авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Изучение структурно-функциональной организации ритмогенеза в колонках корковых нейронов

На правах рукописи

ЛОГВИНОВ Александр Константинович ИЗУЧЕНИЕ СТРУКТУРНО-ФУНКЦИОНАЛЬНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ РИТМОГЕНЕЗА В КОЛОНКАХ КОРКОВЫХ НЕЙРОНОВ 03.03.01 – физиология

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата биологических наук

Ростов-на-Дону 2009 2011 2

Работа выполнена в Научно-исследовательском институте нейрокибернетики им. А.Б. Когана Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Южный федеральный университет» (г. Ростов-на-Дону)

Научный консультант: доктор биологических наук, ст.н.с.

Сухов Александр Георгиевич

Официальные оппоненты: доктор биологических наук, профессор Черноситов Александр Владимирович доктор биологических наук Жукова Галина Витальевна

Ведущая организация: Институт высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН (г. Москва)

Защита диссертации состоится «27» апреля 2011 г. в «11:00» часов на заседании диссертационного Совета Д 212.208.07 по биологическим наукам в ФГАОУ ВПО «Южный федеральный университет» (344090, г. Ростов-на-Дону, пр. Стачки 194/1, актовый зал)

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГАОУ ВПО «Южный федеральный университет» по адресу: 344006, г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, 148.

Автореферат разослан «_» 2011 года

Ученый секретарь диссертационного совета, к.б.н., ст.н.с. Асланян Е.В.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность работы. Изучение механизмов ритмогенеза мозга является актуальной задачей нейробиологии на протяжении длительного времени. Анализ особенностей пространственно-временной организации фокальной фоновой активности позволил обнаружить локальный автономный ритм в отдельных идентифицированных колонках соматической коры крысы в зоне проекции вибрисс (Сухов, 1993-2010), однако, механизмы этой ритмогенерации были неясны. В экспериментах с регистрацией фокальной ритмической активности (Бездудная, 2000;

Сухов, Сердюк, Коняхина, 2007), а также при внутриклеточной регистрации активности нервных клеток (Timofeev et al., 2001) было показано, что при формировании веретенообразной активности в начальной фазе развития веретена импульсная активность нейронов отсутствует вследствие доминирования процессов гиперполяризации. Последнее исключает возможность участия химических синапсов в процессах синхронизации в начальной фазе развития веретен (Сухов с соавт., 2007, Кириченко, 2008). В связи с этим возникает вопрос относительно механизмов синхронизации гиперполяризационной осцилляторной активности, которая, по данным ряда авторов, генерируется пейсмекерными Н-каналами (McCormick, Pape, 1990;

Pape, 1996;

Santoro et al., 2000). Важную роль в синхронизации пейсмекерных потенциалов разных нейронов колонки могут играть электрические синапсы или щелевые контакты (gap junction), выявленные в локальных системах тормозных нейронов в разных отделах мозга млекопитающих, в том числе, в сенсомоторной коре (Deans et al., 2001;

Galarreta, Hestrin, 2002;

Fukuda, Kosaka, 2003, 2006;

Connors, Long, 2004;

Gibson et al., 2005), и которые, как полагают, необходимы для формирования химических синапсов (Lo Turco, Kriegstein, 1991, Peinado, et al., 1993, Kandler, Katz, 1995, Elias, et al, 2007, Todd et al., 2010).

Ранее было показано, что количество электрических синапсов в баррельной коре (четвертый слой) достаточно велико (Кириченко с соавт., 2008). Однако, сведения о количественном распределении этих контактов в верхних (супрагранулярных) и нижних (инфрагранулярных) слоях соматической коры в литературе отсутствовали. В то же время, сравнительный анализ количества синаптических контактов в различных слоях может способствовать установлению их возможной роли в процессах ритмогенерации.

В связи с этим, целью настоящей работы являлось электрофизиологическое исследование пространственно-временной организации фокальной веретенообразной активности в супрагранулярных и инфрагранулярных модулях колонок соматической коры крыс и ультраструктурный количественный анализ синаптоархитектоники этих слоев.

В соответствии с целью исследования, были определены следующие задачи:

Изучить особенности пространственно-временной организации фокальной 1) веретенообразной активности в верхних (супрагранулярных- I, II, III) и нижних (инфрагранулярных-V-VI) модулях отдельной корковой колонки.

Исследовать особенности процессов дистантной синхронизации фоновой 2) фокальной веретенообразной активности, отводимой от разных колонок соматической коры на разных стадиях развития веретен.

Провести сравнительное количественное морфометрическое исследование 3) электрических и химических синаптических контактов в I-III, V-VI слоях колонки соматической коры.

Провести ультраструктурное исследование особенностей взаимного 4) пространственного расположения электрических и химических синапсов в соответствующих модулях колонок соматической коры.

Выполнить иммуногистохимическое исследование экспрессии антигенов к 5) синаптофизину, миелину, нейрофиламентам и глиальному фибриллярному кислому белку (Synaptophysin, Mielin Basic Protein, Glial Fibrillar Protein, Neurofilament) с целью выявления особенностей пространственного распределения нейронов и их отростков, глиальных клеток, а также химических синапсов в колонках коры крыс.



Научная новизна работы.

1) Впервые установлена возможность возникновения локального ритмогенеза в супрагранулярных или в инфрагранулярных модулях одной и той же корковой колонки.

2) Впервые проведена количественная оценка частоты встречаемости электрических и химических синаптических контактов в супрагранулярных (I, II, III) и инфрагранулярных (V,VI) модулях колонки соматической коры крыс.

Показано, что доля электрических синапсов выше в верхних слоях коры.

3) Впервые проведено иммуногистохимическое исследование структуры корковых колонок с использованием антител к миелину, нейрофиламентам, глиальному фибриллярному кислому белку, синаптофизину, которое позволило описать особенности расположения нейронов, их отростков и глии, миелинизированных аксонов, а также химических синаптических контактов.

Научно-практическая значимость работы.

Представленные в диссертации результаты комплексного нейрофизиологического и нейроморфологического исследования структурно-функциональной организации ритмогенеза в колонках корковых нейронов указывают на ведущую роль электрических дендродендритических синапсов в формировании функциональных элементарных ансамблей однотипных тормозных нейронов - fast-spiking - parvalbumin-immunoreactive, low-treshold spiking, late-spiking. Вероятно, электрические синапсы обеспечивают электротоническую синхронизацию пейсмекерных осцилляций нейронов одного ансамбля, что формирует локальную эндогенную осцилляторную активность нейронного ансамбля в целом. Ритмическая веретенообразная активность обусловлена, таким образом, не чередованием ионотропных вызванных потенциалов и возвратных тормозных потенциалов, а является следствием скоординированного чередования эндогенных пейсмекерных волн калиевой гиперполяризации с последующими волнами Ca 2+- и Na+ деполяризации, синхронизированных за счет дендродендритических электрических синапсов. Об этом свидетельствует результат анализа послойного распределения электрических синапсов, в частности, наибольшая частота их встречаемости в верхних слоях коры.

Полученные фундаментальные результаты могут быть использованы при изучении механизмов ритмогенеза в других лабораториях, при разработке математических моделей осцилляторной активности, при написании учебных пособий для биологов. Результаты работы включены в коллективную монографию «Холинергические и потенциал зависимые механизмы локального ритмогенеза в нейронных колонках соматической коры крысы», планируемую к изданию в 2011 году, в спецкурс «Эволюция ритмогенеза».

Материалы исследования могут быть использованы при чтении лекций и проведении практических занятий для студентов и аспирантов, специализирующихся в области физиологии и морфологии, разработанные методы комплексного морфофункционального исследования - при изучении механизмов взаимоотношения нейронов, синхронизации ритмов внутри корковых колонок и их структурной организации, для изучения ультраструктуры электрических и химических синаптических контактов, и др.

Основные положения, выносимые на защиту:

1) Формирование локальной веретенообразной активности в корковых колонках может быть обусловлено развитием эндогенной пейсмекерной гиперполяризации в ансамблях однотипных тормозных нейронов, объединенных дендродендритическими электрическими синапсами, с последующей деполяризацией, обусловленной активацией потенциал-зависимых Ca2+ и Na+ каналов.

2) Электрические дендродендритические синапсы играют важную роль в электротоническом объединении однотипных тормозных нейронов в различные элементарные ансамбли в супрагранулярных и инфрагранулярных модулях колонки и обеспечивают разные формы нормальной ритмической активности и регуляцию функционального состояния мозга.

3) Дистантная синхронизация осцилляторной активности разных колонок и разных модулей одной колонки за счет аксональных связей и химических синапсов зависит от функционального состояния и частотно-фазовой сонастройки ритмогенеза в разных колонках.

4) Количество электрических синапсов в различных слоях колонок соматической коры достаточно для осуществления электротонической синхронизации на начальной нарастающей фазе веретена.

5) Иммуногистохимическое исследование экспрессии глиального фибриллярного кислого белка на фронтальных срезах коры позволяет идентифицировать границы корковых колонок, которые не выявляются при светооптическом исследовании как неокрашенных, так и окрашенных гематоксилином и эозином препаратах и при иммуногистохимическом исследовании с использованием антител к миелину, нейрофиламентам и синаптофизину.

Апробация диссертационной работы. Материалы диссертации были представлены на II Всероссийской научно-практической конференции «Функциональное состояние и здоровье человека» (г. Ростов-на-Дону, Россия, 2008), международной конференции «Современные методы микроскопии в биологии и медицине» (г. Санкт Петербург, Россия, 2009), III Международной научно-практической конференции «Проблемы биологии, нанотехнологий и медицины» (г. Ростов-на-Дону, Россия, 2009), XV Международной конференции по нейрокибернетике (г. Ростов-на-Дону, Россия, 2009), 5-й Российской (с международным участием) школе-конференции «Сон – окно в мир бодрствования» и междисциплинарном семинаре «Нейробиологические основы цикла сон-бодрствование» (г. Ростов-на-Дону, Россия, 2009), 15 Мировом Конгрессе Психофизиологов (Будапешт, Болгария, 2010), пятом международном междисциплинарном конгрессе «Нейронаука для Медицины и психологии» (г. Судак, Крым, Украина, 2010), конференции молодых исследователей «Фундаментальная наука и клиническая медицина» (г. Санкт- Петербург, 2010), заседании ученого совета НИИ нейрокибернетики им. А.Б. Когана ЮФУ (г. Ростов-на-Дону, Россия, 2010).

Публикации. По теме диссертации опубликовано 14 печатных работ, из них три статьи в журналах, рекомендованных ВАК РФ и две статьи в зарубежных журналах:

Integrative Neuroscience и Neuroscience and behavioral physiology, общим объемом 2, печатных листа, личный вклад автора 60%.

Структура и объем диссертации. Диссертация изложена на 126 страницах машинописного текста, состоит из введения, четырех глав (обзор литературы, методика, результаты исследования, обсуждение результатов), выводов и библиографического указателя, включающего 56 отечественных и 138 зарубежных источника. Работа иллюстрирована 37 рисунками.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ Постановка экспериментов. В экспериментах было использовано 20 белых лабораторных крыс обоего пола, весом 150–200 г, которые содержались в виварии в стандартных лабораторных условиях при оптимальном температурном режиме и стандартном питании. При постановке экспериментов учитывались требования "Хельсинской декларации" Всемирной медицинской ассамблеи.

Эксперименты проводились в условиях острого опыта на ненаркотизированных, обездвиженных миорелаксантом животных. Трепанацию черепа выполняли под эфирным наркозом ручным трепаном диаметром 3 мм, края кожных разрезов дополнительно инфильтрировали 1%-м раствором новокаина. После трепанации подачу эфирного наркоза останавливали, крыс обездвиживали введением d-тубокурарина внутримышечно (0,2 мг на 100 грамм веса) и затем переводили на искусственное дыхание, обеспечивая частоту дыхания один раз в секунду.

Методы регистрации биоэлектрической активности.

Для отведения фокальной активности отдельных колонок использовали стеклянные микроэлектроды, заполненные 2,5 М раствором NaCL с сопротивлением 1-2 МОм и диаметром кончика 2-3 мкм. Готовили следующие склейки микроэлектродов:





горизонтальные, с расстоянием между кончиками 300-500 мкм по горизонтали для одновременной регистрации активности соседних колонок;

вертикальные, с расстоянием между кончиками 1000 мкм по вертикали для одновременной регистрации активности в верхних и нижних слоях одной колонки. Микроэлектроды погружали в мозг с помощью микроманипуляторов ММ-1 с шагом погружения 10 мкм под контролем микрометра.

Колонки коры определяли по первичному ответу при отклонении соответствующей вибриссы, а также оценивали на слух нейронную активность, трансформированную в звуковые сигналы. Регистрация фоновой активности производилась через АЦП L- (LCard, Россия).

Для оценки фоновой фокальной активности отбирали участки записи длительностью 30–60 секунд. Использовался метод спектрального анализа временных рядов – с вычислением спектров мощности, спектров когерентности и фазовых кросспектров с шагом по частоте 1 Гц с помощью программы Spectrum (Разработчик программы Строкун Ф.Ф.).

Морфологические методы исследования. В конце эксперимента крысам вводили нембутал в дозе 60 мг/кг и проводили транскардиальную перфузию головного мозга последовательно изотоническим раствором фосфатного буфера и раствором 4%-го параформальдегида (Sigma) на 0,1-молярном фосфатном буфере (рН 7,2–7,3). Скорость перфузии соответствовала скорости движения крови по сосудам. После окончания перфузии головной мозг извлекали и оставляли для дофиксации в растворе параформальдегида в холодильнике при температуре 40С.

На следующий день мозг разделяли на два полушария. Из одного полушария на вибратоме VT 1000E (Leica, Германия) на холоду изготавливали тангенциальные срезы толщиной 100 мкм для последующего исследования слоев колонки неокортекса. Далее из середины каждого среза лезвием выделялся небольшой участок ткани, который обрабатывали общепринятыми методами для светооптического (5 животных) и электронномикроскопического исследования (5 животных) (Robenson, Gray, 1990;

Для электронной микроскопии выделяли участки Bozzola, Russell, 1992).

соответствующие разным слоям колонок. Другое полушарие дополнительно фиксировали 10% формалином, ориентировали его для получения фронтальных срезов, заключали в парафин по стандартной методике. Из парафинового блока изготавливали серийные срезы толщиной 4 мкм для светооптического и иммуногистохимического исследований.

Ультратонкие срезы толщиной 50 нм изготавливали на ультрамикротоме Ultracut-E (Leica, Германия) с использованием алмазного ножа (Швейцария), Diamont контрастировали уранилацетатом и цитратом свинца и просматривали в трансмиссионных электронных микроскопах EM-208 (Philips, Нидерланды) и Jem 1011 (Jeol, Япония). Для морфометрического анализа ультраструктуры электрических и химических синапсов с помощью цифровой камеры Erlangshen ES500W (Gatan, США, Канада) производился ввод и анализ изображений в графическом формате.tif - оптимальном для идентификации и измерения ультраструктуры синапсов. Морфометрию проводили с использованием лицензированных программ Qwin (Leica, Кембридж, Англия) и Application Suite (Leica, Швейцария). Запись электроннограмм производилась с увеличением х 80 000. Кадры вводились подряд. Результаты были получены в абсолютных единицах измерения – мкм и нм. Для статистической обработки использовали пакет программ Statistica for Windows 6. (Боровиков, 2001).

Для иммуногистохимического исследования использовали первичные мышиные моно- и кроличьи поликлональные антитела против нейрофиламентов (Neurofilament), основного белка миелина (Mielin Basic Protein), глиального фибриллярного кислого белка (Glial Fibrillar Acid Protein), синаптофизина (Synaptophysin) и систему визуализации Dako EnVision System + Peroxidase (AEC) (antirabbit, antimouse), Dako (Германия).

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ Пространственно-временная характеристика веретенообразной активности корковых колонок.

В исследовании пространственно-временной организации веретенообразной активности методом множественного микроэлектродного сканирования идентифицированных нейронных колонок баррельной коры крыс была выявлена возможность формирования индивидуальной осцилляторной активности нейронных ансамблей размером 200-300 мкм в супрагранулярных, гранулярных и инфрагранулярных модулях отдельных колонок. Как показало наше исследование, веретенообразная активность, регистрируемая в верхних супрагранулярных модулях корковых колонок на уровне 2–3 слоев, обычно в 2-3 раза превышала по амплитуде внутриверетенных волн фокальную активность в инфрагранулярных модулях на уровне V-VI слоев (Рис. 1.).

0,5 мВ 1 сек.

Рис. 1. Особенности развития веретенообразной активности внутри одной колонки.

Обозначения: 1 канал: фоновая веретенообразная активность супрагранулярных (II-III) слоев;

2 канал: фоновая веретенообразная активность инфрагранулярных (V-VI) слоев.

Детальный анализ интервалов следования внутриверетенных пиков разных супрагранулярных и инфрагранулярных модулей одной колонки показал, что только в 50% случаев эти пики возникали синхронно в верхних и нижних модулях одной колонки.

В 20% случаев вершины пиков внутриверетенных инфрагранулярных слоев опережали вершины пиков супрагранулярных слоев, а в 30% случаев, наоборот, наблюдалось отставание пиков инфрагранулярных слоев от пиков супрагранулярных слоев внутри одной колонки.

Что касается межколончатых отношений, в различных экспериментах отмечалось как синхронное, так и асинхронное начало развития и завершения веретенообразной активности в разных колонках. Веретена, регистрируемые в разных колонках, часто имели разную длительность и различную амплитуду, а также форму внутриверетенных колебаний. В некоторых случаях, при анализе фокальной активности двух различных колонок, веретена наблюдались только в одной из них. На рисунке 2А, Б представлены записи фокальной активности трех разных колонок, находящихся на расстоянии 500 мкм друг от друга. На 1 и 2 каналах представлена фокальная активность, отводимая двумя микроэлектродами из супрагранулярного модуля первой колонки (D1), на 3 канале показана фокальная активность супрагранулярного модуля второй колонки (D3), а на канале представлена активность супрагранулярного модуля третьей колонки (D4). Как видно на рисунке 2А, типичная веретенообразная активность наблюдается в колонке D3 ( канал), и в колонке D4 (4 канале). Активность в этих колонках состоит из трех последовательно развивающихся веретен, максимумы которых приходятся на 1-2, 4-5, и 7 8 секунды регистрации.

При внимательном рассмотрении этой веретенообразной активности можно отметить целый ряд индивидуальных особенностей фокального ритмогенеза в колонках D3 и D4, в частности, вариации амплитуды, формы, полярности внутриверетенных потенциалов. Еще более выраженные отличия обнаружены при сравнении фокальных веретен колонок D3 и D4 с активностью колонки D1 (1 и 2 каналы регистрации). Эти отличия проявляются, прежде всего, в «узких» по форме внутриверетенных потенциалах колонки D1, похожих на потенциалы реакции усиления или вовлечения. Эти потенциалы, по нашему мнению, обусловлены пространственно-временной суммацией импульсной активности, поступающей к колонке D1 от соседних колонок в ритме веретен.

Обоснованность подобной трактовки возникновения веретен в колонке D1 подтверждает тот факт, что они появляются в этой колонке только на вершинах веретен в колонках D3 и D4, т.е., при возникновении импульсных потенциалов действия, что происходит, по мнению многих авторов, за счет активации потенциал-зависимых Ca2+ и Na+ каналов.

Следует отметить, что постсинаптически вызванные веретена в колонке D1 не всегда имеют типичную форму веретена, как, например, второе и третье веретена на рисунке 2А на 4-й и 7-й секундах записи, где наблюдаются характерные периоды нарастания и спада.

А D D D Б D D D Рис. 2. Веретенообразная активность, регистрируемая одновременно в трех соседних колонках (D1, D3 и D4) соматической коры. Обозначения: 1, 2 каналы – отведение фокальной активности из супрагранулярных модулей колонки D1, 3 канал отведение фокальной активности из супрагранулярного модуля колонки D3, 4 канал – отведение фокальной активности из супрагранулярного модуля колонки D4. Пунктирые линии - обозначение вершин веретен, стрелками обозначены фазы следовой деполяризации в колонке D1 при развитии высокоамплитудных пиков на вершине веретена в колонках D3 и D4.

В некоторых случаях вместо этого наблюдались явления трансформации внутриверетенного ритма как, например, у первого веретена в колонке D1 на рисунке 2А и у двух веретен на рисунке 2Б. Кроме этого, некоторые из наиболее высокоамплитудных вызванных постсинаптических потенциалов в колонке D1 вместо фазы следовой гиперполяризации, связанной с активацией h-каналов гиперполяризации, демонстрировали фазу следовой деполяризации (отмечена стрелкой на рисунке 2Б), обусловленную более длительным пребыванием потенциал-зависимых натриевых каналов в открытом состоянии.

Таким образом, можно заключить, что эндогенная пейсмекерная веретенообразная активность, наблюдаемая в колонках D3 и D4 (Рис. 2А, Б) существенно отличается от более быстрых вызванных постсинаптических фокальных потенциалов в колонке D1. При первичном визуальном рассмотрении появление внутриверетенных пиков в обеих колонках казалось синхронным, однако, при детальном анализе обнаружилось, что из случаев совпадение вершин внутриверетенных пиков двух колонок D3 и D4 наблюдалось в 3 случаях из 39, при этом в остальных 36 случаях было зафиксировано опережение или отставание внутриверетенных пиков одной и другой колонки. Выявленные нами особенности формирования ритмической активности колонок свидетельствуют о существенных отличиях в характере временной организации веретенообразной активности в двух различных соседних колонках соматической коры крыс.

Проведенный статистический анализ фоновой биоэлектрической активности колонок также выявил асинхронный характер развития ритмической активности в разных колонках и синхронный - внутри одной колонки соматической коры. Анализ спектров мощности показал, что когда в одной колонке регистрировались частоты от 1 до 15 Гц, с преобладанием частот 8-10 Гц, в другой колонке могли наблюдаться в основном колебания с частотой в 1 Гц. Согласно результатам проведенного статистического анализа фаз усредненного кросспектра, наблюдалось более тесное согласование фазовых отношений в пределах одной колонки, в отличие от разных колонок – в этом случае были выявлены значимые фазовые сдвиги.

Наблюдаемое нами рассогласование временной организации веретенообразной активности между отдельными колонками (возможность несинхронного появления и завершения веретен, различная амплитуда и форма внутриверетенных пиков, а также форма веретена) вместе с результатами спектрального анализа указывают на локальный автономный характер ритмогенеза в каждой из колонок, основу которого составляют пейсмекерные потенциал-зависимые мембранные каналы гиперполяризации, выявленные в настоящее время не только в сердечной мышце и нейронах таламуса, но и во многих других структурах, в том числе и в коре мозга. При этом важная роль во взаимной синхронизации активности пейсмекерных каналов разных пейсмекерных нейронов одной колонки в начальной нарастающей фазе веретена при отсутствии еще импульсных потенциалов, по нашему мнению, принадлежит электрическим дендродендритическим синапсам между тормозными клетками каждой отдельной колонки. Для установления структурных характеристик этих электрических синапсов, клеточных элементов и химических синаптических контактов нейронов колонок проводилось светооптическое, иммуногистохимическое и ультраструктурное исследование коры головного мозга на фронтальных срезах.

Кора головного мозга на фронтальных срезах при светооптическом и иммуногистохимическом исследовании. Исследование фронтальных неокрашенных срезов толщиной 100 мкм показало, что на них, также как и на срезах, окрашенных гематоксилином и эозином (толщина 3-4 мкм), четко идентифицировать границы колонок не удается. Изучение экспрессии основного белка миелина на фронтальных срезах показало, что миелинизированные отростки были расположены в основном перпендикулярно поверхности коры полушарий. Наибольшее скопление миелинизированных отростков наблюдалось в нижних слоях, при этом их количество уменьшалось к четвертому слою коры, и лишь единичные, по-видимому, самые толстые волокна достигали верхних слоев. В целом, характер распределения экспрессии миелина соответствовал основным теориям архитектоники миелинизированных волокон коры полушарий. Результат исследования экспрессии нейрофиламентов позволил установить, что крупные отростки нервных клеток в коре направлены, в основном, по глубине колонок – вверх или вниз, поэтому наблюдать их можно было преимущественно в продольном сечении, а в первом слое расположены многочисленные тонкие отростки.

Проведенное иммуногистохимическое исследование с использованием антител против глиального фибриллярного кислого белка позволило визуализировать упорядоченно расположенные вдоль всей колонки соматической коры глиальные клетки и их отростки. Результаты изучения экспрессии глиального фибриллярного кислого белка позволили заключить, что колонку можно выявить при помощи иммуногистохимического типирования с соответствующим антителом на тонких срезах, толщиной 4 мкм.

Изучение экспрессии синаптофизина на фронтальных срезах коры показало, что этот антиген по глубине распределяется в соматической коре равномерно. Поскольку в данном случае использовали моноклональные антитела против синаптофизина – белка, содержащегося в синаптических везикулах химических синапсов, можно было утверждать, что, по-видимому, количество химических синапсов и/или содержание в них синаптических везикул распределено на фронтальных срезах равномерно во всех слоях соматической коры.

Особенности ультраструктуры синаптических контактов колонки соматической коры. Нами проводилось послойное электронномикроскопическое исследование различных модулей колонки, включая I слой, II-III супрагранулярные и V инфрагранулярные слои. Электронномикроскопическое исследование слоя VI I соматической коры показало, что основная масса синапсов располагалась на мелких ветвях дендритов. Химические синапсы выявлялись по характерным признакам:

синаптические везикулы округлой или вытянутой формы в пресинаптической аксонной терминали, а также электронноплотные участки на постсинаптической мембране активной зоны – постсинаптические уплотнения, что является признаком асимметричных химических синапсов. Электрический или щелевой контакт отличался от химических синапсов узкой и прямой зоной контакта, отсутствием постсинаптического уплотнения;

отсутствием синаптических везикул. Исследование этих контактов при больших увеличениях выявило четкую семислойную структуру: визуально прослеживалось чередование темных и светлых полос (Рис. 3 В, Г). Щель в зоне щелевого контакта прерывалась мостиками из электронноплотного материала. Эти мостики образовывали повторяющуюся ячеистую структуру. Согласно литературным данным, электронноплотные мостики щелевого контакта представляют собой гексаметрическую структуру коннексон, с субъединицей коннексином. Посредством этих трансмембранных каналов происходит межклеточный обмен ионами и молекулами (Nagy, 2004), а щелевой контакт длиной около 9 нм содержит от 150 до 340 структур коннексонов (Fukuda, Kosaka, 2006).

Исследование супрагранулярных слоев также выявило сходную II-III ультраструктуру многочисленных синаптических контактов, в том числе и электрических.

Например, на рисунке 3А представлено несколько синаптических контактов, образованных многочисленными окончаниями аксонов и несколькими веточками дендритов. Щелевой контакт сформирован рядом с тем отростком, который с противоположной стороны является постсинаптической частью аксошипикового асимметричного химического синапса. Причем, такая картина, когда оба типа межклеточных контактов расположены рядом, или даже на одном отростке, в соматической коре не является редкостью (Кириченко, 2009, Logvinov, 2010). Близкое расположение двух типов контактов в супрагранулярных слоях соматической коры представлено и на рисунке 3Б, где оба типа контактов расположены в непосредственной близости друг от друга.

а Б А Д В Г Рис. 3. Синаптические контакты колонки соматической коры крыс. Обозначения: А щелевой контакт супрагранулярного слоя соматической коры крыс: стрелка - щелевой контакт, звездочка - химический синапс, (увеличение 37500). Б - щелевой контакт, локализованный рядом с астроцитом: стрелка - щелевой контакт, звездочка - химический синапс, а - астроцит, (увеличение 37500). В, Г - примеры формирования семислойной структуры щелевого контакта при больших увеличениях: две триламинарные мембраны (черная стрелка) и синаптическая щель (белая стрелка) (увеличение: В - 222600, Г 250000). Д - перфорированные асимметричные аксошипиковые химические синапсы, сформированные одним аксоном, рядом располагается электрический синапс: стрелка щелевой контакт, звездочка - перфорированный химический синапс (увеличение: 49200).

При исследовании ультраструктуры инфрагранулярных V-VI слоев коры также встречались многочисленные примеры формирования щелевых контактов между отростками нервных клеток. Наиболее характерными из них являлись: щелевой контакт между тонкими веточками дендритов рядом с аксошипиковым, нередко перфорированным, химическим синапсом;

щелевой контакт рядом с аксодендритическими и аксосоматическими симметричными химическими синапсами, формирование одним и тем же отростком обоих типов контактов - и аксошипикового химического синапса с протяженной активной зоной и щелевого контакта. В целом следует отметить, что обнаружить отдельно расположенный щелевой контакт без многочисленного микроокружения из электронноплотных активных зон химических синаптических контактов не представляется возможным.

Послойное электронномикроскопичеческое исследование химических синапсов, проведенное в нашей работе, выявило, что большая их часть была представлена аксошипиковыми синапсами, реже встречались аксодендритические и аксосоматические синапсы. Аксошипиковые и аксодендритические синапсы имели асимметричную активную зону с отчетливо выраженным постсинаптичским уплотнением. Кроме того, многие аксошипиковые синапсы являлись перфорированными с прерывистой активной зоной, причем, нередко несколько перфорированных синапсов были сформированы одним аксоном, а рядом обнаруживались щелевые контакты (Рис. 3 Д). На телах звездчатых нейронов располагались исключительно симметричные аксосоматические химические синапсы.

В нашей работе также было отмечено формирование дендроаксональных химических синапсов, которые, по нашему мнению, обеспечивают возможность локальной синхронизации активности нейронов одного ансамбля на пресинаптическом уровне. На рисунке 4 представлено формирование трех синапсов: двух химических аксошипиковых на двух отростках и одного щелевого контакта. Щелевой контакт в данном случае является, по-видимому, дендроаксональным, так как один из отростков, участвующих в формировании щелевого контакта, контактирует с пресинаптическим аксоном аксошипикового химического синапса.

Таким образом, проведенное электронномикроскопическое исследование первого слоя, супрагранулярных слоев, а также инфрагранулярных слоев соматической коры позволило выявить довольно многочисленные щелевые контакты с характерной семислойной структурой.

Большая часть щелевых контактов была расположена рядом с химическими синапсами, находилась в тесной связи и даже контактировала с ними. Нами было установлено, что среднее расстояние между активной зоной химического и электрического синапсов составляет 200-300 нм (n = 22). Для оценки количества синаптических контактов нами было проведено послойное морфометрическое исследование первого, супра- и инфрагрануряных слоев коры.

При увеличении х 80000 в память компьютера последовательно записывали кадры из фрагментов первого слоя, супрагранулярных и инфрагранулярных слоев коры. Размер каждого кадра составлял 7 мкм2. Количество электрических синапсов в супрагранулярных модулях колонок составила 6,6% от общего числа синаптических контактов, в том числе 2,4% в поверхностном I слое коры. В инфрагранулярных модулях количество электрических синапсов составило 2,8% от всех синаптических контактов.

А ш А ш Рис. 4. Дендроаксональный щелевой контакт (стрелка) колонки соматической коры крыс. Условные обозначения: А-аксон, Ш-шипик, звездочка- активная зона химического синапса. Увеличение Ультраструктурное исследование электрических щелевых контактов после применения специфического блокатора электрических синапсов carbenoxolone показало, что ультраструктура последних действием блокатора нарушена не была: при увеличении в 500 000 наблюдались две плазматические мембраны, плотно контактирующие друг с другом, и синаптическая щель между ними, содержащая электронноплотный осмиофильный материал.

ОБСУЖДЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ До настоящего времени многочисленные существующие гипотезы о едином генераторе ритма своего однозначного подтверждения так и не получили. В качестве ритмогенератора рассматривали таламус (Нарикашвили, 1975;

Буриков с соавт., 1985;

Andersen, Eccles, 1962;

Andersen, Andersson, 1968) и некоторые другие подкорковые структуры (Могилевский, Романов, 1989;

Сунцова, 2000;

Sterman, Clemente, 1961 и др.), а также кору головного мозга (Серков с соавт., 1963;

Дуринян, 1975;

Кратин, Сотниченко, 1987;

Lopes de Silva, 1978;

Contreras et al., 1996;

Fuentealba et al., 2004 и др.).

В настоящей работе показано, что при отведении электрической активности из разных колонок горизонтальной склейкой микроэлектродов наблюдались отличия по форме, амплитуде и длине веретен, регистрируемых даже в соседних колонках. При отведении электрической активности из разных слоев одной колонки вертикальной склейкой наблюдалась большая степень синхронизации активности, чем между колонками. Причем в верхних слоях (супрагранулярном, гранулярном) амплитуда веретенообразной активности была выше (в 2-2,5 раза), чем в нижних слоях (инфрагранулярных). Это может объясняться преимущественной локализацией пейсмекерных каналов на дистальных участках апикальных дендритов в верхних слоях коры, что согласуется с данными о шестикратном преобладании пейсмекерных каналов на апикальных дендритах гиппокампальных нейронов и пирамидных клеток соматической коры (Magee, 1998;

Berger, et al., 2001). По нашим данным, механизм генерации веретенообразной активности в корковых колонках начинается не с процесса первичной активации таламокортикальных релейных нейронов таламуса с последующим вторичным синаптическим вовлечением в ритмогенез корковых колонок, а с процесса гиперполяризации мембраны корковых нейронов, вызывающей активацию потенциал зависимых пейсмекерных Н-каналов циклической гиперполяризации в пейсмекерных нейронах, непосредственно формирующих ритм сонных веретен, что можно видеть в начальной фазе развития коркового веретена в наших исследованиях, и что подтверждают данные внутриклеточных микроэлектродных регистраций ряда работ (Timofeev et al., 2001, Contreras et al., 1997;

Contreras, Destexhe, Steriade, 1997;

Steriade, 2000). При этом, важная роль во взаимной синхронизации активности пейсмекерных каналов разных пейсмекерных нейронов одной колонки в начальной нарастающей фазе веретена на стадии отсутствия импульсных потенциалов принадлежит электрическим дендродендритическим синапсам тормозных клеток каждой отдельной колонки, которые выявлены и описаны в последнее время рядом авторов, в том числе и нами (Deans et al., 2001;

Connors, Long, 2004;

Gibson, Beierlein, Connors, 2005;

Hestrin, Galarreta, 2005, Сухов, Кириченко, Повилайтите, 2008). Эти синапсы обеспечивают локальную, в пределах 200 мкм внутриколончатую электротоническую синхронизацию волн циклической гиперполяризации однотипных тормозных нейронов одного бочонка.

Выявленные в настоящем исследовании в различных слоях корковой колонки электрические или щелевые контакты имели характерную ультраструктуру, описанную для таких синапсов (Deans et. al., 2001, Galaretta, Hestrin, 2002;

Fukuda, Kosaka, 2003, 2006), однако данных о количественном соотношении и расположении электрических синапсов по слоям соматической коры в доступной нам литературе обнаружено не было.

По данным проведенных нами ранее исследований, наибольшая частота встречаемости электрических синапсов, (до 7% от общего количества синапсов), наблюдалось на уровне IV гранулярного слоя соматической коры крысы, в котором и расположены характерные цитоархитектонические группировки звездчатых клеток, так называемые бочонки или баррели (Кириченко с соавт., 2008;

Сухов, 1992). По литературным данным звездчатые тормозные нейроны, связанные между собой дендродендритными электрическими синапсами, расположены на расстоянии не более 200-300 мкм друг от друга (Beierlein, Gibson, Connors, 2000;

Porter, Johnson, Agmon, 2001;

Amitai, Gibson, Beierlein, 2002;

Connors, Long, 2004;

Gibson, Beierlein, Connors, 2005), т.е. в локусах, сопоставимых по размерам с бочонками в соматической коры. Формированию локальных ансамблей тормозных нейронов на структурной основе бочонков могут также способствовать выявленные нами ранее особенности пространственной ориентации дендритов звездчатых нейронов в полость бочонков, навстречу друг другу, в то время как тела этих нейронов расположены преимущественно в стенках бочонков (Сухов, 1992), что очевидно способствует локальной синхронизации осцилляторной активности отдельных бочонков и соответствующих им корковых колонок.

В отличие от локальной (в пределах 200-300 мкм) осцилляторной активности нейронных ансамблей за счет электрических дендродендритических синапсов, дистантная синхронизация ритмической активности разных колонок обеспечивается в основном за счет аксональных связей и химических синапсов, однако при этом эффективность синхронизации осцилляторной активности в значительной мере зависит от функционального состояния и характера локальной ритмической активности разных колонок.

Как показало настоящее исследование, количество электрических синапсов в супрагранулярных модулях колонок составило 6,6%, в том числе 2,4% в поверхностном I слое коры, а в инфрагранулярных модулях – 2,8%. Учитывая полученные нами ранее данные о том, что в IV слое коры количество электрических синапсов составляет 7%, можно сделать вывод о том, что в верхних I-IV афферентных слоях коры количество этих контактов более чем в 4 раза превышает их количество в нижних V-VI эфферентных слоях колонок. Выявленные нами особенности количественного распределения электрических синапсов по слоям коры могу быть обусловлены различием в послойном распределении fast-spiking (FS) parvalbumin-immunoreactive (PV) тормозных корковых нейронов наиболее многочисленной группы тормозных клеток, участвующих в генерации сонных веретен. Количество этих клеток в IV слое соматической коры крысы по данным Амитай с соавторами (Amitai et al., 2002) в полтора раза больше, чем в других слоях коры, в то время как соматостатин-содержащих low-treshold spiking (LTS) – низкопороговых тормозных нейронов, участвующих в генерации тета-ритма, на 30% больше в V-VI слоях соматической коры крысы. Интересно отметить, что в I слое соматической коры, где нами было выявлено до 2,4% электрических синапсов, по литературным данным нет FS-PV содержащих тормозных нейронов (Fukuda, Kosaka, 2000), что говорит о наличии нейрохимических отличий, обуславливающих структурно-функциональную организацию сетей тормозных нейронов I слоя коры. По данным Конорса и Лонга (Connors, Long, 2004), эти тормозные клетки относятся к группе поздно-импульсирующих (late-spiking) LS нейронов, которые имеют взаимные дендродендритические электрические синапсы, выявленные нами в I слое коры. При этом первый, поверхностный слой коры, представляется уникальным по структурно-функциональной организации нейропиля, который состоит преимущественно из тонких дендритных горизонтальных ветвлений апикальных дендритов пирамидных клеток. Этот слой формируется на самых ранних этапах развития коры (Ата-Мурадова, 1980) и тесно связан с неспецифической афферентацией, формируемой еще до этапа прорастания в кору специфических таламокортикальных афферентов.

Очевидно, электрические синапсы, как более древняя форма межклеточного взаимодействия, играют важную роль не только на самых ранних этапах формирования коры, еще до развития химических синапсов в I слое, но сохраняют эту роль и после созревания мозга. В пользу этого свидетельствует количество электрических синапсов в I слое, выявленное в наших исследованиях ультраструктуры различных слоев коры мозга взрослых крыс, у которых с возрастом количество химических синапсов становится намного больше, чем электрических.

Более позднее формирование химических синапсов в фило- и онтогенезе, по сравнению с электрическими межклеточными контактами, поднимает очень важный вопрос о формах и способах взаимодействия электрических и химических синапсов в механизмах локальной и дистантной синхронизации активности нейронных ансамблей. В этой связи большой интерес представляют выявленные нами случаи расположения электрических синапсов непосредственно на пре- или постсинаптической мембране химических синапсов, что говорит о возможности формирования электрических синапсов в онтогенезе не только до появления химических синапсов, но и значительно позже. К примеру, возможность формирования электрических синапсов на пресинаптической мембране химических синапсов была отмечена только в одной работе (Schmitz, 2001), однако и там не обсуждался очень важный вопрос о функциональной роли подобных синапсов в локальной синхронизации активности нейронов одного нейронного ансамбля на пресинаптическом уровне. Поскольку конечные внутрикорковые разветвления одиночных афферентных аксонов носят дивергентный расходящийся характер, то, скорее всего, тесно прилегающие друг к другу химические и электрические синапсы принадлежат разным афферентам. При этом появление потенциала действия в одном из контактирующих синапсов приводит к развитию потенциала действия в соседнем синапсе, через щелевой контакт с низким сопротивлением и антидромным распространением этого потенциала по разветвлениям второго афферента по типу аксон-рефлекса с синхронной активацией всех синаптических контактов второго афферента.

Таким образом, электрические синапсы могут обеспечивать локальную электротоническую синхронизацию эндогенной пейсмекерной активности однотипных FS-PV, LTS или LT тормозных нейронов за счет дендродендритических щелевых контактов этих клеток на постсинаптическом уровне с одной стороны, и пресинаптическую синхронизацию экзогенной афферентной активности разных внутрикорковых афферентов за счет дендроаксональных щелевых контактов на пресинаптическом уровне с другой стороны.

Информация об особенностях расположения нейронов колонки, их отростков, глиальных клеток и химических синапсов была получена нами при иммуногистохимическом исследовании. Характер распределения миелина в колонке, показанный в наших исследованиях, соответствовал основным теориям архитектоники миелинизированных волокон коры полушарий (Lorente de No, 1934, Вербицкая с соавт., 1972). Установлено, что миелинизированные отростки расположены в основном перпендикулярно относительно поверхности коры полушарий, и, как правило, в инфрагранулярных слоях, где сосредоточено большое количество афферентов из подкорковых структур. Результат исследования экспрессии нейрофиламентов также свидетельствуют, что крупные отростки нервных клеток направлены в основном по вертикальной оси колонок, вверх или вниз, что позволило наблюдать их преимущественно в продольном сечении на фронтальных срезах. Наше исследование показало, что выявить колонку на тонких фронтальных срезах позволяет иммуногистохимическое исследование расположения астроцитов и их отростков по экспрессии глиального фибриллярного кислого белка в этих клетках. В ранее проведенных нами исследованиях на баррельной коре было установлено наличие группировок астроцитов и их отростков внутри каждого барреля, что указывает на возможное участие астроглии в обеспечении структурно функциональной организации колонок коры (Логвинов, 2010). Согласно результатам иммуногистохимического исследования с использованием антител к синаптофизину, расположение химических синаптических контактов было одинаковым вдоль всей колонки. Однако количество электрических синаптических контактов, как показало морфометрическое исследование, было больше в верхних супрагранулярных модулях, что может обеспечивать более высокую амплитуду веретенообразной активности в этих слоях.

ВЫВОДЫ 1. Параметры фокальной ритмической активности по данным спектрального и визуального анализа имеют различный характер не только в соседних корковых колонках, но и в разных модулях одной и той же колонки, что говорит о локальном, автономном механизме коркового ритмогенеза на основе элементарных нейронных ансамблей в каждой колонке.

2. Решающую роль в локальной организации веретенообразной активности играют электрические дендродендритические синапсы, которые объединяют однотипные FS-нейроны в элементарный ансамбль размером 200-300 мкм и электротонически синхронизируют пейсмекерные волны гиперполяризации нейронов одного ансамбля в начальном периоде веретена, когда импульсная активность в нейронном ансамбле подавлена.

3. Появление импульсных потенциалов на растущих волнах пейсмекерной деполяризации в средней части веретена способствует дистантной синхронизации веретенообразной активности различных ансамблей за счет аксонных межнейронных связей и химических синапсов.

4. Количество электрических дендродендритических синапсов составляет 6,6% от числа всех синапсов в верхних, супрагранулярных модулях и только 2,8% в нижних, инфрагранулярных модулях колонок, что соответствует более высокой амплитуде веретенообразной активности в верхних I-III слоях колонки, по сравнению с нижними V-VI слоями.

5. Экспрессия глиального фибриллярного кислого белка маркирует границы колонки коры, что свидетельствует о присутствии в ней цепочек астроцитов. При маркировании нейрофиламентов и миелина преимущественно выявляются вертикальные связи в исследуемых участках коры, что подтверждает теорию о преобладании вертикальных связей в колонке над горизонтальными.

Список основных работ, опубликованных по теме диссертации в журналах, рекомендованных ВАК РФ Логвинов А.К. Роль электрических синапсов в электротонической синхронизации 1) веретенообразной активности в корковых колонках. / Е.Ю. Кириченко, А.К. Логвинов // Валеология. - 2008. - №3. - С. 57-62 (0,375 п.л., личный вклад - 50 %).

Логвинов А.К. Потенциал-зависимые механизмы эпилептиформной активности. / 2) А.Г. Сухов, Л.В. Лысенко, А.К. Логвинов // Валеология. – 2009. – № 4. – С. 54–60 (0, п.л., личный вклад - 30 %).

Logvinov А.К. Laminar Distribution of the gap junctions in the rat somatic cortical 3) columns. / A.K. Logvinov, E.Yu. Kirichenko, P.E. Povilaitite // Journal of Integrative Neuroscience. - 2009. – Vol. 8.- № 4.- P. 425-431 (0,5 п.л., личный вклад - 30 %).

4) Логвинов А.К. Структурная организация баррельной коры мозга крыс (иммуногистохимическое исследование). / А.К. Логвинов, Е.Ю. Кириченко, П.Е.

Повилайтите, А.Г. Сухов // Морфология. - 2010. – Т. 137. - №1. - С. 10-13 (0,25 п.л., личный вклад – 25 %).

5) Logvinov A.K. Structural organization of the barrel cortex in rats (an immunohistochemical study). / Logvinov A.K., Kirichenko E. Yu., Povilaitite P. E., Sukhov A.

G. // Neuroscience and behavioral physiology. - 2011. - V.41. - №1, p. 6-9 (0,25 п.л., личный вклад – 25 %).

Список работ, опубликованных по теме диссертации Логвинов А.К. Ультраструктурное исследование колонки соматической коры 6) крыс. Материалы III Международной научно-практической конференции «Проблемы биологии, нанотехнологий и медицины», 2009. – Ростов-на-Дону. - С. 93. (0,025 п.л., личный вклад – 100 %).

Логвинов А.К. Послойное распределение электрических синаптических контактов 7) в колонке соматической коры крысы. // Материалы XV Международной конференции по нейрокибернетике, Ростов-на-Дону. - 2009. - Т. 1. - С. 31-34. (0,25 п.л., личный вклад 100 %).

Логвинов А.К. Исследование синаптической организации колонки соматической 8) коры крыс. / А.К. Логвинов, Е.Ю. Кириченко // Материалы 5-й Российской (с международным участием) школы-конференции «Сон – окно в мир бодрствования» и междисциплинарного семинара «Нейробиологические основы цикла сон-бодрствование».

- Ростов-на-Дону. - 2009. - С. 126-127. (0,05 п.л., личный вклад – 50 %).

Logvinov А.К. Mechanisms and role of the rhythmogenesis in the sensorimotor 9) processes of the rat brain cortex. / M.V. Skornyakova, A.G. Sukhov, L.A. Belichenko, A.K.

Logvinov, L.V. Lysenko, T.S. Serdyuk // Proceedings of the 15th world congress of psychophysiology of the international organization of psychophysiology. – Budapest. – 2010. – P. 214. ( 0,025 п.л., личный вклад - 17 %).

Logvinov А.К. The ultrastructural investigation of synaptic organization of somatic 10) cortical rat column // Материалы международной конференции «Современные методы микроскопии в биологии и медицине». - Санкт-Петербург. - 2009. – С. 35 (0,025 п.л., личный вклад – 100 %).

Логвинов А.К. Сравнительная роль электрических и химических синапсов в 11) пространственно-временной организации веретенообразной активности в колонках соматической коры крысы. // Материалы II Всероссийской научно-практической конференции «Функциональное состояние и здоровье человека». - Ростов-на-Дону. - 2008.

- С. 85 (0,025 п.л., личный вклад – 100 %) Логвинов А.К. Ультраструктурное исследование синаптической организации 12) колонки соматической коры крыс. (Ultrastructural investigation of synaptic organizations of rat somatic cortex column) / А.К. Логвинов, Е.Ю. Кириченко // Материалы шестого международного междисциплинарного конгресса «Нейронаука для Медицины и психологии». - Судак, Украина. - 2010. - С. 64-65 (0,025 п.л., личный вклад – 50 %).

Логвинов А.К. Морфо-функциональные особенности колонки соматической коры 13) мозга крыс. / А.К. Логвинов, Е.Ю. Кириченко // Материалы конференции молодых исследователей «Фундаментальная наука и клиническая медицина». - Санкт - Петербург. 2010. - С. 98 (0,025 п.л., личный вклад – 50 %).

Логвинов А. К. Изучение электрических и химических синаптических контактов 14) колонки соматической коры крыс. / А.К. Логвинов, Е.Ю.Кириченко, А.Г. Сухов // Материалы научной конференции «Проблемы биомедицинской науки третьего тысячелетия», посвященной 120-летию со дня основания Императорского института экспериментальной медицины (НИИЭМ СЗО РАМН). - 2010. - С.- 106 (0,025 п.л., личный вклад – 30 %).



 

Похожие работы:





 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.