авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Институт предварительного расследования по уголов- ным делам в российском законодательстве дореформен- ного периода хiх в. (историко-правовое исследование)

На правах рукописи

ХОКОНОВА Милана Расуловна

Институт предварительного расследования по уголов-

ным делам в российском законодательстве дореформен-

ного периода ХIХ в. (историко-правовое исследование)

Специальность 12.00.01 -

теория и история права и государства;

история учений о праве и государстве

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Краснодар 2010 2 Диссертация выполнена в Краснодарском университете МВД России

Научный руководитель:

Рябченко А.Г.– доктор исторических наук, кандидат юридических наук, доцент

Официальные оппоненты:

Бутько Л.В. - доктор юридических наук, профессор Макеев В.В. – доктор философских наук, кандидат юридических наук, профессор

Ведущая организация – Южный федеральный университет

Защита диссертации состоится 3 марта 2010 г. в 14 час., в ауд. 215 на заседании диссертационного совета по присуждению ученой степени доктора и кандидата юридических наук ДМ 220.038.10 при Кубанском государствен ном аграрном университете (350044 Краснодар, ул. Калинина,13).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Кубанского госу дарственного аграрного университета (350044 Краснодар, ул. Калинина,13).

Автореферат разослан "" 2010 г.

Ученый секретарь диссертационного совета доктор юридических наук, профессор Камышанский В. П.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы диссертационного исследования обусловлена тем, что, несмотря на принятие в 2001 г. нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и последующих изменений в него, до на стоящего времени не обеспечивается неукоснительная реализация назначе ния уголовного процесса. Сказанное в полной мере относится и к проблемам предварительного расследования преступлений. В определенной степени это связано с тем, что в нашей стране недостаточно используется отечественный опыт в данной области. И в этом контексте особый интерес представляется дореформенный период ХIХ в. в России, когда дополнительный импульс по лучило развитие уголовно-процессуального законодательства, а в его рамках институт предварительного расследования как важнейший институт данной отрасли права. В частности, впервые в практическом плане начал решаться вопрос о защите обвиняемых и подсудимых в во время уголовного судопро изводства. Этот период явился своеобразной «стартовой базой» дальнейшего реформирования государственно-правовой системы России, а процесс систе матизации и развития уголовно-процессуального законодательства отразил проходившие в стране политико-правовые процессы. Вместе с тем из поля зрения ученых-историков права, которые занимаются данной проблематикой, выпадает ряд важных аспектов, связанных с развитием предварительного расследования по уголовным делам в уголовном процессе дореформенной России. Такое положение во многом связано с тем, что основное внимание исследователей обращено к судебной реформе 1864 г., открывшей принципи ально новый этап развития уголовно-процессуального права и о которой имеется много источников. Между тем, как представляется, не менее важно проследить предшествующий судебной реформе этап, а именно период от начала ХIХ в. до 1864 г. Здесь еще много малоизученных тем. Так, предме том специального историко-правового исследования еще не было производ ство основных следственных действий по уголовным делам в рассматривае мый период. Недостаточно исследованы вопросы правового статуса субъекта производства следственных действий – таковой достаточно четко с выделе нием профессиональной категории работников появляется только в 1860 г., когда стал формироваться институт судебных следователей, однако важно проследить, каким образом и почему было принято такое решение. Получает свое развитие такое следственное действие, как экспертиза – здесь неизучен ным является правовое регулирование данного следственного действия.

Имеются свои особенности в проведении ранее известных следственных дей ствий в виде допросов, очных ставок, обысков, в том числе в документирова нии результатов их производства. Несколько по-разному проводились след ственные действия в отношении обвиняемых по преступлениям против вла сти и в отношении обвиняемых по общеуголовным преступлениям. Есть и другие проблемные вопросы, которые в совокупности определяют потреб ность в их дополнительном историко-правовом исследовании. Важно также проследить развитие правового статуса основных должностных лиц (следо вателей), принимавших решения и проводивших предварительное и фор мальное следствие в рамках общего предварительного расследования. Зна чимость настоящей работы определяется и тем, что обращение юристов, уче ных и практиков к традициям развития российской правовой системы может способствовать выработке правильных подходов к совершенствованию со временного законодательства. Поэтому изучение процесса развития предва рительного расследования в дореформенный период ХIХ в. представляет на учную и в определенной степени практическую ценность с точки зрения ис следования тенденций его развития и отражения исторического влияния на современное право.

Степень разработанности темы. К различным аспектам предвари тельного расследования по уголовным делам в дореформенный период ХIХв.

отечественные авторы на научной уровне стали обращаться с первой трети ХIХ в., хотя работ было сравнительное немного (из наиболее известных ав торов М.М. Сперанский, Я.И. Баршев, В.А. Линовский и др.). Позже, уже во второй половине XIX в.- начале ХХ в. в работах Б. Л. Бразоля, А. А. Голова чева, В. П. Даневского, Г. А. Джаншиева, М. В. Духовского, А. А. Квачевско го, В. К. Случевского, И. Я. Фойницкого, В. Я. Фукса и др. анализировалось законодательство, регламентирующее различные этапы предварительного расследования (предварительное и формальное следствие, организацию и функционирование института следователей и т.д.). В советский период оте чественной истории институт предварительного расследования рассматри ваемого периода не был предметом активного исследования, а имеющиеся работы акцентировали основное внимание на систематизации уголовно процессуального законодательства, получившего отражение в т. 15 Свода за конов (авторы - Б. В. Виленский, Н. Н. Ефремова, П. А. Зайончковский, Л. Г.



Захарова, Е. Н. Кузнецова, М. В. Немытина, М. А. Чельцов-Бебутов и др.). В постсоветский период новый взгляд на дореволюционную систему предвари тельного расследования по отдельным вопросам был изложен в работах Ю.

Г. Галая, Н. Н. Ефремовой, М. Г. Коротких, А.А. Линник, С. В. Лонской, М.

В. Немытиной, А. С. Смыкалина, А. К. Аверченко, А. А. Волчковой, Т. Г. Ка детовой, О. А. Картохиной, А. П. Кругликова, С. А. Невского, Ю. В. Рощи ной, Ю. В. Сорокиной, Л. В. Яковлевой и др. Однако данные исследования носят в большинстве своем общий характер, в них не рассматривается ин ститут предварительного расследования дореформенного периода ХIХ в. на системном уровне, не находят отражение многие аспекты производства след ственных действий, не выявляются тенденции историко-правового развития предварительного расследования. И в целом данная проблематика рассмат ривается обычно в рамках освещения предпосылок судебной реформы 1864г., которой, в отличие от предшествующего периода, посвящено огром ное количество работ.

Из немногих специальных трудов, имеющих по данной теме несомнен ную научную, информационно-методологическую ценность, выделяются три работы. Среди них диссертация Ю.В. Мещерякова (Уголовное судопроиз водство России первой половины ХIХ в., 1986), однако в ней вопросы пред варительно расследования являются лишь частью предмета нашего исследо вания, а основное внимание акцентируется на структуре и закономерностях развития судебной системы, кроме того, проведенное в советский период, это исследование не могло избежать однобокости оценок, исходящих из доста точно жестких идеологических установок. Следующая работа - диссертация Я.Н. Куемжиевой (Уголовное судопроизводство по преступлениям против государства в Российской империи первой половины ХIХв., 2005 г.), где ак цент сделан на судопроизводстве по политическим преступлениям, в связи с чем данный аспект в нашей работе не рассматривается. Вместе с тем нужно иметь ввиду, что уголовно-политическое судопроизводство существенно от личалось от судопроизводства по общеуголовным преступлениям, кроме то го, вопросы предварительного расследования рассматривались в указанном труде только как часть всего судопроизводственного процесса. Представляет интерес также диссертация Д.В. Горожанкиной (Историко-правовой анализ систематизации уголовно-процессуального законодательства Российской империи первой половины ХIХв., 2006 г.), где вопросы предварительного расследования нашли определенное освещение, однако они также были толь ко частью предмета нашего исследования и изучались под углом системати зационных работ. В указанных и других работах, помимо того, рассматри вался период первой половины ХIХ в. и выпадал важный отрезок второй по ловины ХIХ в. до начала судебной реформы 1864г., в течение которого были приняты принципиальные решения в развитии института предварительного расследования. Таким образом, анализ дореволюционной, советской и со временной литературы по заявленной теме исследования свидетельствует о том, что, несмотря на достаточное количество работ, до настоящего времени отсутствуют исследования, посвященные комплексному историко-правовому анализу становления и развития института предварительного расследования общеуголовных преступлений в дореформенный период ХIХ в.

Хронологические рамки исследования охватывают период XIX в. до начала судебной реформы 1864 г. - период активизации процесса модерни зации уголовно-процессуального законодательства Российского государства, в рамках которого была подготовка сначала Полного собрания законов Рос сийской империи, а затем Свода законов Российской империи. В работе заяв ленная проблематика рассматривается в основном в сопоставлении норм, ре гулирующих институт предварительного расследования, принятых до Свода законов 1832 г., и содержащихся в этом документе и в последующих право вых актах. Такой подход позволяет выявить основные тенденции в развитии института предварительного расследования.

Объектом исследования являются общественные отношения, склады вавшиеся в процессе предварительного расследования уголовных преступле ний в истории России дореформенного периода ХIХ в.

Предмет исследования составляют историко-теоретические, законо дательные и правоприменительные аспекты производства предварительного расследования по уголовным делам в дореформенный период ХIХ в. в Рос сии.

Цель и задачи исследования. Основной целью диссертационного ис следования является комплексный историко-правовой анализ развития ин ститута предварительного расследования по уголовным делам в дорефор менный период ХIХ в.

Для достижения поставленной цели необходимо было решить следую щие научные задачи:

- исследовать организационно-правовые основы производства предва рительного расследования по уголовным делам;

- проанализировать развитие уголовно-процессуального законодатель ства о предварительном расследовании и его систематизацию в Своде зако нов 1832 г.

- выявить субъекты производства и участников следственных действий в первой половине ХIХ в. и определить их правовой статус;

- показать причины выделения института судебных следователей в 1860 г. и охарактеризовать их полномочия в части производства предвари тельного расследования;

- выявить основные тенденции процесса формирования порядка прове дения предварительного расследования и его реализации в правопримени тельной практике следственных органов дореформенной России;

- изучить общие и особенные правила производства предварительного расследования;

- раскрыть содержание и методы проведения основных следственных действий;

- исследовать виды доказательств в уголовном процессе и их докумен тирование (на примере некоторых дел первой половины ХIХ в.).

Методология исследования. К основным методологическим принци пам диссертации относятся объективность, детерминизм, всесторонность.

При проведении исследования автором были избраны следующие научные методы: исторический, системный, формально-юридический, сравнительно правовой, конкретно-социологический. Научная достоверность исследования определяется непредвзятым использованием и анализом действующих в рас сматриваемый период нормативно-правовых актов, регулирующих институт предварительного расследования. Диссертант произвел всесторонний анализ всех наиболее значимых законодательных актов, относящихся к изучаемой проблеме, в том числе Указ «О следственных приставах, определяемых при полиции» 1808 г., Свод законов уголовных 1832 г., Учреждение судебных следователей 1860 г., Наказ судебным следователям 1860 г., Наказ полиции о производстве дознания по происшествиям, могущим заключать в себе пре ступления или проступок 1860 г. и др. В работе использовались материалы некоторых конкретных следственно-судебных дел. Изложение материала строилось по проблемно-хронологическому принципу.

Научная новизна исследования определяется самой постановкой проблемы и заключается в том, что впервые в рамках диссертационного ис следования с историко-правовых позиций комплексно и разносторонне ис следуются проблемы организационных и правовых основ института предва рительного расследования в дореформенный период ХIХ в. Диссертантом раскрыты особенности производства отдельных следственных действий, и прежде всего допросов и очных ставок, где в основном добывались «совер шенные» доказательства. Дана характеристика правового статуса субъектов и участников предварительного расследования. Изучен и показан процесс ста новления порядка производства предварительного и формального следствия.

Выявлены формы документирования следственных действий. Автором про анализирован ряд правовых актов, которые еще не были предметом научного исследования с точки зрения выявления закономерностей развития уголов но-процессуальных процедур при совершении преступлений.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. В дореформенный период XIX в. уголовное судопроизводство, в том числе предварительное расследование по уголовным делам, основывалось на законах, принятых в период правления Екатерины II. При этом следствие ре гулировалось в общем виде. Вместе с тем были обозначены основные дозна вательно-следственные действия, которые должны были производить поли цейские чиновники в рамках сначала предварительного, а затем формального следствия. В первой трети XIX в. в числе существенных изменений в сфере предварительного расследования следует назвать отмену пыток при допросах и очных ставках обвиняемых. В дальнейшем в рамках систематизации рос сийского законодательства нормы, регулирующие предварительное рассле дование, были упорядочены и собраны в Книге второй («О судопроизводстве по преступлениям») тома 15 Свода законов Российской империи 1832 г. Свод в целом сохранил прежнюю концепцию предварительного расследования, основанную на теории формальных доказательств, усовершенствовав неко торым образом его правовое регулирование и в целом завершил институцио нализацию действующего уголовно-процессуального законодательства на уровне отдельных стадий уголовного процесса. В завершающей части рас сматриваемого периода (1860 г.) была осуществлена реформа предвари тельного расследования – в части преобразования субъектного состава при осуществлении следствия, когда на первый план был выдвинут вновь создан ный институт судебных следователей.

2. Период первой половины XIX в. стал определяющим в формирова нии тех негативных тенденций в институте предварительного расследования по уголовным делам, от которых российское государство не могло в даль нейшем освободиться в течение длительного времени, в том числе это каса ется коррупционности, обвинительного уклона, который перенимали и суды, принимая без должного критического анализа версию следствия при выне сении приговоров. Во многом такое положение стало результатом несоответ ствия действующего уголовно-процессуального законодательства общест венной востребованности в демократических преобразованиях.





3. Важнейшее значение для развития института предварительного рас следования в дореформенный период XIX в. имел закон от 29 августа 1808 г.

«О следственных приставах, определяемых при полиции», которым впервые законодатель достаточно четко выделил должностное лицо полиции – «су дебного пристава», которое целенаправленно должно было заниматься имен но предварительным расследованием по уголовным делам. Такое решение имело объективные предпосылки, учитывая, что полицейские чиновники (ча стные, судебные приставы) физически не могли справиться с объемом след ственной работы и имея в виду, что следственная работа была специфиче ской, она предполагала наличие необходимых профессиональных знаний и навыков, а также жизненного опыта, и поручать ее любому полицейскому становилось уже невозможным. Вместе с тем судебные приставы вводились лишь в столице и в других крупных городах. На большей части России след ствие по общеуголовным преступлениям до 1860 г. осуществляли частные приставы, квартальные надзиратели, другие должностные лица полиции, чей правовой статус в части проведения следствия был во многом неопределен ным, они, как правило, не обладали необходимыми профессиональными зна ниями, уровень законности в их деятельности был на низком уровне.

4. Рассматриваемый период развития законодательства о предвари тельном расследовании характерен тем, что для обвиняемых в совершении преступлений стала предусматриваться возможность иметь своего защитника («депутата»). Вместе с тем этот институт только начинал входить в россий ское судопроизводство, поэтому о гарантиях иметь защитника и соответст венно о состязательности процесса речь тогда не шла. Депутаты от сословий, участвующие в расследовании, были как правило безгласными статистами, не способными воспрепятствовать обвинительному уклону расследования, не случайно они не оставили никакого заметного следа своей деятельности, и, более того, к концу первой половины XIX в. ввиду крайней неэффективности данного института (в частности, закон давал полиции право при необходимо сти проводить следствие до прибытия депутатов или в их отсутствие, не бы ло законодательной ответственности следователя при нарушении норм о де путатах) он практически перестал применяться, и был возрожден только в ре зультате судебной реформы 1864 г.

5. В результате следственной реформы 1860 г. было принятие решение об отделении следствия от полиции и соответственно выделении института профессиональных судебных следователей по уголовным делам, которые уже не входили в структуру полицейских органов. Очень важно подчеркнуть, что реформа 1860 г. положила начало разделению предварительного рассле дования на две формы (стадии): дознание и предварительное следствие, ко торые существует в российском уголовном процессе и до сих пор. Эта ре форма в литературе незаслуженно обходится вниманием, учитывая, в частно сти, что принятые в ее рамках правовые акты при небольшой корректировке были включены позже в Устав уголовного судопроизводства 1864 г. Соглас но реформе полиция была освобождена от следственных функций, на нее отныне возлагалось обнаружение противозаконных деяний, розыск виновных в их совершении лиц, а также дознание. Таким образом, отделение следствия от полиции, кроме осуществления передовых идей о передаче следствия из полицейских, административных органов в судебное ведомство, преследова ло еще одну цель - предоставление возможности полиции более эффективно осуществлять присущие ей по определению функции по охране обществен ного порядка. Вместе с тем следственная реформа была по ряду аспектов противоречивой, в частности, не изменилась сама сущность судопроизводст ва, где инквизиционный процесс еще во многом сохранялся.

6. Один важнейших принципов, который закреплялся следственной реформой 1860 г., заключался в процессуальной независимости следователя.

Этот принцип обеспечивался тем, что следователи признавались членами уездного суда высшей судебной инстанции в уезде, а назначение, перемеще ние из уезда в уезд и увольнение судебного следователя осуществлялось Ми нистром юстиции по представлению Начальника губернии, которому предос тавлялось право избирать кандидатуры судебных следователей по соглаше нию c губернским прокурором. Увольнение судебных следователей допуска лось порядком, предусмотренным для членов суда и только в том случае, ес ли следователь совершил уголовно-наказуемое деяние «не иначе как c преда нием суду». Административное взыскание на судебного следователя имели право налагать только вышестоящие судебные инстанции. Вместе с тем влияние администрации (прежде всего губернаторов) на ход следствия оста валось в целом значительным.

7. В первой половине XIX в. законодатель значительное внимание уде лял вопросам формирования доказательственной базы, классифицируя дока зательства на совершенные и несовершенные, то есть, восприняв ранее, еще в XVIII в. применяемую теорию формальных доказательств. При этом предпи сывалось все следственные действия закреплять документально, что позво ляло использовать соответствующие протоколы в качестве совершенных, то есть бесспорных доказательств. Большую значимость имел вопрос об уста новлении подлинности письменных документов, используемых в качестве доказательств, для чего законодатель определял порядок установления под линности. Ряд законодательных норм были посвящены институту эксперти зы, а также уликам, с помощью которых следователи должны были собирать доказательства. Кроме того, начиная со второй трети XIX в. активно стали разрабатываться образцы уголовно-процессуальных документов. Все это свидетельствует о создании к концу рассматриваемого периода добротной нормативно-правовой базы для закрепления доказательств по уголовным де лам, которая в этой части стала основой для последующей судебной рефор мы.

Теоретическая значимость исследования. Выводы и положения, со держащиеся в работе, позволяют расширить представление о развитии ин ститута предварительного расследования в дореволюционной России. В на учно-теоретическом аспекте важность исследования определило вызываю щие повышенный интерес организационные и правовые основы функциони рования органов предварительного расследования в рамках борьбы с пре ступностью, и соответствующей потребностью учитывать отечественный опыт в этом направлении государственной деятельности.

Практическая значимость диссертации. Обобщение и научный ана лиз функционирования института предварительного расследования в доре форменный период XIX в. позволит обеспечить научный подход к совершен ствованию законодательства в области организации и деятельности органов предварительного расследования в настоящее время. Содержащиеся в дис сертации положения и выводы могут быть использованы при разработке кур сов истории государства и права России, истории органов внутренних дел, уголовного права, уголовного процесса и др. Определенное значение имеет настоящее исследование для совершенствования научно-исследовательской работы и учебного процесса в высших юридических учебных заведениях.

Апробация исследования. Основные положения и выводы диссерта ции отражены в пяти опубликованных работах. Результаты исследования бы ли сообщены автором и обсуждались на нескольких региональных и межву зовских научно-практических конференциях. Материалы исследования ис пользуются в преподавании ряда тем учебной дисциплины «История отече ственного государства и права» в Краснодарском университете МВД России.

Структура диссертации была сформирована с учетом поставленных автором задач. Диссертационное исследование состоит из введения, двух глав, заключения и списка использованной литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

В первой главе диссертации («ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ПРОИЗВОДСТВА ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ») рассматриваются вопросы развития законода тельства, регулирующего предварительное расследование, субъектный со став предварительного расследования, сущность реформы предварительного расследования 1860 г.

В параграфе 1.1. («Развитие уголовно-процессуального законодатель ства о предварительном расследовании и его систематизация в Своде зако нов 1832г.») указывается, что законодательная база предварительного рас следования, действовавшая в дореформенный период XIX в., была в основ ном сформирована в предшествующем веке. В этой связи диссертант рас сматривает основные правовые акты этого периода, регулирующие предва рительное расследование. Здесь особо выделяются такие важнейшие норма тивно-правовые акты, как Учреждениях для управления губерний Всерос сийской империи от 7 ноября 1775 г. и Устав благочиния, или полицейский от 8 апреля 1782 г., в которых определялись полномочия полиции, в том чис ле основы первоначальных действий полиции при совершении преступления по их расследованию. При этом законодатель возлагал на полицию практиче ски весь объем предварительного расследования, которым полицейские должны были заниматься наряду с другими задачами, и нередко было просто физически невозможно справиться с потоком уголовных дел, и поэтому в дальнейших нормативно-правовых актах объем дознавательно-следственной работы законодатель будет постепенно распределять путем расширения шта тов должностных лиц полиции, которые могли выполнять эту функцию.

Здесь же важно подчеркнуть, что законодатель определяет полицию как ор ган, который должен осуществлять предварительное расследование. Далее указывается, что в начале XIX в. был принят еще ряд уголовно процессуальных актов по отдельным вопросам предварительного расследо вания, которые в целом носили позитивный характер (Указ «О следственных приставах, определяемых при полиции» 1808 г. и др.). Затем в работе обра щается внимание на реорганизацию государственного аппарата в начале XIXв. в части управления полицией. Отмечается, что несмотря на всю зна чимость изменений таковые не повлияли существенным образом на содер жание полицейских функций по расследованию преступлений, поскольку но сили лишь структурно-организационный характер. Следующий важнейший рубеж развития института уголовного судопроизводства связан с системати зацией российского законодательства на рубеже первой трети XIX в. В этой связи в данной работе анализируются предварительные работы, предшест вующие изданию сначала Полного собрания законов 1830 г., а затем Свода законов 1832 г., по вопросам судопроизводства, и прежде всего осуществ ленные Комиссией по составлению законов, делавшей попытки кодификации российского права, но тогда многие проекты так и не стали законами. Анализ норм Книги второй т. 15 Свода законов, где были сосредоточены судопроиз водственные нормы, дает основание считать, что что если в отношении ма териального уголовного права была проведена кодификация (выделение об щей и особенной частей), то в отношении уголовно-процессуального законо дательства этого сделано не было. Тем не менее, систематизация уголовно процессуального законодательства имела безусловно позитивное воздейст вие, и прежде всего это касается, конечно, упорядочивания в тематическом блоке ранее действовавших уголовно-процессуальных норм, укрепления за конности, расширения единообразия в правоприменении.

Далее в работе освещается структура Книги второй т. 15 Свода зако нов, дается общая оценка нормативных положений о предварительном рас следований на уровне тенденций. Указывается, в частности, что если иметь в виду систему доказательств, то Свод воспринял ранее существовавшую кон цепцию теории формальных доказательств, при этом вместе с тем появились особенности, вытекавшие из факта отмены пыток при производстве предва рительного расследования. Кроме того, уголовно-процессуальное законода тельство второй трети XIX в. характерно еще и тем, что в большей мере ак центируется внимание на институте защиты в уголовных процессах, в част ности, речь идет о «депутатах от сословий». В дальнейшем Книга вторая т.

15 Свода законов «Судопроизводство по преступлениям» дополнялась и из менялась – так, после нескольких Продолжений (изменений и дополнений) последние были включены в т. 15 при издании Свода законов в 1842 г., где количество статей значительно возросло – с 828 до 1154, и в основном по той причине, что зачастую нововведения имели частный характер. Однако прин ципиальных изменений не произошло (серьезной корректировке подвергся лишь институт уголовных дел особого производства). Попытка отделить уго ловно-правовые нормы от уголовно-процессуальных также не привела к ожидаемым результатам, поскольку в материальном праве остались некото рые статьи процессуального характера, так, статьи 109-111 устанавливали порядок оставления подсудимого «в подозрении» при недостатке полных до казательств по результатам повального обыска, то есть сохранялся уже став ший в развитых странах архаическим институт оставления в подозрении.

Аналогично можно говорить и о третьем издании Свода законов (1857 г.), где число норм в Книге второй т. 15 увеличилось на 80;

здесь, вместе с тем, на блюдается некоторая гуманная составляющая (в частности, более лояльное отношение к беременным обвиняемым и подсудимым женщинам). И лишь реформа предварительного расследования 1860 г., когда появился институт судебных следователей, существенно изменила правовое регулирование уго ловно-процессуальных отношений на досудебной стадии.

В параграфе 1.2. («Субъекты производства и участники предвари тельного расследования в первой половине XIX в.») рассматривается право вой статус должностных лиц полиции, производивших предварительное рас следование, а также иных участников следственных действий, при этом ос нованное внимание уделено, конечно, лицам, производившим предваритель ное расследование. Соответствующий анализ дается в динамике развития уголовно-процессуального законодательства. Так, Учреждениями для управ ления губерний 1775 г. в числе административных должностных лиц, выпол нявших полицейские функции, предусматривался земский исправник. Это должностное лицо при совершении «насильства» должно было незамедли тельно проводить расследование. Согласно ст.243 в этом случае земский ис правник «тотчас на месте о том изследывает без многаго письменнаго произ водства, но единственно в ясность приводит, учинился ли такий-то случай или нет, и свидетелей допрашивает, и буде у кого что отнято, и оно налицо находится, тотчас велит возвратить, и даст о том знать уездному суду, к ко торому прозьбу производить дозволяется тем, кои доказать могут, что зем ский исправник пристрастно или несправедливо поступил». Как видно, след ственная функция определена достаточно в общем виде. В городах аналогич ные функции налагались на городничего (при отсутствии такового – на ко менданта города). Кроме того, за ходом следствия могли наблюдать – в рам ках общего надзора - губернские прокуроры и губернские, земские и уезд ные стряпчие. В Уставе благочиния при всех повторениях ряд положений разработан более детально. Так согласно ст. 103 Устава благочиния «частный пристав словесно изследует учиненныя проступки, злоупотреблении и пре ступлении, что словесно изследует, то записать;

то же и о чем наведываться придет ради объяснения либо ради связи дела, дабы истинна содеяннаго об наружилась». Как видно, предписывается производить допросы и протоколи ровать их. Данные следственные действия пока еще не выделяются как само стоятельные процессуальные институты – это произойдет позже.

В работе анализируются другие судопроизводственные нормы. Так, Устав благочиния, предписывая аресты за общественно опасные действия, всегда делает добавление – «и отослать к суду», то есть стадия предвари тельного расследования (розыска, дознания и собственно следствия) опреде ленным образом отделяется от суда. Если иметь в виду в виду аресты, то в этот период (1775 – 1832гг.) виды личного задержания оставались в боль шинстве своем теми же, что были и ранее, с некоторыми дополнениями, а именно: запрещение или «стеснение» въезда в известные местности, запрет в определенных случаях выезда за границу или приезда из-за рубежа, для чего, например, в казенных селениях устраивались караульные помещения для оп роса входящих-выходящих, полицейский надзор. По-прежнему практикова лись процессуальные аресты в виде привода в присутственные места, до машний арест. Ряд норм в Уставе благочиния регулируют чисто судопроиз водственные вопросы, в частности, частному приставу (начальнику части го рода – из Устава следовало, что город разбивался на две и более части) предписывалось совершать основные дознавательно-следственные действия.

Законодатель подчеркивает, что с уголовным преступлением, кто бы его не обнаружил, должен разбираться именно частный пристав, который должен был, в частности, получить ответы на обязательные вопросы, определяемые законодателем («1е. О особе, над кем учинено. 2e. O действии, что учинено.

3е. O способе или орудии, чем учинено. 4e. O времени, когда учинено. 5e. O месте, где учинено. 6е. О околичностях, объясняющих c намерением или без намерения и утверждающих или обличающих, как учинено, и 7e. Преступни ка, кем учинено?»).

С началом XIX в. указанные нормы продолжали действовать (и будут действовать в своей основе вплоть до создания института судебных следова телей в 1860 г.). Вместе с тем законодатель уточнял некоторые аспекты, свя занные в том числе с наделением органов полиции проводить предваритель ное следствие, соответственно автор анализирует соответствующие акты.

Так, Указом от 29 августа 1808 г. законодатель впервые выделяет специаль ную должность – «следственный пристав», который должен заниматься толь ко расследованием уголовных дел. Это решение следует расценивать как важнейший этап в организационном развитии института предварительного следствия в России в первой половине XIX в. Однако если в столицах ситуа ция с выделением из полицейского штата приставов-следователей стала как то решаться, то в провинциях организационный вопрос о том, кому прово дить следствие, решался с большим трудом. В частности, в ряде губерний долго не мог решиться вопрос о том, кому заниматься предварительным следствием по «старым и запущенным» делам, и в результате его пришлось рассматривать по распоряжению императора в Сенате.

В дальнейшем новых решений по этим вопросам пришлось ждать до вольно долго, а кардинальные решения и вовсе появятся только в 1860 г., ко гда возникнет новый институт профессиональных судебных следователей, а полиция будет заниматься лишь, используя современную терминологию, только дознанием. До этого проведенная систематизация российского зако нодательства в вопросе о субъектах производства представительного рассле дования ситуации не изменила – Книга вторая т. 15 Свода законов Россий ской империи 1832 г. в основном воспроизвела вышеизложенные нормы.

Далее диссертант анализирует статус иных участников предваритель ного расследования. Так, в отношении обвиняемого указывается, что его ста тус законодателем отдельно вообще не закреплялся, что не было удивитель ным, если учесть, что только на рубеже 1800 г. были отменены физические пытки в отношении обвиняемых (фактически же пытки имели место, что опять же не было удивительным при сохранении жестоких уголовных нака заний, в том числе телесных). Вплоть до судебной реформы 1864 г. практи чески не использовалась и терминология, связанная с правами обвиняемых.

Вместе с тем из ряда уголовно-процессуальных норм вытекало, что проблеме юридической защиты обвиняемых во время проведения предварительного расследования в рассматриваемый период стало уделяться все больше вни мания. Так, в Своде 1832 г. указывалось, что обвиняемый «во все время про изводства следствия имеет неотъемлемое право представлять все, что может служить к его оправданию. Производящие следствие не должны отрекаться от рассмотрения его показаний и от всех исследований, какие по оным нуж ным окажутся» (ст. 887). Однако этот шаг вряд ли можно назвать существен ным, поскольку указанная норма носила во многом декларативный характер и относилась к стадии формального следствия, в то время как на стадии доз нания такие права закреплены не были. Другим шагом вперед следует на звать введение института защитников («депутатов») обвиняемых, которые также становились участниками уголовного процесса, а точнее участниками практически одного следственного действия – допроса. Однако такой инсти тут в основном также имел декларативный характер.

Далее в работе отмечается, что следующий участник уголовного про цесса – потерпевший не стал предметом уголовно-процессуального регули рования: его правовой статус не был определен. Теоретическая мысль также еще «не добралась» до него. Этого не скажешь о свидетелях – этой категории участников предварительного расследования законодателем уделено доста точно внимания, в частности, детально указывается круг лиц, которые не могли быть свидетелями. Еще одним участником предварительного следст вия были прокуроры (стряпчие), полномочия которых также подробно осве щаются в работе. При этом отмечается, что в то время был сформирован об винительный уклон при расследовании преступлений, который проявлялся как стороны следователей, так и со стороны прокуроров.

В параграфе 1.3. («Выделение института судебных следователей в 1860 г. и их полномочия в части производства предварительного расследова ния») отмечается, что важной вехой в организационно-правовом развитии предварительного следствия дореформенной России было принятие решение о введении института судебных следователей в 1860 г. и отделении их от подчинения полиции. 8 июня этого года Александром II были утверждены «Учреждение судебных следователей», «Наказ судебным следователям», «Наказ полиции о производстве дознания по происшествиям, могущим за ключать в себе преступления или проступок». Как справедливо отмечается в историко-правовой литературе, пореформенный период развития уголовного процесса России по сути дела исчисляется не с 1864 г., а с реформы предва рительного расследования 1860 г., и в этой связи во многих работах о разви тии права России данное событие незаслуженно обходится вниманием, учи тывая, в частности, что указанные акты были при небольшой корректировке включены позже в Устав уголовного судопроизводства (М.А. Чельцов Бебутов, А.Г. Тюрин, А.Б. Сергеев).

В общем виде следственная реформа заключалась в следующем. На вновь введенных судебных следователей возлагалось производство предва рительного расследования по всем преступлениям, относящимся к ведению судов. За полицией оставалось расследование незначительных преступлений и проступков. Контроль за следственными действиями, выполняемыми сле дователями, возлагался на суды. Должность судебного следователя прирав нивалась к должности члена уездного суда. В литературе (Н.Ф. Федоров) указывается, что они пользовались общими со всеми служащими правами го сударственной службы, состояли в должности VIII класса и носили мундир министерства юстиции, а на пенсию уходили в VI разряде. Следователи по лучали содержание 800 рублей серебром в год, сверх того - 200 рублей се ребром канцелярские издержки и другие расходы. Квартиры и лошади для разъездов назначались на том же основании, что и становым приставам. Чис ло следователей определялось в зависимости от количества уголовных дел в уезде. Подчинялись судебные следователя Министерству юстиции. Боль шинство следователей « первой волны» не имело юридического образования.

Нагрузка на каждого следователя составляла 120-150 дел в год, а в отдельных губерниях до 200-400 дел. Обслуживаемые участки достигали 16 тысяч квад ратных верст. Должности судебных следователей были введены в 44 губер ниях. В принятых документах устанавливался порядок производства следст вия, определялись взаимоотношения следователя с полицией и судебными учреждениями, регламентировались другие стороны деятельности судебных следователей. В частности, предоставлялось право в случае надобности про верять и дополнять дознание произведенное полицией, отменять распоряже ния, принятые при производстве дознания и т.д.

Очень важно подчеркнуть, что реформа 1860 г. положила начало раз делению предварительного расследования на две формы: дознание и предва рительное следствие, которое существует в российском уголовном процессе и до сих пор. В этой связи в литературе отмечается, что проблема отделения следствия от полиции возникла в процессе подготовки документов для кре стьянской реформы, когда в Главном комитете по крестьянскому делу в фев рале 1858 г. был поставлен вопрос о необходимости реформы полиции, по скольку правительство ожидало массовых волнений при освобождении кре стьян, и было принято решение провести реформу полиции в первую оче редь, в том числе освободить полицию от несвойственных ей функций, од ной из которых было признано производство следствия (А.В. Тарасов, А.Г.

Мамонтов). Однако диссертант полагает, что вряд ли данный довод следует считать основным в организационно-правовом преобразовании следственной деятельности – он, скорее, показывал потребность в реформировании самой полиции, и следственная работа в данном случае находилась явно не на пер вом плане. Далее автор более подробно освещает предпосылки реформы предварительного расследования, анализирует различные проекты, один из которых (проект члена комиссии по преобразованию следственной работы Н.И. Стояновского) стал основным для Комиссии губернских и уездных уч реждений в части полицейских и следственно-судейских преобразований, в частности, она была в 1859 г. одобрена С.И. Зарудным, ставшим в последст вии одним из авторов и реализаторов судебной реформы в России. В частно сти, большое внимание уделялось разделению функций полиции и вновь уч режденных следователей, то есть концепция разделения предварительного расследования на дознание и предварительное следствие уже нашла понима ние и поддержку основной массы специалистов и чиновников, от которых за висело принятие соответствующих решений. На первой стадии, то есть доз нании, нужно было устанавливать первоначальный шаг к возбуждению дела – имеются ли в совершенном деянии признаки преступления, при наличии таких признаков принять меры к установлению и задержанию подозреваемо го, собрать имеющиеся улики и сохранить следы преступления. На второй стадии, то есть во время следствия, надлежало провесит всестороннее и пол ное расследование, в рамках которого собирать доказательства, долженст вующие стать основой для вынесения судебного приговора. В конечном ито ге было внесено несколько поправок, в частности, они коснулись наименова ния следственных чиновников (было – «следственный судья», стало – «су дебный следователь»);

кроме того, была внесена поправка в порядок назна чения на должность судебных следователей, в частности, было указано, что судебные следователи являются членами суда и приравнены в правах к ос тальным судьям, и так как членов уездного суда назначал министр юстиции по представлениям начальников губернии, то было сочтено целесообразным оставить за министром юстиции право назначения на должность и судебных следователей, а не за губернатором, как было в проекте.

Далее подробно исследуется юридическое содержание документов, принятых в рамках реформы предварительного расследования. Один важ нейших принципов, который закреплялся в «Учреждении судебных следова телей», заключался в их процессуальной независимости. Закреплялось также важное положение o том, что все законные требования судебного следовате ля должны исполняться всеми учреждениями и должностными лицами в точ ности и без промедления. Всего по закону от 8 июня 1860 г. в Российской империи было учреждено 993 следственных должности на 44 губернии. От носительная независимость от администрации (по сравнению со следовате лями полиции), закрепленная в «Учреждении судебных следователей», дос тоинство члена суда, достаточное содержание должны были привлечь к след ственной части «людей честных и образованных». B то же время в законе были закреплены требования, которым должен отвечать следователь. Так, на должность судебных следователей назначались преимущественно лица, окончившие курс наук в высших и средних учебных заведениях, занимав шиеся уголовными делами, производившие с успехом несколько следствий и известные начальству своей опытностью и добросовестностью. Вместе с тем следственная реформа была по ряду аспектов противоречивой, на чем также акцентирует внимание диссертант.

Во второй главе «ПОРЯДОК ПРОИЗВОДСТВА ПРЕДВАРИТЕЛЬНО ГО РАССЛЕДОВАНИЯ И ЕГО РЕАЛИЗАЦИЯ В ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬ НОЙ ПРАКТИКЕ СЛЕДСТВЕННЫХ ОРГАНОВ ДОРЕФОРМЕННОЙ РОС СИИ (НАЧАЛО XIX В. - 1864 Г.)» рассматриваются основные этапы предва рительного расследования, особенности производства основных следствен ных действий, процедура документирования доказательственной базы.

В параграфе 2.1. («Общие и особенные правила производства предва рительного расследования») отмечается, что предварительное расследование разделялось на предварительное следствие и формальное следствие. Вместе с тем здесь необходимо сделать замечание по терминологии. Дело в том, что предварительное и формальное следствие вплоть до следственной реформы 1860 г. не имели четких критериев разделения, учитывая, что оба следствия проводились в одних и тех же органах полиции. Нужно также иметь в виду, что предварительное следствие по современной терминологии есть при неко торой условности формальное следствие первой половины XIX в., а предва рительное следствие первой половины XIX в. при некоторой условности есть дознание в настоящее время.

Предварительное следствие фактически не ограничивало следователя формальными процессуальными нормами и предоставляло достаточно широ кие полномочия. Согласно Книге второй т.15 Свода законов Российской им перии 1832 г. следователю в предварительном следствии в его начальной стадии предписывалось: а) прежде всего, исследовать, действительно ли бы ло совершено преступление, для чего необходимо: приводить для сего в из вестность все обстоятельства и признаки, обнаруживающие преступление;

производить это исследование, если возможно, по горячим следам, не дожи даясь депутата, если он по закону должен быть при следствии;

всегда свиде тельствовать явные признаки преступления: побои, увечье и всякие следы насилия;

для этого найденные при предварительном следствии инструменты, орудия и вещи могут служить доказательством или объяснением настоящего случая;

они должны быть пронумерованы, тщательно уложены, если воз можно, то запечатаны и приобщены к делу с точным их описанием;

б) вы явить вероятного виновника преступления, если он еще неизвестен, его по буждения к совершению данного преступления, а также круг соучастников по этому делу, для чего необходимо было: подробно исследовать все обстоя тельства, предшествовавшие и сопровождавшие преступление, а также об стоятельства, последовавшие за ним, которые указывают на вероятного ви новника преступления;

провести допрос свидетелей о том, кого следует по дозревать в преступлении, также может навести на виновного;

провести до прос подозреваемых или очную ставку со свидетелями.

Указанные первоначальные действия следователя, а точнее, их резуль таты, предопределяли дальнейшие действия с подозреваемым по данному преступлению. Если в результате следствия выяснялось, что нет никаких признаков преступления в исследованном деянии, то дело должно было быть прекращено. Если же в исследованном деянии открыты признаки какого либо преступления, предусмотренного уголовным законодательством (Книга первая т. 15 Свода законов), но виновный не установлен, то деятельность следователя должна быть направлена на то, чтобы «утвердить и доказать объективный состав преступления», то есть найти виновного. Если же след ствием открыты такие обстоятельства и признаки, которые изобличают ви новного или соучастника данного преступления, то после этого лицо, совер шившее преступление, признается обвиняемым, и над ним должно было на чинаться формальное следствие.

Далее в работе рассматриваются правила производства формального следствия, которое являлось заключительным этапом уголовного процесса перед судебным рассмотрением. Формальное следствие включало в себя дей ствия следователя, направленные на решение вопроса о виновности (неви новности) лица в совершении преступления. Цель формального следствия состояла в том, чтобы преступление, которое в предварительном следствии было признано «виновным», рассмотреть подробно и всесторонне, для чего необходимо было проводить следственные действия, в числе которых до прос, очная ставка, обыск, осмотр и др. На основании результатов следствен ных действий предстояло затем выявить всю степень вины или невиновности подозреваемого, причем должно было иметь место подробное и полное ис следование дела, чтобы впоследствии суд мог вынести справедливый приго вор. Затем автор подробно анализирует основания для возбуждения уголов ного дела (собственное наблюдение и усмотрение судьи;

молва, извещение, жалоба, донос, донесение прокуроров и стряпчих, явка с повинной, поимка виновного в деле и оговор). Наиболее очевидным и бесспорным поводом к началу следствия является поимка виновного в деле. Это обуславливалось тем, что посредством немедленного обзора следов преступления можно было относительно легко и точно собрать доказательства и получить признания виновного. Окончание формального следствия влекло за собой направление дела в соответствующий суд, то есть с этого момента начиналась вторая ста дия уголовного процесса - судебное разбирательство. Данная стадия при ин квизиционном процессе была дополнением следствия. Суд рассматривал до казательства, которые разделялись на совершенные и несовершенные. При их недостатке обвиняемый мог остаться «в подозрении», что, что, как спра ведливо отмечается в литературе (Я.Н. Куемжиева), имело негативные по следствия, в частности, оставленного в подозрении общество мещан и кре стьян могло не принять в свою среду и он подлежал ссылке на житье в Си бирь.

В завершении диссертант рассматривает особенности следствия по не которым категориям дел, которые законодателем определялись как дела осо бого производства. К делам особого производства относились производства по: 1) преступлениям против веры;

2) преступлениям против первых двух пунктов, то есть наиболее тяжким преступлениям против государства;

3) должностным преступлениям или следственным делам;

4) преступлениям, судимым в Совестном суде;

5) преступлениям людей гражданского ведомст ва, судимых в судах военных;

6) преступлениям людей гражданского ведом ства, судимых в судах духовных;

7) преступлениям о развратном поведении, об укрывательстве беглых и дезертиров, преступлениям о членовредителях и маловажным проступкам;

8) преступлениям по разным частям казенного управления;

9) преступлениям, чинимым российскими жителями в Финлян дии, а в России - финляндскими обывателями.

В параграфе 2.2. («Содержание и методы проведения основных след ственных действий») отмечается, что в правовой науке рассматриваемого периода криминалистические вопросы проведения основных следственных действий были изучены достаточно подробно и на высоком профессиональ ном уровне. Так, изучение работ Я.И. Баршева показывает, что большинство его предложений и рекомендаций по тактике проведения допроса и других следственных действий актуальны до настоящего времени.

В процессе уголовного судопроизводства в соответствии с уголовно процессуальным законодательством необходимо было выполнять следующие основные следственные действия: 1) допрос;

2) осмотр;

3) очная ставка;

4) обыск и выемка;

4) осмотр предмета исследования посредством сведущих людей (экспертиза). Перечисленные следственные действия были отрегули рованы в разной степени детально (в наибольшей степени – допрос), и о каж дом из них в параграфе речь идет подробно. Обращает на себя внимание то обстоятельство, что законодательство первой половины XIX в. еще не выде ляло в качестве самостоятельных такие современные следственные действия, как предъявление обвинения, освидетельствование, наложение ареста на поч товую корреспонденцию, опознание, проверка показаний. Однако они фак тически проводились, но в рамках иных более общих следственных дейст вий. Что касается экспертизы, то этот термин также стал применяться позже, однако диссертант полагает возможным использовать его, учитывая, что сущность данного следственного действия не изменилась. При этом все след ственные действия осуществлялись в рамках единого следственного алго ритма и требовали письменного протоколирования.

Одним из начальных следственных действий по уголовному делу в рассматриваемый период был, как и в настоящее время, осмотр места пре ступления, который в Книге второй т. 15 Свода законов именовался как «личный осмотр места преступления и следов его», имея в виду, что данное следственное действие должен был производить лично следователь. Наряду с анализом нормативных требований по проведению этого следственного дей ствия, в работе приводятся примеры из практики (это касается и всех других следственных действий). Так, типичный пример протокола осмотра места преступления представляет собой протокол, составленный 9 января 1850 г. в Москве по факту обнаружения мертвой женщины. Этот документ тогда име новался следующим образом: «Местное свидетельство частного пристава Ильинского c квартальным надзирателем Овчеренко и добросовестным сви детелем Ивановым» (добросовестным свидетелем тогда именовался поня той). Здесь, в частности, указывалось: «По осмотру частного пристава Иль инского c квартальным надзирателем Овчеренко и добросовестным свидете лем Ивановым оказалось: тело лежало в расстоянии от Пресненской заставы около двух с половиною верст;

от вала, коим обнесено Ваганьково кладби ще, на 3/4 версты и от беседки, устроенной на охотничьем бегу, также на 3/ версты и в трех саженях вправо от большой дороги, ниц лицом вдоль дороги, головок) по направлению к Воскресенску, руки подогнуты под тело, при пе ревороте же оказалось, что женщина эта зарезана по горлу, лет ей около 35, росту среднего, волосы русые, коса распущена, и волосами оной обернуто горло, около перереза, глаза закрыты, самое тело в замерзшем положении, одета она в платье клетчатой зеленой материи, под оным юбка коленкоровая белая, другая ватошная, крытая драдедамом темного цвета, и третья бумаж ная тканая, сорочка голландского полотна c воротничком, кальсоны коленко ровые белые, сбившиеся до самых голеней … При этом усмотрено, что снег, где она лежала, подтаял, и под самым горлом на снегу в небольшом количе стве кровь, c правой стороны тела по снегу виден след саней, свернувших c большой дороги, прошедший мимо самого тела и далее впавший опять в большую дорогу, по следам же конских копыт видно, что таковой был от Москвы. Поблизости тела орудий или острых вещей никаких не оказалось и следов крови более нет. А как по наступлении позднего времени и значи тельному замерзанию трупа лекарского осмотра произвести было нельзя, то тело было перенесено в пресненскую частную больницу».

Однако наиболее эффективным следственным действием, позволявшим следствию собрать наиболее значимые доказательства вины обвиняемого, был, безусловно, допрос, поскольку именно показания, данные на допросах самих обвиняемых, потерпевших, свидетелей и других участников, являлись, чаще всего основными аргументами при составлении обвинительного заклю чения и последующего судебного вердикта. Не случайно и российский зако нодатель дореформенного периода уделял данному следственному действию наибольшее внимание по сравнению с другими следственными действиями.

В Книге второй т. 15 Свода законов указывалась цель допроса: «чтобы полу чить от обвиняемого объяснения, необходимые для устранения всякой одно сторонности, относительно обвиняющих или навлекающих на него подозре ние обстоятельств и причин, чтобы, с одной стороны, иметь возможность уличить его в преступлении, а с другой стороны дать ему возможность пред ставить все, что может служить к оправданию его». Допрос «непременно должен быть произведен в течение первых трех дней по взятии обвиняемо го». Исключения касались дел, связанных с государственными преступле ниями – подозреваемые в них должны были допрашиваться немедленно. За кон предписывал, что «прежде допроса должно увещевать подсудимого, чтобы он на делаемые ему вопросы показывал сущую правду, объявляя ему, что добровольное признание и раскаяние может облегчить меру наказания его, «вообще в продолжение всего допроса должно стараться приводить об виняемого к признанию более кротостью и увещанием, нежели строгостью».

В случае важных обвинений или явного запирательства, нужно было «призы вать для увещания обвиняемого священников». При этом обвиняемым нельзя было делать «пристрастных допросов, истязания и жестокостей, но стараться обнаружить истину через тщательный расспрос и внимательное наблюдение и соображение обстоятельств, связи слов и действий подсудимого». Доволь но подробно законодатель определял форму и условия производства допроса.

Аналогичным образом исследуется порядок производства все других следственных действий, делаются соответствующие выводы, в частности, указывается, что такое дознавательно-следственное действие, как повальный обыск, было с силу его сложности и большого объема работа разбито на пер воначальные розыскные действия, когда протоколы были необязательными, и собственно следственные действия, которые осуществлялись после возбу ждения уголовного дела, и в этом случае с теми же лицами, которые опраши вались на стадии розыска, при необходимости проводились допросы с пись менными протоколами. Повальный обыск был характерен для розыскного процесса. Помимо «повального обыска» законодатель в Своде законов пре дусматривал и привычный в уголовном процессе обыск, который регулиро вался в тесной связке с таким следственным действием, как «выемка», при этом неизменно добавлялось, что речь идет об обыске в «домах».

В параграфе 2.3. («Виды доказательств в уголовном процессе и их до кументирование (на примере некоторых дел первой половины XIX в.)») отме чается, что во время производства следствия по уголовному делу осуществ лялся сбор доказательств, причем, как отмечалось, законодатель, в общем, довольно жестко определял к ним требования – так, чтобы у суда не было никаких сомнений в виновности или невиновности обвиняемого. Вместе с тем имела место конкретизация нормативно-правовых предписаний, касаю щихся доказательств. Следует еще заметить, что институт совершенных и несовершенных доказательств (теория формальных доказательств), который функционировал в рассматриваемый период, был сформирован в течение предшествующих десятилетий XVIII в., и в Своде законов 1832г. использо ваны нормы не только екатерининского периода, как преимущественно име ло место в отношении других уголовно-процессуальных институтов, но и еще более раннего времени, в том числе петровской эпохи. Так, в «Кратком изображении процессов или судебных тяжеб» 1715 г. система доказательств уже выглядела вполне определенно и стройно. Круг доказательств определен исчерпывающе, расположены они в разделе по степени их ценности от наи лучшего (на взгляд законодателя) к наихудшему. Наиболее ценным в соот ветствии с теорией формальных доказательств считалось собственное при знание, наименее ценным - присяга. Собственное признание считалось со вершенным доказательством. Таким образом, сложилась система формаль ных доказательств. Признания обвиняемого в совершенном преступлении было достаточным для того, чтобы признать его виновным и реализовать предусмотренные законом санкции. Далее автор анализирует теоретические воззрения об институте доказательств в первой половине XIX в., при этом обращается внимание то обстоятельство, что даже ведущим ученым процессуалистам первой половины XIX в. не удалось преодолеть обвини тельного уклона в определении задач следователя, и такой подход, когда сле дователь считается обвинителем, будет иметь место еще долго.

В Книге второй т. 15 Свода законов 1832 г. нормы, регулирующие во просы доказательств при производстве следствия по уголовным делам, со хранили преемственность, в том числе сохранил характерное для эпохи абсо лютизма теорию формальных доказательств. Далее в работе систематизиру ется перечень совершенных и несовершенных доказательств и затем каждое из них анализируется с точки зрения законодательного регулирования и практики применения норм права. В частности, к совершенным доказатель ствам относились: 1) собственное признание, которое «есть лучшее свиде тельство всего дела»;

2) письменное доказательство, признанное тем, против кого оно представлено;

3) личный осмотр;

4) свидетельство сведущих людей, то есть заключение экспертов - под ними закон понимал преимущественно «медицинских чиновников»;

5) согласное показание двух свидетелей, не от веденных подсудимым, если против этих показаний не будет представлено подсудимым достаточных опровержений. К несовершенным доказательствам относились: 1) внесудебное признание обвиняемого, подтвержденное свиде телями;

2) оговор подсудимым посторонних лиц;

3) повальный обыск, то есть массовый опрос жителей данной местности о личности и образе жизни обви няемого;

4) показание одного свидетеля об определенном факте;

5) улики или признаки в совершении преступления. В историко-процессуальной лите ратуре этот перечень видоизменялся, однако сущность всегда оставалась прежней. Далее указывается, что в 1840-х гг. для закрепления доказательств, и прежде всего показаний, которые во время повальных обысков, на допро сах и очных ставках давали участники уголовного процесса, стали постепен но унифицироваться формы процессуальных документов, отражающих со держание того или иного следственного действия. Ранее единого подхода не существовало, хотя он начал формироваться в начале XIX в. В работе под робно рассматриваются формы протоколов допросов и других следственных действий, делается вывод о том, что по своей сути они с тех пор не измени лись.

В заключении сделаны основные выводы по диссертации.

*** По теме диссертации автором опубликованы следующие работы:

Статьи в изданиях, предусмотренных перечнем ВАК России 1. Возбуждение уголовного дела и дознавательно-следственные дейст вия по деяниям, содержащим признаки преступления, до издания Свода за конов Российской империи //Общество и право.- Краснодарский универси тет МВД России, 2009. - № 2(24). - 0,4 п.л.

Статьи в иных изданиях 2. Особенности осуществления следствия и рассмотрения уголовных дел в суде на основе первоначальной редакции Свода законов Российской империи //Право в системе социально-экономических регуляторов общест венных отношений в современной России: проблемы теории и правоприме нительной практики. Материалы научной конференции 27 ноября 2008 г. Краснодар: Краснодарский университет МВД России, 2008. – 0,3 п.л.

3. Развитие уголовно-процессуального законодательства Российской империи в первой половине ХIХ в. //Актуальные проблемы развития госу дарственно-правовых институтов в условиях становления правового государ ства. Материалы Всероссийской научно-практической конференции 29 фев раля-1 марта 2008 года – Краснодар: Краснодарский университет МВД Рос сии, 2009. – 0, 4 п.л.

4. Становление в Российской империи института судебных следовате лей и организационно-правовые основы их деятельности //Актуальные во просы социогуманитарного знания: история и современность. Выпуск 5.

Краснодар, 2009. – 0, 3 п.л.



 

Похожие работы:





 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.