авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Астрологический Прогноз на год: карьера, финансы, личная жизнь


Pages:   || 2 |

Медицина как феномен культуры: опыт гуманитарного исследования

-- [ Страница 1 ] --

На правах рукописи

Кириленко Елена Ивановна Медицина как феномен культуры:

опыт гуманитарного исследования 24.00.01 – теория и история культуры

Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора философских наук

Томск – 2009

Работа выполнена на кафедре теории и истории культуры ГОУ ВПО «Томский государственный университет»

Научный консультант: доктор философских наук, профессор Петров Юрий Владимирович

Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор, член-корреспондент РАН Юдин Борис Григорьевич доктор философских наук, профессор Колодий Наталья Андреевна доктор философских наук, профессор Кокаревич Мария Николаевна.

Ведущая организация: ГОУ ВПО «Курский государственный медицинский университет»

Защита состоится 12 ноября 2009 г. в 14.30 час. на заседании диссертаци онного совета Д 212.267.17 при ГОУ ВПО «Томский государственный университет» по адресу: 634050, г. Томск, пр. Ленина, 36, ауд. 119.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке ГОУ ВПО «Томский государственный университет» по адресу: 634050, г. Томск, пр. Ленина, 34а.

Автореферат разослан «12 октября 2009г.»

Ученый секретарь диссертационного совета канд. филос. наук, доцент В.Е. Буденкова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Современная научная медицина являет собой комплекс дисциплин преимущественно естественнонаучного профиля, вместе с тем медицина гуманистична по своей сути;

имея дело с человеком, она требует, соответственно, внимания к культурным и духов ным аспектам человеческого бытия. Напряжение, рассогласование между естественнонаучной и гуманистической составляющей в медицинском опы те делает актуальным исследование медицины в гуманитарном аспекте.

Гуманитарный подход как исследовательский принцип призван выра зить ценностно-смысловое измерение «человековедческой» проблематики.

В сфере медицины специфика гуманитарного подхода обнаруживает себя, прежде всего в акцентуации темы индивидуальной человеческой ситуации, освещенной личностными смыслами. Этот подход был укоренен в традици ях русской медицинской культуры, в соответствии с которыми задача ме дицины была заключена не только в том, «чтобы отвести смертельную опасность, но и в том, чтобы выработать индивидуально верный образ жизни и научить пациента наслаждаться им»1.

Гуманитарный культурологический анализ медицинских феноменов – направление, интенсивно развивающееся в современной мировой и отечест венной литературе – предполагает исследование медицинских тематизаций в перспективе культурных (универсальных и региональных) смыслов. Он опирается на использование языка тех культурологических подходов, кото рые «работают» со смыслами: семиотического, феноменологического, ме тода дискурсивных практик, аналитической психологии и др. Формирова ние проблематики культурологических исследований на стыке разных об ластей, маргинализация исследовательского поля, пересечение различных дискурсов (этнологического, художественного, лингвистического) – важная особенность неклассической традиции философствования. Неклассическая мысль преодолевает понимание человека лишь как познающего субъекта и вовлекает в аналитику бытия социокультурный контекст. В множественно сти позиций она стремится сохранить принципы гуманитарного подхода, выразить идею целостности личности, обнаружить через выстраивание раз личных конфигураций знания новые культурные смыслы. Кроме того, именно неклассическая мысль актуализировала в антропологической про блематике витальные аспекты человеческого существования (здоровье, бо лезнь, смерть, безумие). Важно использовать опыт неклассических подхо Ильин И. О призвании врача // Ильин И. Собр. cоч. : в 10 т. М., 1994. Т. 3. С. 481.

дов, опираясь на традиции гуманитарного анализа (идеографики, историзма, ценностно-смыслового подхода).

Удельный вес гуманистической и органической составляющих в структуре медицинского опыта исторически изменчив, что нашло выраже ние в двух фундаментальных установках: лечить больного и лечить болезнь, которые, варьируясь и возобновляясь, пронизывают всю историю существо вания медицины в культуре.

Острота противопоставления двух стратегий врачевания вновь обост рилась в настоящее время. «Онаучивание» современного медицинского зна ния (об этом, по мнению Б. Юдина, говорят широко распространенные по нятия «биомедицина», «доказательная медицина») неизбежно переносит ак цент с «лечить больного» на «лечить болезнь». Но познание истины в усло виях дифференциации и специализации научного знания может отделиться от нравственных постулатов, рождая образ бесчеловечной науки, которым затронута и современная научная медицина.

Особую напряженность противостоянию естественнонаучной и гума нистической составляющей медицинского опыта придает мощное вторже ние современных биомедицинских технологий, радикально расширяющее технологические возможности современной научной медицины и одновре менно порождающее – в условиях «кризиса оценок» (К. Мангейм) – «взрыв интереса к медицинской этике» (Б. Юдин). В обсуждаемой в этой связи проблематике существенными оказываются культурно-смысловые аспекты.

Говоря о порожденных научно-техническим прогрессом и сциентист ской парадигмой проблемах современной научной медицины, Н.А. Корне тов выделяет «сверхспециализацию» медицинского знания, инструмента лизм, подменяющий клиническое мышление, деперсонификацию в отноше нии врач-больной, психосоматический дуализм, стандартизацию соматиче ских, физиологических и психических параметров в клиническом дискурсе.



Необходимость удерживать гуманитарный горизонт медицинского знания и практики – важнейшее условие преодоления кризисных явлений в совре менной научной медицине.

Доминирующая в структуре медицинского опыта естественнонаучная составляющая в современной культуре выходит за рамки профессиональ ных технологий, совершая экспансию в область культурных смыслов. Мож но, по-видимому, говорить о биологизации и «медикализации» современно го культурного сознания. Примат телесного, характерный для медицинского опыта, выступает фундаментальным принципом неклассической культуры.

Внедрение в европейской культуре идеи конечности бытия в сознание со временного человека привело к тому, что здоровье (ассоциируемое с психо соматическим благополучием) «заменило спасение», получило статус выс шей ценности, стало своего рода религиозно-этическим оправданием суще ствования (М.Фуко).

Между тем сам медицинский опыт культурно детерминирован и эт носпецифицирован. Усложнение в рамках неклассической парадигмы пред ставлений о структуре опыта, когда определилось движение «сквозь имма нентность мысли в сферу имманентного опыта» (К.Мангейм) – позволило выявить его многомерность, в том числе выявить его культуральную со ставляющую. Культуроспецифичны национальные системы здравоохране ния. Фактор культуры влияет на логику развития научно-медицинского зна ния. Подвергается корректировке сам принцип оказания медицинской по мощи: в западной культуре формулируется требование оказания помощи с учетом достоинства пациента.

Приоритет естественнонаучной компоненты в медицинском (и шире – культурном) опыте, как следствие – вымывание ценностно-смысловой со ставляющей обуславливают актуальность осмысления медицинских фено менов в горизонте культурных смыслов, с позиции гуманитарного исследо вания, что и составляет суть данной работы.

Постановка проблемы. Рассогласование естественнонаучного и гу манистического аспектов современной медицины образует противоречие, из которого вырастает постановка проблемы исследования. Традиционный фи лософский дискурс о медицине – это категориальный, логико методологический анализ клинического мышления, а также деонтологиче ский подход. Они дополняются исследованиями медицины в логике дисци плинарной научной истории. Проблема заключается в том, чтобы рассмот реть медицину как феномен культуры, используя ресурс собственно гума нитарного подхода. Этот подход вписывается в рамки «культурцентрист ской» программы современного обществознания, которая наряду с натура листической (соционаучной) линией образует важнейший вектор развития современного социокультурного знания (Н. Смирнова). Если соционаучный подход склонен рассматривать культуру как научную категорию, элимини руя «романтические обертоны» из сферы рефлексии о культуре, работает в жесткой структуралистской парадигме, то «культурцентристская» програм ма, образующая круг «мягких» методологий, ориентированных на взаимо дополнение, диалог, акцентуирует гуманистическую проблематику и пафос гуманитарного знания с его исследованием смыслового горизонта, истори ческим измерением, вниманием к уникальности опыта, где единичное вы ступает в качестве основания культуры.

При этом полиметодологизм должен быть дополнен полидискурсив ной исследовательской позицией, философско-методологический подход – историко-культурной конкретикой.

Как открывается феномен медицины с ее естественнонаучной доми нантой в перспективе гуманитарного дискурса? Каким образом можно включить ее как некоторую целостность в горизонт культурных смыслов и значений? Как возможна спецификация медицины и ее структурных эле ментов в поле конкретных культурных координат? Как открывается смы словая составляющая медицинского опыта в области дискурсивных пересе чений? Проблема, т.о., заключается в том, чтобы увидеть медицину в гума нитарной оптике, показать возможности гуманитарного аспекта исследова ния медицины и ее структурных элементов.

Степень изученности проблемы. Медицинский опыт в контексте культурных значений и смыслов обнаруживает себя уже в трактатах «Гип пократова сборника», отразившем ситуацию медикализации античной куль туры, когда врачевание не ограничивалось узко специализированной сферой деятельности, а медицина выступала как система воспитания, как элемент практики заботы о себе.

Медицинская мысль постантичной культуры восприняла традиции классической медицины (евангелист Лука использует медицинскую терми нологию Гиппократа). Для средневековых текстов отмечен «сплав христи анских достоинств с классической медицинской традицией этики и этике та», восходящей к таким текстам «Гиппократова сборника», как «Клятва», «О враче», «Закон», «Наставления». В средневековых источниках воспроиз водятся, в частности, фрагменты об идеальном облике врача, где обсужда ются способы «формирования его общественного образа», учитывающие «характер доктора, профессиональные манеры, платье и т.д.»2.

Имея глубокие корни, опыт систематического исследования медицины приобрел устойчивый характер относительно недавно, в последние два сто летия. Европейская философская мысль, сохранявшая устойчивый интерес к медицинской тематике3, специально сосредоточилась на ней в новейший период.

Galvao-Sobrnho C.R. Hippocratic Ideals, Medical Ethics, and the Practice of Medicine in the Early Middle Ages:

The Legacy of the Hippocratic Oath// J. Hist. Med. Allied. Sci. 1996. № 51. P. 446.

В качестве примеров могут быть названы трактат Р. Бэкона в «De erroribus medicorum» (1260-1270), сочи нение Ф. Бэкона «О достоинстве и преумножении наук» (1623), где рассматривается вопрос о предмете и предназначении медицины;

работа Декарта «Описание человеческого тела. Об образовании животного» Рождение клинической медицины в конце ХУШ - начале ХIХ веков стимулировало развитие дисциплинарной истории медицины, которая рас крывалась как история эволюции важнейших научных идей, формирования научных школ, развития медицинской техники и способов оказания помощи больным4. Эта традиция, возникнув в ХIХ веке, сохранила свое самостоя тельное значение. Она представлена именами Г. Гезера, Э. Литтре, Ж. Гар диа, Л. Менье, С. Ковнера, Я. Чистовича, М. Лахтина и др. Первый опыт ис следование логики и методологии медицины как науки связан с трудами К.

Бернара5.

С развитием историко-медицинских исследований, наряду со специ ально-медицинскими разработками, в литературе получают развитие подхо ды, выводящие медицинские феномены в широкий контекст культуры. Так, в фундаментальном библиографическом труде Д.М. Российского6 выделен значительный круг работ отечественных авторов, рассматривавших меди цину в русле лингвистических, психологических, этнографических, педаго гических, искусствоведческих подходов. Сведение этих разнонаправленных исследований в единую систему библиографии по истории медицины трансформировалось в современных интеллектуальных практиках в осоз нанную методологию7.

Важную роль в исследовании медицинских феноменов в гуманитар ном ключе играют мемуарные источники, отражающие персональный опыт самоосмысления деятельности, связанной с медициной8. В отечественной культуре эта линия реализована в жанре «Записок» (у Н.И. Пирогова, Д.К.

Тарасова, П.П. Малиновского, М.А. Нечаева, В.И. Даля, В.В. Вересаева, М.А. Булгакова, Н.М. Амосова, Ю.Н. Штейнгардта и др.).

В ХХ веке медицина стала предметом систематического анализа в тра диции гуманитарного знания. Выход медицинского дискурса на первый план культурного сознания, успехи и проблемы научной медицины, вклю чение витальных аспектов в поле антропологической проблематики фило (1648) - важнейшее анатомическое произведение философа;

в «Философии природы» в «Энциклопедии философских наук» Гегеля (1817) содержится анализ болезни, исцеления и смерти и др.

См.: Михель Д.В. Медицинская антропология: что это такое? [Электронный ресурс] // Культурология :

теория, школы, история, практика. Электрон. дан. URL: http://www.countries.ru/library/ antropology/medant.htm.

Щавелев С.П. Медицина: наука? Искусство? Ремесло? (эпистемологические предпосылки врачебной ди дактики) // Специализация преподавания гуманитарных дисциплин в высшей медицинской школе. Курск, 2008. С. 12.

Российский Д.М. История всеобщей и отечественной медицины и здравоохранения. Библиография (996 1954 гг.). М., 1956. 938 с.

См., напр., цикл статей Л. Е Этингена в рубрике «Дано мне тело» журнала «Человек», регулярно публи куемых, начиная с 1997 года.

Pickstone J.V. Medical History as a Way of Life // Social History of Medicine. 2005. Vol. 18, № 2. P. 307-323.

софской мысли, внимание к маргинальным состояниям и дискурсам, – все это стимулирует внимание гуманитарного знания к медицине. Определи лись важнейшие направления в этой сфере исследования: философские ас пекты медицины, социология медицины, этнология здоровья, этические ас пекты современной медицины (биоэтика), культурологический анализ ме дицины. Для темы диссертационного исследования особый интерес пред ставляют следующие тематизации в этой области.

Антропологическая тема в отношении биомедицинского дискурса за дана в исследованиях М.Фуко, Ю. Хабермаса, Б.Г. Юдина, П.Д. Тищенко, В.В. Коновалова, Д.В. Михеля, К.А. Богданова. Методология исследования медицины как культурного феномена выявляется в работах М. Фуко, Г.

Башляра, М. Мерло-Понти, А.Ш. Тхостова.

Медицинское знание как фактор культурогенеза исследовали В. Йегер (греческая медицина как Пайдейя), М. Бахтин (медицина в культуре Ренес санса), К. Ясперс (корреляции психических заболеваний и культурного кон текста), В. Коновалов (медицина в современной культуре), М.Фуко (практи ка заботы о себе в античной культуре;

медикализация античной культуры;

классическая культура и рождение клиники, связи между уровнем цивили зационного развития и структурой заболеваемости);

James Strohecker (оппо зиция культуры болезни – культуры благополучия в современном медицин ском опыте).

Особое место занимают работы отечественных авторов конца ХIХ начала ХХ веков, исследовавших практику врачевания в контексте нацио нальной культурной традиции, – работы Н. Виноградова, В. Даля, С. Мак симова, Н. Новомбергского, Г. Попова, П. Ефименко, П. Шейна, Б. и Ю. Со коловых, В.Ф. Демича, Л.Ф. Змеева и др. Классические тексты по славян ской мифо-ритуальной традиции, содержащие материал для анализа «меди цинских» аспектов традиционной культуры, принадлежат А.Н. Афанасьеву, Ф.И. Буслаеву, И.П. Сахарову, С.В. Максимову, А.Н. Соболеву, М. Забыли ну, В.И. Далю, И.Е. Забелину, В.Я. Проппу. Развитие этой линии в совре менной литературе продолжается в работах А.Д. Синявского, Л.Н. Виногра довой, С.Ю. Неклюдова, Т.Б. Щепанской, А.К. Байбурина, О.В. Беловой, Н.К. Козловой, А.В. Юдина, Е.А. Белоусовой и др. Один из первых опытов культурологического, междисциплинарного прочтения отечественной тра диции врачевания реализован в материалах к незавершенной диссертации А.П. Чехова «Врачебное дело в России»9.

Чехов А.П. Врачебное дело в России // Чехов А.П. Полн. cобр. соч. и писем : в 30 т. М., 1979. Т. 16.

С. 277–356.

Исследование опыта врачевания в традиционной культуре, имевшее ранее чисто этнографический интерес, в условиях развития кросскультур ных и этнокультурных исследований в широкой культурантропологической перспективе получило значительное развитие. В этой связи необходимо от метить энциклопедическое исследование М. Элиаде «Шаманизм»10, ряд других исследований этого автора, затрагивающих медицинские аспекты мифо-ритуальной практики. Фундаментальные обобщения относительно те лесного опыта и параметров медицинского сознания в традиционной куль туре на основе анализа заговорной практики содержатся в работе В. Топо рова11. Новаторским явился появившийся в 90-е годы прошлого века цикл работ по этномедицине в журнале «Vita: Традиции. Медицина. Здоровье».

Необходимо отметить также исследования в области «медицинской» мифо логии (мифологические аспекты болезни, практики врачевания, типология «знающих» на материале славянского мифа) Л.Н. Виноградовой, В.И. Хари тоновой, Т.А. Агапкиной, В.В. Усачевой, С. Е. Никитиной, Е.М. Лазаревой.

Заговорная практика как источник этнокультурной медицинской реконст рукции исследована в работах Г. Попова, Н. Познанского, А.В. Логиновой и др. Онтологические основания народной медицины, общекультурные корни традиционной фармакологии исследует В. Власов. Опыт систематизации этнологии здоровья предпринят Я. В. Чесновым.

К исследованиям междисциплинарного типа, включающим медицин ский дискурс в широкий культурный контекст, относятся работы М. Фуко (развитие европейского медицинского дискурса, динамика телесного опыта, история безумия в контексте культурной истории Европы);

В. Йегера, А.-И.

Марру, П.Гиро, М. Гаспарова (медицина как Пайдейя, телесные практики в античной культуре, фигура врача, лекарственный опыт, медицинские аспек ты повседневности);

Ж. Ле Гоффа, Н. Трюона (телесные аспекты, болезнь и медицина в средневековой Европе), Ф. Арьеса (формулы смерти, фигура врача в европейской культуре, феномен медикализации культуры), Д.В.

Михеля (исследования медицинского знания в социокультурной перспекти ве на примере истории европейских анатомических театров);

К. А. Богдано ва (прежде всего его фундаментальная работа, посвященная исследованию зафиксированных в литературных, «патографических» текстах медицинских семантических констант европейской и отечественной культуры ХУШ-ХIХ Элиаде М. Шаманизм : архаические техники экстаза [Электронный ресурс] // Сайт лотоса : развитие че ловека. 1999-2009. Электрон. дан. URL: http://book.ariom.ru/txt299.html.

Топоров В.Н. Об индоевропейской заговорной традиции (избранные главы) // Заговор. Исследования в области балто-славянской духовной культуры. М.: Наука, 1993. С. 3–103.

веков ), Н.Д.Руссева (фактор эпидемий в средневековой истории культу ры), Т.А. Ковелиной (образ врача в культуре).

Следует выделить ряд работ, исследующих философско антропологические аспекты опыта тела (работы М. Мерло-Понти, В. Подо роги, Я.В. Чеснова, П.Д. Тищенко, Н.Н. Карпицкого), семиотику тела (ис следования О.С. Суворовой, В.И. Ильина), телесность как культурный и эт нокультурный феномен (работы О.Шпенглера, Ж. Ле Гоффа, М.Фуко, М.Бахтина, В.П. Даркевича, Д.В. Михеля, Л.Е. Этингена, Н.Е.Мазаловой, И.М. Быховской, И.С. Кона, К.А Богданова, С.А. Григорьевой, Н.В. Гри горьева), телесный опыт в перспективе этнолингвистики (исследования Н.А.Багдасаровой, Е.В. Урысон, В.В.Усачевой, М.Л.Ковшовой, Т.И. Венди ной, А.В.Демуцкой).





Необходимо отметить междисциплинарные этнодемографические ис следования (работы О.Е. Казьминой, П.И. Пучкова, Б.Б. Прохорова). Е.В.

Васильева, Т.И. Вендина, А.В Демуцкая, А.А. Зализняк, А.Д. Шмелев, М.Л Ковшова, В.Б. Колосова осуществили лингвистические и этнолингвистиче ские (лингвокультурологические) исследования, содержащие материалы изучения «медицинских» аспектов русско-славянской культуры. Синтез ис следований в области языка и мифа реализован в трудах А.А. Потебни, Н.И.

Толстого, С.М. Толстой, Т.А.Агапкиной, Н.Б. Мечковской, А.Л. Топоркова и др. Медико-лингвистические изыскания занимают важное место в работах Н.А. Богоявленского, В.В. Меркуловой, О.А. Черепановой, в словарях В.И.Даля, П.Я.Чернова.

Разнонаправленные – философско-антропологические, культурно исторические, лингвокультурологические, мифосимволические способы раскрытия медицинских тематизаций открывают перспективу исследования медицины как целостного явления в контексте культурных значений и смы слов на основе междисциплинарного подхода, одновременно соотнося ее с конкретной культурной ситуацией, то есть открывается возможность реали зовать гуманитарный подход к анализу медицины.

Цель исследования – обосновать возможность и обозначить принципы и способы рассмотрения медицины как феномена культуры, используя опыт гуманитарного исследования.

Для этого предполагается решить следующие задачи:

1. Аргументировать зависимость медицины от культурного текста как такового на примере сравнения классического и неклассического типов Богданов К.А. Врачи, пациенты, читатели : патографические тексты русской культуры ХVIII–ХIХ веков.

М., 2005. 504 с культуры и соответствующих типов медицинского дискурса, преодолевая частичные диспозиции (медицина – это наука или искусство, религия или ремесло).

2. Эксплицировать имеющийся в литературе опыт гуманитарного ис следования медицины в горизонте культуры, опираясь на подходы, позво ляющие, с одной стороны, увидеть саму культуру как некоторую целост ность (как поле дискурсивных пересечений, как проявление архетипических структур опыта, как встроенную в опыт субъекта реальность), с другой – вовлекающие в поле философской рефлексии медицинские сюжеты.

3. Обозначить основные принципы гуманитарного исследования ме дицины, способы обнаружения медицинской составляющей культурного опыта, определить инструментарий, позволяющий увидеть медицину как феномен культуры.

4. Систематизировать опыт гуманитарного исследования медицины.

Определить концептуальный аппарат, позволяющий включить медицину в текст культуры. Конкретизировать инструментарий исследования медицин ского опыта в культурном тексте.

5. Выйти с этим инструментарием в область исследования «живой» культуры (что является важнейшим импульсом культурологических иссле дований). Обобщить круг медицинских тематизиций в русско-славянской культуре на основе найденных теоретических подходов.

Объектом исследования является медицина как феномен культуры.

Предметом исследования выступает гуманитарный аспект рассмот рения медицины как феномена культуры, собственно, медицинский опыт, разворачивающийся разными гранями, открывающийся на основе методо логического гуманитарного ресурса, содержащегося в исследованиях М.Фуко, Г.Башляра, М. Мерло-Понти, авторов, представляющих, соответ ственно, структуралистское/постструктуралистское, психоаналитическое и феноменологическое направления современной философской мысли. В этом смысле медицина предстает как особого рода дискурс, элемент децентриро ванной социокультурной целостности;

как определенный опыт, заданный полюсами здоровье-болезнь и укорененный в жизненном мире личности, и как выстроенное культурными архетипами вертикальное измерение в куль турном сознании.

Одновременно медицинский опыт рассматривается в его конкретной культурно-исторической отнесенности, исследуются медицинские аспекты русско-славянского жизненного мира, явленные в системе мифа и языка.

Методология исследования. Исходной точкой, определяющей основ ные методологические установки, реализованные в данном исследовании, является задаваемое неклассическим типом культуры осознание факта мно гомерности современной культурной реальности. Опыт монопольного до минирования классической картины мира, соответствующее ей убеждение в возможности существования единой и целостной системы рационального знания, уступил место представлению о многообразии форм опыта.

Соответственно, в практике гуманитарного исследования оказался вос требован ансамбль «мягких» методологий (Н. Смирнова), отказавшихся от жестких концептуальных систем классического образца, утверждающих «цветущую сложность культуры» и ориентированных на диалог и взаимо дополнение.

Идея множественности подходов является базовой для культурологии, где сам предмет является неклассическим: понятие культуры раскрывается в перспективе множественности ее интерпретаций (чему соответствует идея многоаспектности в определении предмета данного исследования).

В этой связи можно признать, что культурологическое знание предла гает обобщение неклассического типа. Единство разнообразия, задаваемого едиными парадигмальными основаниями, – таков принцип выстраивания культурологического дискурса, претендующего на статус «метанауки, воз никающей в междисциплинарном пространстве» (А. Марков) и выступаю щей в качестве одного из современных неклассических способов интегра ции научного знания.

Идея множественности в культурологии как исследовательский прин цип обнаруживает себя в установке на пересечение различных дисципли нарных полей, множественности исследовательских техник и методологи ческих стратегий. В данной работе, во-первых, в едином исследователь ском поле объединяются область теоретико-методологической работы, ми фо-ритуальная сфера, область языка – при доминировании дискурса культу ры (ср. И. Кондаков о возможности переструктурирования гетерогенного ансамбля гуманитарных дисциплин в соответствии с необходимостью ре шения определенной исследовательской задачи – лингвистической, фило софской, культурологической).

Соответственно, во-вторых, пересекаются различные исследователь ские техники. Предпринимается работа с понятиями (рассматривается круг понятий, раскрывающих содержание категории медицинский опыт – клини ка, дисциплина, дискурс, ментальность, культурный архетип, жизненный мир личности, повседневный культурный опыт;

исследуется понятийный аппарат, раскрывающий культуральные аспекты языковой семантики: язы ковая картина мира, языковая личность, языковое сознание, языковое чув ство, коннотативная семантика слова, лексический фон слова, языковые ар хетипы и стереотипы, языковой концепт, культурная память слова, внут ренняя форма слова). Осуществляется этимологическая работа с языковым материалом, исследуется культурная семантика мифо-ритуальной традиции.

В-третьих, работа опирается на комплексное использование методоло гий, сформировавшихся в неклассической парадигме и исследующих опыт субъекта;

используются понятия и концепты, предложенные, соответствен но, системой построений Фуко, психоаналитическим и феноменологиче ским подходами. Используется также семиотический подход к культуре, реализованный в анализе культурных феноменов, прежде всего у Ю. М.

Лотмана, Б.А. Успенского, а в анализе медицинских феноменов – в исследо ваниях А.Ш. Тхостова.

Научная новизна:

1. Аргументирована возможность исследования медицины как элемен та культурного текста. На материале сравнения классической и неклассиче ской культурных парадигм проиллюстрирована зависимость медицинского дискурса от базовых семантических констант культуры.

2. Раскрыт методологический потенциал систем построений, выводя щих медицинские тематизации за рамки естественнонаучной парадигмы в поле гуманитарной рефлексии. Исследование обращено к опыту трех веду щих направлений современной западной философии – структурализму/ постструктурализму, аналитической психологии и феноменологической традиции – и ее ключевым фигурам – Фуко, Башляру, Мерло-Понти.

3. Выявлены основные принципы (методология субъектности, отказ от позиции монолога в истолковании реальности, полидискурсивный характер исследовательской практики) и способы тематизации медицины в модусе гуманитарного исследовательского подхода, задаваемые рассмотрением ме дицинских феноменов в антропологическом ключе. Обозначен теоретиче ский инструментарий анализа медицины как феномена культуры.

4. Эксплицировано понятие медицинский опыт (определяемое как структура жизненного мира личности и повседневного культурного опыта, как сегмент дискурсивного поля, как производное архетипических структур опыта). Определены концептуальные инструменты, позволяющие выявить способы интеграции медицинского опыта в поле культуры. Задана опреде ленная логика и осуществлено структурирование сферы анализа медицин ского опыта в контексте культуры: врач, больной, здоровье, болезнь, лекар ство, тело.

5. На основе использования разработанного теоретического аппарата:

иерархии основных понятий (медицинский опыт, дискурс, ментальность, дисциплина, клиника);

элементов структуры медицинского опыта (врач, больной, здоровье, болезнь, лекарство, тело);

лингвокультурологического и теоретического инструментария, задаваемого системами построений Фуко, аналитической психологии и феноменологии – представлено обобщение ис следования медицинской традиции в русско-славянской культуре.

Положения, выносимые на защиту:

1. Выявлено, что медицинский опыт, в структуре которого присутст вуют базисные (клинический опыт) и релятивные элементы, культурно де терминирован. Он открывается, структурируется, интерпретируется в рам ках определенного культурного текста.

2. Показано, что методологический ресурс, содержащийся в работах М Фуко, Г Башляра и М. Мерло-Понти, авторов, представляющих соответст венно структуралистское /постструктуралистское, психоаналитическое и феноменологическое направления, позволяет выявить способы осмысления медицины, подходы и инструментарий исследования медицинского опыта в горизонте культуры.

3. Обозначены основные принципы тематизации культурных (в том числе медицинских) феноменов в современном философском дискурсе: ис пользование субъектных методологий;

представление о полиморфизме дис курсивного поля, его конструируемости;

идея множественности исследова тельских позиций (междисциплинарность, полистилистика, полиметодоло гизм). Выявлены способы медицинских тематизаций: вводится антрополо гический разворот, культурно-смысловой горизонт исследования медицин ской темы, утверждается связь медицины с властными полномочиями;

ак центируется роль бессознательных коннотаций.

4. Предложена теоретическая разработка понятия медицинский опыт, содержание которого конкретизируется с помощью понятий дискурс, мен тальность, дисциплина, клиника. Обосновано раскрытие способов интегри рования медицинского опыта в поле культуры с помощью концептов дис курсивное поле, культурный архетип, жизненный мир личности, повседнев ный культурный опыт. Выявлены основные элементы структуры медицин ского опыта в тексте культуры: врач, больной, здоровье, болезнь, лекарство, тело.

5. Осуществлено исследование медицинского сектора русско славянской культуры на материале мифа и языка. Выделены и содержатель но разработаны основные разделы исследования медицинского опыта в рус ско-славянском мифе: фигура врача, опыт тела, болезни, здоровья, мифоло гия лекарств. Структурированы и исследованы основные разделы лингвосе мантического анализа медицинского дискурса: образ тела в национальной языковой картине мира, концепт здоровья, болезни, фигура врача на языко вом материале, опыт традиционной культуры в практике наименования ле карств.

Теоретическая и практическая значимость результатов исследо вания:

1. Работа вносит вклад в развитие традиции гуманитарного исследова ния медицины, особенно актуальной в условиях усиления антропологиче ской проблематики в рамках современного биомедицинского дискурса, спо собствует укреплению гуманистического потенциала медицины, развитию диалога медиков и гуманитариев.

2. Традиционно опыт саморефлексии в области медицины оформляет ся в логике дисциплинарной научной истории или абстрактно-логической парадигме. Исследовательский проект, реализованный в диссертации, зада ет новую перспективу: медицинский опыт рассматривается в горизонте культурных смыслов, в перспективе гуманитарного дискурса. В рамках это го подхода определяются методологическая база, концептуальный и поня тийный аппарат исследовательской работы.

3. Предложенный способ гуманитарного анализа медицины позволяет, обращаясь в перспективе к жизненным мирам людей разных культур, по строить целостную систему медицинской культурной антропологии, откры вающую опыт тела, здоровья, болезни, практики лечения, опыт отношения к врачу и лекарствам в мировой культурной традиции.

4. Результаты исследования могут быть использованы в практике гу манитарного, профессионально ориентированного образования студентов медиков, а также студентов других специализаций, осваивающих медицину, изучающих опыт гуманитарного исследования медицины в современной не классической философии, а также историю и философию науки в аспекте медицины (проблемы специфики клинического мышления, его генезиса, взаимосвязи с культурным контекстом).

Апробация работы. Основные положения, результаты исследования и выводы, содержащиеся в диссертации, докладывались на международных, российских, региональных конференциях и семинарах: П международный научно-практический семинар «Инновации и традиции в реформируемой школе» (Томск, 1996), IУ международная конференция учащихся и учите лей средних школ «Экология и человек» (Томск, 1997), Ш международный научно-практический семинар «Язык и культура» (Томск, 1999), Всероссий ская научная конференция «Исторические корни российской ментальности» (Томск, 2002), Всероссийская научно-методическая конференция «Образо вание и искусство в формировании целостной личности: междисциплинар ные стратегии и комплексные технологии (опыт, проблемы, перспективы)» (Томск, 2002), Всероссийская научная конференция «Философия и филоло гия в современном культурном пространстве: проблемы междисциплинар ного синтеза» (Томск. 2003), Всероссийская научная конференция с между народным участием «Антропологические основания биоэтики» (Томск, 2006), Всероссийский гуманитарный форум (с международным участием) «Сибирские Афины» (Томск, 2006), Всероссийская научная конференция с международным участием «Конструирование человека» (Томск, 2007, 2008, 2009), Круглый стол журнала «Человек» в рамках конференции «Конструи рование человека» (Томск, 2007), Всероссийская научно-методическая элек тронная конференции «Специализация гуманитарных дисциплин в высшей медицинской школе» (Курск, 2007), Всероссийская конференция с между народным участием «Современные подходы в биомедицинской, клиниче ской, психологической и социокультурной антропологии» (Томск, 2008), Четвертые (Томск, 2002) и Пятые (Томск, 2008) Шпетовские чтения, Все российский научный семинар «Дефиниции культуры» (Томск, 2008).

Основные положения диссертации отражены в 33 публикациях общим объемом более 30 п.л., в том числе в монографии «Феномен медицины в го ризонте культуры: теоретические основания анализа и этнокультурная спе цификация» (Томск, 2008. - 330 с.) Материалы диссертации лежат в основе курса «Культурология», раз работанного для студентов Сибирского государственного медицинского университета, что нашло выражение в пособиях «У истоков национальной культуры. Славянская мифология» (Томск: Курсив, 1994. - 14 с.);

«Методи ческое пособие по культурологии» (Томск, 2004.- 57 с.);

«Материалы к творческим работам по культурологии» (Томск, 2004 -111 с.);

цикл семина ров по теме «Опыт тела в истории культуры» // Специализация преподава ния гуманитарных дисциплин в высшей медицинской школе [Курск-2008.

С.66-73 (в соавт.)].

Структура и объем диссертационной работы обусловлены специ фикой культурологического дискурса, сформировавшегося на стыке науч ных и практических, обращенных к познанию «живой» культуры интересов.

Его принципиальная полидисциплинарность, возможность сочетания теоре тических исследований с историко-культурными экскурсами объясняет присутствие в работе двух разделов - теоретического и практического ха рактера, сочетание теоретико-методологических и специально этнокультур ных разработок. Медицинский опыт рассматривается и в разнообразии его методологических модуляций, и в его конкретной культурно-исторической отнесенности – как составляющей русско-славянского жизненного мира.

Диссертация состоит из введения, двух разделов, семи глав, заключе ния и библиографического списка.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, осу ществляется постановка проблемы, определяются цель и задачи работы, описывается степень разработанности проблемы, раскрывается научная но визна, определяются положения, выносимые на защиту, показывается мето дология работы, ее теоретическая и практическая значимость.

Раздел 1 «Феномен медицины: культурный и философский аспек ты» – теоретический раздел работы. Исходной точкой исследования являет ся анализ феномена европейской медицины в контексте неклассической культуры, что позволяет выявить систему координат, в пределах которых выстраивается медицинский опыт, а также задаются способы и возможно сти медицинских тематизаций в культурном сознании и философской реф лексии. Ситуация медикализации современного культурного дискурса сти мулировала движение неклассической мысли в направлении освоения ме дицинского опыта в гуманитарной перспективе, горизонте культурных смы слов.

В первой главе «Феномен медицины в неклассической культуре» исследуется проблема взаимосвязи медицинского опыта и современного текста культуры, рассматривается развитие европейской научной медицины сквозь призму интеллектуальных практик, важнейших смыслов культуры ХХ века, что позволяет одновременно всмотреться в опыт современной культуры, отраженный в зеркале научной медицины.

В первом параграфе «Рубеж ХIХ - ХХ столетий – культурный кри зис Европы: формулы определения» выявлены основные культурные ко ординаты, на фоне которых рассматриваются соответствующие модуляции медицинского опыта. Гранью, разделяющей классическую и неклассиче скую культурные ситуации, является рубеж ХIХ-ХХ веков – время ради кального обновления культурного опыта, переход к неклассике, время мо дернизма и постмодернизма. По интенсивности духовных процессов и глу бине производимых изменений неклассика может быть сопоставлена с пе риодом Ренессанса. Однако обращает на себя внимание разнонаправлен ность соответствующих векторов духовного развития: «ясность, величие, свет, красота, сияние… праздничная пышность» (К. Бурдах) ренессансного мироощущения контрастируют «чувству хрупкости человеческого бытия и “распавшейся цепи времени”, …чувству недоверия к разуму жизни, к логи ке культуры, к обещаниям заносчивой цивилизации, …чувству вулканиче ской природы всякой исторической почвы»13, которые обнаружились в ин теллектуальной атмосфере рубежа ХIХ-ХХ веков.

Линия развития изменений в культуре – нарастающее сомнение, отход от метафизических предпосылок культурного сознания, начиная от транс цендентных оснований в культурном опыте, религиозной веры, веры в ра зумное устроение мира и кончая отказом от любой философской рефлексии вообще, «закатом метанарраций» в постмодернизме. Пространство индиви дуального существования определяется здесь между полюсами принятия классических ценностей, когда сохраняют значение истина, необходимость, реальное, ценность, и их абсолютным отвержением.

Во втором параграфе «Базисные особенности медицинского знания и культурно заданные изменения его конфигурации» отмечена необхо димость различения устойчивого и культурно-изменчивого в медицинском опыте. Фундамент медицинского знания – клинический опыт, «бодрствую щий» под покровом «спекулятивных теорий» (Фуко). Клинический опыт не покидает сферы непосредственного наблюдения, постоянно испытывает ее корректирующие воздействия. Медицинское знание практически ориенти ровано. Эффективность выступает фундаментом лечебной практики, над которой надстраиваются остальные – когнитивные, методологические, культуральные характеристики. Рецептурный компонент медицинского знания допускает разные формы его обоснования – мифологические, рели гиозные, художественные, научные. Потому в культурной истории медици на могла представать в разных формах: как религия, как искусство, как нау ка.

Важный этап формирования научного медицинского знания – оформ ление самостоятельного научного аппарата медицины, собственно, «рожде Освальд Шпенглер и «Закат Европы» / Ф.А. Степун, С.Л. Франк, Н.А. Бердяев, Я.М. Букшпан. М.: Берег, 1922.С.32-33.

ние клиники». Как показывает Фуко, в культуре возникает новый способ организации отношений слов и вещей и самого рационального дискурса: на смену описательным конструкциям, пронизанным метафизическим светом, приходит всматривание (и особый опыт проговаривания) в саму телесную реальность. Радикально меняется представление о природе болезни в целом, когда последняя мыслится не метафизически, не как выражение сущности человека, но как феномен, соответствующий определенной сфере реально сти, природному аспекту жизни, который имеет исключительно биологиче ский смысл.

Рождение клиники в европейской культуре привело к изменениям в массовом повседневном опыте. Превращение болезни в биологическое со бытие потребовало ее изъятия из стихии повседневной жизни и помещения в специальные лабораторные условия. Сама лечебница, клиника – феномен, связанный со сложной символикой, которая отражает фундаментальные из менения в культурном сознании. Если для традиционного сознания тело – «своего рода умственный, физический и духовный дом», а знахарь – символ природных сил, то в культуре модернистского типа в сфере врачевания символом цивилизации выступает, прежде всего, лечебница (Tester F.J., McNicoll P.). Возможно, это главное место в городе, символизирующее убежище, фабрику, бизнес, храм, университет, тюрьму, забирающую свобо ду и берущую под контроль передвижение родственников, саму жизнь, или вообще город.

В третьем параграфе «Классика и модернизм: основные параметры культурного сознания и медицинского опыта» выделены и разведены ос новные параметры классического и неклассического культурного сознания и медицинского опыта. В границах классической парадигмы мышление и практика врача фундированы философией природы, мыслимой как совер шенный целостный универсум, развивающийся по имманентным законам, подлежащим познаванию. Для медицинского опыта классической культуры болезнь дисгармонична, является нарушением целостности человека. Вме сте с тем порядок болезни повторяет структуру мира. Стратегия поведения врача – выжидание, следование логике природных изменений.

Неклассическое культурное сознание определяется новыми координа тами: «чувство реальности» перемещается в сферу культурного опыта, ут верждается идея его релятивности, многомерности, открытости, незавер шенности, неполноты;

внимание обращено к опыту субъекта, усиливаются поиски гуманитарного начала в культуре. На этом фоне определяются важ нейшие особенности медицинского дискурса. Полиморфизм, многомер ность современной культурной ситуации задают многообразие стратегий врачевания. Врач-ученый сосуществует с врачом-священником, целителем, знахарем, экстрасенсом, гомеопатом, семиотиком, феноменологом и т.д.

Осознается растущее значение социокультурных координат, выстраиваю щих медицинский дискурс. Звучат релятивистские мотивы в отношении опыта здоровья, болезни, смерти. Переживание в культурном сознании от крытости мира как опыта дисгармонии, незавершенности, неполноты поро ждает настроение беспокойства, складывается представление о кризисе со временной научной медицины;

вместе с тем актуализируется в сфере мето дологии идея восполнения, компенсации, адаптации, в русле которой осоз нается природа болезни. Внимание к личностному, индивидуальному опыту в культуре актуализирует проблему субъекта в медицине.

Отмеченные особенности медицинского опыта, выстраиваемого в рам ках неклассической культуры, обнаруживаются в построениях Г. Селье.

Стресс – центральное понятие всей системы построений – странное, «мер цающее» понятие: в одних случаях он выступает как причина болезни, в других воплощает «вкус и аромат жизни»14. В системе построений Селье динамические характеристики преобладают над статическими. Подчеркива ется роль субъекта в опыте здоровья. Селье по строю сознания – жизнелю бию, ясности, открытости – близок миру классической культуры, но его опыт организуется современными ему культурными и общенаучными ин тенциями. Не случайно у современников он получил титул «Эйнштейна ме дицины». Опыт Селье свидетельствует о высочайшей креативности неклас сической культурной парадигмы. Вместе с тем симптоматично, что антро пологическая тема в культурном сознании (в том числе у Селье) зазвучала теперь в тональности естественнонаучного дискурса.

Во второй главе «Медицинские тематизации в оптике неклассиче ских методологий» отмечается, что в рамках неклассической философии медицина впервые становится предметом систематического гуманитарного исследования, помещается в широкую историко-культурную перспективу.

Последующие параграфы посвящены поиску ответов на вопрос: как воз можно гуманитарное осмысление феномена медицины – на основе исследо вания подобного опыта, содержащегося в пределах трех ведущих направле ний современной гуманитарной мысли: структуралист ском/постструктуралистском, психоаналитическом и феноменологическом.

Содержание первого параграфа «Метод дискурсивных практик М. Фуко. Феномен медицинского дискурса» – исследование феномена Селье Г. Стресс без дистресса. М., 1979. С. 71.

медицины у М.Фуко. Теоретическим инструментом анализа жизни сознания у Фуко является понятие дискурс. Дискурс обнаруживается в речевой прак тике, но в сущности он предполагает особое устроение опыта. Дискурс ис пытывает на себе внешние и внутренние ограничения (выступает как ком ментарий, авторское произведение или дисциплина), чувствителен к вре менным параметрам, но особенно значимы его «властные полномочия»: он способен выстраивать, реорганизовывать культурное пространство. Описа ние дискурса как особого модуса жизни сознания получает дополнительные характеристики через сопоставление его с другим измерением – ментально стью. Дискурс характеризуется выстроенностью, связан с речевыми практи ками, выступает как конструкция смысла. Ментальный аспект обладает ус тойчивостью, но менее оформлен, стихиен, менее теоретичен, насыщен эти ческими коннотациями.

Специфику медицинского дискурса у Фуко раскрывает понятие дис циплина. Признаки дисциплинарного дискурса: принцип «реактуализации нормы», несовпадение медицинского опыта со сферой научного дискурса (редукция авторской функции, позитивная роль ошибок), опытная природа медицинского (клинического) знания. Придание клиническому опыту науч ного статуса, рождение клиники в конце ХУШ - начале ХIХ веков сопряже но с оформлением ее важнейших особенностей. К таковым следует отнести переход от симптоматического к рациональному, основанному на понима нии внутренних причин, и одновременно серийному подходу в отношении болезни;

медикализацию опыта смерти, рождение клиники как особого типа лечебных учреждений, актуализацию этической проблематики в медицине.

Специальным предметом рассмотрения у Фуко выступает тема степе ни присутствия медицинского дискурса в поле культуры. Медицина может выступать как «закрытая сфера деятельности», как «педантичная техноло гия», но может выходить в открытую сферу общественной жизни как эле мент идеологии. Наконец, медицинский дискурс способен приобретать ста тус универсального инструмента организации жизни сознания с определен ными «властными полномочиями» и, таким образом, влиять, формировать и определять особенности культурной ситуации. В европейской истории си туация медикализации культуры повторялась трижды: в культуре антично сти, Возрождения, в современном мире.

Второй параграф «Г. Башляр: от психоанализа к феноменологии.

Культура как терапия» посвящен анализу способов медицинских темати заций у Г. Башляра. Психоаналитическая мысль с самого начала несла в се бе импульс широкого освоения мира культуры. Еще в большей мере гума нитарно ориентирована традиция аналитической психологии, которая при сутствует в поливариантной методологии Башляра. Культурно символический горизонт анализа душевной жизни превращал ее из дискур са естественнонаучного образца (в отличие от классического психоанализа с его узкоспециализированным пониманием природы бессознательного) в об ласть знания, близкую к гуманитаристике с ее опытом познания целостно сти, образностью языка, идеографикой и методом понимания. Культура как зеркало психического опыта и жизнь психики в широком горизонте культу ры, соответственно, тема терапии в контексте культуры, – эти заданные в рамках аналитической психологии тематизации присутствуют и в «пентало гии» Башляра, круге исследований, содержащих сплав философского, меди цинского и культурно-символического способов видения мира.

В параграфе рассматриваются методологические основания анализа жизни сознания, раскрывается метафизика воображения Башляра, его опыт психокультурной классификация типов личности, интегрирующей собст венно психологические и культуральные аспекты жизни сознания.

Специально анализируются отмеченные французским философом практические терапевтические возможности культурного опыта. Метод швейцарского врача-психотерапевта Робера Дезуайля Башляр рассматривал как практическое воплощение собственных представлений о конститутив ной роли воображения в личностном опыте. Отмечая общетерапевтический потенциал культуры, Башляр выявил присутствие в культурном сознании архетипических структур, сохраняющих значение и в практике научной ме дицины.

В третьем параграфе «Возможности феноменологического метода в анализе клинического опыта» исследуется методологический ресурс сис темы построений М. Мерло-Понти, автора, проговаривающего некоторые значимые для медицинского дискурса сюжеты и темы. В этой связи сущест венны три позиции. Во-первых, философом инициируется проблема вовле чения методологий, исследующих роль субъекта, в область медицинского дискурса. «Если больной не существует в качестве сознания, он должен су ществовать в качестве вещи»15. Во-вторых, сравниваются возможности эм пирического, с одной стороны, и абстрактно-теоретического, рационалисти ческого подходов (Мерло-Понти говорит об интеллектуалистской позиции) – с другой, как двух полюсов исследовательского поля, в противополож ность срединному пути – феноменологическому методу. В-третьих, темати зируется проблема телесности, одна из центральных для современного гу Мерло-Понти М. Феноменология восприятия. СПб., 1999. С. 166.

манитарного сознания, культуры в целом и первостепенная для медицин ского дискурса.

Феноменологический подход в исследовании телесного опыта утвер ждает его целостность, открывая для современной медицинской антрополо гии пути интеграции всех уровней интерпретации телесной жизни человека, когда, собственно, тело человека мыслится не только натуралистически – как совокупность физико-химических процессов, как «мозаика физико химического тела»;

не только как некоторая кинестезия (совокупность дви жений), не только как механическое образование (мыслимое как сумма ана томических структур и физиологических характеристик);

тело обнаружива ет себя не в духе естественной установки – как внеположенная объективная реальность. Тело открывается изнутри, это опыт тела, что дает возмож ность интегрировать традиционные способы анализа телесности в целост ность нового порядка. Этот опыт может найти оформление в понятиях те лесная схема как константа телесного опыта;

«итенциональная дуга», соз дающая «единство чувств, единство чувств и мышления, единство чувстви тельности и двигательной функции. Именно она прогибается под нажимом болезни»16.

Опыт тела у Мерло-Понти открывается на пересечении индивидуаль ного, интерсубъективного и культурного полей смыслов.

Стирание границ внутреннего и внешнего в опыте показывает жизнь тела во взаимодействии с миром, в его открытости миру, не как «вещь».

Границы телесного опыта могут быть подвижны: от космического тела, к социальному, физическому, внутреннему. Опыт тела в его соотнесенности с тотальностью мира может учитываться в реальной клинической практике:

человек обладает способностью проектировать себя в мире. Разрушение этой структуры может выступать важным индикатором патологического расстройства. Болезнь, таким образом, может мыслиться как ситуация пере хода от одной структуры взаимодействия с миром к другой. Опыт тела как целостности, где преодолеваются градации, размежевания, дифференциа ции, позволяет перевести на уровень более тонких описаний проблему взаимодействия телесной физики и психики, тела и души.

Предложенная феноменологией категория «жизненный мир» открыва ет возможности для анализа социокультурной реальности (в транскрипции социальной феноменологии А. Щюца). Теория релевантностей, сформули рованная А. Шюцем, раскрывает способ взаимопроникновения личностного Мерло-Понти М. Феноменология восприятия. СПб., 1999. С. 183.

и интерсубъективного, пути обнаружения культурно-исторического компо нента в пространстве жизненного мира личности.

В исследовании медицины феноменологический метод показывает ее в соотнесенности со сферой культурных смыслов. Структуры жизненного мира в поле медицинского сознания проявляются как некое фоновое знание, заявляют о себе в опыте тела, в устойчивых схемах мышления, в его мен тальной специфике, проявляющейся в константах медицинского опыта.

Жизненный мир соотносится со сферой мифотворчества. Феноменоло гический метод позволяет увидеть мифологические структуры в поле само го научного медицинского дискурса. Миф обладает интуицией целостности (проблема целостного подхода в медицине осознается в современной лите ратуре как весьма актуальная);

функция мифа – «духовного порядка»17.

Идея мифологической архитектоники тела соединяет физиологические и духовные атрибуты жизни (сфера, где для научной медицины возникает конфликтная зона). Мифологическая анатомия, физиология, патология на сыщены интуициями целостности, которых нет в научном опыте. Опыт бо лезни, как и телесный опыт, опыт диагностики, терапии, фармакологии, встроен в мифологический универсум, несет «космобиологический» смысл, соединяя соматическую и идеальную составляющие.

Практические возможности феноменологического метода исследова ния демонстрируются на примере описания опыта бессонницы. Выявляется область пересечения философского, медицинского и поэтического дискур сов о бессоннице как производных универсальной области значений – ре альности повседневной жизни. Все разнообразие содержаний сознания как высшей интегрирующей инстанции, отражающее опыт существования в мире, опыт переживания телесных событий отражается в опыте бессонни цы. В медицинской практике это важный симптом значительного круга за болеваний. Поэтическая традиция бессонницы актуализирует проблему «личного фона» (Л. Бинсвангер) в опыте этого состояния, позволяет обна ружить в нем структурный признак болезненного состояния – рассогласова ние отношений с миром, увидеть переживание опыта неблагополучия как возможного первичного опыта болезни, иллюстрирует возможность анализа болезненного состояния в культурном контексте, открывает возможность сопряжения состояния бессонницы с другими пограничными формами жиз ни сознания.

Третья глава «Медицина в гуманитарной перспективе: обобщения и дефиниции» является обобщением опыта рассмотрения медицины в не Элиаде М. Азиатская алхимия. М., 1998. С. 73.

классической философии и выстраиванием теоретического инструментария для «практического» раздела работы.

В первом параграфе «Принципы исследования и способы тематиза ции медицины. Понятие медицинского опыта» отмечается, что подходы к исследованию медицины в рассмотренных системах (медицина в контек сте культурных значений и смыслов) реализуют традиции гуманитарного дискурса. При внутренней полемичности исследовательских позиций (ори ентированный на нейтрализацию авторской позиции Фуко противостоит «ментализму» феноменологии;

Щюц трансформирует подходы Гуссерля, методологические подходы раннего и позднего Башляра существенно раз личаются) их объединяет то, что культурные, в том числе медицинские фе номены открываются в перспективе опыта субъекта, его «сознательно бессознательном измерении» (Фуко). Кроме того, в неклассической тради ции имеет место проблематизация реального, усиливающая тему выстроен ности, конструируемости опыта. Наконец, общей является идея множест венности исследовательских стратегий. В методологии Фуко сохраняет зна чение принцип историзма18.

Основные способы медицинских тематизаций в исследованных систе мах построений сводятся к следующему: акцентируется антропологический принцип, открывающий медицину как фундаментальную составляющую человеческого существования в современном мире. Витальные аспекты (здоровье, болезнь, смерть) включаются в план человеческого бытия. Рас ширение поля антропологической проблематики в неклассической традиции (внимание к бессознательному) ввело в область исследования медицинского опыта тему «слепого пятна» медицинского дискурса. Влияние бессозна тельного может задаваться культуроспецифическими и универсальными смысловыми константами (в отношении к телу, болезни, здоровью, лекарст вам, фигуре врача и больного). «Лечение, лишенное адекватного мифа, в значительной степени утрачивает свою субъективную эффективность»19.

При этом универсальные и культуроспецифические смысловые коннотации медицинского опыта выступают в виде архетипических структур или про изводных жизненного мира культуры.

Итогом исследования принципов и способов анализа медицинских фе номенов в современной неклассической философской мысли может быть экспликация понятия медицинский опыт, ключевое для раскрытия понима Ильин И.П. Постструктурализм. Деконструктивизм. Постмодернизм. М., 1996. С. 54.

Тхостов А.Ш. Болезнь как семиотическая система // Вестник Московского университета. Сер. 14.

Психология. 1993. № 1. С. 15.

ния природы медицины в субъектной оптике. Опыт – предельно общая кате гория, выражающая полноту содержаний внутренней жизни личности;

культурный опыт – универсум культурных смыслов. Медицинский опыт выступает как возможный модус личностного или культурного опыта. Со держание этого понятия может быть конкретизировано с помощью понятий дискурс, ментальность, дисциплина, клиника.

Концептуальные инструменты интегрирования медицинского опыта в поле культуры: дискурсивное поле, культурный архетип, жизненный мир личности, повседневный культурный опыт. Медицинский опыт – диффе ренцированное, сложноструктурированное образование (чувственная ин фраструктура и интеллектуальная суперструктура), открывающееся в поле смыслов, заданных полюсами «здоровье» – «болезнь», с подвижными гори зонтальными, проявляющимися в поле культуры планами (медицина как специализированное знание, как элемент идеологии и как фактор, опреде ляющий поле культуры), укорененное в жизненном мире личности и повсе дневном культурном опыте.

В перспективе дискурсивных пересечений (а это может быть личност ный опыт или поле культурных смыслов) медицинский опыт – элемент де центрированной целостности, место которого определяется в зависимости от статуса медицинской тематизации (маргинальной или доминирующей).

Культурные архетипы открывают вертикальное выстраивание медицинско го опыта в культуре, обнаруживая свое присутствие в слоях исторической динамики. Клиническое мышление может быть определено как специализи рованный медицинский опыт.

Во втором параграфе «Культура-миф-язык – координаты исследо вания медицины как культурного феномена. Структурирование меди цинского опыта» проводится подготовительная работа для практической части исследования, предлагается релевантное для целей работы определе ние культуры, определяются соответствующие области исследования (миф и язык), осуществляется структурирование медицинского опыта.

Мир культуры рассматривается в горизонте опыта субъекта (культура как воплощение конститутивной деятельности субъекта, культурный текст как пересечение различных дискурсивных практик, культура как встроенная в опыт субъекта реальность, как проявление архетипических структур опы та), точнее через отношение «значение – смысл». Разделяя позицию разли чения понятий значение – смысл (значение инструментально, технологично и интерсубъективно. Смысл универсален, символичен по форме выражения и интрасубъективен), мы принимаем в качестве инструментального опреде ления культуры формулу А. Вежбицкой: «Понятие культуры … обозначает исторически передаваемую модель значений, воплощенных в символах, систему наследуемых представлений, выраженных в форме символов, при помощи которых люди общаются между собою и на основе которых фикси руются и развиваются их знания о жизни и жизненные установки»20.

Для практического исследования поля культурных смыслов избирают ся сферы мифа и языка. Здесь закрепляется область значений, прошедших культурную селекцию. Язык и мифо-ритуальный комплекс консервируют в себе слой опыта, выступают носителями глубинных содержаний, отражаю щих полноту и масштаб исторического опыта и отличных от актуального, ситуативно зафиксированного, отрефлексированного слоя культурного соз нания. И язык, и миф – пространство трансформации смысла, превращения его исторических форм: и миф, и язык – многоярусные и многослойные об разования, несущие реликты архаического опыта. Еще один уровень связи мифа и языка – их структурная гомологичность.

Медицинский опыт в тексте культуры, собственно, «медицинский» сектор смыслового универсума может быть подвергнут структурированию.

За основу берется модель лингвистической ситуации. У глагола «лечить» пять актантов (элементов, возникающих при описании ситуации болезни и лечения). Субъект (кто лечит) – врач. Главный объект (что лечит) – болезнь.

Контрагент (у кого лечит) – больной. Второй объект (с помощью чего лечит) – лекарство. Актант, обозначающий результат действия – восстановление здоровья как идеальная цель.

Языковой опыт неотделим от практики реальной жизни. Болезнь и здоровье не есть некоторые абстракции, они всегда проявляются телесно.

Тело – материальный субстрат жизни. Медицинский опыт телесен. Таким образом, основные структуры медицинского опыта, задаваемые ситуацией лечения, – врач, больной, болезнь, лекарство, здоровье, тело. Следуя этому делению, можно проанализировать медицинскую составляющую русско славянского жизненного мира, запечатленную в мифе и языке.

В третьем параграфе «Аппарат исследования в стилистике неклас сических методологий» рассматривается рабочий инструментарий иссле дования, выстраиваемый с учетом подходов Фуко, а также аналитической психологии и феноменологии.

Понятия и концепты анализа смысловой реальности у Фуко – это дискурс;

метод дискурсивных практик;

идея культурных складок и разры вов;

эпистема как самонастраивающаяся дискурсивная целостность.

Вежбицкая А. Понимание культур через посредство ключевых слов. М., 2001. С. 43.

Аналитическая психология позволяет выявить универсальные меди цинские архетипы, присутствующие в культурном опыте. К таковым отно сятся: врач как демиург (сакральная фигура);

здоровье как опыт гармониче ского существования в мире;

болезнь как опыт рассогласования отношений с миром;

лекарство как панацея;

феномен лекарства символического дейст вия;

лекарственная символика основных природных стихий (земли, воды, воздуха, огня, растений);

символическая анатомия и архитектоника челове ческого тела как опыт его культурного, «вертикального» осмысления.

Феноменология предлагает следующие понятия и концепты: опыт как чувственная инфраструктура и интеллектуальная суперструктура;

тематиза ция скрытых структур опыта;

горизонтность сознания;

восприятие как ос нование жизненного мира личности;

феноменальное тело как опыт присут ствия в мире;

уровни телесного опыта: космическое, социальное, физиче ское, внутреннее тело;

жизненный мир как сфера аккумулирования интер претационных релевантностей, «отражающая общезначимую картину мира определенного культурного сообщества»21.

В четвертом параграфе «Лингвокультурологический инструмента рий» определяется концептуальный и понятийный аппарат культурологиче ского исследования языка. Классическими концептами, организующими анализ языковых феноменов в контексте культуры, являются понимание языка как условия «духовного развития человечества» у Гумбольдта, идея языковой относительности Сэпира-Уорфа, исследование языка в его отно шении к культурным системам А. Потебни, опыт философии слова как представителя культурного мира Г. Шпета.

Определяется ряд понятий и концептов, открывающих путь лингвис тического анализа культурных смыслов: языковая картина мира, коннота тивная семантика слова, лексический фон слова, языковое сознание, языко вые архетипы и стереотипы, языковая личность, языковое чувство, языко вой концепт, культурная память слова, внутренняя форма слова22.

Тема второго раздела работы «Медицина в историко-культурном измерении: медицинские аспекты русско-славянского жизненного ми ра» – практическое решение задачи анализа медицинского опыта в контек сте культуры на материале русско-славянского жизненного мира. На основе мифа и языка как областей накопления, хранения и трансляции культурных Щюц А. Символ, реальность и общество // Щюц А. Избранное : мир, светящийся смыслом. М., 2004.

С. 1041.

Ср.: Маслова В.А. Лингвокультурология. М., 2007. 208 с.;

Воркачев С.Г. Лингвокультурология, языковая личность, концепт: становление антропоцентрической парадигмы в языкознании // Филологические науки.

2001. № 1. С. 64–72.

смыслов исследуется опыт отношения к телу, здоровью, болезни, лекарст вам, практике лечения, фигуре врача в национальной культурной традиции.

В первой главе «Мифология тела в русско-славянской традиции» раскрываются основные характеристики, отражающие этнокультурную спе цифику опыта тела в национальной культуре. В первом параграфе «Опыт тела (телесность) в национальной культуре» отмечается, что сам тип традиционной культуры и традиционного сознания задавал амбивалентное отношение к телу. В коллективистском обществе нормировалась и регла ментировалась телесная жизнь иерархически доминирующей фигуры, что контрастировало с телесной раскрепощенностью периферии социального мира. В культуре обнаруживаются два полюса стандартов телесной жизни, заданных мифологически и социально мотивированных иерархией традици онного общества. Эту двойственность можно связать и с той складкой в культурном опыте, когда дух телесного аскетизма утверждало на Руси пра вославие, однако сохранял значение и языческий культ тела. Попытка овла деть телесной природностью сочетается со стандартами природной телес ной жизни в массовом сознании и повседневной культуре.

В традиционной культуре русских телесный опыт лишен ближнево сточной чувственности, но в нем присутствует выраженный интерес к жиз ни тела: мельчайшее проявление телесной жизни – предмет разглядывания и символического истолкования. Для традиционного сознания опыт телес ности простирается до пределов родового коллектива, поглощающего инди видуальное телесное пространство. Родовое тело могучее, огромное. Телес ная норма ассоциируется с телом толстым.

Жизнь тела в культуре необходимо связана с мифологией здоро вья/болезни. При этом важную роль играет мотив «чистоты-нечистоты».

Здоровое тело – ритуально чистое. Болезнь ассоциируется с состоянием не чистоты. Чистота осмысливается не как гигиеническое, а как сакральное яв ление: чистое – это священное. Телесные доминанты в культуре проявляют ся в напряженной эмоциональности. Неупорядоченная стихия эмоциональ ного, не знающая сдерживающих факторов, порождала состояния душевной патологии. Беснующиеся и кликуши, пророки и пророчицы, по наблюдению Даля, – повсеместный факт русской народной жизни еще и в ХIХ в. Вместе с тем традиция вводит определенные регламентации в сферу эмоциональ ных проявлений.

Спонтанность природного тела проявляется в терпимом, нередко по ложительном отношении к уродству. Красота телесная высоко ценилась, но ассоциировалась прежде всего с физическим здоровьем. Отсутствие интере са, внимания, уважения к личности, к индивидуальному телу отразились в чрезвычайно жестком, подчас жестоком отношении к телу: практика побо ев, физического насилия, рукоприкладства характерна для повседневной жизни традиционного общества.

Второй параграф «Состав и архитектоника тела. Его жизненные центры и границы» посвящен мифологической анатомии. Исходный уровень телесной идентификации – раздробленность, рассеянность, многосоставность тела. Вместе с тем в мифе содержится интуиция целостности на уровне микро- и макрокосмических соотнесений, открывающая путь, как показывает В. Топоров, выявлению общего и главного – опоры физической и духовной23.

Основные закономерности выстраивания тела в мифологическом про странстве определяются следующим образом. (1) Человеческое тело по сво ему составу в своем первичном описании должно быть осмыслено в катего риях внешнее - внутреннее, что актуализирует мотив границы. Этот мотив акцентирован в ряде органов и телесных зон. Таковы, во-первых, дисталь ные, наиболее удаленные от средней линии туловища, точки и зоны – голо ва (макушка, темя), плечи, руки (пальцы, ладони), ноги (пятки, стопы)24. Во вторых, значима тема телесных отверстий. В-третьих, важны пограничные области тела – шея и поясница. (2) Другие координаты, определяющие су ществование тела, – верх и низ. В топографии человеческого тела выделя ются части, органы, которые являются носителями верховных свойств чело веческого существа. Им противостоит телесный низ. (3) Выстраивание тела в мифологическом пространстве осуществляется в двух разнонаправленных перспективах: вверх и вглубь. (4) Важной является тема главных органов, выступающих сосредоточением в мифологической традиции жизненных сил человека. Главные органы в мифологической анатомии – голова, сердце, кости, жилы, грудь, кровь, душа, пуп. Из телесных функций важнейшая – дыхание. (5) Основополагающие типы, «эйдосы» движения – важный эле мент целостного образа жизни тела, выступающий предметом рассмотрения в третьем параграфе «Основополагающие телесные действия».

Жизнь тела не ограничивается анатомо-физиологическими характери стиками. Это не некоторая сумма поз и движений. Тело причастно к «ста новлению истинно-сущего». Этот модус находит выражение в некоторых инвариантных способах его самопроявления, неких «главных завершающих См.: Топоров В.Н. Об индоевропейской заговорной традиции (избранные главы) // Заговор : исследова ния в области балто-славянской духовной культуры. М., 1993. С. 30.

См.: Мазалова Н.Е. Состав человеческий. Человек в традиционных соматических представлениях рус ских. СПб., 2001.

“сверхдействиях”», сообразных пониманию творческой природы жизни те ла во всей его полноте. В развитие идей В.Н. Топорова, в параграфе выде лены и обнаружены в мифологическом материале важнейшие типы (эйдо сы) телесных движений: вставать - стоять, садиться - сидеть, ложиться - ле жать, ходить, оборачиваться.

Функцию создания целостного образа выполняют также эстетические характеристики тела, рассмотренные в четвертом параграфе «Эстетические стандарты телесности». В русской традиционной культуре существовало представление о телесной норме, стандарты которой задавались природны ми параметрами. Определенность эстетического идеала нашла выражение в экспрессивных реакциях на его деформации. Антинорма сопряжена с пер версией цвета (чернение лица сажей, завертывание в белое полотно во вре мя ряженья), перверсией запаха, для которого также существовала традици онная регламентация.

В русской культуре для выражения эстетически окрашенного опыта телесной динамики существовали понятия «осанка» и «стать». Если для со временного сознания понятие «осанка» преимущественно характеризует положение корпуса, то в ХIХ веке «приосаниться» означало «собраться с духом, войти в себя», т. е., понятие осанка выражала эстетическую направ ленность, одухотворенность телесной жизни.

Красивым в национальной традиции являлось тело плотное. Народная культура утверждала роль идеальных факторов как условия телесной эсте тики: «Не криви душой: кривобок на тот свет уйдешь»25. Традиция культи вировала красивые движения, реагировала на неуклюжие, «мешкотные», нескладные, «непроворные» телесные проявления. Альтернативные образы телесной динамики насыщались сниженными, комическими элементами.

Глава вторая «Мифо-ритуальный комплекс и медицина» открыва ется исследованием фигуры врача (параграф первый: «Фигура врача в ми фо-ритуальном комплексе»). В синкретичном образе архаического марги нала функция исцеления не локализуется однозначно и строго. В тотальном массиве знающих, имеющих отношение к практике исцеления, наряду с фи гурами колдуна, ясновидца, кудесника и пр. можно акцентировать знахар скую доминанту. Именно в перспективе знахарского комплекса предлагает ся рассматривать фигуру целителя на русско-славянском мифологическом материале. За знахарской практикой у восточных славян просвечивает аг рарно-природный мир с его размеренностью природных ритмов, стабильно стью земледельческого уклада, тотальной погруженностью в мир природы, Даль В.И. Пословицы и поговорки русского народа. М., 2005. С. 196.

природностью душевного строя с его эмоциональной доминантой, созерца тельной составляющей. Знахарство, как показал М. Элиаде, в отличие от сферы деятельности колдуна с его магическими, сверхчеловеческими спо собностями, ориентированными преимущественно негативно, шамана, на деленного экстатическими способностями, путешественника в иные миры или жреца, выразителя божественной воли, – обозначает непосредственно лечебную сферу деятельности, практически мотивированную. Для знахар ского комплекса характерны накопление «мирского», основанного на ре альном опыте знания, позитивная направленность «силы» целителя, нали чие особых способностей, маргинальность фигуры, судьбы, особый автори тет в обществе. Интенциональная «нагруженность» идеи знахарского ком плекса позволяет придать определенный разворот существующему в тради ционной культуре слабо дифференцированному миру посредников между реальным и сврхреальным, «серому “перемешанному” фону магико религиозной жизни»26.

Во втором параграфе «Опыт болезни в мифологический традиции» тема болезни в медико-мифологическом тексте прочитывается с учетом специфики мифологического сознания. (1) Здесь нет абстрактного понятия болезни, но есть имя болезни, которое выполняет функцию обобщения зна ния. (2) Симптом болезни выступает одновременно ее целостным описани ем. Малое является проявлением целого. (3) Мифологическое наименование болезни является неопределенным: одно название может обозначать не сколько реальных патологий. (4) Миф – это фрагмент реальности: назвать имя болезни означает начать лечение. (5) Границы медицинского опыта совпадают с границами существования в священном универсуме: мифоло гические лекарства одновременно являются инструментом интеграции че ловека в универсум существования. (6) Малая дисгармония (болезнь) пре одолевается через обращение к большой гармонии (мифологемам и ритуа лам миротворения).

В вопросе о причинах болезни следует различать первопричину (Исток болезни – повреждение мира и порядка, строя человеческого существова ния) и исторические формы ее проявления с учетом этнокультурной специ фики Основной мифологический этиологический архетип: болезнь имеет демонологическую природу, она вторгается в организм извне. Это пред ставление архетипично, оно напоминает о себе при исследовании динамики изменений структуры заболеваемости в культурной истории. Уступая по Элиаде М. Шаманизм : архаические техники экстаза [Электронный ресурс] // Сайт лотоса : развитие че ловека. 1999-2009. Электрон. дан. URL: http://book.ariom.ru/txt299.html.

мере цивилизационного развития первенство хроническим болезням, в структуре заболеваемости традиционного общества доминируют инфекци онные болезни, т.е. болезни, возникающие в результате проникновения в организм болезнетворных микроорганизмов. Отметим, что архетипическая природа архаических представлений о природе болезни заявляет о себе и тогда, когда среди современных принципов классификации болезней пер вичным является их разделение – по признаку общности их этиологии – на инфекционные и неинфекционные.

В мифологической картине мира болезнь враждебна людям. Это пред ставление вписывается в логику противопоставления болезни и здоровья в классической культуре и противостоит идее релятивности болезни и здоро вья, утверждающейся в неклассической парадигме. Специфична символиче ская диагностика традиционной медицины, закрепившаяся в круге примет и суеверий, и отражающая особый способ организации культурного текста и его прочтения традиционным сознанием.

Традиционная медицина, сформировавшаяся в лоне бесписьменной культуры, развивала диагностическую практику, обращенную к опыту мира священного, прерывистого, воспринимаемого в целостности, разнообразии и непредсказуемости, отражающему не причинно-следственные связи, но вечный строй жизни. Диагностический опыт традиционной медицины со держит в себе рациональные компоненты, но недоступен полной рациона лизации и сохраняет значение в качестве «лекарства символического дейст вия», психотерапевтического средства для носителя традиционного мифо логического сознания.

Возможно выделение архетипических оснований магического цели тельства. Если болезнь – это нарушение исходного строя и ритма, то исце ление – это восстановление опыта целостности в отношении с миром. Ос новные техники целительства: заклинание, пение, массаж, окуривание, вы сасывание болезни, ее механическое перемещение, использование магиче ских лекарств, действие по принципу подобия. Целитель подражает природе или пытается ее превзойти. Архаический опыт взаимодействия с миром (и, следовательно, его медицинские коннотации) бессознательно или полубес сознательно присутствует в современной культуре. Так, трансформирован ный опытом современной культуры архетип чистоты как условие сохране ния здоровья остается актуальным, хотя достижение священной чистоты в архаической культуре и гигиеническая озабоченность современной культу ры разнонаправлены.



Pages:   || 2 |
 

Похожие работы:





 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.