авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 |
-- [ Страница 1 ] --

IV Очередной Всероссийский социологический конгресс

Социология и общество:

глобальные вызовы и региональное развитие

4

Круглый стол 4

Социальное

благополучие

и счастье

КС 4. Социальное благополучие и счастье

Балабина Н. А., Владивосток

Чувство страха

как неотъемлемая часть

нашей жизни

Аннотация В статье рассматриваются ситуации, в которых страхи проявляются в большей или в меньшей степени, с целью дальнейшей разработки способов подавления и управ ления социальными страхами. Основная задача - опре делить основные типы социально – психологических страхов, которые преобладают среди россиян сегодня (на примере жителей Приморского края).

Ключевые слова: социальный страх, катастрофическое сознание, эмоции, социальный риск, социальное настроение Страх, как чувство, которое может принимать различные формы – от легкого беспокойства, до безотчетного ужаса во всем своем многооб разии сопровождает человечество на всех этапах его исторического разви тия. Причем, в ситуациях быстрых перемен, в какой бы то ни было сфере жизни, в ситуации кризиса, разрушения, или просто неопределенности, чувство страха обостряется, а иногда и выходит на лидирующие позиции среди других чувств. Тем не менее, сегодня человеку приходится жить как раз в таком сложном, быстро меняющемся мире, постоянно сталкиваться с чем-то новым, часто неопределенным и непонятным, что приводит к часто непредсказуемым последствиям.

Последние несколько лет выдались кровавыми, даже если не учи тывать природные катаклизмы, которые стали причиной различных стра даний разного уровня. Пока рано подводить итоги 2012 года, но только в 2011 году мир пережил наводнение в Австралии в январе, где погибли несколько десятков человек, в феврале - землетрясение в Новой Зеландии, в мае в Исландии снова проснулся вулкан. Затем землетрясение и цунами в Японии. По состоянию на 2 декабря 2011года официальное число погиб ших в 12 префектурах Японии составляет 15 840 человек, 3546 человек числятся пропавшими без вести в 6 префектурах, 5951 человек ранены в префектурах. Юг России весной пережил наводнения, в Магадане в мае шел снег, а лесные пожары прошлись по Сибири и Дальнему Востоку. В США КС 4. Социальное благополучие и счастье с начала года торнадо унесли жизни 523 американцев. За прошедшие 10 лет по той же причине в США погибли «всего» 564 человека. Проливные дожди, обильные снегопады, чудовищные наводнения и сильнейшие засухи - при знаки новой экстремальной погоды, которая стала наблюдаться постоянно из-за изменений климата. Причем, ученные утверждают, что климатиче ские изменения продолжатся, а катаклизмы перестанут считаться природ ной аномалией. Учёные строят множество моделей развития, и радужных среди них нет. Так, утверждается, что Земля вступила в фазу повышенной сейсмической и вулканической активности, и в ближайшее время нам пред стоит пережить новые масштабные катастрофы1.

Так же не прекращаются военные столкновения, революции, тер рористические атаки. У всех на слуху беспорядки в Лондоне и в Париже, массовые народные движения в Северной Африке и на Ближнем Востоке, погром на Манежной площади, атака террористов на Норвегию, взрыв в минском метро, падения самолетов, заказные убийства, дорожно-транс портные происшествия и многое другое. Таким образом, сегодня человек нигде не может чувствовать себя в безопасности.

Кроме того в России не прекращается реформирование: с 2011 года в российских школах началась довольно противоречивая масштабная реформа старшей школы2, в рамках которой будет уменьшено количество образовательных предметов в пользу нравственного воспитания детей.

1 марта 2011 вступил в силу новый закон «О полиции», ключевым пунктом которого должно стать сокращение численности сотрудников органов внутренних дел на 20%. Помимо этого, готовятся или уже вступили в силу реформа электроэнергетики, налоговая реформа, реформа железнодорож ного транспорта, реформа системы государственных и муниципальных закупок, пенсионная реформа, реформа бюджетных учреждений Настоящее время не лучшее для России, которая живет в состоянии экономического, духовного, политического кризиса, находится в постоян ном напряжении по причине своей многонациональности, что приводит к этническим, религиозным конфликтам. Подобное положение в стране и мире вызывает дестабилизацию общества, социальное настроение кото рого можно назвать сейчас подавленным, угнетённым (о чём говорят мно гочисленные социологические исследования, публикации в средствах мас совой информации)3. Граждане России не чувствуют себя защищёнными, следствием чего, вероятно, является отсутствие уверенности в будущем, что в свою очередь порождает социальный пессимизм и, более того, страх.

Деветьяров А. Климатическая лихорадка: катаклизм за катаклизмом // Ореанда-Новости:

Аналитика.- URL: http://www.oreanda.ru/ru/news/20110613/common/popnews/article556927 (Дата обращения 17.06.2012).

Федеральный государственный образовательный стандарт среднего (полного) общего образо вания. Проект стандарта разработан Институтом стратегических исследований в образовании Российской академии образования. Руководители разработки проекта: Кезина Л.П., академик РАО;

Кондаков А.М., научный руководитель ИСИО РАО, член-корреспондент РАО.

ВЦИОМ: Главный с т рах – б е зраб отица.- URL: http://w w w.hrmonitor.r u/index.

php?p=9&pname=news&news_id=5477 (Дата обращения 10.06.2012). Пресс-выпуск №18: Страхи россиян. URL: http://www.levada.ru/press/2004021601.html (Дата обращения 10.06.2012).

КС 4. Социальное благополучие и счастье Страх переходит из категории, используемой в контекстах исследо ваний различных социальных проблем, в ключевую категорию осмысления современности. Если чувство страха становится постоянной характери стикой сознания, можно говорить о формировании катастрофического сознания. Уровень катастрофизма в обществе существенно влияет на стра тегию поведения индивидов в обществе, а, следовательно, на жизнь нации.

Вера в грядущую катастрофу и страх перед ней, проистекающий из этой веры, так же непременные составляющие катастрофического сознания.

В массовом сознании страх отражается как набор различных по масштабу и последствиям воздействия опасностей и угроз, а социальный страх, трак туется в широком смысле как страх социальных объектов или ситуаций социального взаимодействия. Речь идет о социальных страхах как конгло мерате разнообразных, как по силе, так и источникам, опасностей. С одной стороны, массовые социальные страхи - это результат функционирования современного общества, с другой стороны, страхи возникают в процессе адаптации к изменениям среды, мобилизуют противодействие и преодо ление опасностей и угроз существованию индивидов и групп1.

Интерес к данной проблеме вызван тем, что страх, являясь базовой эмоцией, наравне с другими эмоциями2 участвует в управлении индивиду альным и коллективным поведением человека в качестве непроизвольного компонента, вмешиваясь в него как на стадии осознания потребности и оценки ситуации, так и на стадии принятия решения и оценки достиг нутого результата. Поэтому понимание механизмов управления поведе нием требует понимания и эмоциональной сферы человека, ее роли в этом управлении, а изучение страха в рамках социологии эмоций имеет важные последствия для общей социологической мысли3.

Тема страха на сегодняшний день, безусловно, актуальна, так как, как было сказано выше, сегодня человеческая деятельность на всех уровнях социальной организации в той или иной степени пронизана осознанием риска. Это одно из следствий свободы выбора. Признается, что без риска невозможен прогресс, движение вперед, именно поэтому важно его осоз навать и уметь управлять им4.

Доказательством того, что страх является проблемой, значимой для социологов всего мира, служит растущее число исследований, посвящен ных его изучению как в России, так и за рубежом5. Однако обобщать резуль таты еще рано из-за несопоставимости полученных данных, возникающей Витковская М. И. Социальные страхи как предмет социологического исследования : Дис. канд.

социол. наук : 22.00.01 Москва, 2006, 182 с. РГБ ОД, 61:06-22/521.

Джордж Дж.М. Эмоции и лидерство. Роль эмоционального развития// Социология РЖ.- 2002. №2.- С.122.

Макс Вебер о феномене страха - URL: http://www.univer.omsk.su/omsk/socstuds/fearfenomen/ (Дата обращения 12.09.2011).

Зубков В.И. Проблемное поле социологической теории риска // СоцИС. – 2001. – №6.- С.123.

Долливер М. Тайные страхи // Индустрия рекламы. - 2006. - № 1-2. – С.50-53. Ферран И. О зависти:

феноменологическое исследование // Социология РЖ. - 2008. - №4. - С.75. Черныш М.Ф. О страхах и фобиях реальных и мнимых. Размышления социолога // СоцИс. -2008. - №04. - С. 112-119.

КС 4. Социальное благополучие и счастье за счет различия в методиках исследования и организации их проведения.

Это имеет отношение и к изучению страхов в России, где в настоящее время появился ряд принципиально новых форм девиаций, которые не имеют культурных корней, но пришли к нам вследствие открытости социума за последние 20 лет. Это наркомания, работорговля, торговля человеческими органами, игромания, нацизм, расизм и другие1. Чувства страха и тревоги сегодня не локализуются в рамках определенной социальной группы или групп, их испытывает большинство наших сограждан, независимо от пола, возраста, дохода и т. п. Страхи модифицируются в зависимости от обстоятельств места и времени, и нашей целью является выявление тех ситуаций, в которых страхи проявляются в большей или в меньшей степени, чтобы в дальней шем разработать способы подавления и управления социальными страхами.

Основная задача данной работы - выявить основные типы социально – психологических страхов, которые преобладают среди россиян сегодня (на примере жителей Приморского края). Объектом данного обследования являются жители Приморского края в возрасте от 16 лет и старше. Жители Приморья выбраны в качестве объекта обследования неслучайно: кроме того, что население подвержено всем волнениям, которые происходят в России, Приморский край является пограничным регионом России, что не может не оставлять след на эмоциональном самочувствии граждан, особенно после катастрофы в Японии и довольно неспокойной обстановке в КНДР. Кроме того, в последнее время во Владивостоке идет подготовка к Саммиту глав государств и правительств АТЭС, который пройдет в начале сентября на острове Русский.

Объектом исследования является явление страха во всем своем мно гообразии видов, при этом, акцент сделан на социальном страхе. Предмет исследования - страх как фактор социального поведения.

В качестве метода сбора информации использовано анкетирование, позволяющее сохранить анонимность респондента и собрать большой объем информации за сравнительно небольшой промежуток времени.

Исследование было проведено на территории Приморского края зимой 2011-2012г. В опросе был использован квотный отбор. Величина генеральной совокупности 16798303 человек в возрасте от 16 лет, населяю щих край. Из них мужчин – 792345 человек, женщин 887485 человек. Всего получилось 6 групп с возрастным интервалом 5-10 лет. Величина выбо рочной совокупности пропорциональна генеральной по каждой страте, и, в общем, составляет 500 человек при стандартной 5-ти процентной ошибке. Опрос был осуществлен в разных районах края в долевых отно шениях по каждой серии.

Кравченко С.А. Динамика современных социальных реалий: инновационные подходы // СоцИс. 2010. - №10.-С.16.

Горшков М.К. Фобии, угрозы, страхи: социально – психологическое состояние российского обще ства // СоцИс. – 2009.- С.29.

Не учитывается население младше 16 лет.

КС 4. Социальное благополучие и счастье Респондентам было предложено ответить на вопрос о том, какие из предложенных явлений вызывают у них чувство страха, тревоги, а какие лишь некоторое беспокойство или же не беспокоят вовсе. В резуль тате, распределение ответов показало, что лидирующие места занимают страхи, тем или иным образом связанные с медицинским обслуживанием.

Подавляющее большинство – 75,5% респондентов испытывают тревогу из-за сокращения доступа к бесплатному медицинскому обеспечению, а 71, 3% опрошенных недовольны качеством предоставляемых медицинских услуг. Следует заметить, что 56,1% респондентов предпочитают пользо ваться услугами частной медицины, отмечая при этом, в частных клиниках приветливый персонал, внимательные и компетентные врачи, заинтересо ванные в том, чтобы пациенты обращались к ним вновь и приводили новых клиентов. В тоже время, 37,9% респондентов обращаются за медицин ской помощью в государственные клиники, так как «дешево», «там врачи быстрее вылечат, только чтоб больше не отвлекал их»1.

Рост цен на товары и услуги тревожит 72,2% опрошенных, причем, не выявлено различий в ответах малообеспеченных, среднеобеспеченных и обе спеченных. Низкий уровень жизни значительной части населения сильно бес покоит 63,3% респондентов. Также отметим, что при ответе на другой вопрос анкеты, социально-экономическую ситуацию в стране респонденты назвали кризисной (49,6%), катастрофической (36,0), и только 12,9% - нормальной, в случае же еще большего ухудшения ситуации, 41,1% респондентов примут решение о переезде в другую страну на постоянное место жительства, а 36,6% респондентов планирую искать дополнительный заработок.

Далее следует упомянуть страх, направленный на сферу образо вания. Сокращение доступа к бесплатному образованию волнует 68,4% респондентов, а 61,9% недовольны качеством образования.

Рост нерусского населения на территории России тревожит 65,5% опрошенных. По данным Федеральной миграционной службы России по Приморскому краю за последние 5 месяцев 2012 года на миграционный учет в крае поставлено 111710 иностранных граждан, причем подавляю щее большинство из них состоят на учете в г. Владивостоке. Увеличению миграционных потоков благоприятствует относительно мягкий климат, бесконфликтная этноконфессиональная обстановка, но главным образом – наличие рабочих мест на стройках саммита АТЭС.

Рост преступности страшит 58,3% респондентов. Следует отметить, что никогда не чувствуют себя в безопасности 17,3% респондентов, во время массовых мероприятий незащищённо себя чувствуют 30,9% опрошенных.

В больницах и поликлиниках, в магазинах, на улицах, в государственных учреждениях, в транспорте - нигде респонденты не чувствуют себя в полной безопасности.

55,4% опрошенных сильно беспокоит рост числа детей – сирот, большое количество беспризорных и безнадзорных детей. Такой же про цент респондентов в качестве тревожного явления отметили рост пре Стиль высказываний респондентов сохранен.

КС 4. Социальное благополучие и счастье ступности среди детей и подростков. Сложно назвать точное число бес призорных и безнадзорных детей в Приморском крае, так как данные об их количестве в Приморском крае различны, но при этом единодушно отмечается, что в последние годы количество таких детей увеличивается.

Что же касается подростковой преступности, то согласно данным, предо ставленным Управлением по координации правоохранительной деятель ности Приморского края, число совершенных преступлений несовершен нолетними снижено на 10,1%.

Снижение морали и нравственности в качестве тревожного явления отметили 51,8% респондентов, а 45,4 – падение семейных ценностей.

Коррупция и засилье бюрократии тревожит всего 47,5% и 45,6% респондентов соответственно, что несколько удивительно, учитывая частоту упоминаний данных проблем в СМИ. При этом 25,9% опрошен ных признались, что сами уже предлагали взятку, а 46% ответили, что готовы предложить в случае, если другого выхода не будет. Только 18,7% респондентов никогда не предлагали и уверены, что не предложат взятку в дальнейшем.

Следует отметить так же, что 49,6% опрошенных уверены в своем будущем. В то же время 83,3% респондентов хотели бы в корне изменить свою жизнь, 74,8 чувствовали, что дальше так жить нельзя, 69% чувствовали стыд за состояние своей страны.

Конечно, страх это боязнь чего-то опасного, происходящего прямо сейчас, – в отличие от тревоги - боязни чего-то плохого в будущем. Страх обычно острее тревоги.

Но и чувство тревоги и чувство страха - это неприятное чувство ощу щения риска или опасности вне зависимости от того реальны они или нет, именно поэтому в данной статье чувство страха и тревоги приводятся во многом как одно и то же чувство. Жизнь человека сопряжена с регулярным переживанием этих эмоций. Взрослый человек склонен адаптироваться к своим негативным эмоциям. Однако переживаемый страх существенно ограничивает внешнюю и внутреннюю свободу человека, лишает многих возможностей, а зачастую приводит к необратимым последствиям.

Он ослабляет волю, ведет к безрассудному поведению, и вместе с тем страх может быть полезен, так как предупреждает об опасности, способ ствует выживанию. Так, страх перед ядерной войной объединяет усилия народов в борьбе за мир, страх перед нарушениями экологического баланса объединяет людей в движение «зеленых», борющихся за восстановление экологического равновесия между человеческим обществом и природой.

Волонтеры создают фонды помощи беспризорным детям, пытаясь тем самым сделать все для того, чтобы облегчить их жизнь. Страх перед такими явлениями как алкоголизм, наркомания, игромания заставляет людей контролировать хотя бы свое окружение, боязнь обмана в ЖКУ, милиции, больнице или в любой другой организации дает силы контролировать расходы, изучать тонкости законов, составления документов и многого другого.

КС 4. Социальное благополучие и счастье Библиографический список 1. Батыгин, Г.С. Лекции по методологии социологических исследований / Г.С. Батыгин. М.: Аспект Пресс, 1995.

2. Витковская И.Теоретико-методологические проблемы изучения «страха» в социологии // Вестник РУДН. 2003. № 4-5.

3. ВЦИОМ: Главный страх – безработица.- URL: http://www.hrmonitor.ru/ index.php?p=9&pname=news&news_id=5477 (Дата обращения: 10.06.2012).

4. ВЦОИМ: Пресс-выпуск №18: Страхи россиян. - URL: http://www.

levada.ru/press/2004021601.html (Дата обращения: 10.06.2012).

5. Гимпельсон В., Капелюшников Р., Ратникова Т. Велики ли глаза у страха? Страх безработицы и гибкость заработной платы в России // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2003. №4.

6. Горшков, М.К. Фобии, угрозы, страхи: социально – психологическое состояние российского общества // СоцИс. 2009. №3.

7. Деветьяров А. Климатическая лихорадка: катаклизм за катаклиз мом // Ореанда-Новости: Аналитика.- URL: http://www.oreanda.ru/ ru/news/20110613/common/popnews/article556927 (Дата обращения 17.06.2012).

8. Долливер М. Тайные страхи // Индустрия рекламы. 2006. № 1-2.

9. Зубков В.И. Проблемное поле социологической теории риска // СоцИС. 2001. №6.

10. Иванова, В.А. Страхи и тревоги россиян: «западники» и «традициона листы» / В.А.Иванова // СоцИс. 2002. № 3.

11. Иванова, В.А., Шубкин В.Н. Массовая тревожность россиян как пре пятствие интеграции общества // СоцИс. 2005. №2.

12. Катастрофическое сознание в современном мире в конце ХХ века.

По материалам научных исследований / Под ред. В.Э. Шляпентоха, В.Н. Шубкина и В.А. Ядова. М.: МОНФ, 1999.

13. Кравченко С.А. Динамика современных социальных реалий: иннова ционные подходы // СоцИс. 2010. №10.

14. Макс Вебер о феномене страха - URL: http://www.univer.omsk.su/omsk/ socstuds/fearfenomen (Дата обращения 12.09.2011).

15. Ферран И. О зависти: феноменологическое исследование // Социология РЖ. 2008. №4.

16. Черныш М.Ф. О страхах и фобиях реальных и мнимых. Размышления социолога // СоцИс. 2008. №04.

17. Энциклопедия социологии /сост. А.А. Грицанов. М.: Книжный Дом, 2003.

КС 4. Социальное благополучие и счастье Карабчук Т. С., Москва Карьера или дети:

что делает женщину счастливее?

Аннотация Статья посвящена анализу влияния наличия работы и детей на удовлетворенность жизнью и счастье жен щины. Какие женщины считают себя более счастли выми – те, которые имеют хорошую работу или те, кто имеет несколько детей? Какой фактор ключевой для определения социального благополучия женщин и есть ли какие-то отличия по странам?

Анализ строится на базе данных Всемирного исследо вания ценностей с 2000 по 2009 года, в которое входит 89 стран. Работа основывается на теории модерниза ции Р. Инглхарта, теории ценности ребенка, и теориях посвященных выходу женщин на рынок труда. В работе также используются данные European Values Survey 2000 2009 гг., также данные экономической и демографиче ской статистики разных стран 2000-2009 гг.

Предварительные результаты свидетельствую о том, что возраст женщины играет немаловажную роль. Женщины до 35 лет больше удовлетворены в жизни, если у них есть работа, тогда как женщины после 35 лет более счастливы, если у них есть дети. На основе многоуровневого регрес сионного анализа было получено, что работающие жен щины из постсоветского пространства в целом меньше удовлетворены жизнью и чаще относят себя к менее счастливым людям, чем женщины и развитых стран.

КС 4. Социальное благополучие и счастье Career-Fertility Combinations among Women and their Effect on Life Satisfaction Keywords: females, happiness and life satisfaction, job, children, comparative study The paper deals with life satisfaction among women depending on their status on the labour market and number of children they have. The previous research of 1990s showed that the prospects for a good career decrease the probability of the parenthood (Bloom and Trussell 1984;

Kiernan 1989;

Jacobson and Heaton 1991;

Maxwell 1991;

Brewster, 1994;

etc.). These tendencies are true for the 2000s as well: however the female employment rates vary from 33% (in 1994 for in Italy) to almost 77% (in 2008 in Finland) the overall tendency towards female employment growth is clear. Kielcolt is right to follow Hochschild that women’s sustained movement into the paid labor force impels the hypothesis that the rewards of work have increased relative to those of family life (Kiecolt, 2003).

Work has become a major source of satisfaction for women, as it is for men. But at home, women still bear primary responsibility for house-work, and work/family conflict adversely affects family functioning (Coltrane, 2000;

Glass & Estes, 1997).

Along with the growth of female employment “every developed society has witnessed a substantial decline in fertility rates from well above replacement levels (3.5 children or more) to well below (2 children or fewer)” (Davis, Bernstam, and Ricardo-Campbell 1987). According to the World Bank data world fertility rate went down from 2,8 in 1995 to almost 2,5 in 2009. One of the reasons could be the difficult and longtime reentering the labour market for women and this may discourage them to have the second and the third baby (Hoem & Hoem, 1989;

Kravdal, 1992).

On the one hand a large amount of articles make focus on the effect of the increased female employment on fertility rate as a result of the higher opportunity costs associated with the participation on the labor market (Becker, 1991;

Cigno, 1991;

Ermisch, 2003;

Michaud and Tatsiramos, 2008). On the other hand huge piece of literature investigates the effect of fertility on employment (Browning, 1992;

Nakamura and Nakamura, 1985;

Carrasco 2001;

Michaud and Tatsiramos, 2008), at the same time some papers show that “the size of the effect of additional children on labor supply depends crucially on how past labor supply and existing children are accounted for” (Michaud and Tatsiramos, 2008). Unfortunately we КС 4. Социальное благополучие и счастье do not have many publications on the issue of female life satisfaction and happiness questioning the employment status and number of children they have. This paper seeks to fill the gap.

Are women satisfied with their life in case they have good careers but no children? Are women with children but no jobs the happiest group? Are there any differences across the countries? These are the questions the paper is going to tackle.

In a border context this paper relates to the Life satisfaction theory, Labor Force Participation of Married Women (Mincer, 1962), Theory of the Value of Children (Hoffman and Hoffman, 1973;

Friedman et all, 1994), and the Theory of Allocation of Time (Becker, 1965) “The value of children derives from their capacity to reduce uncertainty for individual women and to enhance marital solidarity for couples. From this perspective, it is the mere presence of a child that counts” (Friedman at all, 1994).

The paper contribution is that it is focused on females only, underlying the contradiction between having children and career. Like Kiecolt (2003) I test the influence of the main independent characteristic of having children along with job characteristics on life satisfaction and happiness. As well as Hanson and Sloane I am interested in examining the effect of young children on the job satisfaction of employed women but I want not only to see how “the presence of family responsibilities affects their happiness at work” but to trace their life satisfaction and happiness as a whole. More over the paper focuses on all women in order to compare the happiness of those who have children with those who does not have. This is the main distinction from the Berger’s paper (2009). Berger did not take into account the happiness of women without children. The main focus of that paper is on German situation for working mothers who are unable to combine family responsibilities with (full-time) work due to insufficient access to appropriate childcare. Berger analyses whether this problem has a significant impact on the mothers’ subjective well-being.

The main analysis is based on the World Value Survey, 2000-2009, including 89 countries, it give us about 43 thousand of women, aged 15-64 years old. Happiness is measured by the 4 point scale (1 – not happy at all,…, 4 – very happy) is transferred to the standardized happiness 0…1 index. Life satisfaction is measured by 10 point scale (1 – dissatisfied,…, 10 – satisfied) is transferred to the standardized satisfaction 0…1 index. Well-being index is the sum of the two previous divided by 2. Three hypotheses were tested.

Hypothesis 1 is grounded on the theory of the Value of Children: the number of children has bigger effect on female life satisfaction than having a job.

Hypothesis 2: younger women (up to 35 years old) tend to be happier with a job while older women (from 36 to 64) tend to be happier having children. This hypothesis is based on the previous results shown by Kiecolt (2003).

Hypothesis 3: (the main one) is that in those countries with very liberal Labour Legislation working women with children are the most satisfied with their life and the happiest group of women. While working mother in the countries with extremely strict labour legislation would be the unhappiest group. This could КС 4. Социальное благополучие и счастье be explained by the barriers of entering the labour market for the newcomers. In case of low level of regulations from the state employers have almost no firing and hiring costs what determines the easiness of hiring process. Then women could easily re-enter the labour market in such countries like USA, UK, Canada. In case of highly regulated labour market the employers bear heavy labour costs and this enhances strong barriers of reentering the labour market. That is why working mothers from such countries as Spain, China, France, Russia and Germany facing all these difficulties could be unsatisfied with their jobs and their lives as a whole.

The results from the preliminary regression and multilevel analysis showed strong correlation between having job and happiness for all females. The research also supported the hypothesis about age influence: women under 35 are happier with job rather than with children, while women after 35 tend to be happy with children as much as with having jobs. Using multilevel regression models the author demonstrates the countries differences: overall women in the post-communist countries are less happy with their jobs comparing with the developed countries.

References 1. Becker G. A Theory of Allocation of Time// Economic Journal. 1965.

September, Р 493-517.

2. Becker, P. E., & Moen, P. (1999). Scaling back: Dual-earner couples’ work family strategies. Journal of Marriage and the Family, 61, 995-1007.

3. Friedman, D., Hechter, M., Kanazawa, S. A Theory of the Value of Children// Demography. 1994. Vol. 31. № 3. August. Р. 375-401.

4. Gronau R. Leisure, Home Production, and Work — the Theory of the Allocation of Time Revisited // Journal Political Economy. 1977. Vol. 85.

№ 6. Р. 1099-1123.

5. Hochschild, A. R. (1996). The emotional geography of work and family life.

In L. Morris & E. Stina Lyon (Eds.), Gender relations in public and private.

New research perspectives (pp. 13-32). New York: St. Martin’s Press.

6. Hochschild, A. R. (1997). The time bind: When work becomes home and home becomes work. New York: MetropolitanB ooks. Hochschild, A. R., & Machung, A. (1989). The second shift. New York: Avon Books.

7. Jaccard, J. (2001). Interaction effects in logistic regres-sion. Newbury Park: Sage.

8. Hoem B., Hoem J. M. The impact of women’s employment on second and third births in modern Sweden// Population Studies. 1989. Vol. 43. Р. 47-67.

9. Killingsworth, M. R., Heckman J. J. Female Labor Supply: A Survey// O. Ashenfelter, P. R. G. Layard (eds.) Handbook of Labor Economics. — Amsterdam, 1986. Vol. 1.

КС 4. Социальное благополучие и счастье 10. Kravdal O. (1992). The weak impact of female labour force participation on Norwegian third-birth rates. European Journal of Population. Vol. 8, P.

247-263.

11. David C. Ribar Child Care and the Labor Supply of Married Women:

Reduced Form Evidence The Journal of Human Resources, Vol. 27, No.

1, Special Issue on Child Care (Winter, 1992), pp. 134-165.

12. Marco Francesconi A Joint Dynamic Model of Fertility and Work of Married Women. Journal of Labor Economics, Vol. 20, No. 2, Part 1 (Apr., 2002), pp. 336-380.

КС 4. Социальное благополучие и счастье Козлов В. А., Москва Влияние социально-экономических факторов на оценку пожилыми людьми собственного социального статуса.

Межстрановые сравнения Аннотация В статье рассматривается влияние социально-экономи ческих и демографических факторов на индивидуальном и страновом уровне на статус пожилых людей в обществе.

Основное внимание уделяется показателям, связанным со здоровьем и долголетием, экономическим благососто янием и вовлеченностью в общественную жизнь.

Ключевые слова: старение населения, социальный статус, субъективная оценка Постановка исследовательской задачи На сегодняшний день последствия необратимого процесса старения населения, охватившего развитые и многие развивающиеся страны мира, представляют собой одну из важнейших глобальных проблем. По данным ООН [15] в 2009 на Земле около 11% населения находится в возрасте старше 60 лет, а к 2050 году доля пожилого населения достигнет 22% (для развитых стран показатель составит 33%1). В то же время среди шестидесятилетних увеличится с 14% до 20% доля людей в возрасте 80 лет и старше. В быстро развивающихся азиатских странах и процесс старения населения будет происходить ещё быстрее. В итоге к 2050 году в возрасте 60 лет и старше будет находится 41% населения Южной Кореи, 40% населения Сингапура, 31% - Китая, 25% Индонезии и 20% Индии. В Бразилии показатель составит 29%, а в России произойдет рост с 18% (2009) до 32% (2050).

Подобные демографические изменения, происходящие в большин стве стран за очень короткие в историческом измерении сроки, помимо всего прочего приводят в конечном итоге к изменению социальных ролей Рекордсменами здесь являются Япония (30% населения в возрасте 60 лет и старше), Италия, Германия с показателем 26% на 2009 г., прогнозом на данным странам на 2050 г. Выглядит следующим обра зом: по 40% для Японии и Германии и 39% для Италии.

КС 4. Социальное благополучие и счастье и социального статуса пожилых людей. Данное исследование посвящено выявлению основных факторов, определяющих оценку пожилыми людьми собственного статуса в обществе, а также анализу межстрановых различий в данном показателе. С одной стороны, появление большого количества пожилого населения, рост его удельного веса, благосостояния (особенно, в совокупности со снижением доли богатства у молодых) и влияния в обще стве могло спровоцировать негативное отношение населения к пожилым.

В результате появлялись различные теории, объясняющие причины дис криминации по возрастному принципу – ageism [4] (по аналогии с дис криминацией по национальному принципу – nationalism и половому прин ципу – sexism) и появления возрастных стереотипов [8, 12]. В рамках данного направления также стоит выделить работы, связывающие появле ние возрастных стереотипов с изменениями социальных ролей в обществе при старении [7], а также с ассоциацией старости с негативными явлени ями, такими как смерть, болезни (дополнительная форма дискримина ции – healthism), бедность [5, 16]. Действительно, вероятность упомянутых негативных явлений существенно повышается в стареющем обществе, тем не менее, в большинстве стран старение население являлось следствием быстрого экономического, технологического и социального развития.

В результате эпидемиологического перехода в большинстве стран выросли как показатели дожития до старших возрастов, так и здоровья населения в старших возрастах [14], пенсионное обеспечение также находилось на высоком уровне. В результате специфические риски, связанные со старо стью хотя и остались, но перестали быть столь очевидными, а само по себе старение в обществе зачастую не воспринималось как негативное явление.

Таким образом, учитывая происходящие социально-экономические и демографические изменения в обществе, кроме теории ageismа справед а ливо рассматривать теорию «третьего возраста», согласно которой старости во всех негативных ее проявлениях предшествует период благополучного старения [9, 13], границы которого все более расширяются и передвига ются в старшие возраста [2]. Следовательно, стариков можно разделить на «старых» (в традиционном понимании) и «молодых» (относительно здо ровых, общественно активных и со стабильным высоким доходом). Стоит заметить, что с ростом числа «молодых» стариков ожидается рост их ста туса в современном обществе (хотя реальный статус пожилого населения в традиционном и классическом индустриальном обществе всегда вызывал большие дискуссии [2, 11]) Основными гипотезами данного исследования можно сформулировать следующим образом: более высокая оценка собственного статуса у пожилых респондентов, которые, при прочих равных условиях (задаются контрольными переменными) на индивидуальном уровне имеют лучшее здоровье, вовлечены в общественную жизнь и удовлетворены своими экономическими условиями (то есть воспринимают себя «молодыми стариками»). А также высокий ста тус по самооценке должен наблюдаться у респондентов, которые проживают в странах с более благоприятными демографическими и социально-экономи ческими показателями, и не переживали активных социальных потрясений.

КС 4. Социальное благополучие и счастье Использование показателей на макроуровне представляется важным, в связи с тем, что социальный статус во многом определяется сложившимися в обще стве традициями и общим уровнем социально-экономического и демографи ческого развития, следовательно, необходимо включение в анализ основных характеристик стран проживания респондентов.

Исследование сосредоточено на европейских странах, так как они первыми столкнувшимися с процессом старения населения и первыми испытают на себе его последствия: в настоящий момент доля населения старше 60 лет в Европе составляет 22%, а к 2050 по прогнозам ООН воз растет до 34% (при этом 28% стариков будет находится в возрасте старше 80 лет) [15]. В то же время, в большинстве европейских стран давно наблю даются все условия для появления «третьего возраста». Позитивный опыт европейских стран по реакции на последствия старения населения, безус ловно, может быть полезен во многих, переживающих сходную демогра фическую ситуацию, стран мира.

Описание модели и переменных Для анализа данных на микроуровне используются результаты опроса European Social Survey-2008, или ESS-2008 (4-ая волна, 2008 г.)1.

В качестве зависимой переменной используется отношение пожилых людей (в опросе людей в возрасте 70 лет и старше) к своему статусу в обществе (ответ на вопрос о восприятии обществом статуса пожилых людей с точки зрения респондента). Таким образом, мы считаем, что максимально точ ную информацию о социальном статусе и реальном положении в обществе пожилых можно получить непосредственно от них, мнение более молодых респондентов основано не на собственном опыте, а на представлениях, поэтому может быть менее информативным. Некие различия (значимые на 1%-уровне) между мнением респондентов старше 70 лет и мнением всей совокупности, действительно, наблюдаются (см. рис. 1).

Рис. 1. Распределение стран по субъективному статусу пожилых людей в обществе Выборка целевая, Совокупное число опрошенных в выборке 56 752, стандартная ошибка выборки для разных стран составляет от +/-3.4 до 4,6 %. В выборку включены 29 европейских стран.

КС 4. Социальное благополучие и счастье Разброс средних оценок пожилых респондентов своего социально го статуса по странам, выявленных на предварительном этапе работы: от 2,4 в Болгарии до 7,03 на Кипре - ещё раз подтверждает важность исполь зования макропоказателей по различным странам.

Объясняющие переменные на уровне респондента (микроуровне) Объясняющие переменные на уровне респондента (микроуровне) согласно выдвинутым гипотезам можно разделить на 3 основных группы.

1. Переменные, определяющие состояние здоровья респондента:

собственное субъективное восприятие здоровья (5 балльная шкала от очень хорошего к очень плохому), наличие препятствий к осуществлению нор мальной жизнедеятельности (3 балльная шкала от наличия существенных ограничений до полного отсутствия таковых).

2. Переменные, определяющие социальную активность и вовлечен ность (шкалы): оценка собственного участия в общественной жизни по сравнению с общим уровнем участия лиц аналогичного возраста, частота неформального общения с друзьями, коллегами и родственниками, воз можность обсуждать личные вопросы с друзьями и родственниками, по большому счету регулярно общаться на большинство интересующих тем (чем ниже показатель, тем больше совместных тем) 3. Переменные, определяющие экономические условия жизни:

удовлетворенность нынешними стандартами жизни для пенсионеров (комплексный показатель, который означает насколько пенсионеры удов летворены собственным экономическим положением, количеством и ка чеством предоставляемых общественных благ), измеряется в виде шкалы по возрастанию.

Объясняющие переменные на макроуровне Объясняющие переменные на макроуровне можно логически разделить на следующие группы.

1. Показатели, связанные с продолжительностью жизни, к которым относятся: ожидаемая продолжительность жизни в возрасте 70 лет, ожи даемая продолжительность здоровой жизни при рождении (связан с по казателем субъективного здоровья на микроуровне), вероятность выжить в возрасте между 25 и 70 годами (важный индикатор смертности взрослого населения)2.

Для определения удовлетворенности экономическими условиями жизни в качестве комплексного показателя используется данный индикатор, так как, например, кажущиеся более очевидными семейный и личный доходы, могут не совсем корректно отражать ситуацию, включая в себя межпоколенные транс ферты. По этой причине субъективная оценка дохода семьи используется в качестве контрольной переменной.

Далее первый критериев Ласлетта [10], при превышении им 0,5 в стране складываются благо приятные условия для появления «третьего возраста».

КС 4. Социальное благополучие и счастье 2. Переменные, связанные с возрастной структурой исследуемой страны: доля людей в возрасте 60 лет и старше (а также 70 лет и старше), а также более точные показатели, определяющие долю населения в возрас те 60 лет и старше1 (а также 70 лет и старше) среди взрослых старше 25 лет.

Справедливым выглядит предположение, то с ростом доли пожилых людей в обществе с маргинальных процентов до существенных цифр будет про порционально возрастать и их статус.

3. Показатели, отображающие социально-экономическое развитие страны: индекс развития человеческого потенциала (далее ИРЧП), а также менее точные показатели ВВП на душу населения и коэффициент Джини (неравенство может быть сконцентрировано в социально незащищенных слоях населения, к которым зачастую относятся пожилые).

4. Фиктивные переменные, отражающие особые «зоны» на евро пейской демографической карте. В нашем случае рассмотрим две: бывшие страны социалистического лагеря и страны Южной Европы. В первом случае в странах длительное время не наблюдалось значимого прогресса, а в ряде случаев происходило долгосрочное ухудшение показателей смерт ности взрослых [3]. В результате старение населения происходило «сни зу» за счет снижения рождаемости, поэтому происходило не так быстро, с одной стороны, но, с другой стороны, не сопровождалось улучшением здоровья, снижением риска смертности и прочих специфических рисков.

Кроме того, переходный период резко снизил социально-экономическое положение населения, особенно уязвимых его частей, а также обесценил большинство накоплений. Во втором случае, наоборот, наблюдался успеш ный эпидемиологический переход, кроме того, параллельно быстро снижа лась рождаемость – происходило одновременное старение сверху и снизу, также наблюдался быстрый рост благосостояния населения и введение пенсионных реформ. Таким образом, специфические риски старости до вольно быстро нивелировались.

Контрольные переменные Для увеличения точности оценок модели на индивидуальном уровне необходимо рассмотреть следующие переменные, которые также явно ока зывают эффект на социальный статус пожилых людей. Условно контроль ные переменные можно разделить на следующие подгруппы:

Показатели субъективного благополучия: ощущение счастья, удов летворенность жизнью, удовлетворенность доходом. Необходимо использо вать данные переменные, так как с большой вероятностью более счастливые и удовлетворенные жизнью люди воспринимают собственный социальный статус выше. Гипотеза выдвигается по аналогии с независимыми перемен Далее второй критерий Ласлетта [2, 10], при с его ростом в стране складываются благоприятные условия для появления «третьего возраста».

КС 4. Социальное благополучие и счастье ными, где более высокий социальный статус может иметь респонденты, удовлетворенные собственным состоянием здоровья, а также возможно стью регулярно общаться и вести активную социальную жизнь.

Переменные, отражающие положение человека в обществе, которые должны быть сильно связаны со статусом: образование, принадлежность к дискриминируемой группе, занятость (что в возрасте после 70 лет встре чается редко) и профессиональный статус, а также являющиеся индикато рами более традиционных ценностей: степень религиозности респондента (шкала), проживание в сельской местности Демографические переменные: возраст – так как статус может суще ственно меняться с возрастом даже в рамках возрастной группы 70 лет и старше (согласно выбранным нами теориям при переходе от «третьего»

к «четвертому» возрасту, границы которых четко не установлены), пол (женщины зачастую могут оценивать свой социальный статус ниже чем мужчины вне зависимости от возраста), наличие/отсутствие партнера, как дополнительной поддержки и опоры в старости, а также наличие/отсут ствие детей (логика аналогичная ситуации наличия партнера) Результаты моделирования Описание модели Для анализа используются линейные (в ряде случаев, например для возраста, были использованы нелинейные модели, но результаты это не изменило) многоуровневые модели (Multilevel models1). В качестве первого уровня (микро) использовались данные респондентов опроса ESS-4, в каче стве второго уровня (макро) межстрановые социально-экономические и демографические показатели. Расчеты сделаны с использованием стати стического пакета Stata 11.

Многие независимые переменные сильно и значимо коррелируют друг с другом, а также в ряде случаев (продолжительность жизни и ИРЧП) представляют линейные комбинации друг друга. Поэтому для проверки наших гипотез без проблемы мультиколленирности будет последовательно построено несколько различных моделей, в которых проверяется значи мость всех интересующих нас переменных. В данную работу будут вклю чены только статистически значимые результаты, полученные по итогам анализ всех моделей.

Полученные результаты Результаты можно представить в таблице 1, с целью экономии места в таблице указаны только значимые зависимые переменные на микро (Уровень 1) и макроуровне (Уровень 2). Комментарии по незначимым и контрольным переменным будут приведены ниже.

Подгруппа Random Intercept.

КС 4. Социальное благополучие и счастье Таблица Значения коэффициентов перед значимыми объясняющими переменными Модель1 Модель 2 Модель 3 Модель 4 Модель 5 Модель Коэфф. Коэфф. Коэфф. Коэфф. Коэфф. Коэфф.

Уровень- Отсутствие ограничений по 0,102*** 0,104*** 0,106*** 0,1*** 0,101*** 0,104*** здоровью Удовлетворенность стандартами жизни 0,145*** 0,145*** 0,145*** 0,144*** 0,152*** 0,148*** пенсионеров Возможность обсуждать личные темы -0,044*** -0,043*** -0,042*** -0,043*** -0,04*** -0,042*** с родственниками в возрасте 70 лет и старше Уровень- Вероятность выжить 4,38*** от 25 до 70 лет Ожидаемая продолжительность 0,114*** здоровой жизни Ожидаемая продолжительность 0,303*** жизни в возрасте лет Страна с социалистическим -1,17*** прошлым Страна Южной 1,08** Европы ИРЧП 3, Константа 0,71 -4,24 -0,77 4,17 3,55 0, ** *** *** *** R-square 0,26 0,25 0,25 0,26 0,24 0, – 10% уровень значимость, ** – 5% уровень значимости, *** – 1% уровень значимости.

* Исходя из результатов таблицы 1 можно сделать следующие выводы:

КС 4. Социальное благополучие и счастье Объясняющие переменные На социальный статус пожилых положительно влияет субъективное здоровье, причем, в первую очередь отсутствие ограничений по здоровью на ведение нормальной жизни Удовлетворенность стандартам жизни пенсионеров положительно влияет на субъективный социальный статус. В то же время такое же влия ние на социальный статус оказывает и удовлетворенность доходом семьи (устойчиво значимая контрольная переменная). Таким образом, финансо вая независимость, даже обеспеченная, возможно, за счет межпоколенче ских трансфертов оказывает положительное влияние на статус.

Социальная вовлеченность, а также общественная активность незна чимы. Одна только возможность обсуждать вопросы личного характера с родственниками одного и того же возраста значима.

Значимы практически все рассмотренные на макроуровне демо графические переменные (в том числе и первый критерий Ласлетта), в то же время социально-экономические переменные незначимы (показатель ИРЧП в некоторых моделях был значим на 10% уровне) равно как и ВВП с коэффициентом Джини.

Переменные, связанные с возрастной структурой населения ока зались незначимыми (в том числе и второй критерий Ласлетта), при этом они рассматривались в модели как в линейном, так и в нелинейном (ква дратичном) виде.

Отсутствие ограничений по здоровью – более устойчивый показа тель, чем субъективная оценка здоровья. Возможно, это связано с тем, что само по себе здоровье по самооценке ближе к показателям субъективного благополучия, чем к реальному состояния здоровья респондента.

Контрольные переменные Незначимыми получились контрольные переменные, связанные с занятостью и образованием, полом, а также семейным статусом (наличие партнера и детей). В то же время, значимыми и довольно устойчивыми в различных моделях оказались следующие:

• с положительным знаком ожидаемо влияют на статус пожилых их высокий уровень счастья и удовлетворенности жизнью, доверия к другим людям, а также религиозность (приверженность более традиционным цен ностям, согласно которым старики должны пользоваться почетом);

• с отрицательным знаком влияют принадлежность к дискрими нируемой группе, также неустойчиво (в основном на 10% уровне) значимо проживание в городе с отрицательным знаком (видимо, объяснение схожее с религиозностью).

КС 4. Социальное благополучие и счастье Заключение и дальнейшие исследования В итоге в рамках данного исследования удалось проверить и под твердить гипотезу о более высоком социальном статусе респондентов удовлетворенных своим здоровьем и благосостоянием, также пожилого населения в странах с высокими показателями демографического развития (высокие уровни продолжительности жизни взрослого и пожилого населе ния и состояния здоровья населения). Таким образом, вполне справедливой является гипотез о появлении в развитых странах «третьего возраста».

В рамках дальнейших исследований необходимо обратить внимание на особенности старения различных когорт населения, переживших раз личные события [6]. Особую ценность представляет когортный анализ для поколения baby-boomers в Западной Европе, а также переживших переход к рынку пожилых людей и лиц предпенсионного возраста для Восточной Европы. Кроме того, некоторые интересные данные могут получиться по странам Южной Европы, которые не имели baby-boom и болезненного перехода, но довольно быстро старели и демонстрировали хорошие пока затели экономического развития.

Библиографический список 1. А. Вишневский Похвала старению // Отечественные записки, №3 (23).

2. М. Денисенко Тихая революция // Отечественные записки, №3 (23).

3. Andreev E. et al Mortality Reversal in Russia: The story so far. // Hygiea Internationalis Volume 4, Issue 4, 2004, p. 29-80.

4. Butler R., “Age-ism” Another form of bigotry. // Gerontologist, 1969 No 9.

5. W.L. Gekoski, V.J. Knox Ageism or healthism // Journal of Aging and Health, 1990.

6. Gilleard, C. and Higgs, P. The third age: class, cohort or generation? // Ageing & Society 22, 2002, p. 369-382.

7. Hummert et al Stereotypes of the elderly held by young, middle-aged, and elderly adults // Journal of Gerontology Volume 49, Issue 5, 1993, pp.

240-249.

8. Kite M.E. & Johnson B.T. Attitudes toward older and younger adults: A meta analysis. // Psychology and Aging. 1988, No 3 (3). - pp. 233-244.

9. Laslett P. / Sociental Development and Aging. Handbook on Aging. N. Y., 1986.

КС 4. Социальное благополучие и счастье 10. Laslett P. / A Fresh Map of Life: the Emergence of the Third Age.

London. 1990.

11. Laslett P. One necessary knowledge: Age and Aging in the Societies of the Past. / In: D. Kertzer and P. Laslett, (eds), Aging in the Past Demography, Society, and Old Age. Berkeley, 1995.

12. T.D. Nelson Ageism: Prejudice Against Our Feared Future Self. // Journal of Social Issues, Vol. 61, 2005, No. 2, pp. 207-221.

13. Neugarten B. L., Age groups in American Society and the Rise of the Young Old. Political Consequences of Aging // Annals of the American Academy of Social and Political Science. Volume 415, 1974.

14. Omran A.R. The epidemiologic transition: a theory of the epidemiology of population change // The Milbank Memorial Fund Quarterly, 1971.

15. Population Ageing and Development United Nations. URL: http://www.

un.org/esa/population/publications/ageing/ageing2009chart.pdf (Дата обра щения 14 июня 2012).

16. Solomon, Sheldon, Greenberg, J., & Pyszczynski, T. (1991) «A terror management theory of social behavior: The psychological functions of esteem and cultural worldviews» / in M. P. Zanna (Ed.) Advances in experimental social psychology Volume 24, Academic Press, pp. 93-159.

КС 4. Социальное благополучие и счастье Коломенская А. С., Новосибирск Экологическое состояние территорий и здоровье населения регионов СФО Аннотация В статье представлены результаты анализа экологического состояния территорий отдельных регионов СФО по ряду статистических показателей, а также проанализированы субъективные оценки экологии и здоровья, данные респондентами в ходе репрезентативного опроса.

Ключевые слова: экологическое состояние территорий, субъективные оценки экологии и здоровья Любое исследование, в той или иной степени предполагающее оценку экологического состояния территории страны, следует проводить с учетом ее региональной неоднородности, связанной как с естественными особенностями территории (географическим положением, природно климатическими условиями, размером и протяженностью), так и с воз действием антропогенного фактора2 (уровнем развития промышленности и сельского хозяйства, структурой промышленного производства, состо янием основных средств предприятий и очистных сооружений и др.).

Другими факторами, прямо или косвенно определяющими особенности экологического состояния территории являются величина средств, затрачи ваемых на защиту окружающей среды и рациональное использование при родных ресурсов, число и мощность очистных сооружений, деятельность природоохранных организаций, и в целом уровень развития экологического сознания населения, его экологическое поведение, общий уровень эколо гической культуры граждан.

Статья написана при поддержке РГНФ (грант РГНФ № 09-03-00597а) «Социокультурный портрет региона (Новосибирская область)». Руководитель проекта — заведующий кафедрой социологии Новосибирского государственного технического университета (НГТУ) д. ф. н., профессор В. И. Игнатьев.

Информационной базой исследования послужили официальные данные Федеральной службы государственной статистики РФ и результаты репрезентативного опроса населения г. Новосибирска, проведенного кафедрой социологии НГТУ в 2009 г. (№ = 500 чел.). Для обработки исходной статисти ческой информации применялся пакет прикладных программ «MS Excel», для обработки результатов социологического опроса – программа SPSS.

Под антропогенными факторами окружающей среды будем понимать все факторы, обусловлен ные хозяйственной деятельностью человека и влияющие на приходную среду.

КС 4. Социальное благополучие и счастье Вместе с тем, учет вышеперечисленных и многих других региональ ных особенностей, позволяет не только получить комплексную характери стику экологического состояния региона с выделением специфических, индивидуальных черт и явлений, но и проанализировать особенности воз действия экологических факторов на различные сферы жизни населения, и в том числе на состояние здоровья.

Однако, даже в пределах одного региона экологическое состояние областей, входящих в его состав, часто, весьма разнится. В таком случае уместно производить исследование на уровне области, края или округа, в составе страны как дифференцированного целого.

Целью данной статьи является выявление объективных особен ностей экологического состояния отдельных областей СФО (в частности качества атмосферного воздуха и водных ресурсов) в их соотнесении с субъ ективными оценками, данными населением, и степенью их воздействия на состояние здоровья жителей региона. Для анализа использованы официаль ные статистические данные за 2009 год [2, 3] и результаты репрезентатив ных опросов населения, проведенных в Новосибирской и Омской1 областях и Красноярском крае2 в рамках российского проекта “Социокультурный портрет региона”. В теоретико-методологическом плане исследования основываются на инструментарии “Социокультурный портрет региона”, разработанном в Институте философии РАН под руководством доктора философских наук, профессора, чл.-корр. РАН Н.И. Лапиным [4].

Приступая к рассмотрению показателей качества атмосферного воздуха, следует в первую очередь выделить основные источники загрязнения. В качестве таковых в данном случае выступают промышленные предприятия (с деятельностью которых непосред ственно связаны стационарные источники загрязнения атмосферного воздуха) и автомобильный транспорт.

В 2009 году суммарная масса выбросов в атмосферу Новосибирской области загрязняющих веществ, отходящих от стационарных источников, составила 233 тыс. тонн, что по величине аналогично предыдущему году, но примерно на 13% больше, чем в 2007 году. Однако, не смотря на рост, по данному показателю Новосибирская область является относительно благо получной в сравнении с другими областями СФО. Так, суммарная масса выбросов в атмосферу веществ, отходящих от стационарных источников, в Красноярском крае в 2009 году составила 2446 тыс. тонн, что является максимальным из всех зафиксированных уровней данного показателя в округе.

Проект выполнен при поддержке РГНФ (грант № 08-03-00518а) “Социокультурный портрет Омской области”. Репрезентативный опрос населения области был осуществлен в 2008 году (№ = 1230 чело век). Для обработки результатов социологического опроса применялась программа SPSS.

Проект выполнен при поддержке РГНФ (грант № 10-03-00001а) “Особенности социокультурного портрета Красноярского края”. Репрезентативный опрос населения был осуществлен в 2010 году (№ = человек). Для обработки результатов социологического опроса применялась программа SPSS.

КС 4. Социальное благополучие и счастье В Омской области данный показатель, напротив, ниже, чем в Новосибирской, и равен 214 тыс. тонн, причем по сравнению с предыду щим годом величина выбросов уменьшилась на 9,3%.

От общего количества загрязняющих веществ, отходящих от стационарных источников, в Новосибирской области в 2009 году уловлено и обезврежено 79,1%. Данный показатель в Красноярском крае составляет 77,8%, в Омской области – 88,4%.

Однако в Новосибирской области удельный вес выбросов от стационарных источников составляет лишь 39,4% от общего объема выбросов, в то время как основная масса выбросов загрязняющих веществ в атмосферу приходится на автомобильный транспорт (358 тыс. тонн). В Омской области структура соотношения данных показателей аналогична той, которая сложилась в Новосибирской области: здесь 41,4% всех загрязняющих атмос :

феру веществ являются отходящими от стационарных источников, в то время как 58,6% (303 тыс. тонн) приходятся на выбросы от автотранспорта.

В Красноярском крае масса веществ, поступающих в воздушный бассейн вследствие сжигания автомобильного топлива, равна 366 тыс.

тонн, что незначительно отличается от величины аналогичного показателя, например, в Новосибирской области, но при этом составляет лишь 13% всех загрязняющих веществ, выбрасываемых в атмосферу области, тогда как на выбросы от стационарных источников приходится, соответственно, 87%.

Кроме того, Новосибирск, в отличие от Красноярска и Омска не входит в список городов, включенных Росгидрометом в 2009 году в перечень промышленных центров с особо высоким уровнем загрязнения атмосферного воздуха. В этом контексте, в качестве примера, можно привести значения показателя величины выбросов загрязняющих атмосферу веществ, отходящих от стационарных источников, на одного жителя.

В Новосибирске в 2009 году его величина составила 66,4 кг. на одного жителя, в то время как в Красноярске и Омске – 154,9 кг. и 161,1 кг. соответственно.

Продолжая характеристику экологического состояния окружающей среды региона, обратимся к показателям качества водных ресурсов.

В 2009 году в Новосибирской области несколько снизился по сравнению с предыдущим годом сброс загрязненных сточных вод в поверхностные водные объекты с 105 млн. м3 до 98 млн. м3. Стоит отметить, что начиная с 2005 года, наблюдался исключительно рост данного показателя.

Вместе с тем, по сравнению с соседними областями величина сброса загрязненных сточных вод в поверхностные водные объекты области в принципе не критична. В Омской области величина данного показателя заметно выше: там, в 2009 году в водные объекты было сброшено 193 млн.

м3 загрязненных сточных вод. Однако в целом в Омской области величина данного показателя начала снижаться с 2008 года. Так, в период с 2005 по 2007 гг. величина сброса в среднем составляла 208 млн. м3.

Красноярский край по объему таких выбросов занимает третье место в СФО (453 млн. м3) после Кемеровской и Иркутской областях (746 млн.

м3 и 640 млн. м3 соответственно). Стоит отметить, что четвертое место, по данному показателю, принадлежит Омской области, а пятое – делят Новосибирская область и Забайкальский край.

КС 4. Социальное благополучие и счастье В рамках проблемы качества питьевой воды (водоемы I категории) как в Новосибирской области, так и во многих других областях СФО сложилась двоякая ситуация. Так, например, в Новосибирской области удельный вес исследованных проб воды, не соответствующих гигиеническим нормативам по санитарно-химическим показателям за период с 2008 по 2009 гг. уменьшился с 12,5% до 7,6% (достигнув, таким образом, самого низкого показателя за предшествующие 5 лет).

Схожая с Новосибирской областью ситуация сложилась в Красноярском крае, где, за тот же период, удельный вес таких проб воды уменьшился в два раза и в 2009 году составил 10,1%. В Омской области также произошло существенное снижение показателя (в 1,3 раза), однако в целом его величина остается довольно высокой – 34,1%.

С другой стороны, исследование проб воды на ее соответствие качеству по микробиологическим показателям, показало не самые лучшие результаты:

в Новосибирской области за период с 2008 по 2009 гг. величина данного пока зателя возросла с 0,7% до 5,7%. В Красноярской крае и Омской области также произошел рост данного показателя, однако не столь значительно: в 1,2 раза в Красноярском крае с достижением уровня 18,9%, и в 1,1 раза в Омской области, с зафиксированным в 2009 году уровнем 28,4%.

Обращаясь к статистике затрат на охрану окружающей среды отме тим, что в 2009 году в Новосибирской области на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов было инвестировано в основной капитал 956,0 млн. рублей, что несколько меньше, чем в преды дущем году, но, темнее менее, в два с лишним раза больше объема 2007 года.

Примерно половина средств была направлена на охрану и рациональное использование водных ресурсов, 19% – на охрану атмосферного воздуха, 17% – на охрану и рациональное использование земель. В Красноярском крае и Омской области структура инвестиций аналогична вышеописанной для Новосибирской области. Основная масса средств в этих областях в году была направлена на охрану и рациональное использование водных ресурсов (1365,9 млн. руб. и 895,4млн. руб. соответственно), на втором месте по величине – инвестиции, направленные на охрану атмосферного воздуха (568,6 млн. руб. и 145,1 млн. руб. соответственно), и на третьем – направление охраны и рационального использования земель (166,3 млн.

руб. и 29,6 млн. руб.).

Исходя из статистических данных, по вышеперечисленным показа телям можно констатировать относительное благополучие Новосибирской области в сравнении с соседними областями. Однако, в таком случае, осо бый интерес представляет анализ субъективных оценок населением эколо гического состояния окружающей среды и, в частности, соответствие этих оценок вышеприведенным официальным данным.

В первую очередь, рассмотрим распределение ответов респондентов на вопросы анкеты, касающиеся оценки качества атмосферного воздуха и питьевой воды. Так, при оценки качества атмосферного воздуха жители Новосибирской области чаще всего (41,8%) отмечали вариант «В некоторых районах, воздух загрязнен более, чем в других». Вторым по популярности КС 4. Социальное благополучие и счастье оказался ответ «Воздух сильно загрязнен», на него пришлось 34% всех оценок, и лишь четверть опрошенных жителей Новосибирской области считают воздух достаточно чистым.

Совсем иная структура ответов наблюдается в Омской области и Красноярском крае. Большинство омичей (54,1%) считают воздух в обла сти достаточно чистым. Некоторую загрязненность отмечают 28,3% опро шенных жителей области, 17,5% респондентов считают, что воздух сильно загрязнен. Жители Красноярского края также в основном склоняются к варианту хорошего качества воздуха (47,4%), 36,7% отмечают, что в неко торых районах воздух загрязнен более, чем в других, и лишь 15,9% считают что воздух сильно загрязнен.

Структура распределения ответов на вопрос о качестве воды в Новосибирской области следующая: полностью удовлетворены ее каче ством 36,2% жителей Новосибирска, 47,8% опрошенных считают, что вода загрязнена, сильную загрязненность водных ресурсов, используемых для питья и приготовления пищи, отмечают 16,0% опрошенных. Структура ответов на данный вопрос в Омской области аналогична: около половины респондентов считают воду загрязненной, по мнению 30,8% опрошенных вода достаточно чистая, и 21,0% опрошенных склоняются к варианту силь ной загрязненности питьевой воды.

Совершенно иная ситуация в плане оценки жителями качества водных ресурсов сложилась в Красноярском крае. Там, большая часть респонден тов (55,2%) считают воду достаточно чистой, 38,6% отмечают некоторую ее загрязненность и лишь 6,2% считают, что вода сильно загрязнена.

В данном случае мы сталкиваемся с весьма любопытным явлением.

С одной стороны, в Новосибирской области по факту регистрируется не столь существенная нагрузка на окружающую среду, как, например, в Омской области или Красноярском крае, но, вместе с тем, жители именно Новосибирской области весьма негативно оценивают сложившуюся обста новку в плане качества воздуха и питьевой воды. Однако на основании этого нельзя делать однозначный вывод о представлениях населения об экологической обстановке в областях. Последующий анализ, который пред ставляется в этом случае необходимым, может указать на скрытые законо мерности и способствовать выявлению латентных факторов формирования общественного мнения.

Далее обратимся к вопросу влияния экологических факторов на состояние здоровья населения. Известно, что негативные факторы окру жающей среды в той или иной мере накладывают отпечаток на структуру и масштабы заболеваемости населения. Количественная оценка степени влияния отдельных экологических факторов на заболеваемость населения была проведена автором данной статьи посредством эконометрического моделирования и, в частности, с помощью метода корреляционно-регрес сионного анализа [1].

В качестве исходных данных для построения эконометрических моделей была использована информация о показателях состояния окружа ющей среды и демографических показателей за 2007 год по 78-ми регионам КС 4. Социальное благополучие и счастье семи федеральных округов РФ. В качестве факторных показателей высту пили показатели урбанизации, показатели уровня загрязнения воздушного бассейна и состояния водных объектов, показатели промышленности, услуг связи и экологических правонарушений.

В качестве результативных переменных выступили показатели забо леваемости на 1000 человек населения, заболеваемости детей и подростков, а также показатели младенческой смертности и числа умерших детей до 5 лет. Кроме того, были построены модели для эндогенных переменных, описывающих число зарегистрированных заболеваний по различным клас сам болезней (инфекционные и паразитарные, системы кровообращения, органов дыхания, органов пищеварения и т. д.).

По результатам эконометрического моделирования удалось выявить, что в целом, в моделях влияния экологических факторов на состояние здоровья населения для разных возрастных групп и по основным классам болезней, в окончательные уравнения регрессии попадают одни и те же группы показателей: все показатели состояния водных объектов, промыш ленности, экологических правонарушений и некоторые показатели урба низации и услуг связи. Статистически значимая связь между показателями уровня загрязнения воздушного бассейна и результативными показателями не подтвердилась. Возможно, влияние этих факторов учитывается косвенно через другие показатели (количество легковых автомобилей, число действу ющих организаций промышленности и другие).

Во многих уравнениях регрессии присутствует показатель доли работа ющих в условиях, не отвечающих гигиеническим нормативам условий труда.

Это говорит о том, что работа взрослого населения на предприятиях промыш ленности с вредными и опасными условиями труда оказывает значительное воздействие не только на здоровье самих работников, но и на здоровье их детей.

В целом, процент объясненной дисперсии в моделях влияния эколо гических факторов на состояние здоровья населения для разных возрастных групп довольно высокий и в отдельных случаях достигает 60%, по основным классам болезней – 20%, что говорит о достаточно высокой зависимости здоровья человека от состояния окружающей среды.

Обращаясь к статистическим показателям 2009 года отметим, что в Новосибирской области заболеваемость населения составила 757,3 заре гистрированных случаев на 1000 человек, что на 4,3% больше, чем в про, шлом году. В Красноярском крае величина данного показателя несколько выше: в 2009 году оно составила 835,0 случаев на 1000 человека населения.

Один из самых высоких показателей по СФО зафиксирован в Омской области – 850,0 зарегистрированных случаев на 1000 человек населения.

Рассмотрим оценки респондентами состояния своего здоровья в целом.

Преобладающими ответами в Новосибирской области являются оценки здоровья как хорошего (вариант ответа “Нормальное здоровье, пока не жалу юсь” – 28,9%) и удовлетворительного (вариант ответа “Временами болею” – 42,2%). Почти 18% считают, что болеют часто. Доля хронических больных составила 9,2%, признали себя инвалидами 1,8% опрошенных респондентов.

КС 4. Социальное благополучие и счастье Распределение ответов на данный вопрос в Красноярском крае оказалось следующим: 35,4% опрошенных оценивают свое здоровье как нормальное, около 40% респондентов ответили, что временами болеют, часто болеют – 5% опрошенных жителей края, оставшиеся 19% ответов пришлись на варианты “Имею хроническое заболевание” и “Инвалид”.

Таким образом, в Новосибирской области и Красноярском крае пре обладает (относительно других вариантов ответа) оценка населением своего здоровья как удовлетворительного. В целом, это соответствует статистиче ским данным, так как в этих областях показатели заболеваемости населе ния равно или несколько ниже, чем в среднем по округу. В этом случае тем более интересно распределение ответов на вопрос о состоянии здоровья, полученное по результатам исследования в Омской области. Не смотря на то, что в ней число зафиксированных случаев заболеваемости населе ния в целом и по некоторым классам болезней (такие как инфекционные и паразитарные заболевания, болезни крови, системы кровообращения, органов пищеварения, а также пороки развития) выше, чем в исследуемых областях, мнение населения касательно состояния здоровья, напротив, весьма оптимистично. Свыше 40% опрошенных омичей считают, что у них нормальное здоровье, редкие случаи заболеваний отмечают у себя 38,3% респондентов, часто болеют и имеют хронические заболевания 9,6% и 7,8% опрошенных соответственно, оставшиеся 2,7% имеют инвалидность.

Таким образом, можно констатировать, что оценки населением экологического состояния окружающей среды в целом не одинаковы и во многом определяются субъективными особенностями территорий. Вместе с тем, в результате исследования не удалось выявиться представления насе ления о том, какие негативные факторы окружающей среды и в какой мере оказывают влияния на здоровье и общее самочувствие. Соответственно, данная проблема требует дальнейшей разработки и более глубокого соци ологического анализа.

Библиографический список 1. Коломенская А.С., Хаустова О.И., Шурбе В.З. Экология и состояние здоровья населения: региональный аспект // Региональные исследова ния. – 2011. №3(33). – С. 103-110.

2. Охрана окружающей среды в России. 2010: Стат. сб. / Росстат. - М., 2010. - 303 с.

3. Регионы России. Социально-экономические показатели. 2010: Стат.

сб. / Росстат. - М., 2010. - 996 с.

4. Социокультурный портрет региона : тип. программа и методика, мето дол. проблемы: материалы конф. «Социокультур. карта России и пер спективы развития рос. регионов» [27 июня-1 июля 2005 г.]. – М.:

ИФ РАН, 2006. - 325 с.

КС 4. Социальное благополучие и счастье Мунин П. И., Зеленоград Социальное благополучие и счастье на постсоветском пространстве Аннотация В статье обоснованы и приведены процедуры оценки социального благополучия и счастья посредством муль типликативной индексации динамики преобразования пирамид численности населения по индексу MDI (MDI – Multiplicative Demographic Index). Приведены результаты таких оценок для стран СНГ за последние 20 лет.

Ключевые слова: информационные процессы, демографические пирамиды, устойчивое развитие, мультипликативность, аддитивность, трансформация Постановка исследовательской задачи Согласно рекомендованному ООН повсеместному переходу к устой чивому развитию идеалом социального благополучия и счастья служит гармоничное сочетание всей совокупности экономических, социальных и экологических факторов.

Учет этих факторов, представляющихся важными и значительными как для общества в целом, так и для каждого из его членов в частности, при нято изображать в виде пересечения трех колец, каждое из которых соот ветствует одному из названных взаимодействующих элементов (см. рис. 1):

Эта модель достаточно адекватно изображает существующий набор «пограничных» научных дисциплин, таких как известные и достаточно развитые «экономическая экология» и «экологическая экономика», «соци альная экология» и «экологическая социология», «социальная экономика»

и «экономическая социология».

Можно считать, что попарный синтез соответствующих представле ний и, естественно, языков состоялся и некоторые из этих «пар» канонизи рованы и внесены в список ВАК, например, «экономическая социология».

Однако научная проблема синтеза метаязыка, соответствующего «тройному» пересечению или «устойчивому развитию», частными реали зациями которого служат исходные («отраслевые») массивы данных, все еще ждет своего решения.

КС 4. Социальное благополучие и счастье Рис. 1. Модель устойчивого развития и ее элементы [1, С. 197] В научном сообществе на уровне философской концепции подобное представление об уже назревшей парадигме межотраслевого синтеза вы сказал на страницах журнала «Эксперт» один из ведущих российских фило софов науки, руководитель Центра методологии и этики науки Института философии РАН, доктор философских наук Александр Огурцов. По его мнению «философия науки, как и сама наука, стоит на пороге новой рево люции. Очаги ее уже просматриваются в космологии и биологии, а главной чертой ее будет переход от аналитического способа мышления к синтети ческому» [2, С. 53].

Эти очаги просматриваются также в так называемой «когнитивной науке», ведущей методологией которой «является информационный под ход, рассматривающий человека и его взаимодействие с миром с точки зрения соответствующих информационных процессов – процессов приоб ретения, преобразования, репрезентирования, хранения и воспроизведения информации и их влияния на поведение человека» [3, С.132].

Более того, каждый из членов любого сообщества, даже весьма дале кий от подобной научной проблематики или полагающий что «устойчивое развитие» – очередной миф о счастье на Земле, «синтезирует» в меру своих способностей и возможностей всю доступную ему информацию о социаль ных, экономических и экологических факторах. И, принимая решения, значимые для своего благополучного существования, во взаимодействии и взаимосвязи с себе подобными, реализует их!

Талантливой, но несколько гротескной, иллюстрацией данного утверждения, может служить рисунок Вл. Буркина, выразивший основную идею статьи «Экономика в руках политиков» директора Института эко номики РАН Руслана Гринберга, поставившего «очень точный и простой диагноз российской экономике» [4] (см. рис. 2).

КС 4. Социальное благополучие и счастье Рис. 2. На пути к устойчивому развитию Художник, возможно, и не подозревает о баталиях, разыгрываю щихся между экспертами по поводу описания пересечения экономиче ского, экологического и социального измерений современного перехода к «устойчивому развитию». Но его интуитивное видение обобщенной персонификации происходящего в виде устойчивого экипажа, три колеса которого легко идентифицируются в заданной триаде и к которому прико ван каждый из нас, с предельной откровенностью обнажает роль акторов этого переходного процесса.

Социально значимые результаты решений этих акторов в аддитив ной демографической интерпретации выглядят как данные о рождаемости, смертности и миграции. Эти данные затем трансформируются в компакт ные графические образы, именуемые как «пирамиды численности», иссле дование которых актуализировалось в последнее время и процесс измене ния которых составляет задачу настоящего исследования применительно к СНГ.

Обычно подобные исследования заканчиваются демонстрацией так называемого «демографического перехода», который в образах пирамид численности выглядит как изменения их площади и формы.

На рис. 3 изображена последовательность пирамид численности населения мира, начиная с 1950 года и заканчивая 2100 годом.

При этом рост площади пирамид квалифицируется как все еще продолжающийся «демографический взрыв», а изменения формы – как «старение населения».

В такой негативной интерпретации население в целом и каждый из нас в частности подвергаются экологическому остракизму, а его социаль ное благополучие подлежит экономико-политическому секвестированию путем повышения пенсионного возраста. И счастье, такое близкое для стареющего населения, становится все более призрачным.

Подрисуночная подпись моя – П.М.

КС 4. Социальное благополучие и счастье Рис. 3. Трансформация пирамид населения мира [5] В то же время именно очевидная «рандомизация», то есть переход пирамид численности населения мира от «треугольной» в 1950 году до практически «прямоугольной» формы к 2100 году может восприниматься как глубоко позитивный процесс.

В «прямоугольном» обществе, когда наличная численность насе ления равномерно распределена по возрастным когортам, младенцы рож даются в количестве двух на семью и живут долго, общаясь в диалоговом режиме с «учителями» из разных возрастных когорт. Пенсионный возраст, если в этом есть необходимость, определяется способностью к активной деятельности. Все покидают мир в здравом уме и памяти после дости жения преклонного возраста и одновременно. Это и есть социальное благополучие&счастье!

Подобной трансформации с различными отклонениями и времен ным лагом следуют пирамиды численности населения всех стран и реги онов. И следует только оценить их существующую в настоящий момент близость к отмеченному социальному благополучию&счастью.

Предлагаемая автором методика такой оценки процесса «рандомиза ции» заключается в вычислении двух мультипликативных индексов – MDI и MSR – с последующим их сравнением для населения различных стран [6].



Pages:   || 2 | 3 |
 














 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.