок) и лесосека в средней части левобережья р. Пурш-Пурш. Фото Сабирова Р.

Из вышесказанного со всей очевидностью следует, что дальнейшее сохранение всего имеющегося биологического разнообразия, в том числе уникальных естественных ло сосевых популяций в нерестовых реках заказника, несовместимо с какими-либо ан тропогенными вмешательствами и преобразованиями природных комплексов рас сматриваемого района.

Рис. 9. Разветвлённая сеть ставок капканов и зимовий свидетельствует об ин тенсивной промысловой охоте в районе рек Пурш-Пурш и Венгери. Фото Воро нова Г.

Рис. 10. Рыболовные снасти и ставной невод, установленный в районе устья р. Венгери частной фирмой «Лагуна» летом 2005 года. Фото Калгина А.

Все компоненты природных комплексов заказника взаимообусловлены и тесно взаимосвязаны между собой, являются «звеньями одной цепи», четко «подогнан ных» и коадаптированных друг к другу за тысячи и миллионы лет эволюции, и в этой связи любое воздействие или нарушение одной составной части из них может вызвать негативные, а порой и непредсказуемые катастрофические изменения других. В част ности, промышленные рубки леса могут ухудшить не только кормовую базу и усло вия обитания животного мира, но и значительно снизить экологическую роль лесно го биома. Нарушение лесной обстановки, лесистости водосбора, например, приводит к изменению гидрологического и термического режимов рек, объема стока, вызывает оползни, эрозию почв, следовательно, заиление нерестилищ. А неизбежное при этом повышение летних температур уменьшает содержание в воде растворенного кисло рода, ухудшает условия питания, химический состав воды и, в конечном итоге, сре ду обитания ценных видов лососевых рыб (Канидьев, Салмин, 1970;

Рухлов, 1971;

Клинцов, 1973;

1984;

Шершнев и др., 1975;

1982;

nerson, 1974;

и др.).

Строительство различных сооружений, в том числе рыбных станов, а также рыб ный промысел в приустьевой части рек Пурш-Пурш и Венгери и в прибрежно-морской зоне, кроме всего прочего, будет служить дополнительным фактором беспокойства для прибрежно-морского фаунистического комплекса (медведей, лис, орланов, чи стиков, бакланов, чаек, тюленей, сивучей и др., в т. ч. редких видов), имеющих тес ные биоценотические связи с морским побережьем и прилежащей акваторией. Ука занные виды человеческой деятельности будут мешать свободной миграции живот ных, ухудшать кормовую базу, угрожать их потомству, нарушать в целом естествен ные стации и биотопы. Принимая во внимание высокую численность и разнообразие этой группы животных (около 60 % от общего выявленного состава), а также неболь шую площадь их размещения в пределах узкой полосы морского побережья, рассма триваемый вид антропогенного воздействия будет весьма существенным и разруши тельным для местных зоосообществ. Кроме этого, при использовании ставных и за кидных неводов в прибрежно-приустьевой части Охотского моря или работе тралово го флота при донных тралениях будет происходить механическое разрушение шель фовых и донных биоценозов, сокращение численности и биоразнообразия проходных и полупроходных, донных и придонных видов рыб, а также ухудшение мест нагула, трофических условий и среды их обитания в целом.

Все это никак не может сочетаться с природоохранным назначением рассматрива емой территории и приведет лишь к негативным изменениям в местных сообществах.

Для сохранения в естественном состоянии эталонных и уникальных наземных экоси стем с высоким биологическим разнообразием, а также диких популяций ценных ви дов тихоокеанских лососей двух нерестовых рек необходимо исключить любые виды антропогенного воздействия на природные комплексы бассейнов рек Пурш-Пурш и Венгери, приустьевой и устьевой зон, а также прилежащей морской акватории в пре делах 1 км.

И, наконец, следует особо подчеркнуть, что эффективное сохранение уникаль ных и эталонных природных комплексов, популяций редких и исчезающих видов и всего биоразнообразия заказника «Восточный» возможно лишь при создании реаль ной охранной службы с соответствующим целевым финансированием. При положи тельном решении вышеуказанных проблем мы будем способствовать не только со хранению биологического разнообразия наиболее обширной на острове ландшафт ной подзоны средней тайги, но и получим уникальную природную лабораторию для эколого-биоценотических исследований и многолетнего мониторинга происходящих здесь естественных процессов.

Полагаем, что заказник «Восточный» по своей природоохранной, научной и эсте тической значимости, безусловно, может служить в дальнейшем неотъемлемой базой создания здесь государственного «Восточно-Сахалинского заповедника». В настоя щее же время природоохранная функция заказника, по оценке зарубежных специа листов, намного превышает его «областной статус», а в отношении лососевых рыб, по их мнению, «Сахалин имеет возможность стать лидером в защите лососевых для всего мира, который… последует ему, используя заказник «Восточный» как модель» (Мар тин, 2004).

ЛИТЕРАТУРА Айала Ф. Введение в популяционную и эволюционную генетику. М.: Мир, 1984.

232 с.

Александров С. М. Остров Сахалин. М.: Наука, 1973. 184 с.

Артюхов Н. И., Волков В. И., Евсеева Т. И. и др. Атлас природно-очаговых болез ней Сахалинской области. Хабаровск, 1992. 40 с.

Атлас Сахалинской области. М.: ГУГК, 1967. 135 с.

Барабаш В. Е., Лесевич О. И. Климат // Атлас Сахалинской области. М.: ГУГК, 1967. С. 60 – 61.

Баркалов В. Ю., Таран А. А. Список видов сосудистых растений острова Сахалин // Растительный и животный мир острова Сахалин. Часть 1. Владивосток: Дальнау ка, 2004. С. 39 – 66.

Бродский А. С., Ножкина Л. Б. Поверхностные воды // Атлас Сахалинской обла сти. М.: ГУГК, 1967. С. 84.

Васильевский Р. С., Голубев В. А. Древние поселения на Сахалине. Новосибирск:

Наука, 1976. 270 с.

Верещагин В. Н. Основные черты геологического строения Сахалина // Геология СССР. Т. ХХХIII. Остров Сахалин. Геологическое описание. М., 1970. С. 29–37.

Ворошилов В. Н. Флора советского Дальнего Востока. М.: Наука, 1966. 478 с.

Ворошилов В. Н. Определитель растений советского Дальнего Востока. М.: Нау ка, 1982. 672 с.

Гриценко О. Ф., Ковтун А. А., Косткин В. К. Экология и воспроизводство кеты и горбуши. М.: Агропромиздат, 1987. 166 с.

Гриценко О. Ф. Проходные рыбы острова Сахалин. Систематика, экология, про мысел // М.: Изд-во ВНИРО, 2002. С. 247.

Древесная флора Дальнего Востока. М.: Лесная пром-сть, 1982. 224 с.

Егорова Е. М. К характеристике эндемов флоры Сахалина // Растения и факторы внешней среды. Южно-Сахалинск: СахКНИИ АН СССР, 1968. С. 160 – 168.

Жизнеспособность популяций: природоохранные аспекты. М.: Мир, 1989. 224 с.

Занюков В. Н., Тихомиров В. М., Неверов Ю. Л. Геологическое строение // Атлас Сахалинской области. М.: ГУГК, 1967. С. 21 – 24.

Земцова А. И. Климат Сахалина. Л.: Гидрометеоиздат, 1968. 197 с.

Зыков В. Б., Воронов Г. А., Сабиров Р. Н. и др. Остров Сахалин // Резолюция меж дународной экологической конференции «Горячие точки». Владивосток, 26 – 28 ян варя 1995 г. Владивосток: БСИ ДВО РАН, 1995. С. 10 – 13.

Ивлев А. М. Почвы Сахалина. М.: Наука, 1965. 116 с.

Ивлев А. М., Руднева Е. Н. Почвенная карта // Атлас Сахалинской области. М.:

ГУГК, 1967. С. 102.

Ивлев А. М. Особенности генезиса и биогеохимия почв Сахалина. М.: Наука, 1977.

144 с.

Канидьев А. Н., Салмин С. А. О влиянии вырубки леса в бассейнах нерестовых рек о. Сахалин на естественное воспроизводство лососевых рыб // Изв. Тихоокеан. НИИ рыб. хоз-ва и океанографии. 1970. Т. 74. С. 108 – 173.

Клинцов А. П. Защитная роль лесов Сахалина. Южно-Сахалинск, 1973. 234 с.

Клинцов А. П. Влияние горных темнохвойных лесов Сахалина на водный ре жим // Итоги исследований по вопросам рационального использования и охраны биологических ресурсов Сахалина и Курильских островов. Южно-Сахалинск: ГО СССР, 1984. С. 13.

Клитин А. К. Новые данные о распространении аполлона Феба (Parnassius phoebus) на Сахалине // Вестник Сахалинского музея. № 10. 2003. С. 322 – 327.

Клитин А. К. Там, где бежит Пурш-Пурш // Вестник Сахалинского музея. № 10.

2003. С. 458 – 480.

Козырева Р. В. Древний Сахалин. Л.: Наука, 1967. 120 с.

Красная книга РСФСР. Животные. М.: Наука, 1983. 458 с.

Красная книга СССР. Редкие и находящиеся под угрозой исчезновения виды жи вотных и растений. М.: Лесная промышленность, 1984. Т. 1. 392 с.;

Т. 2. 480 с.

Красная книга РСФСР. Растения. М.: Росагропромиздат, 1988. 590 с.

Красная книга Сахалинской области. Животные. Южно-Сахалинск: Сахалин. кн.

изд-во, 2000. 190 с.

Красная книга Сахалинской области. Растения. Южно-Сахалинск: Сахалин. кн.

изд-во, 2005. 348 с.

Лихатович Дж. Лосось без рек. Владивосток: Изд. дом «Дальний Восток», 2004.

376 с.

Малышев Л. И. Флористические спектры Советского Союза // История флоры и растительности Евразии. Л., 1972. С. 17 – 40.

Мартин Д. Жемчужина Тихого океана // Советский Сахалин. № 16. 2004.

Наземные млекопитающие Дальнего Востока СССР. Определитель. М.: Наука, 1984. 360 с.

Научное обоснование создания комплексного природного заказника «Восточный»

в Смирныховском районе Сахалинской области / Отв. исп. Р. Н. Сабиров. Южно Сахалинск, 2005. 168 с.

Нефедов В. В., Пармузин Ю. П. Природное районирование // Атлас Сахалинской области. М.: ГУГК, 1967. С. 125 – 128.

Нечаев В. А. Птицы острова Сахалин. Владивосток: ДВО АН СССР, 1991. 748 с.

Никольская В. В. Рельеф // Дальний Восток. Физико-географическая характери стика. М.: Изд-во АН СССР, 1961. С. 59 – 92.

Определитель высших растений Сахалина и Курильских островов // Д. П. Воро бьев, В. Н. Ворошилов, Н. Н. Гурзенков, Ю. А. Доронина, Е. М. Егорова, Т. И. Нечае ва, Н. С. Пробатова, А. И. Толмачев, А. М. Черняева. Л.: Наука, 1974. 372 с.

Пианка Э. Эволюционная экология. М.: Мир, 1981. 400 с.

Редкие позвоночные животные советского Дальнего Востока и их охрана. Л.: На ука, 1989. 240 с.

Рухлов Ф. Н. Влияние лесозаготовок в бассейнах нерестовых рек на воспроизвод ство лососей // Рыбное хоз-во. 1971. № 5. С. 19 – 22.

Сабиров Р. Н., Сабирова Н. Д. Лиственничные леса бассейнов рек Пурш-Пурш и Венгери // Наземные экосистемы острова Сахалина. Южно-Сахалинск: ИМГиГ ДВО РАН, 1999. С. 66 – 81.

Сабирова Н. Д., Сабиров Р. Н. Редкие и эндемичные растения бассейнов рек Пурш Пурш и Венгери // Наземные экосистемы острова Сахалина. Южно-Сахалинск:

ИМГиГ ДВО РАН, 1999. С. 98 – 105.

Сабиров Р. Н., Сабирова Н. Д. К экологии миякеи цельнолистной // Растения мус сонного климата: Тез. докл. II междунар. науч. конф. Владивосток, 2000. С. 178 – 179.

Сабиров Р. Н., Сабирова Н. Д. Сахалинский природный заказник «Восточный»:

леса и флороценотическое разнообразие // Вестник Сахалинского музея. 2004. № 11.

С. 398 – 413.

Сафронов С. Н., Никифоров С. Н. Видовой состав и распространение ихтиофауны пресных и солоноватых вод Сахалина // Материалы научно-методической кон ференции преподавателей ЮСГПИ. Южно-Сахалинск, 1995. С. 112 – 124.

Сафронов С. Н., Никифоров С. Н. Список рыбообразных и рыб пресных и солонова тых вод Сахалина // Вопр. ихтиологии. 2003. Т. 43. Вып. 1. С. 42 – 53.

Сахалинская область. Географический очерк. Южно-Сахалинск: Сахалин. обл.

кн. изд-во, 1994. 231 с.

Сосудистые растения советского Дальнего Востока. Л.: Наука, 1985. Т. 1. 398 с.;

1987. Т. 2. 446 с.;

1988. Т. 3. 421 с.;

1989. Т. 4. 380 с.;

СПб.: Наука, 1991. Т. 5. 390 с.;

1992. Т. 6. 428 с.;

1995. Т. 7. 395 с.;

1996. Т. 8. 383 с.

Толмачев А. И. О высокогорной флоре горы Лопатина (о. Сахалин) // Бот. журн.

Т. 35. № 4. 1950. С. 343 – 354.

Толмачев А. И. О флоре острова Сахалина. М.–Л.: Изд-во АН СССР, 1959. 102 с.

Усенко Н. В. Деревья, кустарники и лианы Дальнего Востока. Хабаровск: Хаба ровское кн. изд-во, 1969. 416 с.

Флора СССР. Л.: Наука, 1934 –1964. Тт. 1 – 30.

Харкевич С. С., Качура Н. Н. Редкие виды растений советского Дальнего Востока и их охрана. М.: Наука, 1981. 231 с.

Черепанов С. К. Сосудистые растения России и сопредельных государств. СПб.:

Мир и семья, 1995. 990 с.

Черняева А. М., Егорова Е. М. Редкие флористические находки в Восточно Сахалинских горах // Растения и факторы внешней среды. Южно-Сахалинск:

СахКНИИ АН СССР, 1968. С. 178 – 183.

Шевченко В. А. Снежный покров //Атлас Сахалинской области. М.: ГУГК, 1967.

С. 77.

Шершнев А. П., Жульков А. И. Некоторые данные по твердому стоку и заилению нерестилищ в период экспериментальных работ на реке Приторной // Изв. Тихооке ан. НИИ рыб. хоз-ва и океанографии. 1975. Т. 95. С. 64 – 68.

Шершнев А. П., Руднев В. А., Белобрежский В. А. Влияние лесозаготовительных работ на естественное воспроизводство горбуши рек Сахалина // Рыбное хоз-во. 1982.

№ 1. С. 32 – 33.

Яблоков А. В. Популяционная биология. М.: Высшая школа, 1987. 303 с.

nerson H. W. The effect of clearcutting on stream temerature: a literature review // Forest. bstrs, 1974. V. 35. № 4. P. 21–35.

Gregory S. V., Bisson P.. Degraation an loss of anaromous salmoni habitat in the Pacific Northwest // Pacific Salmon an Their Еcosystems: Status an Future O cosystems:

tions. New York: haman Hall, 1997.

Hilborn R. Hatcheries an the Future of Salmon in the Northwest // Fisheries. 1992.

V. 17. № 1. P. 4 – 8.

Nehlsen W., Williams J. E., ichatowich J.. Pacific salmon at the rossroas: stocks at risk from alifornia, Oregon, Iaho an Washington // Fisheries. 1991. V. 16. № 2.

P. 4 – 21.



 




 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.