авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Астрологический Прогноз на год: карьера, финансы, личная жизнь


Pages:   || 2 |

Тюремная субкультура в пространстве культурных практик

-- [ Страница 1 ] --

На правах рукописи

Тищенко Наталья Викторовна ТЮРЕМНАЯ СУБКУЛЬТУРА В ПРОСТРАНСТВЕ КУЛЬТУРНЫХ ПРАКТИК 24.00.01 – Теория и история культуры

Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора культурологии Саратов 2013

Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Саратовский государ ственный технический университет имени Гагарина Ю.А.»

Научный консультант: доктор философских наук

, профессор Волошинов Александр Викторович

Официальные оппоненты: Костина Анна Владимировна доктор философских наук, доктор культурологии, профессор, АНО ВПО «Московский гуманитарный университет», заведующая кафедрой философии, культурологии и политологии Петухов Валерий Борисович доктор культурологии, профессор, ФГБОУ ВПО «Ульяновский государственный технический университет», заведующий кафедрой истории и культуры Абрамов Михаил Александрович доктор культурологии, профессор, ФГКВОУ ВПО «Саратовский военный институт внутренних войск Министерства внут ренних дел Российской Федерации», старший преподаватель кафедры гуманитарных и социальных наук ФГБОУ ВПО «Российский государственный

Ведущая организация:

гуманитарный университет», г. Москва

Защита диссертации состоится «22» октября 2013 г. в 13.00 часов на заседании диссертационного совета ДМ 212.242.12 при ФГБОУ ВПО «Саратовский государ ственный технический университет имени Гагарина Ю.А.» по адресу: 410054, Сара тов, ул. Политехническая, 77, Саратовский государственный технический универси тет имени Гагарина Ю.А., корп. 1, ауд. 319.

С диссертацией можно ознакомиться в научно-технической библиотеке ФГБОУ ВПО «Саратовский государственный технический университет имени Гагари на Ю.А.».

Автореферат разослан «_» 2013 года Учёный секретарь Карпова Галина Геннадьевна диссертационного совета

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования определяется необходимостью теоретического осмысления и разработки научно обоснованного подхода к анализу социокультурных проблем, связанных с влиянием тюремной суб культуры на разнообразные сегменты доминирующей культуры современ ной России. Формирование тюремной субкультуры происходило в рамках пенитенциарной системы, модели и принципы функционирования которой были сформулированы судебными системами европейских и североамери канских государств в XVIII веке, а затем получили распространение в Рос сии. Возникшие ценности и практики тюремной субкультуры были призва ны поддерживать взаимодействие между индивидами именно в местах ли шения свободы. Однако в условиях современной российской реальности элементы тюремной субкультуры преодолели географические и социальные границы мест лишения свободы и стали частью разнообразных сфер жизне деятельности: масс-медийный, политический, повседневный дискурсы изобилуют примерами использования ритуалов, традиций и высказываний, являющихся частью тюремной субкультуры. Уровень критики со стороны общественных организаций, образовательных структур, направленной на снижение влияния тюремной субкультуры, достаточно высок, но зачастую критика носит формальный, риторический характер и не выявляет сути про блемы распространения ее влияния. Остаются неочевидными механизмы, которые допустили ценности и практики тюремной субкультуры и в офици альную (политическая риторика), и в доминирующую (художественные, по вседневные практики) культуру.

Одним из эффективных барьеров на пути распространения тюремной субкультуры должна выступать государственная политика в сфере исполне ния наказаний. Основные принципы российской государственной уголовно исполнительной политики представлены в ряде документов – Уголовном, Уголовно-исполнительном Кодексах и Концепции развития уголовно исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года. Проблема тичность современной государственной политики в сфере исполнения нака заний заключается в рассогласованности многих ее положений, так как взя тые за основу международные нормы и принципы наказания не соответ ствуют сложившемуся в России культурному опыту и традициям. Критиче ское положение дел в уголовно-исполнительной политике отмечают не только внешние наблюдатели (правозащитники), но и сами сотрудники Федеральной службы исполнения наказаний. Так, первый заместитель директора ведомства Э.В. Петрухин в конце 2012 года заявил о провале пенитенциарной реформы в Российской Федерации. Президент Российской Федерации В.В. Путин в апре ле 2013 года на специальном заседании Совета при президенте России по раз витию гражданского общества и правам человека объявил о создании межве домственной комиссии по реформе уголовно-исполнительной системы и кар динальном пересмотре основных положений самой концепции. Эти события позволяют сделать вывод, что влияние тюремной субкультуры на доминиру ющую культуру приняло угрожающий характер и осуществляется через раз нообразные каналы, и что официальная власть без участия институтов граж данского общества (правозащитных организаций, исследовательских групп) не способна выработать эффективную политику в сфере исполнения наказа ний.

Места лишения свободы (определяемые в повседневном языке как «тюрьма», «зона», «лагерь»), изоляция, надзор, режим – эти понятия стали распространенными выражениями, используемыми в качестве метафоры для определения характера процессов и явлений общественной жизни. Возника ет парадоксальная ситуация: места лишения свободы воспринимаются как явно негативное, дискриминационное явление, но нормы и правила тюрем ной субкультуры присутствуют на сегодняшний день в большинстве сфер деятельности людей, например искусстве, языке повседневного общения, способах взаимодействия между людьми, жизненных ценностях. Границы между местами лишения свободы и остальным обществом размываются, но это ведет не к гуманизации отношения к осужденным и улучшению условий содержания, а к проникновению норм тюремной субкультуры в повседнев ную жизнь и культуру в целом.



Актуализация культурологических исследований тюремной субкульту ры связана, прежде всего, с тем, что научные дисциплины, традиционно ана лизирующие состояние пенитенциарной системы и тюремного населения, оказались не способны на сегодняшний день предотвратить экспансию тю ремной субкультуры в повседневную и общественную жизнь. Культурологи ческое осмысление проблем, связанных с тюремной субкультурой, может ока заться эффективным инструментом для решения как экзистенциальных задач (преодоление влияния на индивидуальном уровне), так и институциональных проблем (преодоление влияния на уровне социальных и культурных практик).

Необходима фундаментальная разработка методологии исследования тюрем ной субкультуры на основе концептуализации механизмов ее влияния и рас пространения через художественные практики, воспринимаемые как неотъ емлемая часть доминирующей культуры.

Степень научной разработанности проблемы определяется научны ми традициями, сложившимися в исследованиях культуры, различных куль турных форм и духовной жизни общества. Тюремная субкультура является объектом исследовательского интереса специализированных областей зна ния, таких как криминология и пенология. Но в рамках философских, социо логических и гуманитарных исследований тюремная субкультура зачастую рассматривается как вторичный объект исследования, изучение которого вписано в контекст более общих проблем, таких как философия наказания, социология преступности, социальная мобильность и маргинализация, тео рии субкультур и контркультур. Однако занижение статуса тюремной суб культуры как объекта исследования неправомерно, так как она является са модостаточным культурным явлением и способна оказывать влияние на многие социальные и культурные процессы.

На формирование авторского определения тюремной субкультуры и связанных с ней процессов повлияли исследования различных научных направлений (история, философия, социология, криминология, теории куль туры), что указывает на комплексность и междисциплинарность такого объ екта исследования как тюремная субкультура. Важными для исследования в области генеалогии современных стратегий наказания следует считать рабо ты по определению и оценке стратегий наказания И. Бентама, Ч. Беккариа, У. Веннинга, Р. Гарофало, Дж. Говарда, Дж. Локка, Ч. Ломброзо, Ш. Мотескье. Современные исследования проблем наказания формирова лись в рамках изучения криминальных субкультур. В теориях криминальных субкультур, разработанных А. Коеном, Р. Мертоном, Т. Селлином, утвер ждалась тесная связь противоправных действий с сосуществованием сооб ществ, культивирующих определенные ценности и связанные с ними модели поведения. Непосредственно тюремная субкультура становится объектом исследования в направлении «социология наказания». Главными темами, разрабатываемыми авторами этого направления, являются: типология тю ремной субкультуры и характер взаимодействия общества с местами лишения свободы. Эмпирические исследования тюремной субкультуры в Америке и европейских государствах представлены в текстах: А. Голднера, Д. Ирвина, Дж. Кассебаума, Д. Клемера, Д. Матзда, Р. Метьюса, Р. Моргана, Дж. Ньюмана, Г. Сайкса, Д. Уорда. В дальнейшем теории социологии нака зания развивались в сторону дифференциации: проводились ювенальные (Р. Кловард, Л. Олин) и женские исследования тюремной субкультуры (Ф. Адлер, С. Уолклейт, Е.Ю. Ефимова, А.С. Михлин, Л.В. Яковлева). Па раллельно с изучением тюремной субкультуры развивались исследования, посвященные природе самого наказания, как важного социального и куль турного феномена. Это направление представлено в работах Э. Даффа, Д. Гарланда, Д. Ротмана. Важнейшие социокультурные и антропологические теории формирования и функционирования изолированных обществ, в том числе тюремной субкультуры, представлены в текстах И. Гофмана и М. Фуко. Гофман выявил способы репрезентации в условиях изоляции, а Фуко продемонстрировал трансформацию таких структур как преступление, преступник и наказание в культурно-историческом контексте.

Отечественная тюремная субкультура представляет собой уникальное явление и требует оригинальных теоретических подходов и специфической методологической базы. Для понимания причин современного отношения к тюремной субкультуре большое значение имеют отечественные исследова ния способов наказания и осужденных XIX века. Условно можно выделить три направления исследований, сформировавшихся в тот период. Первая группа текстов посвящена историческим вопросам и сравнительному изуче нию мест лишения свободы (И.П. Белавенец, Д.А. Дриль, М.И. Зарудный, П.Д. Колосовский, П.П. Кропоткин, А.Б. Лакиер, Н.В. Рейнгардт). Вторая группа текстов посвящена философским основаниям практики наказания (С.И. Баршев, Н.Я. Воскобойников, С.В. Познышев, П.Г. Редкин, А.П. Чебышев-Дмитриев, Р.Д. Шишкин). Третья группа авторов непосред ственно проводила исследование осужденных в России: (С.И. Барановский, Н.Л. Зеланд, Хр.П. Козлов, И.Хр. Озеров, П.И. Тарновская, П.Н. Ткачев, И.Я. Фойницкий, А.Н. Хвостов). Размышления о пенитенциарной системе тесно связаны с духовной и интеллектуальной ситуацией в России XIX века.

Для понимания культурного контекста развития представлений о тюремной субкультуре являются важными этическая концепция Н.А. Бердяева, фило софия хозяйственной деятельности С.Н. Булгакова, социально-правовая концепция П.И. Новгородцева, философия всеединства В.С. Соловьева.

Исследование пенитенциарной системы и тюремного населения в со ветский период связано с развитием историко-правового направления (М.Н. Гернет) и уголовно-исполнительное и уголовно-трудовое право (Л.Г. Крахмальник, Б.С. Утевской). Принципы и задачи государственной ис правительно-трудовой политики представлены в таких изданиях, как «Соци алистическая законность» (впоследствии «Законность»), «Государство и право», «Вопросы борьбы с преступностью». В статьях периодических изда ний содержится информация о состоянии пенитенциарной системы и демон стрируются характерные для того периода способы репрезентации осужден ных. Пенитенциарная система представлена как механизм по исправлению посредством трудовой деятельности, а осужденный – как объект воздействия этого механизма. Сложные социальные и культурные процессы второй по ловины 80-х начала 90-х гг. XX века спровоцировали как рост преступности и изменение состава тюремного населения, так и качественную трансформа цию исследований, посвященных тюремной субкультуре и пенитенциарной системе. В современной отечественной исследовательской литературе мож но выделить три направления изучения тюремной субкультуры. Первое рас сматривает субкультуру в правовом и криминологическом аспектах, фоку сируя внимание на классификации преступных групп и типологизации суб культур, сформированных в местах лишения свободы по криминологиче скому признаку (Е.О. Алауханов, Ю.М. Антонян, Т.П. Луговенко, В.В. Лунеев, В.Ф. Пирожков). Второе направление посвящено истории пени тенциариев в России и тюремная субкультура здесь не является автономным объектом исследования, а представлена посредством исторических фигур известных преступников, политических осужденных и пр. (В.Н. Андреев, А.И. Гуров, В.А. Демин, А.Д. Марголис). Третье направление рассматривает отечественную тюремную субкультуру в социокультурном и антропологиче ском аспектах и именно в рамках этого направления тюремная субкультура перестает быть простым объектом воздействия государственных исправи тельных стратегий, и обретает конкретные гендерные, этнические, профес сиональные характеристики (А.И. Антонов, Л.И. Альперн, Е.С. Ефимова, М.П. Клейменов, А.Н. Олейник, Е.Л. Омельченко, Л. Сафронов). Также важ ную аналитическую информацию для диссертационного исследования со держат работы, посвященные проблемам уголовного и уголовно исполнительного законодательства в России и за рубежом (А.Ю. Корчагина, Д.В. Липатов, В.В. Сергеева, А.О. Смирнов).

При анализе тюремной субкультуры возникает потребность обращения к темам, связанным с вопросами институционализации общественных си стем (М. Вебер, З. Бауман, Т. Парсонс, Р. Мертон);

вопросам формирования социальных пространств (А. Лефевр, Э. Гидденс);

проблемам функциониро вания властных механизмов в обществе и культуре (М. Фуко), вопросам формирования идеологических схем (Л. Альтюссер, А. Грамши), вопросам конструирования обыденного знания (Г. Гарфинкель, П. Бергер, Т. Лукман, В. Барр);

проблемам дискредитации различных групп населения (Э. Гоффман, Р. Коннелл, В.Н. Ярская);

властным стратегиям распростране ния символических форм и значений в культуре (С. Холл, Д. Марли, Дж. Уоллкот). Исследованию процессов и феноменов современной (постмо дернистской) западной и отечественной культуры посвящены использован ные автором диссертации работы Ж. Бодрийара, П. Вирильо, Ж. Делеза, Ж. Деррида, В.А. Подороги, М.К. Рыклина, З.А. Сокулера, Ю. Хабермаса, М. Хайдеггера, Дж. Хартмана. При анализе основополагающих для диссер тационного исследования понятий использовались концепции Ф. Бока, П. Бурдье, Э. Гидденса. При рассмотрении ряда антропологических аспектов современной культуры использовались работы Э. Канетти, К. Леви-Стросса, В.Ю. Михайлина, Д.В. Михеля, М. Мосса. Авторское исследование симво лических и мифологических оснований тюремной субкультуры опирается на работы М.М. Бахтина, В.Я. Проппа, В.Н. Топорова. Анализ разнообразных культурных практик осуществлялся с использованием текстов Б.Е. Гройса, Л.М. Макаровой, И.Б. Паперно, В.З. Паперного, В.Б. Петухова, С.И. Трунева. Источниками, раскрывающими специфику культуры общества потребления, стали тексты Ф. Джеймисона, П. Дракера, А. Маслоу. Своеоб разие советской и современной российской культур рассматривается в текстах С.Я. Булатова, М.И. Буянова, В.В. Кожинова, Ю.Г. Круглова, Т.В. Владимировой, В. Люлечика, М.С. Трофименкова, Г.Г. Хазагерова.

Анализ тюремной субкультуры в рамках культурологического иссле дования и в теоретическом, и методологическом аспектах характеризуется новизной и многоплановостью. На фоне многочисленных и разнообразных исследований в области философии наказания, социологии преступности, теорий субкультур недостаточное внимание уделяется проблематике куль турных последствий распространения ценностей тюремной субкультуры в пространстве доминирующей культуры. Среди отечественных исследований отсутствуют фундаментальные разработки, на основе которых можно вы явить степень проникновения маргинальных ценностей в основные культур ные формы, а также разработать эффективную концепцию по преодолению последствий этого влияния. Решение подобных задач требует активизации исследований, направленных на анализ проблем тюремной субкультуры и последствий ее влияния на структуры доминирующей культуры. Существует потребность в разработке культурологического осмысления данной пробле матики, с помощью которого возможно предложить оригинальные теорети ческие и методологические решения.

Объектом исследования является тюремная субкультура как источник культурных паттернов, ценностей и моделей поведения.

Предметом исследования являются механизмы репрезентации ценно стей тюремной субкультуры в отечественной художественной культуре XX XXI столетий.

Цель работы: культурологическая концептуализация механизмов ре презентации ценностей тюремной субкультуры в художественных текстах и кинотекстах, созданных российскими авторами в XX – начале XXI вв.

Для достижения намеченной цели автором были поставлены следующие задачи:

1) проследить формирование пенитенциарной системы как составной части социокультурного порядка с XVIII по XXI вв.;

осуществить критиче скую рефлексию концепций реформирования пенитенциарной системы для объяснения изменений в функционировании современной системы наказа ния;

2) концептуализировать проблему влияния ценностей тюремной суб культуры на различные сегменты социальной и культурной жизни;

зафикси ровать присущие этому процессу характеристики;

3) провести критический анализ зарубежных исследований пенитенци арной субкультуры, разработать концептуальную модель структурообразу ющих признаков тюремной субкультуры, представив ее как доминантную структуру в процессе формирования ценностей и трансляции их посредством разнообразных культурных практик;

4) определить специфику отечественных исследований преступности, си стемы наказания и тюремной субкультуры для объяснения дискурсивных несоответствий между приоритетами классической пенитенциарной системой и социальными условиями и приоритетами отечественной культуры;

5) разработать методику проведения дискурс-анализа литературных текстов отечественных авторов, отбывавших наказание в местах лишения свободы, в целях выявления специфических типов дискурса о тюремной субкультуре, сформированных в отечественной художественной практике XX столетия;

6) выявить характеристики трех типов литературного дискурса о тю ремной субкультуре, поэтапно сформировавшихся в отечественной литера туре 40-90-х гг. XX столетия;

определить социальную и культурную значи мость дискурсов;

7) разработать методику проведения анализа кинотекстов, посвящен ных тюремной субкультуре, в рамках которой кинотекст интерпретируется как специфическая культурная практика, воспроизводимая разнообразными социальными группами в повседневной жизни;

8) осуществить анализ моделей интерпретации ценностей тюремной субкультуры в отечественных кинотекстах XX-XXI столетий посредством анализа культурных кодов.

Гипотеза исследования основывается на следующем предположении:

в условиях современной отечественной культуры проникновение ценностей тюремной субкультуры в основные сферы культуры – идеологию, мораль ные установки, художественное творчество – принимает все более отчетли вый характер. Этот процесс происходит на фоне противоречий между декла рируемыми принципами государственной политики в сфере исполнения наказаний и способами интерпретации тюремной субкультуры различными культурными практиками, в том числе в художественном творчестве. Дина мика изменений способов репрезентации тюремной субкультуры в литера турных произведениях и кинотекстах XX-XXI столетий отражает процесс по степенного проникновения маргинальных ценностей в доминирующую куль туру.





Теоретические и методологические основы исследования Теоретический фундамент исследования составили: информационно семиотические концепции культуры (М.С. Каган, Ю.М. Лотман);

пострукту ралистские теории культуры (М. Фуко, Ж. Бодрийяр);

неомарксистские тео рии культуры (Л. Альтюссер, А. Грамши);

структурно-семиотические иссле дования (В.Я. Пропп, В.Н. Топоров);

концепция структурного функциона лизма Т. Парсонса и теории социальных пространств (П. Бурдье, Э. Гидденс);

культурантропологические теории (Ф. Бок, Р. Редфилд, Э. Канетти);

теории ценностей массовой культуры (А.В. Костина, Г.Л. Тульчинский, А.Я. Флиер);

культурологические и социально антропологические исследования разнообразных семиотических систем (А.В. Волошинов, М.Б. Ворошилова, М.А. Ефремова, К.Э. Разлогов, Г.Г. Слышкин, А.Р. Усманова, У. Эко, М.Б. Ямпольский, Е.Р. Ярская Смирнова);

исследования, посвященные дискурс-аналитической методоло гии (Т. Ван Дейк, Г.И. Зверева, Э. Лакло, Ш. Муфф, Н. Фэркло).

Методология и методы исследования определяются междисциплинар ным характером темы, требующим обращения к различным социально гуманитарным направлениям (культурология, философия культуры, социо логия культуры, антропология культуры). Основополагающей для диссерта ционного исследования является информационно-семиотическая методоло гия исследования культуры, в рамках которой культура интерпретируется как совокупность знаков – культурных кодов, воплощающих базовую для культуры информацию. В соответствии с информационно-семиотической методологией формулируются основные для диссертационного исследова ния понятия: тюремная субкультура, ценности тюремной субкультуры, кон цепция исследования механизмов проникновения в различные сферы куль туры ценностей тюремной субкультуры, также в рамках информационно семиотической методологии проводится исследование литературных текстов и кинотекстов с выделением в них, соответственно, ключевых знаков и куль турных кодов.

На различных этапах диссертационного исследования применялись та кие методы, как компаративистский (сравнительно-исторический анализ пе нитенциарных систем европейских государств и России XVIII-XX вв.);

исто рико-юридический (анализ развития представлений о преступлении и спосо бах наказания в европейской и отечественной культурах);

системный (анализ соответствия способов наказания и типов преступности);

типологический (выявление типов противозаконности в соответствии со способом наказания и образом преступника в конкретной историко-культурной ситуации);

функ циональный (определение функций, выполняемых разнообразными культур ными формами – властью, знанием, тюремной субкультурой);

контекстный (дискурс-анализ литературных произведений);

семиотический (выявление культурных кодов в современных отечественных кинотекстах). Таким обра зом, оригинальность авторской методологии исследования тюремной суб культуры состоит в комплексном использовании перечисленных методов, объединенных в рамках информационно-семиотической методологии иссле дования культуры.

В качестве материала исследования используются литературные тек сты, созданные как воспоминания авторов о пребывании в местах лишения свободы. В диссертации представлены результаты дискурс-аналитического исследования текстов следующих авторов: В.Ф. Абрамкина, В.А. Ажиппо, Л.А. Габышева, Е.С. Гинзбург, Ю.М. Даниэля, А.В. Жигулина, Л.З. Копелева, И. Кострова, З.А. Крахмальниковой, Н.Н. Лопатина, А.Т. Марченко, М.П. Новикова, А. Павлова, Л.Э. Разгона, Ф.Г. Светова, А.И. Солженицына, В.Т. Шаламова. Также эмпирическая база диссертации включает анализ 25 отечественных кинотекстов, посвященных тюремной субкультуре, созданных во второй половине XX – начале XXI вв.

Соответствие темы диссертации требованиям Паспорта специаль ностей ВАК. Исследование выполнено в рамках специальности 24.00.01 – Теория и история культуры. Тема диссертации соответствует п. 18. Культура и общество;

п. 20. Культура и субкультуры. Региональные, возрастные и со циальные ориентации различных групп населения в сфере культуры;

п. 32.

Система распространения культурных ценностей и приобщения населения к культуре;

п. 34. Культура профессиональных сфер деятельности (правовая, политическая, экономическая, административная и др.) Паспорта специально стей научных работников ВАК Министерства образования и науки РФ (куль турология).

Научная новизна диссертационного исследования заключается в кон цептуализации авторского подхода к исследованию тюремной субкультуры, формировании основы нового направления – культурологической концепции проникновения ценностей тюремной субкультуры в различные сегменты культурной жизни, а также разработке авторской методологии исследования механизмов репрезентации тюремной субкультуры в художественных прак тиках. Новизна находит отражение в следующих позициях:

1) осуществлен авторский анализ важнейших этапов развития пени тенциарной системы с XVIII по XXI вв. с точки зрения изменения в европей ской культуре принципов наказания, образа преступника и типов преступле ний;

2) впервые представлена концептуализация авторского подхода к ис следованию процесса проникновения ценностей тюремной субкультуры в пространство доминирующей культуры на основе исторического, социаль ного и культурного аспектов;

3) критически обобщены и систематизированы с позиции культуроло гического знания зарубежные исследования тюремной субкультуры;

осу ществлен авторский анализ развития представлений о пенитенциарной си стеме и осужденных с целью оценки перспектив исследования тюремной субкультуры;

4) выявлены специфические культурные, политические и экономиче ские черты в отечественной культуре, которые послужили причиной неэф фективного функционирования европейской модели исправительных учре ждений и привели к формированию уникальной по силе влияния отече ственной тюремной субкультуры;

5) разработана оригинальная методика дискурс-анализа литературных произведений, интерпретируемых как дискурсивные практики, стремящиеся реализовать властную функцию в отношении иных типов высказывания о тюремной субкультуре;

6) впервые выявлены и детально охарактеризованы три типа дискурса о тюремной субкультуре (метафизический, рефлексивный и дидактический), сформировавшиеся в отечественной литературе XX столетия, отражающие принципиально разные идеологические и эстетические способы интерпрета ции тюремной субкультуры;

определены эффективные барьеры на пути влия ния тюремной субкультуры, сформулированные в рамках указанных типов дискурса;

7) разработана авторская методика анализа кинотекстов, интерпрети руемых как культурные практики, влияющие на массовое сознание и повсе дневную культуру;

8) на основе оригинальной методики анализа кинотекстов маркирова ны характерные для советского кинематографа способы интерпретации тю ремной субкультуры, построенные на двух противоположных принципах – пародийности и утопичности;

9) впервые описаны способы репрезентации тюремной субкультуры, используемые в отечественных кинотекстах, основанные на принципе «ко гнитивной дискриминации».

Результаты диссертационного исследования автор формулирует как научные положения, выносимые на защиту:

1. Пенитенциарная система, сформировавшаяся в XVIII-XIX веках, ис пытывала влияние следующих стратегий: экономической (индустриальное общество), политической (различные формы представительской власти) и исследовательской (развитие знаний о человеке). Распространение влияния либеральных теорий, наделение всех групп населения равными граждански ми правами и интерпретация индивида как сложного биосоциального суще ства привели к появлению пенитенциариев, направленных на исправление осужденных и формирование социально приемлемых типов граждан. В со временной культурной ситуации функционирование пенитенциарной систе мы не соответствует тем идеологическим основам, которые повлияли на ее формирование. Пенитенциарная система трансформируется в замкнутое са модостаточное пространство, не способное в полной мере эффективно реа гировать на новые типы совершаемых преступлений. Общественно опасная преступная деятельность и социокультурные, экономические, гендерные ха рактеристики преступника не подчиняются логике действующей системы наказания, основанной на принципах изоляции и исправления осужденного.

2. На процесс распространения ценностей тюремной субкультуры ока зали влияние три аспекта: исторический, социальный, культурный. Истори ческий аспект заключается в следующем: в отечественной культуре истори ческий опыт не связывает исправительную систему с понятиями законности и справедливого наказания, а соотносит с такими понятиями как «произвол вла сти» или «превратности судьбы». Социальный аспект процесса определяется количеством осужденных и социальной диффузией тюремного населения. В местах лишения свободы оказываются представители самых различных соци альных групп, которые в условиях барачной (артельной) системы содержания лишены индивидуального пространства и подвержены активному влиянию уголовной среды. Культурный аспект связан с тем, что нормы тюремной субкультуры, не подвергаемые рефлексии и критическому анализу, стано вятся частью повседневной культуры;

они являются органичной составляю щей повседневного языка, традиций, принципов взаимодействия между ин дивидами. Ценности тюремной субкультуры используются современными литературными текстами и кинотекстами, в которых они представлены неотъемлемой частью повседневной культуры.

3. С точки зрения информационно-семиотической методологии наибо лее эффективным направлением исследования тюремной субкультуры может стать выявление в доминирующей культуре тех смыслов и знаков, которые способствуют проникновению ценностей тюремной субкультуры в различ ные сферы культуры. В настоящее время можно говорить о преобладании структурно-функционального подхода к исследованию тюремной субкуль туры, в рамках которого она представлена формально, через общую класси фикацию ролей и статусов. Как зарубежные, так и отечественные исследова тели исходят из априорного противопоставления тюремной субкультуры остальному обществу. Подобная точка зрения связана с характерной для большинства работ идеологической предпосылкой – тюремная субкультура подрывает легализованный социальный порядок и необходимо выработать эффективные методы предотвращения ее влияния через систему адаптаци онных механизмов для осужденных, чтобы после освобождения они не ста новились источником распространения в обществе криминального образа жизни. Однако данная исследовательская позиция не объясняет механизмы формирования тюремной субкультуры, которые кроются в системе взаимо действий самого общества и культуры в целом.

4. Сравнительный анализ европейских концепций пенитенциарных си стем и отечественного опыта создания пенитенциариев показывает, что в России формирование пенитенциарной системы сопровождалось недоста точным и непоследовательным изменением законодательной базы и не соот ветствовало устойчивым для отечественной культуры представлениям о та ких ценностях, как «свобода», «жизнь» и «частная собственность». Расхож дение принципов функционирования классической пенитенциарной системы с традиционными для отечественной культуры установками можно выявить в юридической, экономической и идеологической сферах, что привело к воз никновению трех тенденций, сформировавшихся в отечественной культуре в XX веке: 1) идеализации определенных представителей тюремной субкуль туры как источников критериев справедливости и законности, которые дис кредитируют официальные принципы справедливости и свободы личности;

2) формирования системы нелегальных, внеправовых взаимосвязей и отно шений, способной конкурировать с официальной властью;

3) неэффективных механизмов по локализации символического пространства тюремной суб культуры. Результатом совокупного влияния этих тенденций является про никновение тюремной субкультуры в структуры власти, идеологию, мораль ные установки, художественное творчество, то есть в основные культурные сферы.

5. Одним из динамичных культурных артефактов, содержащих приме ры распространения ценностей тюремной субкультуры, выступают литера турные произведения, посвященные местам лишения свободы и созданные в 40-90-е гг. XX столетия. Анализ способов репрезентации тюремной субкуль туры в текстах позволяет проследить динамику механизмов ее влияния через художественные практики. Анализируемые литературные тексты рассматри ваются в качестве частей конкретных дискурсивных практик, содержащих мифологические структуры, способы идентификации, стратегии борьбы и гегемонии, а не как результаты индивидуального художественного творче ства. Любая дискурсивная практика в качестве конечного своего продукта полагает производство системы представлений, знаний, институционально организованных и выраженных в определенных социальных практиках.

Продуктивность дискурсивной практики определяется частотой воспроизво димости ее концепций в социальных институтах и практиках повседневной жизни. Игнорирование указанными системами дискурса приводит к тому, что он оказывается частью дискурсивного архива.

6. Анализ литературных произведений о тюремной субкультуре, со зданных отечественными авторами в 40-90-х гг. XX столетия, выявил нали чие трех типов дискурса. Первый дискурс – «метафизический» – связан с ин теллектуальной отечественной традицией в литературе и его основная цель – «познать природу вещей», определить способы достижения истины. Второй дискурс – «рефлексивный» – относится к диссидентскому движению в оте чественной культуре и направлен на утверждение экзистенциального, право вого, социального статуса личности. Третий тип дискурса – «дидактиче ский» – связан с массовой культурой и его целью является создание реко мендаций по взаимодействию с тюремной субкультурой. Изменения от ме тафизического и рефлексивного дискурсов к дидактическому представляют собой движение от исповедальности дискурса о тюремной субкультуре к его коммерциализации, от экзистенциальных установок к практицизму и функ ционализму, от поиска подлинности бытия к созданию текстовых симуля ций, от дискурса научно-исследовательского к дискурсу массовой культуры.

7. В метафизическом дискурсе имеются следующие концептуальные установки, которые оказались невостребованными в современном культурном пространстве и способствовали его трансформации в дискурсивный архив.

Во-первых, заявленная цель метафизического дискурса – сформировать меха низмы защиты против уничтожения личности – при взаимодействии дискурса с реальностью лагерной жизни оказывается не достижимой и подменяется идей физического выживания. Поставленную цель – доказать приоритет ду ховной жизни перед физическим выживанием – метафизический дискурс не сумел достичь. Во-вторых, метафизический дискурс принципиально отказы вается от создания рекомендаций, разработки успешных моделей поведения в местах лишения свободы, утверждая уникальность экзистенциального опыта.

Антипрагматичная направленность метафизического дискурса в условиях со временной культуры интерпретируется как дискурсивный недостаток. В третьих, требование метафизического дискурса распространить знания о тю ремной субкультуре в обществе получило искаженный эффект – в обществен ном сознании не сформировались устойчивая неприязнь и нетерпение к тю ремной субкультуре, а, напротив, последующими художественными практи ками (кинотекстами, другими литературными дискурсами) был сконструиро ван героический образ осужденного, противостоящего несправедливой офи циальной власти.

8. Основными характеристиками рефлексивного дискурса являются:

максимальная субъективизация, использование принципа «карнавальности» при описании реальности, толерантное отношение к уголовной субкультуре в противовес абсолютному неприятию уголовной среды дискурсом метафи зическим. К числу дискурсивных проблем, препятствовавших распростране нию рефлексивного дискурса, относятся: во-первых, обесценивание понятий «жизни» и «смерти» в системе высказываний рефлексивного дискурса, стремление продемонстрировать нелегитимность официальных стратегий наказания посредством разрушения абсолютной ценности – «жизни» – при вело к возникновению ценностного вакуума и утрате идеологической це лостности дискурса;

во-вторых, рефлексивный дискурс отрицает возмож ность контроля внутреннего мира индивида со стороны официальной власти, оставляя вне критики дискурса властные технологии, направленные на кон троль над индивидуальными потребностями и характеристиками личности;

в третьих, ирония и глубокое сомнение в эффективности собственной системы высказываний лишили рефлексивный дискурс возможности актуализоваться и быть поддержанным какой-либо социальной и культурной практикой.

9. Наиболее востребованным и тиражируемым последующими культур ными практиками является дидактический дискурс, характеризующийся сле дующими чертами: экономическая целесообразность, совпадение со структу рами повседневного мышления и речи, утрированная ритуализация тюрем ной жизни. Соответствие концептов дидактического дискурса о тюремной субкультуре характеристикам массовой культуры и общества потребления яв ляется главной причиной востребованности дидактического дискурса. В текстах дидактического дискурса используется большое количество распро страненных в повседневной культуре метафор, психологические приемы устрашения, что сближает его с масс-медийным дискурсом. Система высказы ваний дидактического дискурса максимально сближается с лексикой, харак терной для мест лишения свободы, определения которых репрезентируются дидактическим дискурсом как наиболее точные и адекватные современным ре алиям. Ритуалы, традиции и ценности тюремной субкультуры представляются дидактическом дискурсом как эффективные стратегии по поддержанию соци ального порядка и справедливости. Главной чертой индивида с позиции дидак тического дискурса должна быть способность быстро адаптироваться к сло жившимся обстоятельствам.

10. Влияние дидактического дискурса о тюремной субкультуре и неко торые трансформации его базовых концептов можно обнаружить в кино текстах с криминальной тематикой, созданных в конце XX – начале XXI вв.

Информационно-семиотическая методология позволяет интерпретировать ки нотекст как совокупность сообщений, связанных между собой внутренней ло гикой, расшифровка и декодирование которых предусматривают не только понимание авторской точки зрения, но и интерпретацию зрительского вос приятия, опирающегося на распространенные в той или иной степени куль турные коды. Исходя из данного определения, в кинотекстах выделяются «коды-образы» – характерные для определенной культуры коннотации, идеи, которые могут быть выражены через набор высказываний, визуальную систе му, художественные образы, материально-предметный мир. Сюжеты фильмов рассматриваются как специфические культурные практики, которые воспро изводятся многочисленными группами людей в разнообразных ситуациях.

11. Анализ кинотекстов позволил выделить пять стратегий репрезента ции тюремной субкультуры и в основе каждой из них находится механизм «когнитивной дискриминации», то есть смысл и значение одного явления преувеличиваются за счет принижения и искажения смысла и значения дру гого явления: 1) романтизация героя-осужденного осуществляется как через лингвистическую систему (сюжет, диалоги), так и нелингвистическую си стему (характерная внешность героя, манера одеваться, музыкальные темы героя);

2) идеализация криминального сообщества и смысловое замещение таких понятий как преданность, дружба, служение, честь;

3) дискредитация официальной власти и окончательное слияние ее с криминальной и тюрем ной средой;

4) репрезентация гипертрофированных образов силы;

5) максимальное расширение метафоры тюрьмы, когда структура тюремной жизни воспроизводится большинством сфер человеческой жизнедеятельно сти.

Достоверность и обоснованность результатов исследования опреде ляются непротиворечивыми теоретическими положениями, комплексным использованием теоретических парадигм, исследовательских подходов, кор ректным применением положений культурологии, философии культуры, со циологии культуры. Выводы и интерпретации предлагаемого исследования соотнесены с результатами других исследований, которые проводились за рубежными и отечественными авторами в рамках соответствующей темати ки.

Теоретическая значимость обоснована тем, что в исследовании дока заны основные механизмы концепции репрезентации ценностей тюремной субкультуры художественными практиками, которая существенно расширя ет представления о тюремной субкультуре, формирует основы для развития нового теоретического и прикладного направления – концепции проникно вения ценностей тюремной субкультуры в различные сегменты культурной жизни. Проведенное исследование способствует развитию теории и методо логии культурологии, теории субкультур, философии культуры, социологии культуры. Сочетание методологических и исследовательских ракурсов ана лиза тюремной субкультуры, последствий ее влияния на доминирующую культуру позволило выделить культурологический подход к анализу марги нальных субкультур, который способствует интегральному и ценностному осмыслению современных культурных процессов. Результаты диссертаци онного исследования имеют теоретическое и значение для разработки теоре тических репрезентаций отдельных культурных феноменов, понимания ме ханизмов распространения ценностей маргинальных, в данном случае тю ремной субкультуры в повседневной культуре и художественных практиках, формирования правовых, социальных и культурных проектов, направленных на гуманизацию способов наказания и социальных практик. Результаты и выводы, сформулированные в исследовании, составили основу ряда курсов, читаемых студентам, магистрантам и аспирантам гуманитарных и социаль ных специальностей, среди которых культурология, социология культуры, культура социальных групп и движений, философия искусства. Материалы диссертации были использованы для подготовки учебно-методических мате риалов, программы, которые используются в процессе обучения студентов кафедры культурологии. Научные выводы могут быть использованы в чте нии специализированных курсов для работников учреждений культуры, об щественных фондов, организаций по правам человека, благотворительных ор ганизаций и социальных служб.

Практическое значение результатов исследования подтверждается тем, что разработки диссертанта внедрены в образовательные программы для под готовки сотрудников органов внутренних дел и военнослужащих внутренних войск и были апробированы в работе над грантами на исследовательскую дея тельность: Российский гуманитарный научный фонд, проект № 07-03- а/К, на подготовку монографии 2007-2008 гг.;

Американский Совет Научных Сообществ, индивидуальный краткосрочный грант в области гуманитарных наук «Анализ норм, ценностей тюремной субкультуры в художественных фильмах 90-х гг. XX в. – начала XXI в.» 2008-2009 гг. В перспективе выводы, теоретические модели, практические рекомендации исследования могут быть положены в основу концепции формирования эффективных альтернативных способов наказания, построенных на принципах интеграции, культурной толе рантности, и индивидуальном подходе.

Апробация основных результатов исследования Основные положения и выводы диссертационного исследования доклады вались на методологических семинарах и заседаниях кафедры культурологи СГТУ имени Гагарина Ю.А., на всероссийских и международных научных кон ференциях и конгрессах, среди которых наиболее значимы следующие: «Чело век в современных социально-антропологических концепциях» (Волгоград, 2000);

«Информационная цивилизация: пространство, культура, человек» (Сара тов, 2000);

«Проблема нормы и патологии: современные дискурсивные практи ки» (Саратов, 2002);

«Современное российское общество: власть экспертизы» (Саратов, 2003);

курсы Российской летней школы по гендерным исследованиям «Трансформация гендерных отношений: западные теории и российские иссле дования» (Самара, 2003);

Первый Российский культурологический конгресс (Санкт-Петербург, 2006);

Международный научный симпозиум «Время культу рологии» (Москва, 2007);

Вторая международная научная конференция «Психо логия власти» (Санкт-Петербург, 2008);

III Всероссийский социологический конгресс (Москва, 2008);

Международная научная конференция «Филология – искусствознание – культурология: новые водоразделы и перспективы взаимо действия» (Москва, 2009);

Международная научная конференция «Социология и культурология: новые водоразделы и перспективы взаимодействия» (Москва, 2010);

I Международная конференция «Культурология в пространстве гумани тарной коммуникации» (Киев, 2010);

Международная конференция «Феномен творческой личности в культуре» Фатющенковские чтения (Москва, 2010-2012);

Третий Российский культурологический конгресс (Санкт-Петербург, 2010);

Научно-практическая конференция «Социологические методы в современной исследовательской практике» (Москва, 2011-2012);

VI Международная научно практическая конференция «Спецпроект: анализ научных исследований» (Дне пропетровск, 2011);

Международный симпозиум «Научные исследования и их практическое применение. Современное состояние и пути развития» (Одесса, 2011);

Международный симпозиум «Достижения современной науки» (Одесса, 2012).

Публикации. Основные положения диссертации изложены в авторских монографиях, научных статьях и тезисах. Всего по теме исследования опубли ковано 45 работ общим объемом 48,9 п.л.

Структура работы определяется целью и логикой раскрывающих ее ис следовательских задач. Диссертация содержит введение, 4 главы (11 парагра фов), заключение, библиографический список, включающий 310 наименова ний, 6 приложений. Общий объем диссертации – 349 страниц.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ Во введении обосновывается актуальность темы исследования, форму лируются его объект, предмет, цель и задачи, определяется степень разрабо танности проблемы, научная новизна и практическая значимость, представля ются основные положения, выносимые на защиту.

В первой главе «Развитие системы исправления преступника и фор мирование тюремной субкультуры в XVIII -XXI вв.», состоящей из двух параграфов, представлена критическая концепция пенитенциарной системы как продукта либеральных экономических стратегий, демократических поли тических режимов и научно-исследовательских теорий;

сформулировано ав торское определение понятия «тюремизация отечественной культуры», как научной категории, определяющей специфику процесса проникновения ценно стей тюремной субкультуры в структуры доминирующей культуры. В первой главе разработана модель соответствия способов наказания, специфики проти воправных действий и образов преступника, с помощью которой определяются критерии эффективности и актуальности пенитенциарной системы.

В первом параграфе «Современные принципы наказания модели их анализа: концептуализация проблемы» проводится компаративистский анализ стратегий наказания, применяемых с XVIII века и до наших дней, вы деляются экономические, политические, научно-исследовательские, мораль но-этические тенденции, повлиявшие на возникновение и дальнейшее разви тие пенитенциарной системы;

формулируются культурные последствия функционирования современной исправительной системы. Хронологически первым анализируется просветительский проект системы наказания, пред ставленный в текстах И. Бентама, Ч. Беккариа, Дж. Говарда, Ш. Мотескье.

Преступник трактуется авторами как некая универсальная единица, главной характеристикой которой выступает право на свободу. Акцент на граждан ских правах индивида – это свидетельство распространения процессов гума низации в обществе. Но универсализация и гуманизация уголовного права не стали барьерами на пути распространения в обществе дискриминационных практик и культурных предрассудков в отношении преступности и осужден ных. Формирование пенитенциарной системы сопровождалось конструиро ванием предубеждения и недоверия к осужденным. Следующая теория – концепция делинквентов Р. Гарофало, Ч. Ломброзо – является прямым след ствием возникшего общественного недовольства исправительной системой и тюремным населением. Преступник с точки зрения теории делинквентов – это сосредоточие патологических симптомов, распознаванием и нейтрализа цией должны заниматься эксперты – криминологи, психиатры, социологи и пр. Положения этой теории, пройдя ряд трансформаций через социальные практики, воплотились в тезисе, который используют современные государ ства в пенитенциарной политике: государственное наказание – это практика, продиктованная легитимирующими целями и ценностями, задача которых – принести максимальное благо обществу и свести к минимуму возможный вред. В исследовательской литературе подобная точка зрения получила определение – консеквенциалистсткая трактовка наказания. Идеологически эта концепция связана со сциентистским подходом к пониманию общества и технологиями социальной инженерии, подразумевающими возможности внесения корректировок и изменений в социальное бытие. На примере пени тенциарной системы эти идеи воплотились в известные практики морально го порицания, перевоспитания посредством трудовой деятельности и обра зования правонарушителей.

Следующий важный этап в формировании современной пенитенциар ной системы – это развитие альтернативных лишению свободы способов наказания. Диссертант проводит анализ международных документов, каса ющихся содержания осужденных, с применением историко-юридического метода. Делая вывод о развитии современных представлений об эффектив ном наказании, необходимо отметить усиление критического отношения к наказанию в виде лишения свободы и классическим пенитенциариям. Во первых, рост критики связан с неэффективностью ограничения свободы как меры наказания. Во-вторых, тюремное население представляет собой наибо лее маргинальную группу, и увеличение количества осужденных только спо собствует росту маргинального населения. В-третьих, под сомнение постав лена роль государства в системе наказания. Многочисленные нарушения прав осужденных и коррупция среди сотрудников пенитенциариев проде монстрировали несовершенство современной системы наказания. Критиче ское отношение к существующей системе наказания не привело к формиро ванию абсолютно нового типа наказания;

пенитенциарная система испыты вает поверхностные, а не структурные изменения, сохраняя принципы своего функционирования.

Во втором параграфе «Изменение образа преступника и типов пре ступлений в современной культуре» в рамках обозначенных методологи ческих перспектив диссертант формулирует основные положения концепции проникновения ценностей тюремной субкультуры в структуру доминирую щей культуры. На построение авторской концепции повлияла идея Т. Парсонса о наличии интегративной подсистемы, отвечающей за взаимо действие различных сегментов общественной структуры. В соответствии с этой идеей автор делает вывод, что взаимодействие тюремной субкультуры с доминирующей культурой построено на принципе структурного соответ ствия: распространение определенного типа противоправных действий свя зано с наличием соответствующего типа правонарушителя и адекватной ему системы наказания. Автор предлагает классификацию противозаконных дей ствий с соответствующим им типом наказания и контроля. В основу типоло гии противозаконных действий положен метод М. Фуко, который выделил два типа правонарушений, распространенных в XVIII и XIX столетиях в Ев ропе: 1) противозаконности в области народного права;

2) противозаконно сти в области экономики, которым соответствуют два типа наказания – кара тельная практика суверенной власти и исправительная система паноптиче ских пенитенциариев. В диссертации методология М. Фуко качественно пе рерабатывается и делается вывод, что в современном мире преступность и тюремная субкультура перешли на новый уровень соотношения:

1) корыстные преступления перестают восприниматься в культуре как наиболее опасные правонарушения;

2) появились новые формы преступно сти и соответствующие им типы преступников. В результате сформировался третий тип противоправных действий, определяемый диссертантом как об щественно опасная преступность, направленный на подрыв здоровья населе ния и дезорганизацию структур жизнеобеспечения общества. Эффективная борьба с новым типом требует формулирования новых принципов наказа ния, отличных от принципов классической пенитенциарной системы. Акто ры нового вида преступлений оказываются вне стратегий наказания, исполь зуемых классической системой наказания. Таким образом, опираясь на си стемно-интегративные концепции, автор делает вывод, что проникновение ценностей пенитенциарной субкультуры в различные сегменты доминиру ющей культуры является ответом на неэффективное и неадекватное функци онирование пенитенциарной системы. Отличительной характеристикой цен ностей тюремной субкультуры является то, что их формирование происхо дило в условиях противостояния двум взаимосвязанным между собой систе мам ценностей: официальной, выраженной режимными правилами и культу рой администрации пенитенциариев, и ценностям гражданского общества.

Особенности мест лишения свободы (такие как изоляция, ограничение сво боды перемещения, действия, выбора общения) стали причиной формирова ния ценностного ряда, номинально использующего ценности доминирующей культуры, но предлагающего иную систему интерпретации ценностей. Про цесс распространения ценностей пенитенциарной субкультуры диссертант описывает с помощью понятия «тюремизация». В диссертации дается опре деление понятия, выделяются три аспекта (исторический, социальный, куль турный), способствовавшие появлению и распространению этого явления, а также выделяются девять параметров «тюремизации» культуры.

Во второй главе «Методология исследования пенитенциарной си стемы и пенитенциарных (тюремных) субкультур», состоящей из двух параграфов, проводится компаративистский анализ исследований тюремной субкультуры зарубежными и отечественными авторами. Исследователи пе нитенциариев и тюремного населения не только представили пенитенциар ную (тюремную) субкультуру как сложнейший и актуальнейший объект ис следования, но и задали определенный вектор интерпретации тюремной суб культуры. Также во второй главе предлагается авторское определение тю ремной субкультуры, проводится теоретическое разграничение между автор ским понятием «тюремизация» и используемыми исследователями термина ми «криминализация» и «призонизация».

Во втором параграфе «Основные характеристики зарубежной тра диции исследования пенитенциариев XX-XXI вв.» диссертант проводит критический анализ текстов европейских и американских авторов, концепту ализировавших проблемы осужденных, разработавших механизмы их адап тации, и намечает возможные культурологические перспективы исследова ния тюремной субкультуры. Первыми концепциями, в которых тюремные сообщества становятся центральными объектами исследования, являются теории криминальных субкультур, разработанные Р. Мертоном, Т. Селлином, А. Коеном. В этих исследованиях была выявлена связь между распространением противоправных действий и наличием сообществ, куль тивирующих ценности и нормы поведения, противоречащие доминантной культуре. Одним из самых перспективных и эффективных направлений в изучении тюремной субкультуры является группа исследований, определяе мая как социология наказания (Д. Ирвин, Дж. Кассебаум, Д. Клеммер, Р. Морган, Г. Сайкс, Д. Уорд). Отправной точкой этих исследований служит представление о том, что современный тип тюрьмы формируется на пересе чении трех факторов: контролируемого пространства (архитектура зданий тюрьмы), контролируемого времени (режим) и контролируемой трудовой деятельности (проект ресоциализации преступника). Концептуальным фун даментом этого направления стали работы А. Лефевра, Э. Гидденса и М. Фуко. Основной проблемой для этой группы исследований становится формулирование наиболее эффективных способов поддержания порядка и легитимности в местах лишения свободы, то есть создание барьеров на пути формирования тюремной субкультуры внутри пенитенциарной системы. Ав торы выявляли латентные механизмы и мировоззренческие установки, кото рые способствовали снижению у осужденных стремления к самоорганизации и противостоянию администрации. Исследования проводились в двух направлениях: разработка типологии осужденных и изучение характера вза имодействия общества с местами лишения свободы. Связь тюремной суб культуры с социальными, политическими и экономическими процессами ин терпретировалась исследователями прямолинейно, авторы предпочитали утверждать одностороннее влияние официальной культуры на осужденных, отказываясь видеть обратную связь тюремной субкультуры и доминирую щей культуры. Взаимодействие между субкультурой исправительных учре ждений и доминантной культурой может носить искаженный характер: мно гие социальные факты и культурные явления, приветствуемые в обществе, в условиях изоляции приобретают негативную окраску.

Институциальный подход к анализу тюремной субкультуры предпола гает рассмотрение ее специфики в зависимости от характеристик того инсти туциального пространства, в котором она сформирована, т.е. от характери стик исправительной системы. Различные интерпретации этого подхода про слеживаются в текстах М. Вебера (бюрократизация как основная черта пени тенциарной системы), Э. Гоффмана (тотальная институциализация), Э. Гидденса (пенитенциарии как абстрактные системы), М. Фуко (взаимо связь практического действия – наказания – с идеальной системой знания).

Главный недостаток этого подхода заключается в том, что авторы воспроиз водят официальную точку зрения на пенитенциарную субкультуру, видя ее продуктом официальных, государственных стратегий наказания. Рост осуж денных женщин и несовершеннолетних привел к появлению исследований, специализирующихся на соответствующих группах. В текстах Р. Кловарда, Л. Олин, Ф. Адлер и др. выявляется специфика содержания осужденных женщин и подростков, учитывая психологические, социальные особенности этих групп. В развитии этого направления можно выявить следующую тен денцию: если первоначально исследователи репрезентировали женщин и подростков в местах лишения свободы как нонсенс и отказывали им в воз можности сформировать особую систему отношений (Д. Уорд, Дж. Кассебаум), то в последнее время субкультуру женских пенитенциариев и колоний для несовершеннолетних рассматривают в качестве специфиче ских сегментов пенитенциарной субкультуры, где характеристики «пол» и «возраст» коррелируют с другими социальными стигмами: «раса», «этнос», «статус».

Суммируя предыдущие исследования, диссертант делает вывод, что тюремная субкультура представлена в них формально, через общую класси фикацию ролей и статусов. Авторы, несмотря на теоретические различия, ис ходят из общего априорного противопоставления тюремной субкультуры об ществу. Субкультура пенитенциариев интерпретируется как внешний нега тивный раздражитель, а не составная часть общественной системы. Подобная исследовательская проблема связана с характерной для большинства работ идеологической предпосылкой – тюремная субкультура подрывает официаль ную систему отношений и необходимо выработать эффективные методы предотвращения ее влияния через механизм адаптации осужденных, чтобы после освобождения они не рассматривались в качестве источника марги нальных ценностей. Однако столь прямолинейная позиция не объясняет ме ханизмы формирования тюремной субкультуры, которые, несомненно, кро ются в системе взаимодействий общества в целом. Поэтому наиболее эффек тивным представляется иной исследовательский взгляд на тюремную суб культуру – необходимо выявить те социальные и культурные диссонансы, ко торые позволяют преступному поведению из индивидуального акта транс формироваться в общественное явление.

Во втором параграфе «Российская исправительная система и тю ремная субкультура в исследовательской литературе XIX-XXI вв.» вы является специфика формирования тюремной субкультуры в России. Рас хождение российской пенитенциарной системы с европейским аналогом диссертант прослеживает в двух направлениях: теоретическом и социокуль турном. Во-первых, были проанализированы теории российских авторов, связанные с философией наказания, исследованием практик наказания и тю ремных субкультур. Во-вторых, были выявлены социальные условия, куль турные установки и предпосылки, в которых формировались пенитенциар ная система и тюремная субкультура.

Диссертант предполагает, что выдвинутая Дж. Локком формула «жизнь, свободы и имущество», являющаяся идеологическим фундаментом пенитенциарной системы в европейских государствах, в условиях россий ской культуры была искажена и оказалась не востребованной. Принципы «жизнь, свободы и имущество» не признавались в качестве абсолютных ценностей в равной степени всеми группами населения. Триада министра просвещения графа С.С. Уварова заслонила в России приоритеты европей ского либерализма. Автором было установлено противоречие между прио ритетами официальной власти, фундаментальными теоретическими исследо ваниями, общественными ожиданиями, с одной стороны, и условиями, необ ходимыми для эффективного функционирования пенитенциарной системы – с другой. В XIX столетии в России, когда формировалась пенитенциарная система, и теоретические, и культурные, и социальные предпосылки были направлены на разрушение идеологической основы пенитенциарной систе мы. Диссертант делает вывод, что особенности восприятия в российской культуре таких феноменов как «власть», «религиозность» и «общинность» привели к искажению европейской модели пенитенциариев, которое выра жалось в минимизации исправительной и интенсификации карательной функции пенитенциарной системы. На протяжении достаточно долгого ис торического периода государственная власть игнорировала сформировав шуюся в исправительных учреждениях культуру. Усиление дискриминаци онных практик в отношении осужденных является одной из основных причин формирования в российской культуре монолитной и уникальной по силе воз действия пенитенциарной субкультуры, которая поглощала все иные формы организации, оказывающиеся в пространстве пенитенциариев, – субкультуру политических осужденных и субкультуру администрации. В советский пери од, несмотря на декларируемую официальной властью исправительно трудовую политику в сфере наказания, пенитенциарная система продолжала использовать дискриминационные практики в отношении осужденных, что было доказано автором в ходе анализа периодической специализированной литературы 60-80 гг. XX в. В постсоветский период противоречия и несоот ветствия в функционировании пенитенциарной системы усилились, что вы ражается в двух направлениях: административном (примеры дискриминаци онного отношения к осужденным со стороны администрации, антигуманные способы содержания осужденных, нарушение их прав) и культурном (воздей ствие пенитенциарной субкультуры на систему общественных отношений).

Проследив исторические и социокультурные корни формирования отечественной пенитенциарной системы, автор приходит к выводу, что идеология классических пенитенциариев в условиях отечественной действи тельности оказались невостребованными, так как: 1) официальные принципы отношения к населению не соответствовали либеральной концепции благо состояния населения;

2) правовая культура находилась на достаточно низком уровне, и ее влияние корректировалось культурой религиозной, которая крайне осторожно относилась к идеям рационализации и индивидуализации;

3) право собственности не стало доступным в равной степени для всех групп населения в России. Результаты этих противоречий выражены в искажении ресоциальной функции пенитенциарной системы, распространении в обще стве устойчивого представления о «презумпции виновности» граждан, вос произведении принципов субкультуры исправительных учреждений в обще ственной жизни.

В третьей главе «Особенности репрезентации тюремной субкульту ры в отечественной литературе XX века», состоящей из четырех парагра фов, представлена авторская методика проведения дискурс-анализа литера турных текстов, а также выявлены и проанализированы три типа дискурса о тюремной субкультуре – метафизический, рефлексивный, дидактический, – представленные в отечественной художественной литературе XX столетия.

В первом параграфе «Параметры исследования литературных источни ков: методика проведения дискурс-анализа» с позиции информационно семиотического подхода критически анализируются дискурс-аналитические концепции, спорные категории дискурс-анализа, такие как «субъект дискур са», «борьба дискурсов», «дискурсивная практика», «идеология», разбира ются примеры дискурс-аналитических методик (Э. Лакло и Ш. Муфф, Н. Фэркло, Р. Пирса), предлагаются авторская трактовка дискурс аналитической методологии и оригинальная методика анализа литературных произведений, представляющих собой слабоструктурированные тексты.

Дискурс трактуется автором как система взаимобусловленных смыс лов, конструируемых определенными типами высказываний, позволяющих определить эпистемологическую среду, в которой разворачивается процесс организации различных дискурсивных практик. Литературные тексты в рам ках этой методологии являются частью дискурсивных практик и содержат основные элементы дискурсов. Главной целью дискурса автор считает ин ституциальное закрепление дискурсивных категорий, то есть переход дис курсивной практики в социальную. Следовательно, ценность дискурса свя зана с частотой использования его категорий социальными практиками. Ав торская программа дискурс-аналитического исследования включает:

1) определение узловых точек в дискурсе;

2) построение цепочки эквива лентных понятий, раскрывающих смысловой контекст узловых точек, подра зумеваемый конкретным дискурсом;

3) определение социальных мифов, с помощью которых в дискурсах устанавливаются иерархические связи, а также определяется социальное пространство, где эти иерархические цепоч ки признаются легитимными;

4) выявление способов идентификации, ис пользуемых определенным дискурсом, т.е. понятия, связанные с идентично стью, соотнесением с группой;

5) определение понятий, с помощью которых выражается дискурсивный конфликт, и выявление дискурсов-антагонистов по отношению к исследуемому дискурсу;

6) оценка роли дискурса в форми ровании современных дискурсивных практик.

Анализируя тексты 40-90-х гг. XX столетия, написанные как воспоми нания о нахождении авторов в местах лишения свободы, диссертант выделя ет три типа дискурса, анализу которых посвящены последующие параграфы третьей главы. Тексты все трех типов дискурсов были разбиты на тематиче ские разделы, этим тематическим разделам были даны определения и имен но общие для всех текстов разделы-определения и были взяты в качестве уз ловых точек, которыми выступают дихотомичные категории: 1) «тюрьма» – «свобода»;

2) «власть» – «безвластие»;

3) «знание» – «вера»;

4) «жизнь» – «смерть». Анализ парных узловых точек является структурно организующим звеном в исследовании, позволяющим сравнивать дискурсы и оценивать их влияние на современные дискурсивные практики.

Во втором параграфе «История ГУЛага в литературных произведе ниях: основные характеристики метафизического дискурса» выявляются характеристики дискурса о пенитенциарной субкультуре, сформировавшего ся в 40-50-е гг. XX в. Этот тип дискурса связан с профессиональной литера турной традицией и назван диссертантом «метафизический дискурс». Его основная цель – «познать природу вещей», определить способы достижения истины. К этому типу отнесены произведения: Е.С. Гинзбург, А.В. Жигулина, Л.З. Копелева, Л.Э. Разгона, А.И. Солженицына, В.Т. Шаламова. Отличительными чертами метафизического дискурса явля ются следующие смысловые конструкции: тюрьма как испытание, уникаль ность опыта и знаний осужденного, принципиальное дистанцирование от криминальной среды, персонификация власти и обличение официальных властных доктрин.

Первая пара основных знаков «тюрьма – свобода» включает в метафи зическом дискурсе следующие когнитивные пласты: 1) онтологические гра ницы дискурса, которые выражаются концептом «тюрьма – форма бытия»;

2) социальные границы дискурса, которые обозначаются концептом «тюрьма – это форма социальной жизни»;

3) экзистенциальные границы, выражены концептом «тюрьма – как форма самосознания»;

4) границы географические утверждаются посредством концепта «тюрьма как континент». В отношении власти в рамках метафизического дискурса формируется концепт «власть как форма уничтожения индивидуального/различий». Утверждение этого концеп та в текстах сопровождается стратегией максимальной персонификации вла сти, направленной на разоблачение властных дискриминационных механиз мов. Основная когнитивная конструкция, которая выражает знак «знание – вера» в метафизическом дискурсе, заключается в утверждении: «знание – глубоко индивидуальный акт, исключающий возможность трансляции и пе редачи». В связи с этим в текстах метафизического дискурса наблюдается масштабная критика легитимных способов производства знания и разобла чение разнообразных научных, культурных и социальных симуляций, кото рые инспирировались официальной властью.

Метафизический дискурс формирует несколько вариантов интерпрета ции знака «жизнь» – «смерть». Во-первых, в текстах утверждается концепт «жизнь как интенсификация всех физических ресурсов»;

во-вторых, «смерть» интерпретируется метафизическим дискурсом как «уступка вла сти», следовательно, «жизнь» интерпретируется как «сопротивление вла сти». И существует третья важная коннотация в узловом знаке «жизнь – смерть», на которую обращает внимание дискурс метафизический. Предста вители официальной власти, те, кто находится на нижней ступени иерархи ческой лестницы и кто непосредственно взаимодействует с осужденными, формируют свое понимание смерти в пространстве тюрьмы – «смерть – это прибыль». Затем эта идея коммерциализации «жизни» и «смерти» будет раз виваться дискурсом рефлексивным, а в дидактическом дискурсе станет ос новополагающей при интерпретации узлового знака «жизнь» – «смерть».

Диссертант делает вывод, что актуализация метафизического дискурса соци альными практиками была затруднена по трем причинам: 1) неразрешенная дихотомия духовной жизни и физического выживания;

2) антипрагматичная направленность текстов;

3) утверждение внеинституциальной формы знания.

Параграф третий «Советская исправительная система 60-80-х гг.

XX столетия в интерпретации рефлексивного дискурса» посвящен выяв лению основных характеристик рефлексивного дискурса, который диссер тант связывает с диссидентским движением. Базовые концепты рефлексив ного дискурса направлены на утверждение экзистенциального, правового, социального статуса личности. В качестве объектов дискурс-аналитического исследования были выбраны тексты: Ю.М. Даниэля, Ф.Г. Светова, З.А. Крахмальниковой, А.Т. Марченко.

Во многом рефлексивный дискурс является наследником дискурса ме тафизического, но в категориях, используемых при интерпретации тюремной субкультуры, появляются новые смысловые конструкции, такие как:

1) максимальная субъективизация, 2) карнавальность, 3) представление ре альности как абсурда, 4) постепенное слияние с уголовной субкультурой.

Меняются также и концепты, составляющие содержание основных знаков.

Знак «тюрьма – свобода» получает в рефлексивном дискурсе следующую интерпретацию: 1) онтологические границы определяются концептом «тюрь ма – это другой мир»;

2) социальные границы связаны с концептом «тюрьма – это специфическая форма социальной жизни»;

3) экзистенциальные границы определяет концепт – «тюрьма – это абсурд», и нахождение в лагере не может восприниматься в качестве испытания или духовного поиска, как предполагал дискурс метафизический;

рефлексивный дискурс постулирует – «тюрьма это уничтожение и моральное, и физическое индивида». От определения геогра фических границ знака «тюрьма» – «свобода» рефлексивный дискурс отказы вается, утверждая тем самым наличие тотального влияния тюремной субкуль туры на различные сегменты культуры.

Рефлексивный дискурс предлагает принципиально иные определения знака «власть» – «безвластие». Интерпретация власти осуществляется через три концепта: 1) с позиции отношения индивида к власти: «власть» – это «бесконтрольная структура»;

2) с позиции отношения власти к индивиду:

«власть как форма уничтожения самостоятельности»;

3) с функциональной точки зрения утверждается «симуляционность официальной власти». От ме тафизического дискурса дискурс рефлексивный наследует интерпретацию ключевого знака «знание» – «вера». Но в текстах еще больше, чем прежде, делается акцент на проблеме производства видимостей. «Знание» как ис пользуемая в общественной системе информация интерпретируется рефлек сивным дискурсом исключительно с точки зрения технологий производства видимостей. Наибольшему изменению в рефлексивном дискурсе подвергся знак «жизнь» – «смерть». По сути, рефлексивный дискурс отказывается от интерпретации «жизни», т.к. существование в пространстве тюрьмы абсурд но, и сосредотачивает свое внимание на концептах, связанных с интерпрета цией смерти. Во-первых, рефлексивный дискурс продолжает и усиливает ре презентацию концепта «смерть – это прибыль», указывая на утилитарное от ношение к индивиду со стороны официальной власти и других людей. Во вторых, через ряд смысловых метаморфоз (удивление – ужас – безразличие) «смерть» в текстах рефлексивного дискурса, так же как и «жизнь», теряет смысл и экзистенциальное значение. Диссертант приходит к выводу, что обесценивание знака «жизнь» – «смерть» и внутренне противоречивая кон цепция официальной власти в системе высказываний рефлексивного дискур са являются причинами невостребованности рефлексивного дискурса после дующими практиками.

В четвертом параграфе «Способы изображения тюремной субкуль туры 90-х гг. XX столетия дидактическим дискурсом» проводится анализ текстов непрофессиональных авторов, оставивших воспоминания о своем пребывании в местах лишения свободы в 90-е гг. XX в. (В.А. Ажиппо, И. Костров, Н.Н. Лопатин, Л.А. Габышев, А. Павлов, В.Ф. Абрамкин). Тек сты были объединены диссертантом под рубрикой дидактический дискурс, который связан с массовой культурой. Целью дискурса является создание рекомендаций, своеобразного «навигатора» по тюремной субкультуре. Ди дактический дискурс использует смысловые конструкции, абсолютно проти воположные тем, что были выявлены в метафизическом и рефлексивном дискурсах. Тремя главными чертами дидактического дискурса являются:

экономическая целесообразность, совпадение со структурами повседневного мышления и речи, утрированная ритуализация тюремной жизни. Дидактиче ский дискурс формирует следующие концепты в отношении основных зна ков: 1) знак «тюрьма» – «свобода» представлен через концепт «тюрьма – это место для всех», и вытекающий из него вывод – «тюрьма – это обыден ность»;

2) знак «власть» – «безвластие» получает экономическую интерпрета цию и любая властная стратегия – это «способ получения выгоды» для пред ставителей официальной власти и описания официальной власти максималь но сближается с описанием преступных структур;

3) знак «знание» – «вера» сводится к понятиям «приспособление» и «научение», и эффективным зна нием объявляется «понимание внутренней логики функционирования обы денной жизни;

интерпретация «веры» переходит исключительно на утили тарный уровень;

4) знак «жизнь» – «смерть» предельно коммерциализирует ся и «жизнь» рассматривается как «прибыль для различных форм власти».

Диссертант делает вывод, что именно концепты дидактического дискур са становятся наиболее востребованными различными социальными и другими дискурсивными практиками. Это становится возможным по следующим при чинам: 1) дидактический дискурс полностью отказывается от исследователь ской структуры текстов, он запугивает, нагнетает, использует большое количе ство распространенных в повседневной культуре метафор, что сближает его с масс-медийным дискурсом;

2) ритуалы, традиции, социальные установки тю ремной субкультуры представляются дидактическим дискурсом как един ственно возможные стратегии по поддержанию социального порядка и спра ведливости;

3) система высказываний дидактического дискурса максимально сближается с тюремной лексикой, определения которой утверждаются как наиболее точные и адекватные современным реалиям.

Диссертант выявляет следующую тенденцию в изменении дискурсов:

от утверждения духовных ценностей к интенсификации физических, виталь ных потребностей. На страницах текстов метафизического и рефлексивного дискурсов персонажи читают, спорят, думают;

в произведениях дидактиче ского дискурса – едят, делят посылки, играют в азартные игры. Тексты ме тафизического дискурса создавались для того, чтобы последующие поколе ния читателей «помнили» о произошедшем и «не допустили» возобновления ГУЛага (Л.Э. Разгон), т.к. сама идея повторения масштабной лагерной си стемы неприемлема для метафизического дискурса. Дидактический же дис курс конструирует свои тексты для того, чтобы «знали, что нужно делать в тюрьме» (В.А. Ажиппо), априори допуская и наличие дискриминационной пенитенциарной системы, и возможность оказаться там «любого граждани на» (И. Костров). Диссертант делает вывод, что в разностороннем движение трех дискурсов заключается и главная культурологическая проблема. Дис курсы метафизический и рефлексивный предполагали наличие сознательной части населения, граждан, которые способны сопротивляться дискримина ционным механизмам. Дискурс дидактический полагает, что население – это инертная масса, способная лишь эффективно приспосабливаться к сложив шимся обстоятельствам.

В четвертой главе «Трансляция ценностей тюремной субкультуры в российском кинематографе», состоящей из трех параграфов, диссертант анализирует кинотексты, посвященные тюремной субкультуре, предвари тельно представив критический анализ кинотеорий и предложив авторскую методику проведения анализа кинотекста в соответствии с информационно семиотическим подходом.



Pages:   || 2 |
 

Похожие работы:





 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.